The Glass House

Ноги Гарри отчаянно дергаются под деревянной партой, окрашенной в до-смерти-скучный-цвет. Его руки нервно трясутся, а пальцы сжимаются слишком сильно, он разжимает их, а потом все снова повторяется. Действие нервозности знакомо Гарри, он всегда делает это по привычке, так что это стало естественно для него. Где-то, в своей ранней жизни, у него начала развиваться дрожь в руках, в результате чего его пальцы начинают дрожать и дергаться в любое время. Он думает, что это очень раздражает, особенно когда он чем-то слишком занят, но он никогда не мог контролировать это. Гарри вздыхает, изо всех сил стараясь успокоиться но... почему он не может успокоиться? Почему? Он оглядывает класс, застывая в ужасе, когда ученики большими толпами начинают заходить. Он страшился этого дня, и если бы вы были сейчас рядом с ним, вы бы не нашли подходящих слов, чтобы описать насколько он нервничает. Гарри был известен своей способностью скрывать эмоции, и у него зачастую было бесстрастное выражение лица - каменный холод и неподвижность. Его желудок сейчас как комок нервов, когда он вспоминает о своем ужасном случае сегодня утром. Он помнит, что проснулся на правой стороне кровати от голоса Альфреда, говорящего ему, что Лиам ждет его в гостиной, и да, ладно, это не так уж плохо. Но это было так, до того как Лиам поднялся к нему, чтобы отдать его расписание, после чего реальность поразила их. Жестоко. Они обнаружили, прочитав их расписание, что они были зачислены в разные классы. Разные. Чертовы. Классы. И Гарри чертовски волновался, потому что, да, он и Лиам будут по-прежнему видеть друг друга за пределами этого времени, но в разных классах они будут каждое утро. И давайте не будем упускать тот факт, что Гарри никого не знает, вообще. Он сидел с неустойчивым дыханием, в то время как лица мимо него пролетали, кажется, со скоростью света. Он никого не узнавал, и лишь смотрел, как они смеются и занимают свои места. Он не может смотреть никому в глаза, потому что он не знает, что произойдет, если он будет смотреть слишком долго, и зачем это ему? Он хочет плакать, кричать, потому что так будет происходить каждое утро. Утро в новом месте без Лиама. Он не может дышать. Он не может говорить. Он чувствует себя чужим, будучи здесь с множеством незнакомых людей. И, о Боже, как он жалеет, что он не находится где-то в другом месте прямо сейчас. Но он здесь, и это убивает его. Именно поэтому он сидит и не может поднять взгляд вверх. Класс, наконец-то, рассаживается по местам и вскоре заходит учитель. - Доброе утро, класс, я рада снова вас здесь видеть. Для тех, кто не знает меня, мое имя Миссис Флойд, - она говорит с милой улыбкой, а ее чисто-белые зубы выглядят как бриллианты на фоне красной помады. Она выглядит молодой, и поэтому Гарри кажется, что она нравится большинству учащихся. У нее хорошая аура. Миссис Флойд идет к передней части класса с классным журналом в руках, ее ухоженная рука берет ручку со стола, прежде чем она снова говорит. - Когда я назову ваше имя, я хочу, чтобы вы встали и подошли ко мне. Я хочу рассадить вас по местам. Класс недовольно гудит, выражая свои отрицательные эмоции по поводу ее решения. - Извините, но вы правда думали, что я разрешу вам самим выбирать место, где вы будете сидеть? Томлинсон. Малик. Хоран, - она обращается к классу - точнее к тем, кто, наверное, и издавал недовольные звуки, но Гарри не обращает внимания, слишком сосредоточен на успокаивании самого себя. И он практически пропускает свое имя, когда Миссис Флойд зовет его, впервые. - Гарри Стайлс? - спрашивает она, рассматривая все 30 человек в классе. - Гарри, милый? Где ты? - она снова зовет с дружеской улыбкой. Глаза Гарри открываются от удивления, и, прежде чем он успевает что-то придумать для ответа, он встает. - Э-э, я-я Гарри, - бормочет он тихо, в результате чего весь класс смеется. - Привет, милый. Ты новенький? Почему бы тебе не подойти ко мне? - дружески говорит она. Небольшой шепот прошелся по классу, и Гарри, конечно же, захотелось умереть. Они, наверное, осуждали его. Он услышал мужской шепот, что-то вроде "Блять. Это он" и кто-то еще говорил "Что он здесь делает?" Он делает глубокий вдох, прежде чем подойти ближе, но на пути его нога застревает возле парты, в результате чего он упал на холодный линолеум с неловким звуком. Класс мгновенно взрывается в приступе смеха, звуки их голосов пронзают на сквозь голову Гарри, от чего он краснеет. Он ненавидит это. - Класс, успокойтесь. Нет причин для смеха, - голос миссис Флойд прозвучал очень строго. Гарри остается на руках и коленях c закрытыми глазами, и думая о том, как бы он хотел далеко послать всех. Но он не может. Он хочет плакать, он хочет встать и убежать. Но опять же, он не может. Небольшая ладонь давит на плечо, и он поднимает взгляд, чтобы увидеть парня с крашенными белыми волосами... и с ярко-голубыми глазами. Парень смотрит на Гарри с небольшой обнадеживающей улыбкой. - Давай, приятель, - негромко говорит он, подавая Гарри руку, чтобы тот мог подняться (Гарри ухватился за нее, с благодарностью). Когда Гарри поднимается на ноги, он лучше оглядывает парня. Он не успевает сказать и слова, как рука того протягивается для приветствия. А Гарри просто смотрит широко раскрытыми глазами, потому что мальчик перед ним кажется ему знакомым. - Я Найл, - другой парень, наконец, говорит с успокаивающей улыбкой. - Ты в порядке, приятель? Гарри ничего не сказал и лишь кивнул, прежде чем направиться в сторону учителя. Он не в силах избавиться от ощущения, что он видел этого незнакомца раньше. И имя, Найл, также звучит очень знакомо. Но это происходит до того момента, пока Гарри не становится перед классом, и видит, как знакомый незнакомец возвращается к своему месту рядом с двумя другими парнями. Один с темными волосами и смуглой кожей, также знакомый, а другой...тоже знакомый с его неряшливыми волосами. И вдруг, лицо Гарри наливается краской, когда его глаза сталкиваются с парой ярких небесно-голубого цвета глаз, самой незабываемой парой глаз, которые он когда-либо видел. И, о, эти глаза принадлежат тому парню с волшебной внешностью. И, о небеса, как он мог забыть про него? Озарение приходит к нему, в конце концов. Те трое, они были теми, кто пришел к нему той ночью. Те, кто перелез через стену. Те, кто "наблюдали" за ним. Те, кто сейчас смотрят на него с тем же осознанием в собственных глазах. Гарри закусывает губу, нервно отступив немного, опустив взгляд на пол.

***

Сердце Луи бешено колотится со своего места в задней части класса. Почему именно Гарри Стайлс, из всех возможных людей, теперь с ним в одном классе? Это плохо, очень плохо. Это ужасно. Именно ужасно. Слева от него к нему наклонился Зейн. - Не ожидал увидеть здесь кое-кого, не так ли? - он спрашивает самодовольно, немного усмехаясь. Но Луи не мог ответить. Все что он мог, это застыть в ужасе и ждать пока миссис Флойд не назовет его имя. - Луи Томлинсон, - она сказала это в таком тоне, как-будто это единственное, что она может произносить. Луи встает, поправляя рубашку, прежде чем направиться к доске. Он встает как можно дальше от Гарри, может, потому что чувствует себя абсолютно смущенным, но похоже сам Господь решил лично поиздеваться над его жизнью. - Ну, теперь у меня есть все, что нужно и вы мне сейчас поможете. Я хочу, чтобы вы все расселись в алфавитном порядке. Поэтому поднимайтесь, - говорит она, плавно поднимая руки вверх. - И не пытайтесь обхитрить меня, у меня есть список. Ученики начинают передвигаться по классу, выясняя кто где сидит, при этом успевая болтать. Гарри проталкивается сквозь толпу, направляясь к задней части класса, натыкаясь на группы учащихся, пока он, наконец, не находит свое место. Его дыхание перехватывает, когда кое-кто садится на место рядом с ним. Это Томлинсон. И, конечно, гребанная "Т" идет после "С", понимает он с ужасом. Он может прямо сейчас закатить глаза и закричать. - Хей, я Луи, - говорит другой парень, протягивая Гарри руку для приветствия. Но Гарри даже не смотрит на него. Он не хочет знать его. Вообще. Никогда. Луи вздыхает. - Слушай, я знаю, что мы как бы ну... очень взволновали тебя в ту ночь, но это получилось случайно. Клянусь, - ну, он хотя бы попытался. Но опять же, Гарри молчит и не думает отвечать. Луи снова вздыхает, поворачиваясь лицом к передней части класса. Может ли этот день быть еще хуже?