В доме, который построил ангел

Капля за каплей, вода ударялась о потрескавшийся кафель. Тёмная комната с въевшейся в стыки плитки плесенью и тусклой мигающей диодной лампой, посреди которой большая квадратная ванна, наполненная льдом. Тэс уже не колотило от холода, ненависти или боли, она упёрлась виском в стену и отстранённо смотрела на бордовую воду вокруг себя, изредка выдыхая пар. Боль, завязавшаяся узлом в животе, иногда отдавала в спину и затылок, но вскоре возвращалась, напоминая о своей причине. В голове абсолютная пустота, ведь любая мысль сейчас может окончательно сломать и до того хрупкий рассудок. За тяжелой железной дверью послышались грохот и крики, но даже это не заставило девушку вырваться из липких лап апатии. Сейчас она старательно пыталась абстрагироваться от всего, что с ней произошло и происходит, чтобы просто не сойти с ума. Дверь слетела с петель и со звоном ударилась о кафель так громко, будто это церковный набат. Сердце вздрогнуло, стоило кому-то вытащить Тэс из воды и, усадив на колени, прижать к себе, будто ребёнка. Проиграв битву с рассудком, она помутнённым взглядом рассмотрела бежевую ткань и истерично вцепилась в неё пальцами, чтобы убедиться, что это не злая шутка её сознания. Кастиила снова пробрала лихорадка от переполнивших его и перемешавшихся между собой чувств. Радость и облегчение от того, что она жива. Ярость и боль от того, в каком состоянии и виде он нашёл её. Но всё-таки нашёл и заберёт домой, остальное сейчас не так важно. Ангел вздрогнул, осознав, что слышит биение только одного сердца рядом с собой. Отклонившись, он с немым вопросом заглянул в глаза любимой, для которой этого оказалось достаточно, чтобы завыть раненным зверем и ещё сильнее вцепиться в воротник его плаща. Дрожь усилилась, и Кастиил крепче прижал её к себе, прикрывая глаза, на которые тоже начали наворачиваться слёзы. Тэс кричала, уткнувшись в его плечо, будто надеялась, что таким образом он сможет забрать хотя бы часть той боли, что испытывает она. – Кто это сделал? – процедил сквозь зубы ангел, понимая, что ему всё сложнее держать себя в руках. – Прости, что в этот раз я не позволил тебе выполнить очередной приказ, – из другого конца комнаты послышался голос старшего Джонсона, заставив их обоих вздрогнуть. Силясь не стереть того в порошок сразу, Кастиил выдохнул и стал медленно подниматься на ноги, потянув за собой жену. Сняв с себя плащ, он накинул его на плечи Тэс и поцеловал её в лоб настолько осторожно, будто боялся, что бурлящий внутри гнев может случайно задеть и её. Незримые крылья поднимались и складывались обратно, готовясь разрубить сейчас не только воздух, но и тело врага. Без сомнения, перед ним человек, не одержимый и не движимый ничем. Но ему почему-то совсем не страшно так просто стоять и улыбаться перед существом, которое древнее всего человечества вместе взятого. – Как это понимать? – ангел сощурился, сопоставляя факты. – Почему? – Тебе необязательно что-либо понимать, пернатый остолоп, – отмахнулся старший Джонсон, глядя с усмешкой на разъярённого ангела. – Всё это исключительно из любви к моей дочери… – Не смей, – Кастиил сжал кулаки, после чего колдун был отброшен и вжат в стену. – Я нашёл свою измученную жену в кровавой ванне, а сердце моего ребёнка больше не бьётся. У тебя больше нет права говорить о ней. – И что ты сделаешь теперь, убьёшь меня? Чего ты медлишь, к чему эти разговоры? Или ангелы теперь только размножаться умеют? Кастиил вздрогнул, заметив, как его жена стала медленно выходить из-за его спины. Она еле переступала с ноги на ногу, будто к ней привязаны тонкие нити, за которые неумело дёргает незримый кукловод. Ангел дёрнулся остановить Тэс, но она отпрянула от его руки, продолжая свой путь к человеку, который когда-то был ей отцом. Её босые ноги оставляли за собой светло-алые мокрые следы. Наконец, девушка остановилась и подняла голову, заставив старшего Джонсона наконец стереть самодовольную ухмылку – лицо не выражало ни одной эмоции. – Ты хотел, чтобы я вернулась в семью? – Тэс подняла руку и начала медленно сжимать её в кулак, отчего колдун всё сильнее заходился в кашле. – В одном ты был прав, отец. Я ни ангел, ни демон, не ведьма и не человек. Я чудовище. Такое же, как и ты. Пора возвращаться в Ад, тебе там самое место. Очень скоро тебя со всеми почестями встретит мой сын. Девушка резко повернула руку, послышался хруст костей и сдавленный хрип – бездыханное тело ударилось о кафель. Выйдя из ступора, Кастиил еле успел подхватить свою жену, начавшую медленно оседать на пол. – Кас, – тихо позвала она, глядя будто сквозь своего мужа. – Домой. Я так хочу домой. Забери меня отсюда, пожалуйста. – Конечно.

***

Заставив себя, наконец, перестать ходить из стороны в сторону, будто загнанный в клетку зверь, Лиар приземлился на пол рядом с кроватью Кейт. Младшая Винчестер, измотанная событиями минувшего дня, уже час, как неспокойно спит хмурясь. Только его ладонь на её сложенных в замок руках заставляла девушку прекращать ворочаться и тонуть в приятных сновидениях, насланных Наследником. Сам нефилим изводил себя тревожными мыслями, неотрывно глядя на часы. Он уже миллион раз успел пожалеть о том, что отпустил отца одного, и теперь, к своему удивлению, переживал уже за обоих родителей. Фантомные часы с кукушкой тикали в его голове, постепенно сводя с ума. Белиар резко вскочил на ноги и тут же поморщился, испугавшись нарушить сон своей возлюбленной, когда услышал такие знакомые хлопки крыльев в коридоре. Убедившись, что Винчестер уже спокойно и крепко спит, он тихо вышел из комнаты и встретился взглядом с отцом, придерживающим за плечо Тэс. Её отстранённый и тусклый взгляд сразу не понравился Лиару, и он уже хотел подойти ближе, но Кастиил его остановил, помотав головой и прикрывая глаза. – Как она? – голос полудемона дрогнул, стоило ему получше рассмотреть укутанную в плащ мать. – Тэс, – ангел попытался обратить её внимание на себя, мягко прислонив ладонь к щеке. – Мне нужно поговорить с Лиаром. Ты сможешь дойти до ванной? Я сейчас к тебе приду, хорошо? Коротко кивнув, девушка скрылась за дверным проёмом, оставив их в коридоре одних. Наследник совсем не узнавал её – она всегда была похожа на ураган, шутила и язвила даже тогда, когда дела были совсем плохи. Что-то точно изменилось или это не его мать вовсе, он не мог поверить, что чему-то всё-таки удалось её сломить. Лиара пробрала дрожь, когда он перевёл взгляд на отца – всегда сильный и гордый ангел растерянно бегал глазами по стенам и сам едва стоял на ногах. – Кас, – нефилим прикусил язык, прикрывая глаза, – отец. Объясни уже хоть что-нибудь, иначе я сойду с ума, и этот дом уже не придётся восстанавливать. – Роберт Джонсон, он… Он решил, что… Нет, это не важно сейчас. Он убил нашего ребёнка. Я сам еле держусь и не могу представить, как Тэс переживёт это… снова. И переживёт ли вообще. – Старый ублюдок! – рявкнул Лиар, но тут же покосился на дверь в комнату Кейт и подошёл к ангелу, положив руку на его плечо. – Я сотру его в порошок, он ответит за это. – В этом нет необходимости. Тэс убила его, пообещав, что у него будет возможность пообщаться с тобой в Преисподней. – Можешь не сомневаться в этом! – Я пойду, Лиар, её сейчас нельзя оставлять одну, – Кастиил кивнул, подходя к двери. – Я постараюсь уложить её спать, и мы с тобой всё обсудим. – Я могу чем-то помочь? – Постарайся привести тут всё в прежний вид, пожалуйста. Мне бы хотелось, чтобы Тэс проснулась дома, а не на пепелище. – Конечно.

***

Тэс сидела на плетёной корзине для белья и как можно сильнее куталась в плащ, когда её муж зашёл в ванную. Тёмные пряди прилипали к лицу, тело бил озноб, руки мёртвой хваткой вцепились в бежевую ткань. Сознание снова выстраивало стены между рассудком и воспоминаниями и тщетно пыталось заглушить боль. Кастиил покачал головой и опустился перед ней на корточки, пытаясь заглянуть в глаза и увидеть в них хоть какой-то проблеск уцелевшего рассудка. – Думаю, горячая вода сейчас тебе не помешает, правда? – ангел осторожно убрал волосы с её лица, боясь случайно нарушить хотя бы видимость спокойствия. – Станет немного легче, обещаю. Дождавшись неуверенного и запоздалого кивка, Кастиил поднялся на ноги, снял пиджак и галстук, закатал рукава рубашки и открыл кран. Пар начал наполнять комнату и растворялся в тусклом оранжевом свете бра. Зеркало, к счастью для ангела, быстро запотело – ей не стоило смотреть на себя сейчас. Избавившись от плаща, Тэс с помощью мужа села в ванну и закрыла лицо руками, подогнув к себе колени. Сердце ангела сильнее сжималось от боли, когда он замечал, как она вздрагивает от каждого прикосновения, пока он смывает с её кожи и волос кровь. – В принципе, мы закончили, – тихо сказал Кастиил, аккуратно собирая мокрые локоны заколкой. – Хочешь ещё здесь побыть или пойдём спать? – Здесь. Кивнув, мужчина заткнул сток пробкой, снова открыл кран и сел рядом на пол, отклонившись на ванну. Слишком много мыслей в голове даже для него, слишком тяжело держать себя в руках, но сейчас его спокойствие необходимо ей больше чем что-либо ещё. Выскользнувшее из рук счастье ранит больнее любого оружия и может заставить самого стойкого воина пасть. Но сейчас он не воин, а любящий муж и отец, что просто обязывает его быть сильным за них двоих. – Кас… Тихий голос жены заставил Кастиила вздрогнуть, вырываясь из потока мыслей, и встретиться с непонятным ему сейчас решительным взглядом тёмно-зелёных глаз. Будто решаясь, Тэс открывала и закрывала рот, сводя брови к переносице. – Не перебивай меня только. Не думаю, что нам снова повезёт через восемнадцать лет узнать, что наш ребёнок жив. Я снова не справилась, прости, – она подняла голову, горько улыбнувшись сквозь слёзы. – Папочка позаботился о том, чтобы я больше никогда не стала матерью, Кас. Я думаю, нам стоит покончить со всем этим сразу, не дожидаясь, пока я стану тебе противна. Конечно, времени навалом, но всё же зачем его тратить на пустышку? Зачем тебе такая я? Медленно моргнув, Кастиил поднялся на ноги и начал расстёгивать рубашку, не обращая внимания на удивлённый и недоверчивый взгляд жены. – Что ты делаешь? – Помнится, в подобной ситуации ты сделала то же самое. Двигайся.

- Зачем тебе такой я? - Ну начинается. - Что ты делаешь? - Я решила к тебе присоединиться. Двигайся.

Растерявшись на мгновение от строгого тона мужа, Тэс послушно отодвинулась на центр ванны, освобождая позади себя место, и уже через минуту её сгребли в объятия без шанса на побег. В его голосе не было ни капли раздражения или злости, он просто вспомнил, как около восемнадцати лет назад разом лишился возможности летать и ходить, а она только ворчала в ответ на просьбы оставить его и жить счастливо. Жена Кастиила никогда не позволяла ему пасть духом, как бы гадко ни было на душе, разве он теперь может поступить иначе? – Делай что угодно, – сказал он, прижимая её крепче. – Плачь, кричи, бей меня, если тебе станет хоть немного легче. Можешь даже убить, ведь это я виноват в случившемся, меня опять не оказалось рядом, чтобы защитить свою семью. – Я звала тебя, – прошептала девушка, поморщившись от вновь подступающих слёз. – Я столько раз тебя звала, столько раз называла твоё имя. Почему ты не слышал? Почему ты пришёл так поздно? Мне было так больно и страшно, почему, Кас? Зажмурившись, Кастиил склонился к её плечу. В горле комом застряло слово «прости», которое сейчас казалось бесполезным, как никогда. Тэс окончательно дала волю слезам и закричала, вцепившись появившимися когтями в его руки. Пусть кричит, калечит, делает что угодно, лишь бы смогла простить. Лишь бы он сам смог себя простить. Немного успокоившись, Тэс ужаснулась, заметив, как от рук её ангела стекают в воду тонкие ручейки крови, а его самого начала пробирать дрожь. В подтверждение тому, что её муж и сам на грани, лампы в комнате несколько раз мигнули и задрожали колбочки на полках. Будто очнувшись, девушка повернулась и ткнулась носом в его щеку, отклоняя голову назад. – Прости, – прошептала она, накрывая его ладони своими. – Это было слишком жестоко. Я знаю, ты бы сразу пришёл, если бы слышал. Я не виню тебя в том, что случилось, родной, прости. Лампы перестали мигать, звон прекратился. Кастиил поцеловал её в висок и едва заметно выдохнул. Он сам себя ненавидел, но её ненависти точно бы не вынес. Это ужасное новое испытание, но каждый из них был уверен – вместе они смогут пережить и это, как бы тяжело ни было. Вода начала остывать, а пар – развеиваться. Для них было бы спасением, если бы и боль могла так же быстро раствориться, превратившись в капли на стекле. – Пойдём спать? – Конечно. Кастиил вылез из воды и исчез, чтобы через пару минут вернуться переодетым в домашнее, держа в руках пижаму для Тэс. Он взял её на руки и, бережно поставив на коврик, обернул большим махровым полотенцем, пахнущим зелёными яблоками. Заметив, что его жена уже практически засыпает, ангел поторопился надеть на неё тёплую кофту со штанами и, снова подняв, перенёс в постель. На потолке, убаюкивая, качались тени деревьев. На крыльце поскрипывала восстановленная Лиаром лавка-качели, на кухне что-то тихо позвякивало – примерный сын на нервах ушёл в уборку с головой. Включенный ангелом ночник окутал комнату тусклым, но уютным светом. Тэс постаралась расслабиться, оказавшись под тёплым одеялом, и уткнулась лицом своему ангелу в плечо, притянутая в его объятия. – Не бросай меня, пожалуйста. – Я никогда больше не оставлю тебя, обещаю, - отклонившись, Кастиил поцеловал её в лоб и прижал крепче к себе. – Кастиил… Ангела передёрнуло, стоило ей назвать его полным именем, что бывало крайне редко за все их совместные двадцать лет. Дурацкие прозвища или короткое, но такое родное «Кас» были ему привычными, но полное имя из её уст означало лишь одно – сейчас она обращается не к своему мужу, а к командующему Гарнизоном. – Да? – Я хочу, чтобы каждый причастный поплатился за это. – Можешь в этом не сомневаться.