Царство мрачного Аида

Перси правильно сделал, что выбежал из комнаты, потому что Клариссе нужно побыть одной. Джексон не понимал, что с ним твориться. Мозгами он понимал, что дело не в нем и не в ней. Кто-то играет им. Как будто в него вселился другой Джексон, который помогает девочке Клариссе с ее ужасным характером. Перси не помнил, как они попали сюда, но ориентироваться по замку не составило проблем. Пройдя от одного конца коридора к другому, парень решил войти внутрь. В желудке как некстати заурчало, напевая свою любимую песенку про голод. - Уже вернулась? - смерив взглядом, Перси спросила Кларисса. - Слушай, я с тобой ссориться не могу. Язык не поворачивается, - произнес Джексон, стоя на пороге комнаты, - меня как будто подменили. - Как был лузером, - усмехнулась Кларисса, встав с кровати на которой сидела, - так им и остался. - А ты все та же королева туалетов, - улыбнулся Джексон, представляя ее в мантии, сделанной из туалетной бумаги. В одной руке швабра, в другой - перчатки. - Ой, нашелся шутник, - огрызнулась Кларисса и как обычно приперла его к стенке, собираясь задушить. Она не любит когда ей напоминают об ошибках. Окунать Джексона в унитаз Кларисса сильно желала, но сейчас его поблизости не было. Успокоившись, Ла Ру ушла в ванную комнату набирать воду. В унитаз второй раз окунать не хотелось, но ванна тоже ничего. Жаль, не было морской соли поблизости. Выйдя в комнату с довольным лицом, Кларисса почти за шкирку потащила Перси в ванную. Окунуть не сумела, он слишком сильно сопротивлялся. Да и если вода рядом с Джексоном - бороться с ним просто бесполезно, особенно если он косится на твое копье, а потом ломает его пополам. Пытаясь толкнуть друг друга в ванну, они вместе упали, но Джексон как обычно был сухим. Теперь была понятна фраза - выйти сухим из воды. Перси попытался встать, но мертвая хватка Клариссы держала его в ванне в неудобной позе. Сидеть приходилось, обколотившись спиной о край ванны, а ноги торчали с другой стороны и уже начинали затекать. Дотянуться бы ему до крана, и он промоет мозги этой Клариссе. - Поиграли, и хватит, - произнес зло Джексон, брызгая ее каплями воды из ванны. - Чертов рачок. И в воде не тонешь, - разозлилась Ла Ру, не понимая о чем говорит. Когда она злиться в голове путаются все фразы и слова. Выстраиваются какие-то нелепые предложения обрывки мыслей. В такие моменты браться Стоулл просто заливаются смехом от того, что мозг девушки - тормоз. - Ла Ру, мне неприятно находиться с тобой в одной ванне, а особенно неприятно сидеть за столом и спать в одной комнате, - перечислял Джексон, но Кларисса заткнула его рукой. - Думаешь, мне хочется с тобой иметь дружеские отношения? После того что ты сотворил с моим отцом... Кларисса слушала только сдавленное мычание и отпустила его. Парень начал выбираться из ванны и чувствуя, что его никто не держит, поторопился. Девушка осталась так, и сидеть в ванной в нелепой позе и, кажется, она уже находилась в другом мире. Может и не в другом мире, но точно не здесь. Повисла напряженная тишина, а Кларисса все думала и думала. Как только речь заходит о ее отце лицо девушки меняет эмоции со скоростью света, а глаза становятся как у Ареса - злые и горящие ненавистью. - Кларисса, - произнес Джексон, стараясь разбудить ее ото сна, но она не просыпалась, - Кикимора. - Что случилось? - резко вскочила Ла Ру с кровати, отчего ее голова разболелась, а затем, обведя взглядом парня, выдавила, - идиот. - Ты тоже не умна и не красавица, - сказал довольный Джексон, - я пришел спросить: еду сюда принести или ты пойдешь в большую комнату? - А ты служанкой подрабатываешь? - удивленно приподняла девушка одну бровь. - Не угадала. Должен же я как то загладить свою вину, к тому же твой отец меня с потрохами съест, если заметит на тебе, хоть одну царапинку, - произнес с иронией парень, подняв палец вверх. - Мм я не откажусь пообедать здесь, - улыбнулась парню Кларисса, хотя внутри сидела ненависть. Джексон исчез, а девушка думала, почему у нее к нему ненависть. Может за то, что он очень высокомерный? Может за то, что ее бесит его дружелюбие? Или это все как-то связано с отцом? Точнее с его поражением? В комнату вошел Перси с подносом в руках. На обед Персефона приготовила им гречневую кашу, овощной салат и свежевыжатый апельсиновый сок. Конечно, богиня должна их ненавидеть, но сейчас царица их защищает от Аида. К тому же она любит возиться с детьми, а особенно с полукровками. - Почему ты мне помогаешь? - спросила девушка, принимая из рук Джексона поднос. - Я тебе сказал - твой отец съест меня с потрохами за любую маленькую царапинку на твоем лице, - устало произнес Джексон, присаживаясь к ней на кровать. - Ты же его один раз победил. Он и без меня тебя с потрохами может съесть, принцесса, - произнесла Кларисса, запивая кашу соком. - А ты за меня переживаешь? Ой, как мило, - ухмыльнулся парень, сидя с довольной улыбкой. - Еще чего, - отмахнулась девушка от ответа. - Выражаясь тобой, я могу сказать только одно... - Выражаясь мной? - удивилась девушка. - Это из разряда новичкам везет. С твоим отцом то же самое получилось. Мне повезло. Все закрыли тему, - произнес Перси и замолчал, наблюдая за тем, как девушка ест. - Не смотри на меня, - рявкнула Кларисса, зло, посмотрев парню в глаза, - а ты сама уже поела, принцесса, или ты еще на диете? - Почему мне нельзя посмотреть на ошибку природы? – удивился Джексон, наблюдая, как Кларисса в это время брала в рот ложку каши. Как он и предполагал, Ла Ру подавилась от услышанных слов. Перси говорил не об ошибке природы, а об ошибке его отца. Такой ошибке, после которой родилась у мамы именно она. Не сын, о котором мечтал Арес, а дочь. Уже с малых лет Кларисса старалась быть похожей на своих братьев. Не отставала в тренировках. Могла ночью и днем заниматься боями на мечах, но с приходом Джексона все поменялось. Кларисса стала еще грубее, замкнутой и занималась всякой ерундой – обзывала Перси всем своим запасом, который берегла для братьев Стоулл. Парень подошел к ней и похлопал по спине, как обычно. А потом дал ей в руки оставшийся сок, но это было что-то новое. Как и тот поцелуй, после которого Кларисса уснула и видела этот сон. - Ты согласна? – спросил Перси, убирая с ее ног поднос с остатками еды. - С чем? – не поняла девушка, ведь соглашаться с тем, что она ошибка его отца она вовсе не хотела. - Подыграть мне, - произнес угрюмо Джексон. - Чего? Как ты себе это представляешь, новичок? – выдавила девушка нервный смешок. - Все очень просто. Ты меня не обзываешь всякими гадкими словами, а называешь ласково, как будто ты говоришь с тем дряхлым мишкой, который сидит у тебя в домике на кровати. - Откуда ты знаешь о Тонни? – удивилась девушка, испепеляя его взглядом. - Не важно. Ты просто девушка пока что, - подмигнул парень, за что получил удар подушкой, - понял. Еще ты будешь должна поцеловать меня в щечку за этот гениальный план. - Идиот. Я лучше здесь останусь, чем буду учувствовать в твоем цирке. - А как же я? Ты обо мне подумала, любительница мишек? – засмеялся Джексон. - Еще одно такое слово в мой адрес и ты пожалеешь, что на свет родился. - Уже пожалел, как встретил тебя в лагере, - пробубнил парень, поднимая подушку девушки. - Что? - Ничего. Ты согласна? - Хорошо, но только без твоего желанного поцелуя в щечку, - произнесла Кларисса, отвернувшись от парня в противоположную сторону. - Я знал, что ты меня не подведешь, - обрадовался парень и, взяв поднос с остатками еды, вышел из комнаты.