Сила любви.

Можно ли растопить давно потухший огонь, который изрядно смочил проливной дождь? Можно ли увидеть солнце, когда небо затянуто черными тучами? Можно ли посадить зерно надежды в той части души, что не пригодна, словно пустыня, для существования? Аро Вольтури из собственного опыта знал, что ничего невозможного нет, тем более, когда за плечами целая вечность. Покалеченные тысячи невинных душ, слезы и горе посторонних людей ничего не значат, они лишь очередные ступеньки, пустой звук, безвольные тени в искусной игре мастера. Разве так уж прекрасна скрипка, если она не в руках мастера? Имеют ли обыкновенные краски на холсте чарующую магию созидания, если к шедевру не приложил руки искусный художник? Нет! Нет! Нет! Он точно знал, что стоит ему поставить цель и он обязательно до нее доберется. Сокрушит могучие горы, высушит океаны, но достигнет желаемого. Он, Аро Вольтури, правитель мира, самый умный и расчетливый! Погрузившись в мысли о великих свершениях, Аро наблюдал, как во внутреннем дворике гулял его затворник брат вместе с маленькой Каллен. Странно, он ставил на ее мать, но и дочь подойдет… Они спокойно о чем-то беседовали, иногда на лице Марка появлялся легкий признак улыбки, а иногда брат проваливался вне времени, словно путешествуя по чертогам своей памяти… Вот к гуляющим подошла Изабелла и, сказав несколько слов, видимо, приветствия, увела Ренесми в замок. Как больно было наблюдать за тем, как Марк смотрит им вслед, на долю секунды показалось, что брат окликнет девушек, но нет, пустые холодные глаза говорили о том, что он снова погрузился в свой личный ад под названием “омут воспоминаний”. – Мой господин! – после короткого стука в кабинет вошел Алек. – Как сегодня себя вела мисс Каллен? – повернувшись к собеседнику, спросил Аро. Алек поспешил протянуть руку, чтобы дать полный отчет, ну, и заодно лишний раз выслужиться перед хозяином. Аро лениво отмахнулся от такой навязчивости: ему были попросту не интересны мысли юного подданного, он слышал их тысячу раз и вряд ли услышал бы что-нибудь новое. – Охота прошла успешно, кажется, она довольна. – А что по поводу нашего беглеца? – тон, с которым были сказаны слова, говорил о том что Аро не примет оправданий. – Он пойман и ждет своей участи в темнице. – Отрапортовал Алек. – Хорошо, пусть Кайус решает его судьбу. – Аро на секунду запнулся. – Передай правителю, что поддержим любое его решение. – Слушаюсь мой господин. – Алек низко поклонился, выказывая свое уважение… POV Белла Малютка Несси, наигравшись вдоволь, наконец, уснула. Я снова осталась в полном одиночестве. Звонить семье было делом бессмысленным: они все отправились на охоту, а значит, что телефоны будут дня два молчать. Именно в такие минуты чувствуешь себя брошенной всеми, а чего я хотела? Сама виновата. Тихонько, на цыпочках, чтобы не разбудить дочку, что сладко спала, я вышла в длинный коридор и плотно закрыла за собой дверь. Аро говорил, что у них тут есть библиотека: это хорошо, можно хоть как-то скоротать ночи. В поисках заветной цели я и двинулась по темным коридорам. С каждым последующим шагом чувство тревоги нарастало все сильнее и сильнее. Но, невзирая на это, я продолжала идти, списывая внутренние страхи на разлуку с семьей и неисчерпаемую печаль по родному дому. Неожиданно до меня начали долетать странные звуки, что шли с нижних этажей. Поначалу я не особо обратила на них внимание, но потом, когда они начали напоминать стоны, остановилась и прислушалась. Стоны звучали отчетливей. Не теряя ни минуты, я побежала на мучительный маяк, что звонким набатом возвещал о своих страданиях. Несколько долгих секунд, длиною в чью-то невинную жизнь, и я у двери. Не думая ни минуты, распахнула ее – увиденное повергло меня в полнейший шок. По венам пробежался морозящий душу холод, мозг отказывался воспринимать реальность… На полу лежал высокий темноволосый вампир, а над ним величаво возвышался Кайус Вольтури, который по кусочку, по сантиметру вырывал плоть у живого существа, явно наслаждаясь криками последнего. – Мало! – воскликнул правитель, от этого крика я не произвольно подпрыгнула на месте. – Думаешь, ты сейчас страдаешь? Боюсь тебя огорчить, но твои мучения только начались. Джейн! После этой команды тело мужчины забилось в смертельной агонии, а из груди вырвался обессиленный крик полный горечи. Не теряя времени, я ворвалась в эту страшную комнату пыток и со всей силы оттолкнула Кая от тела. Тот, не ожидая такого, отлетел к противоположной стене. – Прекратите! Ему же больно! – заорала, нет, заверещала я в попытке остановить Джейн, та в растерянности прекратила атаковать бедолагу. – Как вы можете? – Мы можем? – ядовито переспросил Кай, поднимаясь с пола и легкими грациозными движениями поправляя мантию. – Мы Вольтури! Этим все сказано! Пошла вон! – Нет! – выкрикнула я, становясь в боевую стойку, как учил меня Гаррет. – Сама напросилась. – Елейно улыбаясь, от такой улыбки у простого человека легко может остановиться сердце, пропел Кай. Он приближался медленно, неторопливо, словно гипнотизируя. Я почувствовала себя пылинкой на пути у торнадо. В его глазах горел огонь ненависти и злости, от этого взгляда хотелось бежать без оглядки, но силой воли я заставляла себя стоять на месте. А он приближался… В какой-то неуловимый момент все его мышцы напряглись и правитель прыгнул в мою сторону, я попыталась увернуться, но вместо того, чтобы отскочить на безопасное расстояние, я попала прямо в руки Кая. Он ехидно улыбнулся и, схватив меня за волосы, прижал к своей груди. – Ну, что, ты и сейчас смелая? – прошептал на ухо, явно наслаждаясь моим страхом, Кай. – Вы не посмеете… – в ответ шепотом пробубнила я, но он расслышал. Звонкий смех разлетелся по всей комнате, наполняя ее стальным привкусом стремительно приближающейся расправы. Кай положил свободную руку мне на плечо и со всей силы сжал. Я почувствовала, как скрипит моя плоть, как боль тысячами острых иголок проникает под кожу, как рассудок покрывается легкой, почти невесомой, но плотной пеленой. – Тебе конец Изабелла Каллен. – Наслаждаясь каждым словом, словно любовник, шепчет он мне. – Твоя жизнь была никчемной, впрочем, как и смерть… Вторая рука переместилась на шею, и пальцы впились в плоть, словно стальные тиски… – Брат! – сквозь вату в ушах прозвучал далекий голос Аро. – Остановись! Пальцы Кая медленно разжались, и он брезгливо отбросил меня в сторону, как сломанную куклу, ненужную вещь, что-то противно омерзительное… – Она сама виновата! Нечего слоняться там, где не следует. – Раздраженно бросил Кай. Меня подхватили на руки. Легкий аромат корицы и древнего пергамента ударил в нос, обволакивая собой. – Тебе не следовало бродить здесь. – Раздался расстроенный голос правителя. – Вы монстры. – Прошептала я. – Бесчувственные, эгоистичные монстры и садисты. – А что если я скажу, что этот вампир вырезал три деревни в южной Африке, только для того, чтобы показать свое превосходство над людьми. Он питался исключительно детьми до пяти лет, считая себя гурманом и эстетом. Мы двое суток шли по его следу, двое суток за ним тянулись трупы младенцев и мертвые деревни…. Сейчас ты тоже считаешь нас монстрами, защищая его? – Я не знала! – попыталась извиниться я. - Не знала… – как-то задумчиво растягивая слова, повторил Аро. – Все вокруг считают нас жестокими, и это нормально… Ответь, только честно, что бы ты сделала, если бы такой садист замучил твою дочь? – Я бы убила его, по-варварски, истязая и мучая до последнего вздоха. – Не задумываясь, ответила я. – Так столь уж мы разные? – спросил Аро. – Не отвечай, это риторический вопрос. Он ногой открыл какую-то дверь, и я поняла, что оказалась в своей спальне. Медленно, почти бережно Аро положил меня на кровать. – Тебе надо восстановиться, за Ренесми приглядит Рената. – Аро подошел к двери, но потом, как будто что-то вспомнил, остановился. – В следующий раз не делай поспешных выводов. Правитель удалился, оставив меня в гордом одиночестве. Я уставилась в белый потолок, а в голове кружился недавно заданный вопрос: “Столь уж мы разные?” Как это не прискорбно признавать, но мир не такой, каким кажется на первый взгляд. Мне всегда казалось, что Вольтури – это чистое зло, гнойный нарыв на нашей земле, паразит, что поедает изнутри все, что может жить или же подавать признаки жизни. Сегодня черное перестало быть черным. Я увидела, что миссия Вольтури не так уж и бессмысленна. В нашем жестоком и беспощадном мире должны существовать такие, как они, чтобы наблюдать и карать виновных. Конечно, я не соглашаюсь с ними во всем, всегда есть это пресловутое каверзное “но”. Сегодня заглянула за кулисы правосудия. Это бесценный опыт, стоящий очень дорого, который, благодаря идеальной памяти, я не забуду никогда.