Мне жаль тебя, детка..

"Мне жаль тебя, детка, Но пламя всегда оставляет свой след. Глаза не солгут тебе боле, Когда их нет..." мюзикл "Последнее испытание"

КУРИЛЬЩИК Как говорил Табаки, там где новичок, скучно не бывает. С первых секунд, что новенький очутился у нас на пороге, стало ясно — веселья будет хоть отбавляй. -Экую Златовласку нам подкинули! - завопил Табаки, когда все еще продолжали разглядывать мальчишку. Тот напряженно застыл в дверях и после ухода Акулы ни разу не пошевелился. Напружинен, как кошка перед прыжком. Шакал как всегда уловил все точно и с первого взгляда. Волосы новичка цветом напоминали жидкий липовый мед и даже завивались на концах, как мед, текущий с ложки. Казалось, если дотронешься рукой, влипнешь, как муха. Бледная кожа, клочки подросткового пуха на лице и общая острота фигуры делали его совсем хрупким и зеленым. Правая рука подвешена на красный платок, который на общем бледном фоне выделялся каким-то кровавым пятном. -Хиленький какой-то, - с предвкушением протянул Лэри. Разве что ладошки не потер. Ну, мотивы Лога были известны, и я мысленно пожелал новичку терпения. Ему явно предстоят несколько недель побоев и пинков. Это я знал по себе. Однако после слов Лэри мальчишка поднял глаза, и ситуация резко изменилась. От забитого образа не осталось и следа. На нас уставилось что-то нечеловеческое, страшное, от чего у меня мурашки пробежали по спине. На самом деле такой эффект создавала всего лишь неестественно светлая радужка, которая, сливалась с белком и делала зрачок маленьким и сумасшедшим. От понимания легче не становилось. Лэри сглотнул. Меня передернуло повторно. Табаки присвистнул: -Ну и глазки! Эй, Слепой, у тебя появился подражатель! Ни о какой конкуренции речи, конечно, не идет, но тоже впечатляет! Страшные глаза переметнулись на него. Только не на самого Табаки, а на его рот, обрамленный рамкой фрикадельного соуса. Темные брови на бледном лице вопросительно дернулись. Он вообще был какой-то неправильный, этот новичок, нецельный, неестественный, переломанный. Будто его собирали из кусочков разных мозаик. А еще глаза. Они скользнули по всем в комнате, скребнули меня, альбом на моих коленях, и отступили. Захотелось облегченно выдохнуть. Слепой застыл на подоконнике в сонно-расслабленной позе и не подавал признаков жизни. Сфинкс стоял слева у двери, чуть прищурившись. Только этот прищур и выдавал некоторое напряжение. -Акула про тебя что-то не очень распинался. Ты его что, еще в кабинете довел? - Шакал переполз по одеялам поближе к двери, и улегся на живот, подперев подбородок руками. Так ему лучше было видно. Он был единственным, кому нравился новичок. Табаки вообще нравилось все новое, откуда можно почерпнуть идеи и вдохновение. Сейчас он, похоже, готов был обнюхать медоволосого, и чуть ли не попробовать на зуб. Внимание новенького было отвлечено Нанеттой, гадящей со шкафа на пол. Вопрос он то ли не услышал, то ли проигнорировал. -Я, конечно, отменно умею занимать неловкие паузы, но не вечно же! -Отстань от него, Табаки. Он глухонемой, - тихо сказал Горбач. Шакал задохнулся от восторга и только набрал воздуха для тирады, как Горбач пояснил: -Он по губам читает, не видишь что ли? Новичок никак не отреагировал. -Спит на матрасе, - отчеканил Сфинкс, объявив этим знакомство оконченным, и вышел за дверь. Табаки сочувственно вздохнул ему вслед. -Перенервничал, бедняга. Ты не волнуйся, он привыкнет. Поколотит пару раз, но привыкнет. Македонский с Горбачом вытащили из небытия матрас и, взметнув облако пыли, водрузили его на пол. Лэри окинул парня последним настороженным взглядом и, просочившись мимо него к выходу, помчался разносить весть. Слепой все еще был в анабиозе, и я вообще не уверен, что он заметил пополнение в стае. *** По приходу новичок кинул на матрас рюкзак и, упав рядом пролежал так сутки. Почти не шевелясь и не меняя позы. Лэри предположил, что парень впал в кому. Лога не слушали, и все это время пытались придумать новому имя. Такие варианты, как «Медок» и «Зырк» были отбракованы Табаки сразу. Над Глухим думали чуть дольше, но общим голосованием было решено, что Слепой и Глухой в одной комнате, это уже перебор. Когда посыпались варианты вроде «Незабудки» (в честь глаз), «Косынки» (в честь банданы) и «Тухляка» (что предложил Лэри) Шакал взбесился и, кидаясь пепельницами и другим мусором, заявил, что отныне он крестный новичка, так как первый дал ему имя. Так на матрасе возле стены от пинка Лога проснулся Златовласка. Заспанными его глаза смотрелись не так страшно, и Лэри воспрянул. Преждевременно. Первых два удара новичок пропустил, и они расквасили ему нос, зато разбудили. И Лог оказался закатанным в матрас. В прямом смысле. Златовласка уселся сверху и показал пару жестов. -Говорит, в следующий раз сунет мордой в унитаз! - перевел Шакал и тут же обрадовался, - Вау! Это ж стихами! -Ты понимаешь этот его язык? - удивился я, на что мне доступно было объяснено, что такое читать по губам и с чем его едят. Я сделал вывод, что Табаки это самое умеет. Отпущенный на волю Лог поплевался, пошипел и вылетел из комнаты как ошпаренный, не смотря на то, что вот-вот должны были погасить свет. Златовласка, не зная еще о своем новом имени, обвел всех настороженным взглядом и, поняв, что мести не будет, утер рукавом разбитый нос и упал спать дальше. Вторую ночь он спал не так спокойно. Ворочался и ронял что-то, задевая стол. Я просыпался из-за этого несколько раз, а последний, кажется, даже довел Слепого, и тот пошел разбираться. После этого все было тихо. Вожак умеет внушать. Особенно если увидеть спросонок его склонившееся над тобой лицо.