А ты ждал кого-то другого? Four years later.

- Хорошо-о, черный какаш, ты волен поведать мне свою версию этого случайного недоразумения. Но если ты сейчас не сможешь ничего нормально объяснить, то я просто внесу в свой мозг другую информацию, немного искаженную от реальности, и все оставшиеся дни я буду жить с ней. Каждое утро я буду просыпаться с мыслью о том, что Сиэль по ночам рисует в стиле манги историю своей и не своей ничтожной жизни, при этом прикрываясь именем какой-то японской женщины, а ты, человек, никогда не снимающий свой костюм в пикантные минуты своего прошлого, прикрываешься какой-то японской компанией и рисуешь аниме. И да, могу ли я утверждать, что и ты, и Сиэль добавили себе там не хилую дозу пафоса и дерзости? Могу ли я? - с выпученными глазами сказала я, при этом так дерзко выпятив нижнюю губу, что уже сама была готова приносить себе божие дары во имя моей дерзости. Но холод был слишком близок к моему сердцу, что заставило меня не отрывая презренного взгляда от дворецкого медленно подойти к самому сухому месту в моей комнате, а точнее к Клоду. К шкафу я сказать хотела. Распахнув его и запрыгнув во внутрь, я начала обустраиваться в моем временном укрытии, так же прибывая под пристальным наблюдением Себастьяна. Я же ответно выпучила на него глаза, но не проронив ни слова от угнетающего меня состояния, за меня уверенно ответил мой бурчащий от голода живот. Себастьян улыбнулся. От этого неожиданного звука я ошеломленно вскинула голову назад и, не рассчитав свою богатырскую силушку, с заглушающим предыдущий звук более громким, впечаталась в стенку шкафа. Себастьян растянулся в такой насмехающейся улыбке, что я не смогла сдержать моего раздраженного словца. - Душа. - Что вы этим хотите сказать? - Это был отголосок моей души, а не живота. Этими немелодичными нотами она высказала свое презрение к тебе. - Вот оно как. - Ню да. - Пожав плечами и прикрыв глаза, перековерканным голосов ответила я. - Тогда я отвечу на ваш занимательный вопрос. Вы, как по вашему устоявшему обычаю, обрываете ответы на вопросы вашим удивительным поведением. "О-о, ну и прицепился же, ирод" - промелькнуло у меня в мыслях, и я с прищуренными глазами и тихим "Мэ-э-э" прикрыла резную деревянную дверцу шкафа. ... - Жил был жнец Борис. Он был учеником и у него были волосатые подмыхи. Тогда у него было скучное задание. Он следил за Дидобдом Дубидном, (для друзей просто Антонио) - он жил России - оценивал достоин ли он смерти или нет. Однажды блуждая по улицам Сыктывкара ему на ногу наступила девушка. Он взглянул в ее черные глаза, глядевшие на него с испуганной наглорожской наивностью, и сказал: - Ты че, дура что ли? Под ноги смотри. А то по ногам, как по бульвару шляешься. - А ты че такой нервный дядя, - нагло ответила она ему - надо будет - и еще раз наступлю. И ударив Бориса сумкой, она убежала. Тогда Борис понял, что это его любовь. С тех пор он забросил Дидобдна Дубидна. Он даже пропустил день его смерти и его выгнали из братства жнецов. Но ему было хорошо. Он каждые день искал эту девушку и наступал ей на ногу, когда находил. Она очень злилась, но постепенно влюблялась в него. Она кричала ему вслед угрозы, но он просто убегал. Однажды она остановила его и поцеловала в шею. Тогда он понял, что она вампир и выпила его кровь. Он умер, но продолжал любить ее, а она просто смеялась, и ее увезли в сумасшедший дом. Подожди, у него были волосатые подмыхи? Молчание. Молчание. -И зачем Вы это рассказали? - выслушав все до самого эпичного конца и даже не улыбнувшись, я поняла, что меня только что конкретно обосрали. - То есть ты отрицаешь, что у него были волосатые подмыхи? - Нет, Вы не поняли всей сути моего вопроса. - То есть, ты не отрицаешь, что у него были волосатые подмыхи? - Мне кажется, что Вам слишком весело. - Нет, мне слишком грустно. До такой степени грустно, что я приняла то, что у Бориса были волосатые подмыхи. А вот тебе как раз весело, ибо ты еще имеешь силу отрицать сей подозрительный факт. Себастьян смотрел на меня, даже не улыбнувшись краешками губ, и тогда я поняла, что он пришел сюда не шутки шутить, а глаголить истину. Мне становилось еще холоднее, так - как даже закутавшись в махровый плед, я все еще продолжала быть в не предназначенной для снегового дома ночнушке. Даже самые потаенные желания человечества нельзя скрыть от наблюдательных глаз демона, а уж такую мелочь, как заледеневающий человек, нельзя было не заметить. Причем сама ситуация была крайне понятной, что даже заставило меня в своей замороженной голове искупать Себастьяна в святой воде, при этом вручить ему плавки с изображением крестов и молитв, (он был бы тренде), ведь только садист может стоять в середине заметенной снегом комнаты, видеть, что человека поглощают холодные сугробы, из-за которых он, кстати, уже не видит его лица, и продолжать это делать с флегматичным лицом. Или это у него первого мозги отморозились, или он просто инвалид общества. Испытывающе посмотрев на дворецкого и убедившись, что он говно в рожке, я решила самостоятельно удалиться из этой комнаты, но при первой же попытке встать, я резко забыла о существовании моих ног, ибо совсем их не чувствовала. Поэтому, уже через секунду я лежала в позе лотоса головой в снегу и попой снаружи. Решив не признавать моего унылого поступка, я решила сделать вид, что все было так и задумано. - О, хорошо-о. Как раз прям там, где я и хотела. - с каменным лицом и отмирающими губами сказала я, в надежде пустить такую теплую и такую сейчас нужную моему ледяному лицу слезу. И я начала быстро моргать. Но единственное, что я смогла сделать в той жалкой ситуации, так это загрести себе ресничками в глаза снег. И тут я поняла, что потихоньку начинаю слепнуть, что заставило меня запеть какую-то печальную мелодию. В это время Себастьян уже закрыл все окна в моей комнате и включил обогреватели, и с таким же презренным лицом помог мне освободиться от чрезмерных объятий множества кристаллов льда. - М-мне и там б-было хорошо. - Несомненно. Но самым лучшим вариантом будет удалиться из этого места в другое, более теплое помещение. Там и продолжим наш с Вами разговор. - уже более оттаявшим голосом сказал он. В комнате воцарила выжидающая пауза. - Гхм. Ок, иди. - с напряженным лицом сказала я, отведя взгляд в сторону и вылупившись в одну точку. Это был весьма затрагивающий мое самолюбие момент. Что ж, он должен был когда - нибудь настать. Себастьян на немного замолчал и посмотрел на меня так, что даже не смотрев на него, можно было почувствовать его прицельный пронзающий взгляд. Я негромко замычала, чтобы не довести себя этим угнетением, но мой вокал скоро прервали. - Хорошо. - после недолгого молчания, наконец-таки ответил он. - Класс. - быстро отреагировала я, продолжая сидеть в нечеловеческой позе и до такой степени улыбнувшись краешками губ, что моя улыбка вышла такой подозрительной, будто мой рот уменьшился вдвое и изогнулся в виде подковы. Я даже сумела заметить некий шок в глазах дворецкого, но как эта искра моментально появилась, так она и моментально погасла. - Я вас подожду. Тут я поняла, что Себастьян совершенно не видел у меня никаких важных дел, которые могли бы меня задержать, и поэтому решил не оставлять никаких моих намерений на произвол моему же характеру. Но проблема как была, так и оставалась. - Прыгай отсюда, черная лошадка. У меня есть дела... - Интересно, какие же у Вас могут быть дела в это время? - улыбнулся Себастьян. Он явно хотел пораздражать меня. - Да ты че, не знаешь, что ли!? Я же каждое утро молюсь Богам! - и, чтобы удвоить силу моих слов, добавила, - Всем. Вообще всем. Иисусу, Будде, Кришне, Аллаху... Локи, да. - Вы тут что-то попутали в конце. И я почему-то не припоминаю такого от Вас. - с чарующей улыбкой, как он думал, сказал демон. - Серьезно? Вот черт. Ну и ладно. - моментально сделав вид, что я отреклась от недавно сказанного мной, я продолжила импровизировать, - Просто Сиэль может проснуться, а вдруг тебя не увидит и заплачет. Ты там беги к господину, а я подойду попозже. И ты мне все расскажешь. Ну, вали. - запечатлив на себе слишком веселое выражение лица, я начала сначала слабо, а потом сильнее и сильнее ударять дворецкого тыльной стороной руки по его ноге, так как я все еще не изменила своей позы. Взглянув ему в глаза, можно было бы сразу понять, что в эту секунду демон убедился в чем-то крайне важном, ибо он резко растянулся в непонятной улыбке и сказав: - Если Вам это так необходимо, то я буду вас ждать в столовой. Поспешите, завтрак уже давно приготовлен. Не хотелось бы, чтобы леди не смогла как следует насладиться горячими блюдами. - и с этими словами он накрыл меня уже другим, сухим пледом, и такой же улыбающийся вышел из комнаты, закрыв дверь так аккуратно, что она умудрилась не издать не единого звука. - Вот бич. Он закрыл дверь. - Нахмурившись, прошептала я. Сейчас мне было очень сложно встать, ибо то, что я недавно пережила, можно было приравнять к пикнику в трусах на улице, где царит ледяной декабрь. Все тело очень болело из-за долгого прибывания на холоде в таком состоянии, а ноги, которые не были прикрыты даже ночнушкой, в отличии от верхней части тела, болели еще сильнее. Это вполне логично, что такое могло произойти от перемерзания, но похоже, что Себастьян или нелогичное пятно в этом мире, или жуткий садист. - Ай хейт ю, мазафака. Что мне твой плед после моей полусмерти? Предложил бы еще зарезанному платочек в цветочек. - Куксилась я, на четвереньках подползая к двери. При этом я стала замечать, что не чувствую свою левую бровь, поэтому я стала мычать еще грознее. Потом, находясь уже рядом с дверью, я почувствовала невыносимую колющую боль в руках, не говоря уже о ногах и брови, поэтому схватив дверную ручку зубами с намерениями открыть дверь, я больно ими ударилась, что и заставило меня недовольно "бекнуть", но тут-то меня и ожидала попытка неизвестного найманного киллера свыше. Когда я сделала то, что указала выше, мой язык приморозился к железным узорам на ручке, а так как комната была еще погружена в нехилый такой мороз, то отлепить мой язык мне было необычаемо трудно. Дверь я все-таки открыла и захотела полежать на теплом паркете с подогревом, но вот ручка отпускать меня не хотела. Она явно задумала что-то нехорошее. - Отпусти меня, луська. - сделав самое грустное лицо в мире, ели и кое-как проговорила я. Ручка была собственницей, поэтому мне ничего не оставалось, как выжидать свой час. Я загоревала. - Ну, теперь все с Вами понятно. - выйдя из-за угла коридора, сквозь смешок сказал дворецкий. Вот он и раскрыл себя со своей нетерпеливостью. Теперь было ясно, что он шпион 666 и его заданием было вычислить лошару. Тогда я все ощутила. Все. Пытаясь сделать вид, что я его не заметила и, что все, что он видит - лишь иллюзия его разума, я замерла, как человек вблизи шаровой молнии, и уставилась вперед. На дверь. - А мне все было интересно, зачем же Вы попросили меня удалиться первым. Извольте, не стоило так себя мучить, гордость, порой, приводит к необратимым последствиям. Гордость, обедающая тщеславием, получает на ужин презрение. Не сластитесь ей так, ведь помощи достоин каждый. Это не унижение для души. Главное - мера ее дозировки. - Явно разговорившись и чувствую себя пафосным, говорил демон и приближался ко мне с непонятными для меня намерениями. "Это он так что ли тонко намекнул, что будет у меня на ужин? " - подумала я, даже сумев сделать такое лицо замешательства, смешанного с голодом и наркоманским ошеломлением, что в моем положении это было бы достойно громких аплодисментов. - Наскоман сто ли? - При чем тут мания к носкам? В Вашем случае я бы о таких вещах не думал. - Явно подтрунивая над моим положением, парировал Себастьян. - Просто луська вкусная. Ты мыл луки каким-то плиятным мылом, пелед тем как бласться за нее? - со святым переубеждением попыталась скрыть свое стремное положение я. - Тем же, что и Вы. - Ты се, мое плекласное мыло тлогал своими зивыми венсиками!? / (Ты что, мое прекрасное мыло трогал своими живыми венчиками!?) - с немым ужасом пропищала я. И тут дверная ручка освободила меня, даровав мне свободу слова. "В этой ручке скрывается политик" - промелькнуло у меня в голове за считанные секунды. И я с таким же немым ужасом и разинутым ртом, при этом с высунутым языком, осталась сидеть на месте, осознав всю тщетность астрологических предсказаний. После этих слов я взглянула на мир под другим углом. Углом, где я похоронила осколочки своего бытия. Я назвала его "Гробики в душе". - Шутка. - Как ни в чем ни бывало, улыбнулся демон. Сейчас он был похож на кошку, налакомившуюся сметаны. - Неплохой результат. Всего три минуты. - Што. - сделав попытку встать и оправдав ее, я умудрилась сделать брови максимально ровными, и так их опустила на глаза, как это было возможно, при этом рот я тоже изогнула уголками губ так, что лишь взглянув на меня, незнакомый бы человек заплакал от увиденного. Повернув голову к Себастьяну и с облегченной болью в ногах подойдя к нему, я сделала жест "Я слежу за тобой" и направилась по направлению к ванной. В какой бы ты убогой ситуации не был, но а зубы должны быть почищены. Даже если вы будете в плену у каннибала, то не забывайте об этой золотом правиле. Возможно, Вы ослепите его своей голливудской улыбкой. А возможно, раните его сердце своим белым зубом. (Это была метафора, если что). И тогда вы или вырветесь на свободу, или родите от него ребенка, и будете жить странно и осторожно. Но не в этом суть. На самом деле я хотела принять горячий душ и разморозить свое несчастное тело, избавив его от мучений. На мое поведение Себастьян лишь с душераздирающей самоуверенностью в этой ситуации усмехнулся мне, показав свои белоснежные клыки. "Даже это убожество уже почистило зубы." - разгневалась я, идя по коридору и бесконечное множество раз обернувшись и вылупив на него глаза, но делала я это пока не врезалась в стену и не повалила картину. Повесив ее и свернув по коридору, оборачиваться я уже не видела смысла. "Он же не маньяк какой-то, чтобы за мной следить." - бодро засмеялась я, но через секунду резко обернулась и уже продолжила свой путь спиной к двери ванной комнаты. *** "Мне кажется, что я что-то забыла." - размышляла я, возвращаясь из ванной и держа рядом с собой в руке свечу. Нет, было утро. И нет, было светло. Просто я давно мечтала идти по огромному викторианскому поместью со свечей в руке. Ну, это типа пафос. Хотя, для нормального человека сейчас я бы выглядела дико. Ладно бы вечером я сотворила сею махинацию. "Не стоит откладывать то, что можешь сделать сейчас." - пыталась оправдать себя я. Проходя мима одной из комнат, ведущих к столовой, я заметила на маленьком комоде, рядом с вазой с фрезиями, сухие, аккуратно сложенные вещи. "Что-то подозрительно. Странный вкус на интерьер у Сиэля." - замедлив шаг, подумала я, пытаясь не обращать на это внимание. Но сделав пару шагов, я остановилась неподалеку от деревянного комода. Взглянув на свой яркий розовый халат, весь усыпанный разными котятами и с множествами рюш, ( подаренный мне Лиззи ), я перевела свой напряженный взгляд на странную стопку вещей, а потом еще раз на халат. - Пожалуй, я нарушу сей фен-шуй... - с невозмутимым лицом прогремела я, и взяв непонятные вещи в руки, зашла в эту же комнату, возле которой я нашла вещи. Я бы и не трогала этот сомнительный элемент декора, если бы не вспомнила, как напрягающе смотрел на меня Сиэль, когда я уселась завтракать в костюме феи. Тогда у младших классов был выпускной, и после моих долгих и упорных стараний завоевать некоторые части костюма, мне их все же отдали. Хоть это и были всего лишь крылья, ободок с цветочками на пружинках и странная юбка, но я была удовлетворена. Фиг знает, что на меня тогда нашло, но я просто страдаю от детской травмы про цветочную фею. Наверное, я всегда бы верила тем слухам о том, что существуют маленькие феи, которые собирают волшебную пыльцу и делают сладкий мед, если бы одним днем не заметила странных существ, разукрашенных в стиле Билайн. "Пиарщики" - подумала я, пока не настал тот роковой урок биологии. Кто может знать наперед, как этот маленький тиран отреагирует на мой замечательный халат этим утром. - Охренеть, - единственное, что я смогла сказать, под стать моей резко откинувшейся назад головы с вылупленными глазами, и с разинутым ртом я выпустила развернутые вещи из рук. *** Подходя к столовой, я уже успела запечатлить на своем лице всю ту боль и непонимание, но чем ближе я приближалась к двери, тем сильнее искажалось мое лицо в разных оттенках эмоций. И вот я уже стою перед огромной антикварной дверью, которой скорее было место в музее, чем тут, немного постояв возле нее и уже захотев развернуться и уйти, я все еще томилась непонятным чувством неполноценности, мне все еще хотелось узнать ответ на мой вопрос, и я жутко хотела есть. Поэтому подбодрившись своими целями, я приоткрыла ее и, развернувшись к комнате спиной, вошла во внутрь. Я не видели ни лиц, ни еды, а последнее меня заставляло пустить горькую слезу, которую я еле сдерживала. Я стояла, как вкопанная. За спиной я не слышала ни единого шепота, что еще более меня приободрило. Я простояла так еще пару минут, и пропитавшись твердым убеждением, что в столовой никого, кроме моей еды нет, ибо я чувствовала ее запах, я с восторженным лицом обернулась на все 90 градусов, и тут же закрыла свое лицо рукой, издав громкий шлепок. - Ты что, странная? - последовал громкий мужской голос. Но это был явно не Себастьянов щебет. Это был голос графа. Дальше последовал тихий смешок, который я тоже не пропустила мимо своих ушей. Теперь голос был другой. - Задорного утра, братухи. Кстати, Себастьян, я же тебе так и не сказала этого. - Теперь сказали, - с тем же подавляющимся смешком ответил дворецкий. - С каких пор ты перестанешь носить подобное? Как ребенок выглядишь. - Отвернувшись от меня и наколовши на вилку кусок торта, флегматично сказал Фантомхайв. - Это... Твой Себастьян шалит. У него явно странные наклонности, - опустив руку и со специфическим лицом, взглянув на Михаэлиса, ответила я. - А Вам идет. - Улыбнулся дворецкий, и был одарен пронзающим взглядом парня. Я представила себя со стороны: Одежда истинной маленькой принцессы. Вся в светлых тонах. Светло - фиолетовое махровое платье доходящее чуть выше колен; с рукавами до локтей, которые расширялись к низу и заканчивались оборками этой же ткани; неглубокое декольте, которое было тоже с оборками, но миниатюрней, чем на рукавах и подоле платья; светло-бежевые носки; мои розовые шлепки, в которых я по своему обычаю хожу в ванную... И завершающая изюминка. На всем моем платье была распластана гигантская кошачья морда. Она была просто огромна. Она зрила в душу. - Спасибо, братец. Знаешь, когда я одела вот это, - я жестом показала сначала на платье, а потом на свои ноги, - то сразу же прочувствовала всю мощь твоего незаурядного стиля. Спасибо, что раскрыл мне глаза на моду. Теперь я в тренде. Особенно ты очень тонко подобрал сочетания моей обуви и этих милых носков. - и с этими словами я сняла свои шлепанцы и поставила их рядом со стеной. - Слишком... Слишком стильно для меня. - Я счастлив, что Вы прониклись этим образом, - с легкой насмешкой над моим положением, сказал Себастьян, поставив на стол, возле пустого стула, огромный серебряный поднос. Это было не то место, где я обычно сижу, а место напротив дерзкого Сиэля. В свою же очередь недавние упомянутый проводил взглядом уже приближающегося ко мне дворецкого, при этом если присмотреться повнимательнее, то можно было бы заметить скрытый интерес к происходящему. Заметив, что то, что сейчас происходило, принимало крайне пугающие обороты, а в особенности мое резко поменявшееся место для пиршества, я дождалась момента, когда Себастьян, с крайне затруднительно объяснимой мне улыбкой, хотел взять меня под руку. Я, как укушенная верблюдом в попу, сделала очень широкий шаг в другую сторону от Михаэлиса, и такими же твердыми и огромные шагами пошла к своему новому месту, при этом изобразив на своем лице такое выражение закаменелой статуи, и так сильно нахмурясь, что на секунду мне показалась, что у меня началась судорога. Проходя мимо Сиэля, я тихо пропищала: - Он сошел с ума. И с громким вздохом пошла дальше. Усевшись на таком мне чужом, как казалось бы, стуле, я заметила, что из-за огромной вазы с цветами, я почти не вижу Сиэля, и натянув довольную улыбку облегчения, я уставилась на демона. Он, как ни в чем ни бывало, и оставив мою недавнюю выходку как бы незамеченной, подошел ко мне, сделал какие-то пугающе томные глаза, сказал "Наслаждайтесь.", и... Вся эта ситуация стала еще страшнее. Помимо того, что на моей половине стола лежало слишком огромное скопление моей любимой еды, которую Себастьян обычно не делает из-за осуждения ее графом и словами "В моем поместье такое есть не будут.", так еще и на сверкающем от чистоты подносе лежало так много всевозможных сладостей, что даже невнимательным глазом можно было увидеть, что у Сиэля такого не было. Он, как обычно, медленно и с оттенком высокомерного благородства ел филе французской утки с апельсиновым соусом и розовым перцем, запеченным зеленным яблоком и кедровыми орешками. Я не видела всего, что было у него на столе, но десерт из мякоти каштана с шоколадом я не могла не заметить. Немного растерявшись и впав в такой глубокий ступор, единственное, что мне пришло в голову, я не заставила долго пребывать в беззвучном вопросе... - Скажи мне честно, не лги тете Диане. У тебя появилась навязчивая мысль меня откормить и сожрать? Граф перестал есть и, так и задержав в воздухе вилку с наколотым куском утки, тоже устремил свой довольный этим вопросом, насмешливый и язвительно-внимательный взгляд на демона. Он так и говорил: "Ну, и что же ты на это скажешь?". Я не видела всего лица Сиэля, но сощурившись в презрительной гримасе и выглянув из-за огромной фарфоровой вазы, я посмотрела на него, сделала вывод, что он осознает ситуацию намного лучше, чем я, и просто решил добавить в эту атмосферу немного издевки, я вернулась в свое прежнее состояние и вынесла новый вердикт: - Бабушки тоже любят закармливать своих внучат. Тут только два варианта. Или ты моя потерянная во времени бабушка, или я твоя внучара. Ба, ты или мужик, или я подозревала, что на самом деле у тебя плоская грудь и... - С Днем Рождения, миледи. - Не дав мне закончить, и слегка наклонившись ко мне, при этом оперевшись рукой об спинку стула, так неожиданно прошептал Михаэлис, что я резко вскочила с места, чуть не вломив ему по лицу, и с выражением такого ужаса и ошеломления повалила стул, что заставила Себастьяна выразить эмоцию легкого удивления. И вперемешку с оглушающим грохотом я громко выкрикнула: - Святой Леонардо, как можно!..