Из России с любовью

Шаги ускорялись в такт ее шагам. Беата уже была готова сорваться на бег. Черт ее дернул пойти этой дорогой. И, вообще, какого хрена она идет одна ночью из клуба. Почему не позволила снять себя какому-нибудь глупому мальчику, который за один поцелуй отвез бы ее домой на дорогой машине? Сердце девушки усиленно билось в груди, матерные слова кончились и пошли по второму кругу. Но, как она не прокляла своего преследователя, он никуда не исчез. Может, закричать? – подумала Беата, но тут же отбросила эту мысль. Что если по пятам идет не маньяк, а человек, которому просто необходимо в одну с ней сторону. В этом случае она будет выглядеть как истеричная дура, а показаться таковой со стороны Беата совершенно не хотела. Поэтому продолжала, как можно быстрее передвигаться в черных лакированных туфлях на высоченном каблуке и танкетке в придачу, которые бы сейчас за все золото мира променяла на простые кроссовки или балетки. Широкая улица кончилась, сейчас будет поворот направо, узкий проход между домами, откуда до дома останется только рукой подать. Лишь бы успеть! Но она не успела. Стоило девушке только нырнуть в проулок, как преследователь со всей силы толкнул ее в спину и прижал горячим телом к холодной шершавой стене. Закричать Беата тоже не смогла, широкая ладонь закрыла ей рот, зажимая в придачу и нос. Кислород в легких быстро закончился и девушка начала задыхаться, пыталась пнуть человека за спиной ногой, но он раздвинул их, насколько позволяла юбка Беаты, и встал между ними, руки зажал за спиной. Наверняка, останутся синяки. Перед глазами мерцали разноцветные точки, будто взбесившаяся цветомузыка в клубе, сознание медленно ускользало. Когда маньяк заметил, что придушил свою жертву, то рука со рта исчезла, позволяя девушке сделать вдох. Воздух вновь наполнил легкие, принося с собой боль. Пока девушка приходила в себя и училась заново дышать, жадные руки насильника ощупывали ее тело. Горячие пальцы провели под кружевной резинкой чулок, скользнули выше, поглаживая нежную кожу внутренней стороны бедра, но, не заходя дальше. Шеи коснулся горячий и влажный язык. Мужчина откинул ее волосы и начал с жадностью исследовать тонкую белую шейку девушки. К своему стыду и ужасу, через несколько минут неторопливых и нежных ласк, Беата поняла, что возбуждена и совершенно не хочет, чтобы ее отпускали на волю. Между ног мокро, соки намочили тонкие красные трусики. Стыдно, хорошо, что темнота скрывает, как сильно пылают ее щеки. Мужчина оказался высоким, даже слишком. Его твердая плоть упиралась девушке в поясницу, а Беата так мечтала почувствовать это давление между ягодиц. Девушка запрокинула голову, закрытые веки трепетали, ресницы, густо накрашенные коричневой тушью, мелко подрагивали. Рука незнакомца гладила упругий живот, едва скользя под пояс юбки, поддразнивая, но, не переходя к активным действиям. Беата застонала и вдохнула глубже аромат мужского тела. Отчего-то он показался ей до боли знакомым. Девушка распахнула глаза и столкнулась взглядом с угольками глаз Коуди. - ТЫ? – изумленно выдохнула она. - Я, - он улыбнулся и, наконец, скользнул рукой туда, где все горело в ожидании его ласк. Сознание Беаты мутнело от острого желания принадлежать этому мужчине, она хотела его. Но эту жажду разбудил незнакомец, что так грубо обошелся с ней, а не знакомый парень, который долгое время уже добивается ее внимания. Она дернулась, пытаясь вырваться из его рук, но Коуди не отпустил, а сжал ее тело еще сильнее, причиняя легкую боль. - Мне оставить тебя в покое? – насмешливым тоном спросил парень, сдвигая тонкую полоску трусиков в сторону и погружая в лоно девушки два пальца. - Нет, - выстонола Беата, покусывая губы, обильно накрашенные ярким розовым блеском. Приводя свою одежду в порядок после бурного экстремального секса с девушкой, о которой мечтал, Коуди благодарил Дилана, который все же дал дельный совет. И если первый вариант Коуди был выполнить не в состоянии, парень слишком любил свою работу, то второй привел его к успеху. - Проводишь меня? – спросила Беата, одергивая юбку. - Ты будешь со мной встречаться? – Коуди взял любовницу за руку и повел вперед. Ноги после оргазма были ватные, тело наполнилось слабостью, но сознание искрилось от эйфории, которая его переполняла. - М-м-м…, - протянула Беата, прикуривая на ходу длинную тонкую сигарету коричневого цвета. - Надо полагать, что это да? – Коуди остановился, вытащил изо рта девушки ароматизированную палочку и затянулся, хотя курение считал вредной привычкой, но сейчас сладкий табак приятно разлил свой вкус на языке. - Да, - кивнула девушка, быстро забрала свою сигарету назад и жадно затянулась, выпуская в ночную темноту струйку белого ароматного дыма. Коуди довел уже свою девушку до дома, пожелал спокойной ночи, нежно поцеловал и, пребывая в состоянии абсолютного счастья, отправился к себе домой. Беата поднялась на второй этаж в свою комнату и долго смотрела вслед парню, посмевшему доставить ей настолько дикое и необузданное удовольствие. Плевать на то, что она получила самый яркий оргазм в своей жизни, плевать на то, что Коуди оказался самым восхитительным любовником из всех, что у нее были, он ответит за свой поступок. Потому что ни один мужчина не смел с ней так поступать. От выработки подробного плана мести своему парню Беату отвлек телефонный звонок. - Да? – девушка даже не посмотрела на дисплей и очень удивилась, узнав по голосу в звонившем, Эвана. - Привет, не спишь? - Нет, - Беата упала на кровать, сняла мокрое нижнее белье, и закинула трусики куда-то в угол комнаты. - Долго думал, стоит ли тебе говорить, и все же решился. - Эван, дорогой, - протяжно произнесла девушка, - тебе не кажется, что сейчас не самое лучшее время для твоих откровений? - Они не мои, они твоего драгоценного Дилана, - огрызнулся парень. - О-о-о! – припухшие губки сложились в милый овал. - Хочешь послушать? - Конечно! – с жаром выдохнула Беата. - Буду краток, - усмехнулся парень на том конце провода, вспоминая, как ему эту информацию преподнес Дилан. - Говори уже! - прошипела в трубку девушка, сгорая от любопытства. - Дилан любит Генри, - рассмеялся Броуди. - Естественно любит, они братья, - Беата села на кровати, негодуя, зачем этот придурок говорит ей очевидные вещи, еще и звонит в три часа ночи, чтобы сообщить об этом, и плевать на то, что она не спит. - Нет, детка, - Эван зло усмехнулся, - Дилан любит Генри не как брата, - парень прислушался, ожидая бурной реакции, но в трубке повисла тишина. Фейерверк от осознания такой простой истины был у Беаты в голове. Как все просто оказывается, влюблен в собственного брата. Если правильно распорядиться этой информацией, то можно сжить близнецов со свету. Блеск! Девушка перевернулась на живот и изогнулась, словно дикая кошка. Такая же жестокая и опасная в своих действиях. - Беата, у тебя сердечный приступ случился на фоне шока? – поинтересовался парень спустя несколько долгих минут тишины. - Нет, думаю, как эту информацию использовать, - голос спокойный, даже слегка безразличный, настоящие эмоции скрыты от собеседника. - Посвятишь в свой план? - Обязательно, как только он созреет, - Беата сбросила вызов. Мстительная натура девушки металась из стороны в сторону, не зная, на какой путь нацелится. То ли пустить эту информацию гулять в народ, но сделать так, чтобы ни у кого сомнений не возникло. Либо поступить совсем жестоко и ударить по больному… Пока Беата не могла решить…

***

Работать Виктору понравилось. Он легко влился в коллектив, сдружился с некоторыми коллегами. Парни и девушки из его отдела звали его не иначе, как Вик, его полное имя в коллективе не прижилось. Но Виктор не расстраивался по этому поводу. Самое большое огорчение ему приносили близнецы, с которыми он так и не нашел общего языка. Даже, казалось, вполне дружелюбно настроенный Генри теперь сторонился его и старался реже попадаться на глаза. Дилан же, вероятно, поставил себе целью довести его до седых волос и инфаркта в двадцать три года. И надо сказать был к этому близок. Обычно молодой человек не спешил после окончания рабочего дня идти домой. Вик часто выбирал долгую дорогу, на пути которой попадался маленький приятный ресторанчик. В небольшом зале располагалось только пять столиков рассчитанных максимум на четверых человек. Дизайн ресторана был выдержан в индийском стиле. Низкие деревянные столики, низкие диванчики, стилизованные под качели на толстых золотых цепях, обитые ярко-синей бархатной тканью. На них в беспорядке лежали по три яркие подушечки разных размеров, над головой висел золотой балдахин, а сами стены завешаны, синим шелком, переливающемся в свете множества свечей, что освещали зал ресторана. На полочках, встречающихся вдоль стен, стояли разнообразные интересные статуэтки, объединяло их только то, что все они выполнены из золота или позолоты и инкрустированы камнями, настоящими или нет, Виктор не знал, ему было все равно. Просто, приходя сюда и устраиваясь на низком диване, он чувствовал себя уютно и комфортно. Здесь он отдыхал после рабочего дня перед словесными перепалками с Диланом и молчаливым противостоянием с Генри. Но сегодня в один из последних августовских дней, небо заволокли тяжелые фиолетовые тучи, которые к концу дня пролились ливневым дождем, затяжным и холодным. Вик не носил с собой зонта, никак не мог привыкнуть к переменчивой погоде, поэтому бежал домой сломя голову, только бы быстрее оказаться в своей комнате с горячей чашкой чая. Сейчас его не волновали даже близнецы. Уж Дилан точно не оставит без комментария его внешний вид. За десять минут, что он провел на улице, вода пропитала дорогой костюм насквозь, волосы наполнились влагой и сбились в толстые прядки, с которых текла вода, заливая глаза и попадая в рот. Стоя возле лифта, Вик тряхнул головой, словно большой пес, разбрызгивая воду вокруг себя. Руки тряслись так, что попасть ключом в замок с первого раза Вик не смог. Едва попал с третьего и медленно повернул ключ. Дверь отворилась практически бесшумно. В квартире стояла тишина. Виктор снял мокрые ботинки и поставил их на коврик. Прошел дальше, оставляя на мраморе мокрые следы ног. Парень уже хотел выдохнуть, надеясь, что близнецов нет дома, но его внимание привлек полный страсти и удовольствия стон, раздавшийся из соседней комнаты. За ним последовал еще один, к которому присоединился другой. Близнецы стонали в унисон. От такого звукового приветствия у Виктора волосы на голове встали дыбом. Парень облизал вмиг пересохшие губы и подошел ближе к двери в их комнату. Она была приоткрыта. Воображение рисовало картины одну развратнее другой, но к тому, что парень увидел, когда легко толкнул дверь, он не был готов. На разворошенной постели одного из братьев оба близнеца слились в единое целое. Дилан страстно целовал отчаянно стонущего под ним Генри. Ноги мальчика оплетали талию Дилана и были сцеплены в замок. Плавные, тягучие движения приносили неземное удовольствие обоим. Дилан упивался моментом, Генри позволял ему это так редко, но от этого каждый раз становился все слаще, все острее, все желаннее. Виктор медленно попятился вон из комнаты. Зрелище шокировало до нервного тика. Правый глаз парня непроизвольно дергался. Вик тихо прикрыл за собой дверь ванной, скинул мокрую одежду и встал под горячие струи воды. Тело мелко дрожало, но не от холода, а от пережитого шока. Парень отчаянно тер себя мочалкой, вспененной ароматным гелем для душа. Каждое движение было направленно на то, чтобы стереть воспоминания о переплетенных телах, мокрой от пота спине Дилана, его толчках, врывающихся в тело брата. Виктор жадно вдыхал запах хвои и ментола, чтобы вытравить из носа запах секса, витающий в комнате близнецов. Когда мышцы на руках начали болеть от усердия, с которым Вик оттирал от себя грязь, покрывшую каждый миллиметр кожи, парень без сил опустился на дно ванной, обхватил колени руками и уткнулся в них лицом. Он многократно посыпал свою голову пеплом, что не пошел обычным маршрутом и появился дома так не вовремя, но уже поздно куда-то бежать, самое худшее, что он мог увидеть, уже увидел и эта картинка будет ему сниться в кошмарах, наверное, всю жизнь. Теперь Виктору была понятна враждебность близнецов, он мешал им жить. Первое желание было попросить отца найти ему другое жилье, но чем больше времени проходило, тем больше Вик успокаивался и думал. В итоге парень пришел к выводу, что объяснить отцу причину, по которой он резко захотел съехать от братьев, не раскрыв тайну мальчиков, не сможет. А наносить родителю такой удар он не хотел. Спустя час, проведенный под расслабляющим действием воды, Вик успокоился. Ему все еще было неприятно и противно от того, что он увидел, но отношения Дилана и Генри его не касались. Главной задачей стало сделать невозмутимый вид, словно он ничего не видел. Шум льющейся воды Дилан услышал только тогда, когда лежал на кровати, нежа Генри в объятиях. Парень приподнял голову и вслушался. Так и есть. В ванной лилась вода. - Видимо, Виктор пришел раньше, - поделился он своими наблюдениями с Генри, который вопреки обыкновению, не выгнал его сразу же из своей кровати, а позволил насладиться негой и удовлетворением в полной мере. - И? – Генри даже не соизволил открыть глаз. - Он мог увидеть. - И? – Генри, как всегда, непрошибаем. - Тебя это не волнует? – Дилан провел по спине брата ладонью, стирая последние капли влаги. - Нет. А тебя беспокоит? – Генри фыркнул в подушку. - Нет. Этот тип меня раздражает одним только фактом своего присутствия. - Брось, он не такой уж и плохой. - Да-а-а? – протянул Дилан, - Тогда скажи мне, почему ты от него бегаешь? - Тебе показалось, - слишком поспешно выпалил Генри. - Есть хочу, - Дилан поднялся и стал собирать разбросанные по комнате вещи. На самом деле парня интересовал ни сколько ужин, сколько реакция Виктора на то, что происходило в комнате некоторым временем раньше. Если не видел, то слышал уж точно. Любопытно, что скажет старший брат, проживший всю жизнь в стране, где гомосексуальные связи до сих пор являются чем-то уж слишком скверным, а инцест, наверно, присутствует только в пошлых эротических романах. Генри только махнул рукой в его сторону, собираясь окончательно погрузиться в сон. Дилан успел перекусить и выпить две чашки чая, когда дверь ванной распахнулась и, сопровождаемый клубами белого пара, оттуда вышел Вик, только лишь в одном полотенце, обмотанном вокруг бедер. Мальчик скользнул взглядом по голому торсу с отчетливо выступающими кубиками пресса на животе. На груди Виктора росли волосы, что придавало ему некой мужественности. Что касается внешности, то Вик был идеален. Выше и крупнее братьев, с красивым лицом, похожим как две капли на отца в далекой молодости. Если близнецы многое позаимствовали от матери, в том числе и цвет глаз, то Виктор, видимо, ничего не взял от своей родительницы, слизав внешность папы. Такие же белые волосы, карие, практически черные глаза, черты лица, словно выполненные под копирку. Красив, как Бог. Если бы Дилан не был удовлетворен, то в штанах бы уже наблюдался прочный стояк, а так ему ничто не мешало любоваться внешностью полуголого старшего брата. Виктор, заметив пристальное внимание близнеца, развалившегося на стуле на кухне, кивнул ему в знак приветствия и прошел в свою комнату. Одежду он с собой не захватил, не было времени, и теперь стал объектом пристального изучения одного маленького наглого извращенца. Но надо отдать ему должное, внешне смущение Вика никак не проявилось. Молодой человек зашел в комнату, подошел к шкафу, выудил из его недр штаны и футболку, скинул полотенце и занес ногу, чтобы надеть штаны. - Считаешь нижнее белье лишней деталью гардероба? – произнес издевательский голос за спиной. Виктор от испуга дернулся и промахнулся мимо штанины, продолжая светить голым задом перед Диланом. А то, что это именно он стоит в дверях его комнаты, Вик не сомневался. - Правильно, я тоже так делаю, - продолжил издеваться Дилан. Вик скрипнул зубами, но быстро взял себя в руки и прикрыл наготу. - Что ты здесь забыл? – парень развернулся лицом к своему раздражителю. - Понравилось зрелище или в следующий раз специально для тебя хоум видео снять? – Дилан в несколько шагов пересек комнату и замер возле Виктора. Слишком близко, настолько, что запах тела мальчика забрался в нос, а жар чувствовался даже через одежду. Виктор сделал шаг назад и уперся спиной в ящики шкафа. - Нет, пригласите на спектакль, - рыкнул парень, отталкивая Дилана и выходя из ловушки. - Руки сотрешь или член сточишь, - фыркнул тот. Виктор стоял возле окна, пристально всматриваясь в темные капли дождя, что так и лились с неба. Сплошная серая мутная стена, ничего не видно. - Вик, - тихим хриплым голосом произнес Дилан, кладя руку на плечо старшему брату, - а хочешь поучаствовать? – выдохнул тот в самое ухо и провел по кромке языком. Виктора словно разрядом тока ударило. Он вздрогнул и отскочил от брата, как от вставшего из могилы трупа, лицо выражало приблизительно те же эмоции, если бы перед ним и, правда, оказался зомби. - Тебе лечиться надо, мальчик, - совладав с собой, выдохнул Виктор. - Нет, это тебе надо пересмотреть взгляды на жизнь, - серьезно, без тени кривляния произнес Дилан и покинул комнату, оставив после себя нервную дрожь в душе и хаос в сознании Виктора.

***

- Доброе утро! – весело крикнул Виктор близнецам, выползшим из своей комнаты и сонно потирающим глаза. Сегодня у них первый учебный день и Вик предпринял очередную попытку наладить отношения, приготовив парням завтрак. Кадр из их личной жизни пережил, оставив позади и решив не принимать близко к сердцу. В конце концов, это их дело, их грех, сами будут отчитываться перед Богом или Дьяволом, он им не судья, а старший брат. Как бы ему не претило такое сексуальное влечение между братьями, пытаться наставить близнецов на путь истинный он не планировал. - Доброе! – отозвался Генри, оттолкнул сонного брата и скользнул в ванну. - Сучка! – крикнул в закрытую дверь Дилан и прошел на кухню, прожигая Виктора злым взглядом. Эти двое никак не могли найти между собой даже подобие общего языка, но чашку кофе, который сварил Вик, Дилан притянул к себе и с удовольствием сделал глоток горячего напитка. Мальчик зажмурился, провел языком по обожженному небу, облизал верхнюю губу и резко распахнул глаза, чувствуя взгляд брата, замерзший на своем лице. Дилан приподнял брови, мысленно спрашивая, что тому надо. Вик не ответил, отвернулся к плите, а через пару минут на столе перед Диланом стояла тарелка с яичницей. - Это все? – скривился мальчик, рассматривая два ярких желтых кругляшка на ней. - Не ресторан, - ответил Вик и принялся за еду. Пока Дилан решал, есть или не есть, из ванной вышел взбодрившийся Генри. На его лице, на удивление, вместо безразличной маски, играла загадочная улыбка. Дилан одарил брата скептическим взглядом и пошел умываться. - Спасибо за завтрак, - Генри опустился на стул, где несколько секунд назад сидел его близнец и начал есть. Виктор сначала хотел остановить его, сообщив о том, что его порция осталась в сковородке, но передумал. Вик смотрел на мальчика и думал, что если не знать близнецов близко, то подмены не заметишь. Два абсолютно одинаковых парня. Кто сыграл с ними такую шутку, поместив совершенно разных людей в схожие оболочки? - Что-то не так? – спросил Генри, устав от задумчивого взгляда, сверлившего точку на его лбу. - Нет, - усмехнулся Виктор, - думаю над тем, насколько же вы разные. - А не должны? - Знаешь, я никогда раньше не был знаком с близнецами и почему-то был твердо уверен в том, что они схожи во всем и очень близки духовно. - Мы близки, даже не представляешь насколько… - Представляю, - скривился Вик. Наверно, Генри имел в виду совершенно иное, но сознание Вика подкинуло ему картинку братьев упоенно занимающихся сексом. - Я сейчас не об этом, - усмехнулся Генри, - Секс это только следствие тех чувств, что мы питаем друг к другу. - Генри, а никто из вас не пытался завести роман на стороне, может вы просто что-то путаете в ваших взаимоотношениях? - от чего-то разговор об инцесте с младшим близнецом не вызывал гадливости, возможно, потому что мальчик пытался донести свои мысли и чувства, а не огрызался без повода. - Почему же? – парень махнул рукой, - Дилан регулярно пытается, трахаясь со всеми, кто имеет член между ног. - И ты его после этого пускаешь к своему телу? – изумился Виктор, для которого верность между влюбленными была основой из основ. - Все сложно…, - ответил Генри, - ему не хватает того, что я могу ему предложить, а дать Дилану большего….слишком сложно…, - сбивчиво объяснил Генри и умолк на полуслове, так как из ванной вышел объект их обсуждения. Виктор одарил брата странным взглядом из смеси непонимания и презрения. Дилан падал в его глазах все ниже и ниже. Взбалмошный, извращенный эгоист, не считающийся с чувствами других людей.

***

Гул голосов студентов сливается в одну сплошную какофонию, что с непривычки бьет по ушам, но это не мешает бурной радости подниматься из глубины души. Новый виток жизни, новые люди, новые знакомства. Близнецы шли по прямому коридору среди других студентов в поисках нужной аудитории. Пол блестел, натертый множеством пар ног. По стенам с обеих сторон друг за другом шли коричневые двустворчатые двери, с золотыми цифрами, обозначающими их номер. В конце длинного коридора виднелось огромное витражное окно, венчавшееся широким толстым подоконником из натурального камня. - Скромно, - прокомментировал Дилан, когда они с братом вошли в нужное помещение. Аудитория оказалась большой, с окнами, занимающими всю противоположную от входа стену, справа от парней располагалась кафедра, преподавательский стол, за ним огромная доска, еще девственно чистая. Влево уходили ряды коричневых парт, где уже некоторые места заняли другие студенты, их сокурсники. Генри только хмыкнул и прошел за первый ряд парт, он пришел сюда учиться, а не праздно проводить время, в отличие от брата. Дилан же выбрал место в самом дальнем ряду, откуда он мог видеть спины всех учеников. Его ленивый взгляд скользил от одной фигуры к другой, не зацепляясь за что-либо интересное. Да, симпатичных парней среди одногруппников было предостаточно. Взять хотя бы того брюнета, что сидит за Генри. Красивый, высокий с крупной, хорошо развитой фигурой. Дилан бы не отказался покувыркаться с ним разок, другой. Только на лице у парня было написано, что он ярый гомофоб. К такому лучше не подходить, один удар его кулака запросто может отправить Дилана отдыхать на пол, не смотря на то, что парень отлично дрался и мог постоять за себя в нужный момент. За деревянными дверьми надрывно прозвенел звонок, оповещающий студентов о начале первой в этом учебном году пары. Через пару минут вошел преподаватель. Ничего особенного, обычный мужчина средних лет в дешевом сером костюме и с пучком усов на лице. Мужчина начал свое представление и знакомство с учениками. Дилан подложил руку под голову и устремил свой взгляд на доску за спиной преподавателя, таким образом, последнему казалось, что молодой человек следит за каждым его жестом, за каждым словом, а Дилану было глубоко наплевать, о чем распинается этот пожилой чудак. Внимание парня привлек громкий хлопок двери. Дилан резко обернулся, на пороге аудитории стояло рыжее нечто. То ли мальчик, то ли девочка. Мешковатая одежда скрывала фигуру, а длинные рыжие волосы лицо. - Могу я войти? – поинтересовалось нечто у преподавателя. Парень, отметил про себя Дилан, услышав голос незнакомца. - Проходите, молодой человек, - кивнул мужчина. Рыжий юноша сделал несколько шагов вперед, запутался в своих ногах и едва не прочертил пол носом, но успел схватиться за край парт и удержать равновесие. Аудитория взорвалась дружным смехом, который до этого момента звучал только, как сдавленное хихиканье. Мальчик не отреагировал на веселье сокурсников, прошел к задним рядам, на мгновение замер, обнаружив, что желанное место уже занято нахально ухмыляющимся Диланом, вздохнул и, все же, опустился рядом. Дилан против такого соседства не возражал. Пока парень записывал за преподавателем каждое слово, он его внимательно разглядывал. Лицо так и осталось скрыто от взгляда волной немытых волос, только изредка, когда парень поднимал голову, можно было рассмотреть ровный прямой нос и яркие губы, шепотом повторяющие слова лекции. Одет сосед по парте был в безразмерную толстовку с капюшоном и какой-то надписью на груди, широкие джинсы, которые держались низко на бедрах, поэтому хищный взгляд Дилана выцепил край задницы. - Не надоело меня разглядывать? – прошипел сосед, на некоторое время, откладывая простую шариковую ручку. - Нет, - Дилан улыбнулся. - У тебя близорукость и ты не видишь дальше своего носа? – ехидно поинтересовался парень. - Нет, со зрением у меня все в порядке, просто в зоопарке давно не был, а тут такая возможность рассмотреть невиданную зверушку, - Дилан легко отбил словестный выпад в свою сторону и продолжил пялиться на парня. Мальчик производил впечатление уставшего, забитого тяжелой жизнью подростка, только его острый язык не вязался с образом типичного ботаника. Наживать себе такого врага, каким мог стать Дилан, в первый день учебы – это верх идиотизма. - Урод, - зло прошипел парень. - Ты давно в зеркало смотрелся? – хохотнул Дилан. Как ни странно, но это рыжее чудо не вызывало негативных эмоций, скорее наоборот, задевало интерес внутри близнеца. Дилану захотелось немного поиграть в доброго мальчика. - Как тебя зовут? – вполне дружелюбно спросил он, мило и скромно улыбаясь. Рыжий повернулся в его сторону и удивленно похлопал пушистыми коричневыми ресницами, обрамляющие желто-зеленые глаза. - Энди, - все же решился ответить тот. - Дилан. Будем знакомы, - Дилан улыбнулся еще шире, стараясь выглядеть как можно менее устрашающе в глазах нового знакомого.

***

Стоя перед университетом Энди Найт не испытывал ничего. Да он поступил в престижное учебное заведение, сам, без чьей либо помощи. Перепрыгнул через всю свою неуверенность, через злые слова родителей о том, что он ничего не стоит в этой жизни. Для них вообще не было ничего стоящего в ней, кроме алкоголя. Это Энди понял уже давно, когда был еще совсем маленький и вместо того, чтобы купить ребенку игрушку, родители неизменно покупали бутылку дешевого виски. К ближайшим родственникам парень давно уже не чувствовал ничего, кроме отвращения. Учеба в университете спасла его от совместного проживания с людьми, которые по ошибке судьбы назывались его мамой и папой. Поэтому он был твердо намерен хорошо учиться и добиться в этой жизни если не всего, то многого. Энди рос очень красивым и милым мальчиком с ярко-рыжими волосами, чистой белой кожей, без единой веснушки и необычными глазами. В ясную погоду они были желтые, словно у дикой кошки, а когда небо затягивали тяжелые тучи, глаза наливались травянистой зеленью. Мальчик рос, рос и интерес к нему со стороны противоположного пола и не только. После того, как лет в пятнадцать его едва не изнасиловал пьяный дружок отца, парень четко решил прятать свою внешность. Люди, как правило, слепы и покупаются только на яркую внешнюю оболочку. Если ее спрятать за видимым уродством, то интерес не вспыхнет. Поэтому Энди отрастил длинные волосы, скрывающие его лицо, сменил стиль одежды и одевал исключительно безразмерные мешковатые тряпки, скрывающие хорошо развитую, изящную фигуру, которые сам терпеть не мог. Теперь в свой адрес он слышал только такие эпитеты, как грубое «урод», нейтральное «какой страшненький мальчик», и удивленное «что он на себя нацепил?». Энди вполне устраивало такое положение вещей, а с его неуклюжестью и тягой находить неприятности на ровном месте, образ получился шикарный. Вот и сегодня неудача не обошла его стороной. Во-первых, он проспал на первую лекцию. Во-вторых, так спешил, что не заметил, как развязался шнурок на кроссовке и запнулся, влетев в аудиторию, еще несколько шагов, и он снова споткнулся, вызвав бурные эмоции у своих сокурсников. Плевать. Пусть лучше насмехаются, чем лезут в душу со своими вопросами и интересом. Проблемой номер три, оказался невероятно красивый парень, который рассматривал его словно бактерию под микроскопом добрую половину пары, пока терпение Энди не кончилось, и он не вспылил. Одной частью сознания парень понимал, что поступает неосмотрительно и наживает себе врага в лице, безусловно, будущего лидера их потока. Но Дилан неожиданно захотел завести с ним знакомство. О его целях, Энди предпочел не думать. Понять, что творится в голове у таких баловней жизни, как его сосед по парте, невозможно, быстрее поставишь раком свои мозги. Логика в поступках у таких людей отсутствует напрочь. Энди только взял вновь ручку, чтобы продолжить писать, как Дилан легонько тронул его за плечо, привлекая внимание. Энди дернулся. Проникновение в свое личное пространство посторонними людьми, он переносил с большим трудом. Парню казалось, что до него дотрагиваются раскаленной железной жердью. - Брось, я дам тебе списать, - поведал Дилан, убирая руку. - М-м-м? А ты уж записал всю лекцию целиком? – Энди кивнул на чистый лист тетради, которая была раскрыта перед его соседом. - А-а-а? Нет, брат все запишет, - махнул он рукой куда-то на передние парты. Вот, как. Этот тип еще оказывается лентяй и человек, пользующийся своими родственниками, как прислугой. - Что ты хочешь? – прямо спросил Энди, засматриваясь на нереально синие глаза. - Пообщаться, мне скучно, - Дилан надул губы и сложил руки на груди. - И объектом своего словестно потока ты, по какой-то невиданной причине, выбрал меня? - Фу, как грубо. Я хочу с тобой подружиться, - прошептал Дилан, слегка подаваясь вперед. - С чего вдруг? Такой друг, как я будет вредить твоему имиджу, - Энди не верил ни единому слову, он вообще не верил в то, что такие люди могут быть откровенны, даже сами с собой. Ложь течет по их венам вместе с кровью. Отделить одно от другого не представляется возможным. - Моему имиджу ничто не повредит. А ты мне интересен. Сдается, что мальчик не так прост, как хочет казаться, - ухмыльнулся Дилан. Энди только тяжело вздохнул. Видимо, у него нет иного выхода, пока он не удовлетворит нелепый интерес этого блондинчика, свободы от него не получит. Энди был уверен в том, что Дилан может быть весьма настойчивым, если ему это выгодно. - Меня зовут Энди Найт, мне восемнадцать лет. Я бедный. Родители алкоголики. Я удовлетворил твое любопытство? – парень в упор посмотрел в лицо Дилана, ожидая, пока на нем отобразится презрение и отвращение, но дождался только задорной улыбки, от которой екнуло сердце. - Нет. Эту характеристику, как раз, можно легко предположить, исходя из твоего внешнего вида. Только могу с уверенностью сказать, что ты не забитый ботаник. А если и так, то в тебе напрочь отбито чувство страха, либо ты все же непроходимо туп. Какой вариант? - Первый, - скрипнул зубами Энди, потому что два других его унижали, а унижаться перед этим выскочкой он не собирался. - Запомни одну вещь, - серьезно произнес Дилан, - я всегда прав, даже, когда все окружающие думают, что это не так. - Пф! Сколько самоуверенности! На плечи не давит? - Нет, в самый раз, - Дилан тихонько засмеялся, прикрывая рот кулаком. Энди окинул его странным взглядом и через несколько мгновений они уже смеялись вместе. Дилан оказался заразительной заразой. Десять минут общения и Найт отчетливо понял, что обзавелся кумиром. Ему бы столько чувства собственного достоинства. Парень не завидовал богатству Дилана, он завидовал его личности. Сильной, властной, знающей себе цену, с наплевательским отношением к окружающему миру и людям в нем живущим. Энди никогда не хватало этих внутренних качеств. Вся его язвительность и презрение к посторонним людям, были показные. Только для того, чтобы оттолкнуть от себя. На самом деле Энди был мягким и доверчивым человеком, возможно, слегка романтичным. Глаза прикрывали стекла розовых очков, хотя жизнь учила многократно, и каждый раз Энди заверял себя, что усвоил урок. Но проходило время и парень с энтузиазмом наступал на те же грабли, вновь и вновь получая по лбу деревянной палкой. Шишка проходила со временем, а вот боль и обида оставались в сердце, пронзая его длинными иглами-шипами. - Уделишь мне пару минут? Сразу после звонка к ним подошел еще какой-то парень. Энди медленно повернул голову и едва не закричал от удивления. Перед его глазами стоял Дилан. Второй Дилан сидел по левую руку от него. Мальчик повертел головой из стороны в сторону и, все же, пришел к выводу, что парни отличаются друг от друга очень сильно. Живой и веселый Дилан, чье обаяние лилось через край, и его брат близнец, который больше походил на черствого, жестоко аристократа давних времен. - Знакомьтесь, - повелительно махнул рукой Дилан, - Это, Генри, мой брат. А это Энди, мой новый друг. - Очень приятно, - сквозь зубы выдавил Генри, протягивая руку новому знакомому. Энди пожал руку, старясь спрятать глаза от тяжелого взгляда, которым сверлил его Генри. Этот близнец вызывал у его опасения. Слишком холодный. Может, превратить в ледяную статую и не заметить, что лишил человека жизни. - Мне тоже, - Энди быстро вырвал свою руку и спрятал ее под парту. - Что ты хотел? – Дилан быстро оценил обстановку и понял, что его брат симпатией к Энди не проникся. Так даже лучше, почему бы не потрепать близнецу нервы? - Твоего общества, ваше величество, - фыркнул Генри, выхватывая тетрадь из-под рук брата, - Так и знал, что здесь не будет написано не единой строчки, - Генри швырнул тетрадь на стол и укоризненно посмотрел на брата. - У меня есть более увлекательные занятия, чем запись бормотания какого-то старика, - Дилан протянул руку и приобнял Энди за плечи. Мальчик растерялся, но руку не скинул. Посмотрел на Генри и вздрогнул от жгучей ненависти, что застыла в его глазах. Интересный поворот судьбы. За первую пару Энди нашел друга и врага, лица, которых не отличались друг от друга, только внутренняя составляющая у парней оказалась полной противоположностью. - Пройдусь, - кинул Генри и направился к выходу из аудитории. - Прости за такое сравнение, но твой брат – тихий омут, в котором черти водятся, - задумчиво протянул Энди, когда Генри скрылся за дверью. - М-м-м? Черти Генри. Уволь. Я был бы знаком хотя бы с одним, - Дилан отмахнулся, но и сам заметил то, что брат был раздражителен и зол. Интересно, что с ним произошло. Хотя, Дилан вполне догадался, кто с ним произошел? Генри увидел в Энди потенциального соперника и банально приревновал. Парень окинул рыжего мальчика оценивающим взглядом. А что? С ним можно поиграть в любовь… Губы исказила усмешка, а в голове план, по которому Дилан решил довести Генри до открытого выражения своих эмоций. Пора растопить эту горку льда. - Я, конечно, может, плохо разбираюсь в людях, но твой брат довольно злой человек. - Плевать. Какие планы на время после занятий? - Никаких, - мотнул головой Энди. - А как ты смотришь на то, чтобы сменить имидж. Не обижайся, но выглядишь, как бродяжка и только мой зоркий глаз мог разглядеть в тебе потенциал. - Я не никак не смотрю. Дилан, не хочу убивать твой энтузиазм, но у меня нет лишних денег. - Это не имеет значения, - скривился Дилан. - Для меня имеет. - Господи! Энди, не разводи детский сад и запомни одно отличное жизненное правило, если к тебе что-то само падает в руки, не стоит отбрасывать это в сторону. - Твой девиз? - Нет, только хорошее руководство к жизни. - Ясно. - Это значит, что ты согласен? - У меня выбор-то есть? - Нет, - на лице Дилана расцвела улыбка. - Что и требовалось доказать, - Энди тяжело вздохнул, понимая, что Дилан принесет ему кучу неприятностей, но и разнообразить свою скучную и унылую жизнь мальчик безумно хотел. После окончания пар, Дилан махнул ему рукой, пообещав зайти в общежитие через пару часов, подхватил под руку своего братца, который на прощание наградил Энди надменным взглядом, и близнецы растворились в толпе других студентов. В комнате, которую Энди делил с каким-то парнем, было пусто. Окно открыто нараспашку, и тонкие занавески колыхались от порывов легкого и еще теплого осеннего ветерка, приносившего в комнату нежный аромат цветов, которые многоцветным ковром укрывали сад университета. С улицы доносились голоса и смех студентов, возвращающихся в общежитие после учебного дня, сливаясь с шорохом гравия под их ногами. Энди подошел к небольшому столику и заварил себе крепкий чай, чтобы привести мысли в порядок и немного успокоить участившееся сердцебиение. Он не привык к такому количеству событий в своей размеренной жизни, а дальнейший день обещал быть еще более насыщенным. Энди сел на подоконник, перевел взгляд вниз, наблюдая за шумными компаниями, не желающими покидать залитый солнцем двор. Послышался тихий шелест и в руках парня появилась сигарета. Курение было, пожалуй, его единственной вредной привычкой. Насмотревшись на привязанных к алкоголю родителей, Энди зарекся когда-либо брать эту гадость в рот, но напряжение необходимо было изредка снимать. Поэтому мальчик поднес зажигалку к кончику сигареты и нажал на кнопку, прикуривая. Байховый чай с ярко-выраженным ароматом и вкусом мяты перебивал неприятный привкус никотина во рту. Энди сосредоточил свой взгляд на ветвях деревьев, что подрагивали на ветру. Спокойствие и умиротворение накрывали медленно и неторопливо, но спустя некоторое время Энди перестал дрожать от предвкушения. Раз его жизнь решила сделать такой поворот, то кто он такой, чтобы отказываться от перемен к лучшему. Дилан прав, не стоит пренебрегать подарками судьбы, ведь в следующий раз она может быть менее благосклонной. Затушив сигарету о край банки с водой, которая служила пепельницей, Энди спрыгнул с подоконника, забрал волосы в высокий хвост, открывая тонкие черты лица, и решил дожидаться своего нового друга на улице. Тяжело сидеть в четырех стенах, когда кончики пальцев покалывает от ожидания перемен. Мальчик спустился во двор и направился дальше от корпусов. Через сотню метров находился небольшой сад, усаженный яблонями. Сочные плоды поздних яблок красовались красными, налитыми боками. Энди не устоял, сорвал два больших яблока и расположился на траве под деревом. С этого места была отлично видна главная дорога, ведущая к корпусам, поэтому он не боялся пропустить появление Дилана. Яблоневый сад оказался уединенным местом, и шумные компании студентов не беспокоили мысли мальчика. Энди вытер плод о толстовку и с наслаждением откусил большой кусок. Сладкий сок потек по подбородку, пришлось утереть его рукавом. Глаза сами собой закрылись, давая возможность отрешиться от окружающего мира и побыть некоторое время наедине с самим собой. Тихий звук шагов и шорох веток заставил вынырнуть из своих мыслей. Энди открыл глаза и оглянулся. За его спиной, прислонившись к корявому стволу дерева, стоял Дилан собственной персоной и подбрасывал в воздух еще одно яблоко. Сейчас на парне вместо яркой и вызывающей одежды, которой он хотел выделиться на фоне других студентов в университете, были одеты черные джинсы, плотно обтягивающие длинные ноги и зауженные к низу и белая футболка без каких-либо надписей, на ногах черные классические туфли с длинным мысом. - Привет, - улыбнулся парень, - Чего ты здесь скучаешь? - Привет, прости. Ждал тебя, но задумался. - Поехали, повеселимся? - Поехали, - Энди поднялся с земли, прикидывая, что может быть увлекательного в обычном походе по магазинам? Но по веселому взгляду Дилана понял, что с этим парнем скучно не бывает. За пределами университета, небрежно брошенный на дороге, стоял дорогой спортивный автомобиль, сверкая на солнце черным, начищенным кузовом. - Запрыгивай! – крикнул Дилан, усаживаясь на водительское место. Энди сел в машину, кожаное сидение грустно скрипнуло, заставляя мальчика напрячься. Энди боялся лишний раз сделать что-то не так или дотронуться до какой-нибудь кнопки, которых здесь было, наверно, столько же, сколько и в кабине космического корабля. Дальше – хуже. Дилан оказался очень агрессивным водителем. С удовольствием нарушал правила и превышал дозволенную знаками скорость, но вел машину легко и уверено, словно родился с рулем в руках. Энди сжал зубы, сдерживая крик восторга смешанного со страхом за свою жизнь. - Расслабься, - хохотнул Дилан, нажимая на педаль газа. Мощный двигатель под капотом взревел, и машина понеслась вперед еще быстрее. - Куда ты так спешишь? – дрожащим голосом спросил Энди, вжимаясь в спинку сиденья. - В ад! – Дилан откровенно смеялся над страхом Энди, который никак не мог расслабиться. - Чокнутый! – крикнул парень, стараясь переорать громкую музыку, льющуюся из колонок. - Нет, справки из псих-диспансера нет, так что я вполне адекватен, - Дилан убавил звук, - временами бываю, - задумчиво добавил он и снова вдавил педаль в пол, срываясь с места после светофора. Из машины Энди вышел на трясущихся ногах. Его сильно мутило. Парень согнулся, хватая ртом воздух и держась за открытую дверцу машины. - Пакетик? – участливо поинтересовался Дилан, возвышаясь над Энди. - Иди к черту! – проворчал Энди, всеми силами стараясь удержать чай и яблоки в желудке. - Встреча с ним у меня назначена на конец недели, - сообщил Дилан с самым серьезным лицом и закурил, давая возможность другу прийти в себя. - Дай сигарету, - попросил Энди, разгибаясь и сражаясь с черными мухами, кружащими перед глазами. Дилан молча протянул требуемое. И только сделав несколько жадных затяжек и переборов слабость во всем теле, Энди обнаружил, что парень дал ему свою сигарету, перевел на парня недоуменный взгляд. - Косвенный поцелуй, - усмехнулся тот, передернул плечами и направился в сторону торгового центра. - Какой поцелуй?! – крикнул Энди, отбрасывая окурок прочь и догоняя наглеца. - Такой, - Дилан резко развернулся и прикоснулся к Энди губами. Энди несколько раз ошарашенно похлопал глазами и спросил: - Ты гей? - Стопроцентный, - спокойно ответил Дилан, следя за реакцией друга. - Господи! С кем свела меня судьба?! – Энди задрал голову и возвел глаза к небу, чем вызвал неконтролируемый приступ хохота со стороны Дилана. В общем и целом, Энди не имел ничего против парней с нетрадиционными взглядами на сексуальную жизнь, в конце концов, не его дело совать свой нос в чужую постель. Но раньше среди его знакомых людей, с такими взглядами, не наблюдалось. - Имеешь что-то против? - Нет. Твое дело. - Спасибо, - Дилан картинно поклонился и продолжил свой путь. В здании торгового центра было прохладно, работали мощные кондиционеры, остужая горячий воздух с улицы, который проникал через раздвижные двери вместе с посетителями. Дилан сразу же направился в сторону лифтов. Они поднялись на третий этаж в прозрачной кабинке, откуда можно было рассмотреть причудливый декор центра. Перед лифтами располагался круглый фонтан, но не с водой, а с скульптурой льда, тянущейся до самого потолка. Дилан взял Энди за руку, заставив слегка вздрогнуть, потому что кроме причины дружбы, Дилан вполне мог питать и другие желания, но парень откинул эти мысли прочь, не желая портить себе настроение. Дилан ему ни на что не намекал и ни к чему не принуждал, пока… Так зачем портить отношения из-за глупых размышлений? Они прошли мимо ресторанчиков, отделов с фастфудом и оказались перед стеклянными стенами салона красоты. - Сюда зачем? – Энди замер на месте, из-за чего Дилан немного протащил его вперед по инерции, прежде чем остановиться. - Длинные волосы уже давно не в моде, - скривился Дилан и провел рукой по своим белокурым прядям. - Не, не хочу, - заупрямился Энди, надув губы, словно капризный ребенок. - Р-р-р-р, давай сегодня ты будешь джином и исполнишь все мои желания, - с мольбой в голосе произнес Дилан. - Не-е-е, - протянул Энди, отступая на шаг. - Почему? – белые брови удивленно взлетели вверх, а взгляд синих глаз наполнился искренним непониманием. - Потому что в свете последний открытий, ты можешь попросить что-то из ряда вон. - Однако, куда побежали твои мысли… Раз думаешь об этом, значит, заведомо не против, - Дилан улыбнулся и снова потянул Энди за руку. - Иди… -…к черту, - закончил за него Дилан, - Я же тебе говорил, что он примет меня в конце недели. Брось упираться, пошли. - Ты больной! - Чокнутый. - Что? - Некоторое время назад я был чокнутым, - Дилан повертел пальцем возле виска, - Помнишь? - Придурок! - Возможно, но очень милый. Не находишь? – парень состроил умильное личико и похлопал пушистыми ресницами, кокетничая, как самая настоящая жеманница. - Ты невозможен! – выдохнул Энди и все же позволил завести себя в салон. - Это самый лучший комплимент, - выдохнул Дилан ему в ухо. Ответить Энди ничего не успел, так как был взят в оборот мастером весьма громко заявляющем своим внешним видом о своих предпочтениях в постели. Выкрашенные в белый цвет короткие волосы, серьга в ухе, подведенные глаза и одежда, которая больше открывает, нежели прячет. Энди усадили в кресло перед огромным зеркалом, подсвеченным сверху яркими круглыми лампами, нацепили какой-то передник, и теперь парикмахер таскал его за волосы, дергая рыжие пряди в разные стороны. Дилан только издевательски хихикал, сидя на удобном диванчике, попивая кофе и листая какой-то женский журнал. Энди послал множество проклятий в адрес нового друга и перевел взгляд на зеркало. Зрелище повергло его в шок. Пока он рассматривал Дилана в отражении зеркала, белобрысый мастер уже оттяпал половину волос с его головы. Парикмахер щелкал ножницами, а пряди волос скользили по гладкому материалу покрывала и падали к ногам Энди, завиваясь в кольца. После огромного количества сил и трудов, вложенных в новый образ парня, Энди блистал коротко стриженым затылком и длинной челкой, падающей на правый глаз. Темно-рыжие пряди были разбавлены светлыми, и теперь слегка переливались на свету. Из зеркала на Энди смотрел давно позабытый человек, с которым, по сути, он был весьма плохо знаком, но то, что мальчик оказался красавчиком, сомнений не было. - Хорош, - вынес свой вердикт Дилан, проводя костяшками пальцев по его щеке, - а давай тебе ухо проколем. - Нет, - твердо заявил Энди. - Ну, давай, а? – заканючил Дилан, притягивая парня к себе за талию. Мастер деликатно залился румянцем и отвернулся. А Энди не знал, куда себя деть от смущения. Отчего-то руки, удерживающие его за талию и прижимающие к сильному телу Дилана, не вызывали никакого отторжения. - Пожалуйста, - выдохнул Дилан и поцеловал в самый уголок губ. - Хорошо, только не лезь ко мне с поцелуями, - резко ответил Энди, вырываясь из захвата. - Вот и умничка, - парень вернулся на диван и стал ждать дальше. - Вам подойдут эти, с камнями цвета гранат, - мастер показал ему две капельки, переливающихся сережек-гвоздиков. - Хорошо, - снова кивнул Энди, подумал мгновение и произнес, - колите два уха. От такого заявления Дилан выронил из рук журнал. Энди злорадно усмехнулся, глядя ему прямо в глаза. За что получил воздушный поцелуй. - Извращенец, - одними губами произнес Энди и скрылся вслед за мастером в косметическом кабинете. Проколоть мочки оказалось не так уж и больно, а что самое невероятное, Энди очень понравилось, как смотрятся серьги. Камни размером около пяти миллиметров искрились насыщенным красным цветом на фоне белой кожи. Энди только тяжело вздохнул, грустно глядя на свое отражение и прощаясь со своим старым образом. После салона, когда парень уже чувствовал себя фруктом, неоднократно пропущенным через соковыжималку, начался настоящий ад. Один магазин сменялся другим. Джинсы, брюки, рубашки, футболки, куртки, аксессуары, обувь мелькали перед глазами, руки устали расстегивать и застегивать каждую новую шмотку, которую Дилан заставлял его примерять на себя. - Я выдохся, - сказал Энди, опускаясь на мягкий пуф в кабинке примерочной, когда получил довольный кивок Дилана на свой образ. Старые вещи, Дилан швырнул в корзину для мусора без какого-либо возгласа совести. Энди их тоже не было жаль. В новом образе он нравился себе куда больше, даже уверенности в себе прибавилось, а может, это просто заразно. И, пообщавшись с Диланом, он начал перетягивать на себя некоторые черты характера парня. Главное не перетянуть его страсть к особям мужского пола – мысленно вздохнул Энди. - Зато ты, просто великолепен, - Дилан присел на корточки, дернул ворот рубашки насыщенного шоколадного цвета, опустил руку и провел по ноге, обтянутой бежевой брючиной. - Спасибо, - шепнул Энди, заливаясь краской, парень даже представить боялся, сколько денег Дилан потратил на него за сегодняшний день. - Хочу другую благодарность, - хныкнул его благодетель и провел рукой до самого паха. - Нет, - Энди отбросил его руку и попытался встать, но Дилан удержал его, положив обе руки на бедра. - Постой, я не предлагаю тебе ничего непотребственного, - выпалил Дилан, - хочу только поцеловать, не больше. - Зачем? - Мне нужно, пожалуйста. Я тебя не съем. - Ладно, - скрепя сердце, согласился Энди и закрыл глаза, чтобы не видеть, как чужое лицо приближается к его собственному, как чужие губы касаются его губ, как чужой язык нерешительно проскальзывает внутрь. Энди со вздохом приоткрыл рот, пропуская его, но на поцелуй отвечать не стал. Дилан немного приласкал его, коснулся языка Энди и быстро отстранился. - Словно брата поцеловал, - хмыкнул Дилан. И быстро спрятал глаза, вспоминая, КАК он целует брата. - Это значит, типа друзья? – Энди изогнул одну бровь. - Друзья, - улыбнулся Дилан. - Ты всех друзей так проверяешь на наличие сексуального влечения? – поинтересовался Энди, выходя из примерочной в торговый зал. - Нет, только избранных, - фыркнул парень за его спиной.

***

Генри нервно переключал каналы на телевизоре, пошел уже второй круг, а мальчик никак не мог сделать выбор. На самом деле, его не интересовало сейчас ничего. Все мысли крутились вокруг братца и рыжего чудовища, ни с того, ни с чего привлекшего внимание Дилана. Генри сам не понимал, почему так бесится, ведь Дилан постоянно ему изменял, но никто бывших любовников брата не задевал за живое. Для обоих близнецов они представляли собой одну размытую картину, ни лиц, ни имен, ни чувств. Даже Эван, который периодически трахался с Диланом, не так сильно волновал Генри. Но этот рыжий. Дилан смотрел на него по-другому. Не было презрения и превосходства во взгляде, только дружелюбие, что вообще не характерно для близнеца, не наблюдалось издевок в разговоре. И самое главное. Брат променял его общество на компанию уродца Энди. Что Дилан нашел в этом парне? Он некрасив, обаяние отсутствует напрочь, вкус никакой. Отброс общества, забитый ботаник, на котором следует оттачивать свое остроумие. Большего этот субъект не достоин. Однако, Дилан иного мнения. В коридоре хлопнула дверь, и послышалось какое-то шебуршание. Виктор вернулся, отметил Генри. Значит, времени уже довольно много. Где носит Дилана? Стоило только представить брата, кувыркающегося с этим чудовищем, как Генри едва не стошнило. В дверь тихо постучали, отвлекая парня от мрачных дум. Генри мотнул головой и крикнул: - Войдите! - Привет студентам! – воскликнул старший брат, заходя в комнату, обернулся и понял что Генри один, - Где твой несносный братец? - Шляется по чужим койкам, - процедил Генри, выключая телевизор и откидывая пульт в сторону. - М-м-м. Ясно. Тогда пойдем, чай выпьем, я торт купил. - Зачем? – Генри даже не пошевелился. - Как это зачем? – удивился Виктор, - Отметим твой первый день учебы. - Выпить есть? – Генри поднялся. - Вино, - растерянно поведал старший брат и попятился в сторону кухни. - Неси, - рыкнул парень, который с каждой минутой злился все больше. Виктор скрылся у себя в комнате, а Генри расположился на общей территории братьев, предварительно достав бокалы под вино и разрезав небольшой тортик с взбитыми сливками и черничным джемом. Вик вернулся минут через десять с бутылкой красного вина и в домашних шмотках. Генри лениво проследил за ним взглядом, понаблюдал, как ярко-красная жидкость наполнит бокалы и выпил свой залпом, кривясь от насыщенно кислого вкуса. - Что за дрянь? - Сухое, - усмехнулся Виктор, который считал, что настоящее вино может быть исключительно сухим. - Гадость, - еще раз скривился Генри и утянул кусок торта на небольшое голубое блюдце с кошачьей мордой на самой середине. - Будешь еще? – спросил Вик, потягивая и смакуя напиток. - Наливай, - кивнул Генри. Три полных бокала, выпитых почти залпом, на голодный желудок, сделали свое дело, и Генри изрядно захмелел. Виктор скрылся в своих мыслях, а парень воспользовался шансом и начал разглядывать старшего брата. Взрослый, красивый, не такой, как Дилан. Другой, совершенно другой. Притягательный? Вполне. Генри еще немного посомневался и пришел к выводу, что стоит все же ответить изменой на измену. А то, чем занимался в этот момент Дилан, у него сомнений не вызывало. Несомненно, сексом. Замена одного брата другим, показалась Генри вполне равноценной. Мальчик встал, опираясь рукой о край стола, чтобы удержать равновесие и подошел к Виктору вплотную. Тот не понял, что от него надо младшему брату и поднял голову. - Что…? – дальнейшие слова были заглушены касанием чужих губ. Виктор замер от изумления и не оттолкнул Генри. А парень воспользовался его замешательством, прикусил нижнюю губу, провел языком по верхней, и скользнул им в приоткрытый рот. Руки Генри ловко забрались под футболку, погладили живот и поднялись вверх, пальцы прихватили сосок, сжимая маленькую горошинку. По телу Виктора прокатился разряд тока. Он распахнул закрытые глаза и мягко отстранил от себя пьяного Генри. - Не надо, - прошептал он, сжимая запястья парня и не давая рукам возможности вернуться к ласкам. Любому другому парню, кто осмелился бы так прикоснуться к его телу, Виктор разбил бы лицо, чтобы неповадно было. Но бить брата, еще и изрядно выпившего, не хотелось. - Почему? – Генри опустился перед ним на колени и надул губки, взгляду парня в этот момент позавидовал бы сам кот в сапогах из мультфильма «Шрэк». - Генри, я не лезу в ваши отношения с Диланом, только не вплетайте меня в ваш извращенный кружок. Хорошо? - Нет, - мотнул головой парень, покусывая нижнюю губку, - Ты видишь здесь где-то Дилана? - Нет, не вижу. Но это не значит, что я могу заменить его. - Хочешь отсосу? – Генри ловко вывернул руку из захвата, положил ее на пах Виктора и сжал твердую плоть, - Хочешь, - сам себе ответил мальчик, ухмыляясь. - Убери руки, - прошипел Виктор, - Генри, еще одно движение в эту сторону и я тебя ударю. Виктор сам не знал по какой причине злился больше, из-за глупой настойчивости Генри или из-за того, что его это цепляет, только вот не того близнеца он видет закрывая глаза. И от этого ярость поднимается еще больше, затапливая сознание. Когда Генри прикоснулся к нему губами, Виктор отчетливо понимал, что представляет перед собой близнеца, чье лицо было отмечено маленьким, едва заметным шрамом. Его помешательство началось, после картины сплетенных тел братьев, извивающихся в постели. Виктор гнал от себя прочь эту грязь и разврат, но думал, все чаще и чаще, не в силах выкинуть эти кадры из головы. Он списывал это на последствия шока, который испытал, узнав, что близнецы – любовники. Перед ними он старался не показывать, насколько эта новость выбила его из колеи. Но Виктор прожил всю свою жизнь в стране с консервативными взглядами, где геи презираются большинством, Вику было тяжело сохранять равнодушный вид. Маска Генри оказалась для него слишком тяжела. Но он очень старался, боясь обидеть и оттолкнуть братьев от себя еще дальше. Громом среди ясного неба прозвучало осознание повышенного внимания к Дилану. Виктор ловил себя на том, что заглядывается на парня сверх меры. Почему именно Дилан? Чем эта злобная язва могла привлечь его внимание? Изначально Дилан ужасно раздражал своей манерой поведения, своим отношением к жизни, к людям в целом и к Виктору в частности. Узнав братишку еще ближе, Виктор испытал культурный шок, потому что за всю свою жизнь не встречал большей скотины, чем этот мальчишка. Но все негативные черты характера Дилана не отторгали пугающего влечения, которое нарастало с каждый днем все больше и больше, грозя переполнить резервуар и вылиться за его края. О последствиях Виктор старался даже не думать. Он не мог позволить себе ни единого шага в сторону Дилана. Виктор старательно пытался избежать влияния старшего близнеца, избегал его общества, надеясь, что со временем его отпустит, и отношение к Дилану станет вновь только как к брату. Он ждал, поэтому не спешил к отцу, умолять отселить его от младших братьев. Но чем больше он ждал, тем больше росла его заинтересованность. А когда Виктор, наконец, осознал, что все вышло из-под его контроля, и безобидный интерес перерос в одержимость, оказалось уже поздно что-либо менять. Дилан стал для него запретным плодом, который неимоверно привлекателен и сладок. Он хотел обладать им единолично, не допуская до него посторонних, так ведут себя только сдвинувшиеся фанатики, помешанные на какой-то идее. Апогеем умопомрачения стали сны, в которых он видел развратно стонущего под ним Дилана. Таких сновидений Виктор пугался до дрожи в каждой клеточке тела. Искренне не понимал, как такое произошло? Почему это случилось именно с ним? Искать причину в долгом отсутствии секса у Вика не получилось. Эту проблему он решил легко, а сны и желание обладать братом никуда не делись. Виктор начал думать и размышлять о нетрадиционных взглядах на секс, о своем отношении к этому вопросу. Но все эти мысли плавно перетекали к Дилану, и Вик уже думал о том, каков он в постели, что представляют собой остальные его любовники, кроме Генри. Ко второму близнецу Вик не испытывал ревности, он не принимал его в серьез. Это, скорее всего, последствия того, что они морально слишком близки, поэтому перепутали любовь с душевной необходимостью друг в друге. Пройдет время, придет понимание. Остальные же постельные развлечения Дилана бесили. Виктор не понимал, какое отношение он имеет ко всему этому. Есть Дилан, есть его личная жизнь, где нет Виктора. Но все рано, факт, что у парня было множество партнеров, казался предательством. Поэтому некоторое время назад, Виктор позволил Генри зайти настолько далеко. Молодой человек просто на просто не разобрался сразу, какой из братьев опускается перед ним на колени и делает пошлое предложение, а может, просто хотел поверить в иллюзию. - Ты же хочешь, не пудри мне мозги, - прошептал Генри, не убирая рук. - Я тебя предупредил, - тон Виктора оказался на редкость холодным и злым. Генри поднялся с колен и сел на свое место, обиженно засопев. - Если бы на моем месте оказался Дилан, то его бы ты не остановил, - не вопрос, утверждение, которое заставило Виктора сильно напрячься. - Вы мои братья! Что за извращенные взгляды на секс? – Виктор хотел бы оправдаться и опровергнуть слова Генри, но их подтверждение в его штанах, все еще было твердо, как камень, а братик не дурак и быстро сообразил, на кого направлено такое желание, если ему отказали. - Ты завелся, не отрицай, - Генри горько усмехнулся и допил остатки вина из бутылки. - Есть грани, за которые нельзя переступать, как бы этого ни хотелось, - ответил Виктор. - Есть желания, которые сильнее любых ограничений, - Генри вышел из-за стола и скрылся в своей комнате. Дилан появился поздней ночью, довольный и выпивший. Лежа в кровати, Генри прислушивался к шороху, с которым брат снимал одежду и укладывался спать. Он не стал показывать, что не спит. Дилан не заметил, а Генри решил не привлекать к себе внимание. Утро началось в суматохе, так как все трое проспали. Виктор носился по квартире, стараясь успеть приготовить завтрак близнецам, собраться на работу и не слишком сильно на нее опоздать. Дилан ходил злой и не выспавшийся, сыпля неприятными комментариями в адрес обоих братьев, а Генри нацепил привычную равнодушную ко всему маску и старался выкинуть из головы вчерашние действия. Ему было стыдно за свое поведение. - Извини, - шепнул он, закрывая дверь за Виком. Тот только кивнул, показывая, что извинения приняты и инцидент забыт. Но утренние угрызения совести оказались ничем, по сравнению с тем шоком и злостью, что Генри испытал, когда они подошли к учебному корпусу университета. Около крыльца стоял рыжий парень, в котором Генри с трудом узнал сокурсника, что так приглянулся Дилану. Энди изменился не то, что кардинально, он стал совершенно другим человеком. От неуверенного в себе, замученного жизнью мальчика не осталось ни единой косточки. Их поджидал уверенный в себе парень, твердо осознающий свою цену и место в обществе. - Привет! – Энди махнул близнецам, тепло улыбнулся Дилану и одарил странным взглядом Генри, который отстал от брата на пару шагов, переваривая увиденную картину. Теперь стало ясно, чем он зацепил Дилана. Энди был красив, притягателен и мил. Только вчера это все было скрыто нелепой прической и убогой одеждой. Дилан поздоровался с Энди и они, не дожидаясь Генри, зашли в здание университета. Мальчик почувствовал себя лишним в их компании. Это чувство взбесило. Дилан даже не обернулся, чтобы посмотреть идет он или нет. Скрипнув зубами в бессильной ярости, Генри развернулся на сто восемьдесят градусов и пошел прочь. Ему не хотелось целый день любоваться на эту вне сомнения счастливую парочку. Это было выше его сил. Лед треснул под натиском обиды и душевной боли. В течение всего дня Генри валялся на разобранной кровати, изучая потолок и переосмысливая их с Диланом непростые отношения. Брат всегда бесился из-за его холодности. Что же сегодня его ждет горячий прием. Дилан не задержался, а после окончания пар сразу же приехал домой, перед этим оборвав телефон Генри. Видимо, все же, заметил отсутствие того на занятиях. - Оглох! – с порога крикнул Дилан, влетая в комнату рассерженной фурией. Генри даже показалось, что он уловил горько-кислый запах ярости, что проник в комнату вместе с братом. - Нет, просто не хотел разговаривать, - привычно равнодушно ответил Генри, сдерживая пока разбуженную злость и ненависть. - Ты заболел? – Дилан присел на край его кровати и положил руку на лоб, проверяя, не поднялась ли у братца температура. - Иди на хер! – Генри оттолкнул теплую ладонь и встал. - Эй, что с тобой? – Дилан заметил, что брат бесится, только никак не мог уловить причину такого настроения. - Все отлично было, пока ты не пришел. - Уйти? – удивленно спросил Дилан, осознавая, что Генри злится на него. - Катись! – Генри резко развернулся к окну. Дилан осторожно поднялся, тихо подошел к близнецу и обнял со спины, сцепляя руки в замок на талии, положил подбородок на плечо и вдохнул аромат туалетной воды, смешанный с запахом кожи. - Что с тобой, малыш? – вкрадчиво спросил он. Генри резко развернулся, толкнул его в грудь с такой силой, что Дилан попятился, быстро подошел к нему и со всего размаху залепил звонкую пощечину. - Не смей меня никогда так называть. Никогда! – прорычал Генри, снимая все заслоны и преграды на пути лавины своей ярости. - Ополоумел? – Дилан прижал ладонь к горящей щеке и уставился на брата. Таким он Генри не видел ни разу в жизни. - Иди, трахайся дальше со своим Энди! – закричал Генри, занося руку для следующего удара. - Ревнуешь? – Дилан перехватил руку и с силой сжал запястье. - Нет, рву отношения, - заявил парень, вырывая свою руку. - Отношения? – злость – это вещь заразная, передающаяся воздушно-капельным путем. Дилан вспыхнул, - Не было между нами никогда, никаких отношений. Всегда был только я и мои попытки растопить тебя, о, мой снежный принц! – выкрикнул он. Генри снова кинулся на брата с кулаками, горя желанием разбить смазливое лицо, причинить боль, стереть с его лица это выражение уверенности в своем превосходстве и правоте. Дилан вновь все поворачивал так, что виноват, оказался Генри, а сам парень не при чем, невинно обиженные ребенок, которому в детстве не додали всего. Дилан не растерялся и сцепился с братом, падая и утаскивая Генри за собой на пол. Катались братья по нему долго, со вкусом нанося друг другу удары, кидались взаимными обвинениями и разъярялись еще больше. Говорят, что в споре рождается истина. В случае Дилана и Генри, это выражение оказалось ложным. Выдохнувшись, они разбрелись по разным частям комнаты, так и не решив, кто прав, а кто виноват. Ясно было только одно, что все отношения, какие существовали между парнями только что были разбиты на мельчайшие осколки. Просить прощенья и прощать не собирался ни один, ни второй. Дилан так и не сознался в том, что с Энди у него завязалась только дружба и ничего кроме нее, а Генри решил, что с него хватит измен и похождений сволочного братца, в конце концов, свет клином на нем не сошелся. Успокоившись окончательно, Генри начал проводить рокировку. Он вынес все свои вещи из их бывшей совместной комнаты и перенес все в спальню к Виктору. Вещи брата же перетащил к Дилану. Пусть Вика и ждет неприятный сюрприз по возвращению, но это не его проблемы. Застелив постель, Генри улегся спать, эмоции схлынули, оставив после себя пустоту и усталость. - Эй, ты, что здесь делаешь? – Виктор потрепал его по плечу. - Сплю, - ответил Генри, щурясь от света ночной лампы. - М-м-м, ты немного ошибся комнатой, - поведал молодой человек. - Нет, теперь ты живешь с этим в одной комнате, знать не желаю эту суку, - Генри снова завалился на подушку и закрыл глаза. Виктор не стал спорить, погасил свет, вздохнул, потрепав брата по волосам и ушел. Эта мимолетная ласка оказалась такой приятной и согревающей, такой родственной, что Генри невольно улыбнулся. Все же брат у него имеется еще один, а любовника найти это не проблема. Есть повод поменять роль в постели, Дилан не давал даже шанса на такую роскошь.