Куда боятся ступать ангелы

Я не знала, сколько сейчас было времени. Скорей всего, середина ночи, раз за окном так темно. Антон мирно посапывал рядом, а я лежала и смотрела на него. Одеяло, как назло, укрывало только то, что ниже бедер. Но мне уже было все равно. Он был таким идеальным, когда спал. Впрочем, как и когда бодрствовал. Он был моей мечтой, которой я так и не смогла достичь, отказавшись от нее вовсе. Я вздохнула. Говорят, все, что ни делается, – все к лучшему. Наверное, так и было. Наверное, это к лучшему, что теперь мы с Антоном только друзья по взаимному согласию. Я встала и пошла на кухню попить. Я проснулась оттого, что мне что-то снилось. Я не помнила что и даже не предполагала, был ли это хороший сон. Я не ощущала страха, когда в темноте кралась за водой. Ни капельки. Уже нет. Сон помог моей психике восстановиться. Я больше не тряслась и понимала, что маньяк далеко. Достаточно далеко, чтобы пока забыть о нем. Он не стоит моих мыслей. Он не стоит того, чтобы из-за него рушить свою жизнь. Теперь я точно знала, что выйду на улицу. Возможно, я уже не буду идти так уверенно, как прежде, но мне не нужен будет Антон, чтобы дойти до школы. Все будет хорошо. Отчего-то первый раз за два прошедших месяца я была уверена в этом. Может, потому что мне обещал это Антон. А все, что он обещает, обязательно сбывается. Я захватила стакан с собой в комнату, чтобы, если вдруг снова проснусь, не шарить по квартире. Лунный свет освещал комнату: видимо, луна вышла из-за туч. Один из ее лучей падал на Антона, и я могла разглядеть его до мельчайших деталей. Увидев удовлетворенность на его лице, я невольно улыбнулась. Я рассматривала его около полуминуты, а потом меня осенило. Я перестала дышать, мои пальцы расслабились, стакан выскользнул и упал вниз, но не разбился благодаря мягкости ковра. Я во все глаза смотрела на Антона. Теперь я знала точно. Теперь я все поняла. Это была ложь. Наглая. Мое заявление несколько дней назад было в корне ошибочным. Я просто спасалась от жестокой реальности. А сейчас мой мозг словно перезагрузился, и все выплыло наружу. Это было похоже на ситуацию с маньяком – я притворялась, что ничего не было, блокируя воспоминания, чтобы избавиться от того, что может свести меня с ума. Я точно так же поступила с Антоном – убрала его в дальний ящик, чтобы не причинять себе боль. А в настоящее время я, справившись со всем плохим, что у меня было, свыкнувшись с присутствием маньяка в своей жизни, открыла память. И то, что я прятала уже неделю, выскользнуло наружу. Тайное всегда становится явным. И это было явно, а точнее, ясно как божий день, когда на небе ни облачка. Отрицать это было невозможно. Второй раз не удастся. Второго шанса в таких ситуациях не дают. Я признала вчерашние события, так что придется признать и еще кое-что. И жить дальше. Я усмехнулась. «Жить?». Ага, если, конечно, получится. Мои чувства к Антону не исчезли, они банально затаились. Организм так скрывал боль от того, скольких он девчонок обнимал и целовал. Я спрятала Антона подальше именно тогда, когда он начал менять подружек. Я подозревала, что не могла так легко его отпустить. А то, что у нас виденье жизни расходится, было просто логичной отмазкой, которая нужна была моей голове, дабы оправдаться и закрыть от меня чувства к Антону. Все оказалось проще, чем я решила. Проще, чем я думала. Проще, чем мне казалось. Я не разлюбила Антона. Определенно. Сомнений больше не было. Они ушли, а вот Антон остался. И теперь вряд ли покинет мою голову в ближайшее время. Но это было не самое плохое. Сейчас маньяк отошел на второй план, стал банальным сопровождением к основной мелодии. Потому что его не было рядом. А вот Антон был. Что ж, пришлось признать так же, как я и признала несколько минут назад, что меня чуть не изнасиловали. Но признать не любовь к Антону, а несколько другое. Что я люблю его, даже не обсуждалось. Зато было еще кое-что, что могло порядком испортить мне жизнь. Что? Ха, все до ужаса просто. Так, что хочется плеваться. Мои проблемы, связанные с Антоном, не закончились. Мои проблемы под названием «любовь к Антону Войту» только начались.

***

Когда я проснулась с утра, Антона рядом не было. Зато с кухни доносился приятный аромат. Я встала и пошла на запах. Антон стоял у плиты и готовил. Благо полностью одетый, но я все равно еле держалась, чтобы не обнять его сзади и не поцеловать. - Ты же сказал, что у тебя продуктов нет, - удивленно пробормотала я. Антон, услышав это, обернулся и улыбнулся мне. - Я нашел в холодильнике испорченное молоко и пару яиц и решил сделать блины. Будешь? - Ты умеешь готовить? – еще больше поразилась я. Антон взял лопатку и перевернул блин на сковороде. - Отец не готовит вообще. Раньше этим занималась домработница, а потом она уволилась. В обязанности новой это не входило. Сначала я питался едой из супермаркета, но надоело. Это было неудобно – бегать каждое утро туда и каждый раз, когда хочешь перекусить. Из меня, конечно, шеф-повар не выйдет, но яичницу я приготовить смогу. - Разве твои девушки не готовили тебе? – спросила я, прежде чем успела подумать. Теперь, когда мой мозг понял, что он любит Антона, он стремился выяснить о нём всё. И желательно - подробности его личной жизни. Спорить с ним было бесполезно – он все равно вытворял что хотел, подчиняя себе язык и остальные части моего тела. Антон засмеялся. - Мне этого не нужно. Если девушка делает для тебя что-то подобное, она начинает считать, что ты принадлежишь ей или что-то такое. - У тебя никогда не было серьезных отношений? Не знаю, хорошо это или нет. Антон использовал девчонок и выбрасывал их, но зато я могла быть точно уверена, что не появится какая-нибудь его бывшая, которую он безумно любит. Все в мире относительно. На все можно посмотреть с разных сторон. - Почему же – были. Но тогда девушки еще не могли остаться до утра в силу возраста. А последние два года официальной подружки у меня не было. Антон выключил плиту, разложил блины на две тарелки и подал мне одну. Я начала копаться вилкой в блинах, думая и иногда искоса поглядывая на Антона. - А тебе... никогда бы не хотелось постоянную подружку? – поинтересовалась я, сосредоточив взгляд на еде. Я прощупывала почву. Задача «быть с Антоном» была возвращена, а значит, я продолжала ходить вокруг да около парня, не желая рисковать. Пусть и понимала, что риск – это часть жизни и без него никуда. - Хотелось, - вздохнул Антон. – Только где я найду её? Я усмехнулась. - На улицу выйти не пробовал? – съязвила я. - Если бы все было так просто, - хмыкнул Антон. Сказать больше ничего я не успела, так как у меня зазвонил мобильник. Я ушла в зал за ним, поскольку вчера оставила его там. Это была, как ни странно, не мама, а следователь. Я сглотнула слюну. Он сказал, что будет держать меня в курсе расследования и, если маньяка вдруг поймают, мне придется выступить в суде. До этого момента я не представляла, как это будет, но теперь, возможно, столкнувшись лицом к лицу с вероятностью встречи с Путешественником, я запаниковала. Я заставила себя нажать пальцем на кнопку «Принять» и дрожащими руками прислонила сотовый к уху. - Кира Антипова? – спросил Азонов. Я пробормотала что-то невнятное типа «угу». - Мы нашли его. Еще миг назад я думала, что переживаю. Я врала себе. Тогда я была спокойна как удав по сравнению с настоящим состоянием. Сердце ушло в пятки, дыхание сперло. Не удивлюсь, если я грохнусь в обморок. Но, нет, подобного чуда не случилось. Я осталась стоять, правда, качаясь, находясь в сознании не совсем ясном. - Мне нужно будет прийти на опознание? – уточнила я, хотя абсолютно не желала знать ответ. - Ээ... Думаю, нет. Почему-то я не обрадовалась. Неужели этого подонка отпустят?.. - Почему? - Вы не нужны. Точнее, нам хватит ваших показаний. - А кто будет выступать против него на суде? - Суда не будет. - Тогда зачем вы мне звоните? Чтобы сказать, что та сволочь, которая меня чуть не изнасиловала, не будет наказана?! – разозлилась я. Уж не может ничего сделать, молчал бы тогда и молча сожалел! - Наказать мертвого сложно, Кира, - немного неуверенно сказал следователь. - Я вас не совсем поняла. Азонов вздохнул. - Вчера маньяк попытался выехать из города, и его поймали на одном из постов. Благодаря вашим описаниям полиция смогла догадаться, кем он является, попыталась задержать, но он постарался скрыться. Он врезался в дерево на полной скорости и погиб на месте. - Вы уверены, что это был он? Ну, я имею в виду, что описала вам его весьма расплывчато... - Да, это он, - заверил меня следователь так, что я поняла, что этому имеется неопровержимое доказательство. – Мы нашли в его машине альбом. Знаете, что некоторые преступники берут какие-то вещи у жертв как бы на память? Так вот, наш Путешественник отрезал немного волос. Мы сравнили их ДНК с ДНК убитых девушек, и всё сошлось. Я выдохнула. Тогда это точно был он. - Откуда вы знаете, что это не такой ход, чтобы вас запутать? Может, альбом подбросили? – засомневалась я. Я точно хотела знать, что мне ничего не угрожает. - Мы проверили его передвижения – он мог подолгу находиться в одном городе, снимая квартиру, номер в отеле или ездить будто в экскурсионную поездку. Пока всё сошлось. К тому же одна из его жертв ранила его, и на ее теле осталась его кровь. Это точно он, можете не переживать. - И что... что мне теперь делать? – мой голос дрожал. - Советую вам забыть о нем как о страшном сне и жить дальше. С вами ничего не произошло - вам повезло. К тому же дело закрыто. - Ага. До свиданья, – я повесила трубку и положила ее на стол. - Что случилось? – спросил Антон, вошедший в зал. Сначала на его лице была улыбка, а потом она растаяла. Я почувствовала что-то мокрое у себя на щеке: оказалось, я плакала. - Кира? – недоверчиво окликнул меня Антон, медленно ко мне подходя. - Он умер, Антон. Умер! – не знаю, зачем я это сказала. Скорей всего, потому что была в шоке. То ли оттого, что все так быстро закончилось, то ли от радости, что мне ничего не угрожает. - Умер! Умер! – кричала я сквозь слезы. - Кто? – до сих пор подозрительно сказал Антон, будто просто хотел меня отвлечь. - Маньяк! – воскликнула я, улыбнувшись. Антон мелкими шагами добрался до меня и силой заставил сесть на диван. - У тебя стресс, - успокаивал меня он, гладя по голове. Сперва я не поняла, что он имеет в виду, но, осознав, вырвалась. - Антон, у меня не истерика! Он серьезно умер! Антон нахмурился, но попыток утихомирить «сумасшедшую» не принял. - Мне только что звонил следователь. Уходя от погони, маньяк разбился на машине. Его нет, понимаешь? Антон минуту помолчал, как и я, переваривая информацию, а потом спросил: - Что ты чувствуешь? Я пожала плечами. Я на самом деле не могла разобраться в себе. И решила сказать ему правду, к тому же, если солгу, он все равно поймет. - Я... не знаю. Скорей всего, облегчение. И радость. Наверное, это плохо – радоваться, что человека не стало? Антон замотал головой. - После того что он сделал, он не заслуживает жизни. - Возможно, но... - Что «но», Кира? Я не ответила. Я хотела, чтобы было «но», но его не было. - Кстати, что сказал тебе следователь? Тебе нужно идти на опознание? - Нет, доказательства его вины неопровержимы. Азонов заявил, что моя помощь не нужна. - Тем лучше. Тогда тебе, скорей всего, лучше будет его забыть. - Забыть? – эхом повторила я. Затем усмехнулась. – Следователь мне это тоже посоветовал. Антон кивнул, будто соглашаясь с Азоновым. - Он не стоит того, чтобы портить себе жизнь, не считаешь? Теперь кивнула я. С Антоном вообще было сложно спорить: он всегда говорил слишком умные и правильные вещи, чтобы их отрицать. Антон потянулся в мою сторону, а я машинально отпрянула. Еще прошлой ночью я решила, что не позволю этому подонку испортить мою жизнь, но вот рефлексы не хотели возвращаться к нормальному. Я постоянно дергалась и тряслась, плохие мысли порой одолевали меня, и я вязла в пучине безысходности. Это не шло мне на пользу, но сопротивляться было бессмысленно. Да, завтра я встану с утра и пойду в школу. Одна. Я не буду шарахаться от людей, но, если кто-нибудь решит подойти ко мне, я однозначно отпряну. Я не буду бояться этого человека головой, но вот мое тело до сих пор помнит те эмоции, которые я так отчаянно старалась зарыть в своей памяти. Возможно, внутри себя я буду спокойна, но зато снаружи... Все будут видеть странную девчонку с глазами, полными страха. - Знаешь, есть такой прием... Вероятно, тебе еще рано на себе пробовать, - пробормотал Антон, раздумывая. – Это должно избавить тебя от страхов... Я не дала ему договорить. Шанс на то, что я вернусь к нормальному образу жизни, я упускать не хотела. Даже малейший. - Какой прием? Антон осмотрел меня, будто оценивая, стоит ли мне говорить. - Обычно люди встречаются со своими страхами лицом к лицу, чтобы победить их. - Что ты предлагаешь? – на еще одного маньяка я была явно не согласна. - Мы можем воссоздать вчерашнюю ситуацию. - Думаешь, меня спасет напоминание об этом? – фыркнула я. - Нет. Я могу научить тебя защищаться. Ты больше не станешь считать себя беззащитной, так как будешь знать, что должна делать, чтобы освободиться. Я задумалась. Наверное, стоит попробовать. - Я согласна, - ответила я немного погодя. – Что мне делать? - Вставай. Я послушалась и поднялась. Антон обошел меня и встал сзади. - Как я понял от следователя, он подошел к тебе со спины, так? – уточнил Антон. Я кивнула. Он встал ко мне так близко, что его живот коснулся моей спины. Мысли о маньяке вылетели из головы мгновенно. Я чувствовала тепло от тела Антона, его рядом, прямо за мной, и забывала обо всем. То, что я признала вчера ночью, однозначно было правдой. Я любила его. И не переставала. А мое «разлюбила» было лишь короткой иллюзией, обманом, где было так хорошо и спокойно жить. Там я не страдала по своему другу. Там у меня был этот самый друг. В реальности у меня есть только неразделенная любовь. По моему телу будто пробежали сотни искорок, встряхивая меня, создавая приятное ощущение. Когда они дошли до кончиков пальцев, меня передернуло. Мои губы невольно растянулись в улыбке. Как сказала бы Лелька: Синдром Влюбленности на лицо. Руки Антона легли ко мне на талию и притянули к себе. Захотелось замурлыкать. Я уже совсем не понимала, что происходит вокруг, забыла, для чего я тут стою, забыла все. Тогда мне это было не нужно. Тогда это удержать в голове было невозможно. - Это было так? – прошептал мне на ухо Антон. Сначала я поплыла от счастья, слыша его голос, но потом опомнилась. Вообще-то мы пытаемся имитировать мой захват маньяком. А я тут уже растеклась, как шоколадка в солнечный день, от блаженства. В принципе, я никогда и не утверждала, что я адекватна. - Да-да, - поспешно ответила я. - Хорошо. Я знаю, что у твоего горла был нож, но, пожалуй, мы обойдемся без него. Спорить я, конечно же, не стала. С недавних пор этот кухонный предмет меня пугал. - Ты стоишь спиной ко мне, - начал Антон, а я собрала все свои силы, чтобы слушать его и действительно слышать, а не просто улавливать тембр его голоса. – Ты не можешь обернуться. Значит, должна бить из такого положения. Ты не должна колошматить по преступнику просто так, тем более когда он с оружием. Скорей всего, ты его просто разозлишь. Люди ошибочно полагают, что важней всего в ударе - это сила, с которой они бьют. Запомни, это заблуждение. Чтобы было больно, не обязательно бить сильно. Главное – знать, куда ударить. Итак, где у человека слабые места, ты знаешь? Я кивнула. - Ты можешь до них достать? Я повела локтем и уткнулась им в его ребра. - Молодец. Еще? Я покопалась в памяти и вспомнила про голень. - Чисто теоретически у человека почти все места слабые. Почки, печень, солнечное сплетение, шея... Но у тебя нет силы или же каких-то других преимуществ, поэтому бить, куда попадешь, для тебя недопустимая роскошь. К тому же твое неудобное положение исключает множество вариантов. - Есть еще? – спросила я. - Остался коленный сустав и голеностопный. Так же, если вы одного роста, можешь бить его головой, в прямом смысле. Нос – тоже не самое защищенное место. - Я слышала что-то насчет нокаутирующего удара в подбородок, - неуверенно пробормотала я, не желая упускать какой-нибудь прием самозащиты. В конце концов, он может стоить мне жизни. - Если ты точно уверена, что твой затылок придется на него, можешь бить. Конечно, лучше это сделать рукой, но коли у тебя отберут другие возможности, действуй. Пока ты все поняла? - Ага. - Отлично. Не будем пробовать и меня избивать. Представим, что маньяк уже стонет от боли, но он точно не потерял сознание. Добить тебе его будет невозможно. После подобного он будет зол и несильно покалечен. Догадываешься, что он сделает? - Конечно. - А теперь забудь, кто я. Вообрази, что я тот самый маньяк, который напал на тебя вчера. Действительно он, Кира. И вот ты ударила его. Он тебя отпустил... – руки Антона медленно покинули мою талию. Мне захотелось поймать их и вернуть обратно, но я сосредоточилась на деле. – Разрешается все, Кира. Не сдерживай себя. Поверь, убить ты меня не сможешь, покалечишь если, то не сильно. Не беспокойся за меня, слышишь? Беспокойся за себя. Я нахмурилась. Минуту назад он заявил, что я не стану его увечить, а теперь передумал? Все стало ясно через пару секунд. Антон и вправду собрался воссоздать вчерашний день. - Беги! – крикнул он, и мои ноги сами сорвались с места. Сердце пустилось галопом, в ушах зазвенело... Я будто и в самом деле вернулась обратно во «вчера». Я хотела убежать от Антона. Проем двери стал моей единственной целью. Вокруг все поплыло, я не понимала, что делаю. Знала только, что должна выбраться из этой комнаты. Антон догнал меня почти сразу. Стоило мне почувствовать, как его пальцы обвивают мое запястье, я повернулась и врезала ему кулаком в подбородок. Я оказалась права: удар был нокаутирующим. Антон, видимо, не ожидая, что я стану так яро защищаться, сморщился от боли. Наверное, стоило остановиться и проверить, как он, но я не могла. Мне было страшно, я плохо соображала, словно кто-то засел у меня внутри и орал: «Спасайся!». И я больше ничего не видела и не делала. Я была около дверного проема, когда Антон напрыгнул на меня сзади и, ухватившись за мои ноги, потянул назад. Я упала на пол, но вовремя успела подставить руки. Я тут же перевернулась, вспомнив, что положение «противник сзади» лишает кучи возможностей. Антон навис надо мной, а я не стала медлить. Мое колено направилось прямо к его паху – слава богу, этот прием я знала на «отлично», - но, предугадав мои действия, Антон преградил ему путь своей ногой. Я сузила глаза, недовольно глянув на «маньяка». Антон усмехнулся. Я и не подумала сдаваться. Мой кулак ударился об его солнечное сплетение прежде, чем он успел меня остановить. Я сразу же попыталась скинуть с себя Антона, но он, борясь с болью, закусив губу и тяжело дыша, сгреб мои руки в охапку под моей головой, лишая меня управления двумя конечностями. Но и тут у него не получилось меня одолеть. Пока он отвлекся, я уже была готова к новому удару. Я плотоядно улыбнулась и промурлыкала: - Я победила. Антон сначала не понял, но я дрыгнула коленкой, и все стало ясно. - Повторяешься, - прохрипел он. - Маньяку-то по барабану. Так что, признаешь поражение или желаешь поэкспериментировать? Антон засмеялся, отпустил мои руки, слез с меня и сел рядом. Я неуклюже приняла вертикальное положение, только сейчас осознав, что все это время не дышала. - Поздравляю, ты лишила его возможности стать отцом, - пошутил Антон. - Ну, возможно, все не так плохо было... - Я видел настрой в твоих глазах. Ближайшие несколько лет это ему явно не светило. Я усмехнулась и начала вставать на ноги, но у меня от резкого подъема закружилась голова. - Эй, ты как? – Антон поймал меня, не дав упасть. - Нормально, – я вырвалась, попыталась идти дальше, но благополучно споткнулась. - Так дело не пойдет, - покачал головой Антон и взял меня на руки. Он усадил меня на диван, а сам склонился надо мной. - Все в порядке? – спросил он, и по его тону я поняла, что, чтобы я сейчас не сказала, парень уже решил, что нет. Антон внимательно разглядывал меня с ног до головы, словно место, где я пострадала, светилось. Когда он понял, что подобного не найдет, то остановился на моих глазах. Я вспыхнула. Мне, конечно, не нравилось, что я снова так бурно на него реагировала, но что я могла поделать? К сожалению, меня никто не спросил, хочу ли я в него влюбляться. А то, возможно, я бы и отказалась. Я чувствовала себя озабоченным подростком, причем не старше пятнадцати, причем мужского пола, который пересмотрел папиных журналов и теперь думает только об одном. То, что я минуту назад била Антона, будто он в самом деле был маньяком, и зачем мы делали это вообще – таковой информации в голове не осталось. Цель сменилась. В данный момент я не хотела бежать. О, нет, я хотела остаться. Еще как остаться. Антон нависал прямо надо мной. Голова продолжала кружиться, но уже, по-моему, по другой причине. Я не двигалась и, кажется, вновь забыла, что нужно дышать. Было не до этого. Было не до всего. Антон медленно стал наклоняться ко мне, будто пытался что-то рассмотреть на моем лице. Неужели я что-то себе все-таки разбила? Его глаза наблюдали за мной не отрываясь, но взгляд был безучастным, словно Антон находился в себе. Я сглотнула слюну, но молчала. Все эмоции из меня будто выбило. Антон был слишком близко, чтобы я могла понимать что-то. Я боялась даже пошевелиться. Антон наклонил голову, продолжая меня рассматривать. Неужто он еще не все мои черты запомнил? Сначала я не поверила. Нет, честно, это было внезапно. Я не ждала подобного, хоть и давно об этом мечтала. Я была в таком шоке, что просто лежала и смотрела в потолок. Губы Антона накрыли мои. Я не была против, но не могла заставить себя прийти в норму и шевелиться. Этот поцелуй не был похож на два прошлых. Нежный и аккуратный, в нем почти не было страсти. Будто Антон боялся, что, если он усилит напор, я рассыплюсь на множество мелких кусочков. В принципе, такое бы и случилось. Действительно, я бы не осталась адекватной и целостной. Ни одной законченной мысли. Ни одного точного движения. Все урывками, все не думая. Когда я уже пришла в себя настолько, что смогла отвечать Антону, он оторвался от меня. До сих пор плохо соображая, я просто смотрела на него и моргала. Не заставила продолжить поцелуй или что-то подобное. Я тогда была слишком поражена, чтобы действовать. Я попыталась встать, а Антон не стал мне препятствовать, отодвинувшись. Мне надо было все обдумать. Случившееся не укладывалось в голове. Антон поцеловал меня случайно или осознавал, что творит? Что мне делать дальше? Притвориться, что я ничего не заметила и все в порядке? Мне нужно было побыть одной. И я сбежала в ванну. Сначала Антон не последовал за мной, наверное, он тоже был удивлен своим поступком, но стоило мне закрыть дверь на замок, как парень постучал в нее. Да так, что я отлетела к стенке от шума и испугалась, выдержит ли несчастная деревяшка удары его кулака. - Кира, выходи, нужно поговорить! – крикнул он, не переставая долбать дверь. Поговорить? Я тут же запаниковала. О чем? О том, что это все случайность? Что мне ему ответить? Снова врать? - Кира! Пока я думала, Антон не прекращал наступление на дверь. Удары стали сильнее, и дерево уже трещало от натиска. - Антон, я сейчас выйду! Подожди минутку! Я полагала, что Антон не уйдет, но ошиблась. Он оставил меня одну наедине с моими размышлениями. Я умылась холодной водой. Мне нужно было привести мысли в порядок. Видимо, до тела дошло, что его целовали и кто это сделал: оно загудело. Мозг, кстати, тоже потихоньку свыкнулся с этим. Но лучше от этого не стало. Стало только хуже. Что значит этот поцелуй? Что я нравлюсь Антону? А может, что ему плевать, с какой девчонкой целоваться? Ну, знаете, мое присутствие в его квартире лишало возможности привести девушку, а тело как раз таки требовало барышню. Не справился с позывом, и на тебе – наш поцелуй. Да вообще, что-то я, дура влюбленная, разошлась. Поцелуй – это ведь ничего не значит? Это ведь его ни к чему не обязывает? От своих же выводов мне стало грустно. Я была права, но я обрадовалась бы, если бы ошибалась. Я оперлась руками на раковину и посмотрела на себя в зеркало. В моих глазах вспыхнула решительность. Именно в тот момент я поняла, что больше так не могу. Я не могу ему больше врать и притворяться, что могу быть его другом. С меня хватит. Пошло все к черту. Пусть Антон знает правду и делает с ней, что захочет, но изображать, что меня не волнуют девчонки, которые крутятся около него, да и к тому же лживо им улыбаться, словно рада встрече с ними, я не стану. Достаточно лжи. Пора внести в свою жизнь разнообразие. Пора открыть все карты. Сегодня Антон узнает, что я люблю его, и пускай сам решает, что с этим делать. Мне надоело гадать. Надоело лгать. Надоело быть тем, кем я не являюсь. Я решительно щелкнула замком и, выйдя из ванной, нашла Антона сидящим на диване. Увидев меня, он тут же вскочил. Он, потупившись, посмотрел на меня, но тут же отвел взгляд. Как ни странно, моя решительность при виде его никуда не делась. В этот раз я скажу ему все. Даже если Антон признается, что не сможет жить, мы не останемся друзьями. Его очередь мучиться из-за наших отношений. - Антон, я не могу с тобой дружить, - с вдохом заявила я. Так, начало положено. Уже хорошо. Главное - не отступать и, как в последний раз, не отвертеться. Правда, Кира, только правда. - Это все потому, что я тебя поцеловал? – забеспокоился он. Похоже, я была действительно ему дорога. В статусе друга. Но я больше не могла и не собиралась терпеть. – Я больше не буду, клянусь! - Проблема как раз в этом. Я хочу, чтобы ты больше так делал. Признание далось легче, чем я думала. Мой голос звучал обыденно, словно я рассказываю о погоде, и не дрожал. Антон непонимающе на меня посмотрел. - Я не могу с тобой дружить не поэтому, Антон. Не потому, что ты перешел грань. Все дело в том, что я хочу, чтобы ты меня целовал. Антон еще сильней нахмурился. Да, так и придется объяснять. - Я не могу дружить с тобой, Антон Войт, - призналась уже в третий раз за несколько последних минут я. – Не потому что больше не хочу, не потому что боюсь, что ты меня изнасилуешь, не потому что ты плохой друг. - Тогда в чем же дело?! – возмутился Антон, не дав мне договорить. Вздох. Мне не хватало воздуха. - Я не могу дружить с тобой, потому что я люблю тебя. Дело сделано. Это оказалось легче, чем я думала. Но вот какие тяжелые последствия это понесет, я боялась даже представить. - И давно? – спросил Антон, а я не могла определить, обрадовался он или расстроился. Это было больше похоже на вежливый интерес, словно он задал вопрос, только чтобы меня не обидеть. Не той реакции я ожидала. Ну что ж, Кира, ты предполагала подобное. Ты его получила. Мне не было больно. Наверное, до мозга еще не дошло, что человек, которого он любит, не любит его. Но уверена, что скоро «опоздавший поезд» дойдет и я вдоволь наплачусь. Я пожала плечами. Наш разговор походил больше на каждодневную беседу, когда мы интересовались друг у друга о наших планах на выходные. - Люблю, наверное, с первой встречи, а вот узнала, что это так, только со второй. Антон сложил руки на груди. - Если б я тебя не знал, я бы решил, что ты надо мной издеваешься, - процедил он. Я поняла, что придется объяснять. Дословно. Да и признаться, будь я на его месте, меня бы тоже завели в тупик такие его слова. - Линзы. В тот день, в день нашего знакомства, я их не надела. Поссорилась с матерью и вылетела на улицу. А там встретила тебя. Я была зла, очень, и не стала разбираться, хороший ты или плохой. Ты был слишком близко, чтобы я тебя рассмотрела. А потом ты оказался в том классе, куда я попала. Я узнала тебя по голосу и, скорей всего, тогда поняла, что люблю тебя. Антон усмехнулся. - А еще говорят, что парни любят глазами. Я не могла поспорить с ним. Ведь я действительно купилась на его внешность. - Понимаешь... – я не знала, как объяснить так, чтобы это казалось одновременно правдоподобно и адекватно. – Меня сразу потянуло к тебе. Я не знала, какой ты, но чувствовала, что такой, как мне надо. Это не была любовь с первого взгляда – я не воспылала к тебе сильнейшими чувствами сразу же, нет. Просто, когда я тебя увидела, все во мне кричало, что мне нужен ты. Именно ты и никто другой. Илья, признаюсь, тоже красивый парень, но вот почему-то он не задел мою душу. Когда я поняла, что потеряла тебя, то хотела переключиться на Илью. Он же тогда притворялся и был просто замечательным! Но я не смогла, каким бы милым он ни был. Потом, узнав тебя получше, я поняла, что мое сердце не прогадало – ты и вправду хорош. Внешне, внутренне, хорош именно для меня. Я влюблялась в тебя с каждым днем все сильнее и сильнее. И довольно скоро осознала, что глубоко завязла. Что я до потери пульса люблю Антона Войта. Была моя очередь ухмыляться. Ну вот я и рассказала. Даже больше, чем хотела или планировала. Но я не жалела об этом. Ни секунды. Антон молчал. Сначала меня это не волновало: я была погружена в себя, а потом мне стало неудобно. Я нарушила молчание. - Именно поэтому я не могу дружить с тобой, Антон. Наконец, Антон оттаял и слабо кивнул. - Согласен. Я тоже больше не могу с тобой дружить. Я бы ахнула, если б не была так удивлена. Я ему надоела, и он сам хотел порвать со мной? Хотя, наверное, это было уже не важно. Ведь я сама все испортила. Пусть и не в отрицательном для меня смысле. - Мне тоже надоела наша дружба до чертиков! – раздраженно отрезал Антон. Он посмотрел на меня прожигающим взором. Он злится на меня?.. Не успела я спросить, как Антон начал приближаться ко мне. Я было бросилась наутек: мне было действительно страшно, потому что его глаза буквально пылали от гнева, и мне показалось, он меня ударит. У меня не было шансов с самого начала. Ха – с моей-то неуклюжестью, нерасторопностью, медлительностью и «везением». Я была поймана Антоном тут же. Он взял мое лицо руками и заставил посмотреть на него. Я попыталась вырваться, но его хватка была железной. Казалось, Антон хотел убить меня силой мысли, как разглядывал меня, словно испепелить на месте хотел. Вдруг я и сама разозлилась, наверное, заразилась от бывшего дружка. Я ему в любви призналась, не в убийстве, он не имеет права так со мной поступать! Не любит – пусть просто отпустит, я приставать к нему больше не буду. В конце концов, я не виновата, что влюбилась в него! Думаю, это во мне говорило разбитое сердце, понявшее, что целым явно не останется. Оно старалось защититься. И в этот раз защитой выступал гнев. Я собрала все свои силы, чтобы дать Антону отпор. Приказать, именно приказать, меня отпустить. Я уже открыла рот, но из него не вырвалось ни звука. Антон не дал. Потому что его губы накрыли мои.

***

Это было сумасшествием. Чистым и неоспоримым. У меня просто поехала крыша. Я так долго ждала этого момента, что, когда это случилось, сорвалась. Я впилась Антону в губы так, будто, если не зацелую его до смерти, умру сама. Я прижалась к нему, обнимая как можно сильней, словно, если сделаю это хоть чуть-чуть слабее, он убежит. Не знаю, как он тогда не задохнулся. Как ни странно, на Антона, по-моему, напало такое же бешенство. Он терзал мои губы с не меньшим усилием, и к тому же одна его рука лежала на моем затылке, не давая мне оторваться от него. Мне было все равно, почему он это делает. На миг в голове появилась мысль, что Антон просто решил воспользоваться ситуацией, но ей не удалось задержаться надолго. Да и, впрочем, мне было действительно все равно. Я слишком долго этого ждала. И отступать было поздно. Мне бы никто не позволил этого сделать: ни Антон, ни я сама. Я оторвалась от Антона на секунду, чтобы позволить ему стянуть с себя майку вместе с лифчиком. Это время показалось вечностью, и я поняла, что меня ничто не остановит, даже если он признается мне, что на одной ночи наши отношения закончатся. Это было несправедливо – я была по пояс голая, а Антон до сих пор оставался одетым. Это было единственное, что тогда смог приметить мой мозг, а руки уже спешили это исправить, расстегивая пуговицы на его рубашке. Было неудобно, пальцы не слушались, я не видела, что делала. Тогда Антон помог мне, стянув рубашку через голову. Если б мои губы не были так заняты, я бы поблагодарила его. Я пропустила один момент, а очнулась уже, когда лежала на диване, а надо мной нависал Антон. Потом снова пусто. Я помню лишь то, как приятное тепло медленно расползается по всему моему телу, но мне все равно надо большего. Мне надо быть ближе, ближе к человеку, которого, как оказалось, я все-таки люблю... Щелканье и клацанье металла заставило меня прийти в себя. Я увидела, что Антон возится с ремнем, и запаниковала. Не знаю почему. Вроде бы все было хорошо, вроде бы я этого хотела, вроде бы не боялась, что он потом выбросит меня на помойку, но неприятное ощущение не покидало меня. - Ты знаешь, что я девственница? – зачем-то спросила я. Наверное, я просто не могла сидеть, а точнее лежать, без дела. Губы Антона не отвлекали меня, и это заставляло меня думать. Как известно, мои думы еще ни к чему хорошему не приводили. Антон на секунду замер. - Да, я в курсе, - спокойно ответил он. – Ты когда о проблеме под названием «Илья» говорила, то уточнила, что он к тебе пристает именно поэтому. - И тебя это не останавливает? – с подозрением спросила я. - А должно? – усмехнулся Антон. – В конце концов, мы не в средневековье, жениться потом не надо будет. Меня, по сути, должно было обидеть столько откровенное признание о том, что жениться на мне можно лишь из-за обязательств, а не по собственному желанию, но этого не произошло. Губы Антона вновь накрыли мои, и мир стал терять свои очертания. Мне удалось выбраться из помутнения, когда Антон перешел на мою шею. Это было сложно, очень. Хотелось просто закрыть глаза и ни о чем не думать. Но я не могла. Меня слишком терзал вопрос, что будет потом. Это был не самый лучший момент для выяснения отношений, но поделать я с собой ничего не могла. Хотелось приказать Антону сказать мне, что он меня любит – неважно, правда это или нет, – дабы успокоить свое беспокойное сердечко и продолжить то, что мы начали, отдавшись эмоциям. Я сама тогда себя возненавидела за то, что отвлеклась и отвлекла Антона, заставив его губы покинуть мою кожу. Хотелось застонать от разочарования, но я вовремя напомнила себе, что сама виновата. - Антон, кто мы теперь друг другу? – каким-то образом членораздельно и внятно удалось произнести мне. Антон то ли не услышал, то ли проигнорировал, прокладывая дорожку из поцелуев к низу живота. - Если мы больше не друзья, то кто? Одноклассники? – мне стоит дать медаль за то, что я все-таки могла говорить. Антон оторвался от своего занятия и лукаво на меня посмотрел. - И это тоже, - не стал спорить он и опять вернулся к делу. Когда он стал расстегивать мои джинсы, я поняла, что, если не узнаю правду сейчас, через несколько секунд будет уже поздно: я забуду, что мне надо что-то кроме Антона. - Меньше чем через месяц школа закончится, - напомнила я на выдохе. Я изогнулась, пытаясь стать ближе к Антону. Мое тело хотело большего, но мозг понимал, что это слишком рискованно. - Мы больше не друзья... - Угу, - ответил Антон невнятно. - И мы разойдемся в разные стороны... Я уже плохо соображала, что говорю. Говорила - мозг был доволен, что я что-то делаю, я была довольна, что типа пытаюсь спасти себя, остальное неважно. Антон оторвался от меня и громко фыркнул. Это был шанс обрести сознание и бежать. Хотя бежать было физически нереальным. Антон сидел на мне и не был пушинкой, чтобы скинуть его вот так вот легко. Основной его вес пришелся мне на ноги, поэтому меня не расплющивало по дивану, но зато выползти из-под него из такого положения было невозможно. Да и хотела ли я?.. - Кто сказал, что я тебя отпущу?! – поинтересовался Антон. - Мы перестали быть друзьями, и теперь я для тебя никто. Ты не можешь меня держать, - гордо заявила я, на самом деле просто используя это как уловку, чтобы подтолкнуть его к признанию. Антон пожал плечами и вернулся к делу, словно это его устраивало. Я едва не плакала. Горечь жгла, смешиваясь с желанием, и я уже не понимала, чего хочу, уплывая куда-то далеко. - Почему это никто? – неожиданно услышала я голос Антона прямо у меня около уха. – Ты моя девушка. Он говорил это так спокойно, будто мы встречались уже несколько лет. Обида от его равнодушия на мои слова до сих пор не прошла, и я пренебрежительно возмутилась: - А меня ты спросить не хочешь?! - Нет. Я тебя уже спросил один раз, и ни к чему хорошему это не привело. Я не повторяю свои ошибки дважды, дорогая. Теперь я буду решать сам. «Как самодовольно!» - хотелось фыркнуть мне, но Антон, видимо, предвидя это, переключился на мои губы. Моя душа успокоилась, явно удовлетворенная словами Антона. Я отпустила все мысли, все, что держало меня на этой земле, и полетела к Антону. Теперь я не отставала от него. Казалось, тело хочет нагнать упущенное. Теперь мои губы, руки скользили по нему. Когда я услышала, как звонит мобильник, я хотела сначала его игнорировать, но потом до меня дошло, что это звонит мама. - Антон, подожди, – Господи, сколько усилий мне стоило это сказать! Язык не желал говорить такие ужасы, но здравый смысл победил. Если я сейчас не отвечу, мать испугается, вернется из Москвы, прервав командировку, ее не повысят, она не купит машину, а я не поеду в Красноярск! Страх вновь не увидеть Лельку и родные места заставил меня упереться руками в грудь Антону, заставляя его отодвинуться от меня. - Что? – задыхаясь, спросил он, нависнув надо мной. - Мне нужно ответить, - сказала я, терзаясь желанием впиться в его губы, которые были так близко. - Перезвонят, - уверенно заявил Антон и потянулся к моему лицу, но я отвернулась. - Это мама. Если я не возьму трубку, через пять минут в твою квартиру ворвется отряд ОМОНа, – я подозревала, что, возможно, не вру. Антон застонал, но все же слез с меня. Я быстро, чтобы не возникло лишнего желания вернуться обратно, вскочила с дивана и понеслась на кухню, где оставила свой сотик. - Кира, ну наконец-то! – облегченно вздохнула мама, когда я взяла трубку. – Я уж думала, что что-то случилось! - Нет, все хорошо, мам. Мы просто с Антоном решили посмотреть кино в соседней комнате и увлеклись немного, - на ходу придумывала я то, что ее успокоило бы. – Я не сразу услышала звонок. - У тебя все хорошо? – с недоверием произнесла она. - Да, все отлично! – бодрым голосом заверила ее я. - Я тут подумала, какая я плохая мать, бросила свою дочь после того, как ее чуть не изнасиловали, и собираюсь в аэропорт... - Нет! – выкрикнула я машинально, не давая ей закончить. – Не смей портить мне и себе жизнь! Это командировка слишком много значит! - Явно не больше, чем собственная дочь! – возразила мама решительно. Ее возвращение и крах поездки в Красноярск – это было точно не тем, чего я желала в данный момент. - Мам, со мной Антон, если что, он меня защитит. Мы дружим практически с того времени, как я пошла в школу в Екатеринбурге. У меня все хорошо, правда. Если ты приедешь, ничего не изменится. О, очень даже изменится! Моя мечта о родных краях и лучшей подруге растворится в воздухе, да и с Антоном мы не поговорим. Спасибо, не надо! - Мам, ты меня слышишь? – строго спросила я. - Да, да, конечно, - немного рассеянно ответила мать, наверное, находясь в раздумьях. – Ну, если ты настаиваешь... - Настаиваю! – уверенно заявила я. – Кстати, мам, меня Антон зовет, реклама кончилась. - Да, иди, - согласилась она, но напоследок быстро добавила: - Но если что-то случится, то обязательно звони! - Обязательно! – буркнула я и скоро повесила трубку, чтобы мама не успела передумать. Я положила телефон на стол медленно. Слишком медленно для нормального жеста. Я знала, что Антон стоит у меня за спиной: я слышала его босые шаги несколько минут назад. Не оборачиваясь, чтобы не поддаться соблазну, я сказала: - По-моему, нам нужно поговорить. Я не собиралась откладывать выяснение отношений в долгий ящик. Я знала: поцелуй, и будет не до них. Подобная роскошь не для меня. Риск, что я потеряю голову, слишком велик. А пока, благодаря маме, вся страсть улетучилась, и я могла думать. Нельзя упускать такую возможность, скоро она вряд ли появится. Антон не ответил, и мне пришлось обернуться. Я застыла с открытым ртом, пялясь на его торс. Он до сих пор был в джинсах, что меня обрадовало. В противном случае разговор бы не состоялся. - Нравится? – усмехнулся Антон, поняв, куда я смотрю. Я вздрогнула, отводя взгляд. - Нравится? – передразнила я, скрестив руки под грудью, осознав, что тоже являюсь объектом для изучения. - Не стану спорить, - пожал плечами Антон, медленно, будто хищник к добыче, подходя ко мне. Сзади был стол – отступать было некуда. Антон приблизился ко мне, обнял, притянув к себе, и припал губами к моей шее. Слава богу, не к губам, иначе все бы пошло к черту. Так, Кира, думай, не отвлекайся! - Антон, я знаю, как ты не любишь отношения выяснять, но нам придется это сделать. - Кто сказал, что я не люблю? – естественно, Антон отдаляться от меня и не собирался. - Ты, - пискнула я, теряя самообладание. - Ну, явно не когда приходится признавать, что ты встречаешься с девушкой, по которой сох уже два месяца. Я вцепилась в эту фразу мертвой хваткой, прокручивая ее в своей голове, заставляя мозг работать. Юркнула из-под руки Антона, пока он отвлекся, и, быстро подобрав майку, натянула ее на себя, чтобы наш разговор все-таки получился. Антон ухмыльнулся, наблюдая за мной, но все же ничего не сказал и не остановил меня. Сам он, конечно, одеваться не стал. Я, потупившись, глянула на Антона, понимая, что ему обломала и как ему это не понравилось. Он всегда говорил, что терпеть не может дурацкие женские беседы, в которых нет смысла и которые хорошо заканчиваются, только если ты признаешься девушке в любви. Он не любил врать, поэтому, наверное, и не любил подобные разговоры. Антон еще немного постоял, пожал плечами и сел на диван, кивком приглашая меня туда же. Я собиралась приземлиться на противоположный край, но, стоило мне только приблизиться, Антон ухватил меня за руку и заставил сесть ему на колени. Я вздохнула, предвкушая наш нудный для него разговор и небрежный тон, которым он будет отвечать, терпя мои вопросы. - Ну, давай, рассказывай, - неожиданно попросил Антон. - Я думала, ты томно протянешь: «О чем ты хотела поговорить», - изумленно пробормотала я. - Я уже понял, что твои думы не всегда верны, Кира, - кивнул Антон, еще больше меня поразив. - Ты не злишься, что я заставляю тебя разговаривать? – моему удивлению не было предела. - Нет, - ответил он. Его глаза заблестели. – Ведь теперь я могу сделать это, - он поцеловал мою руку – то место, куда он мог достать, - и это, – его руки поползли под мою майку. - Антон! – осадила его я, твердо намеренная все обсудить. Я попыталась встать с его колен, но он удержал меня. - Еще раз попробуешь уйти, я на самом деле не стану с тобой разговаривать! – на полном серьезе предупредил Антон. Я тут же перестала брыкаться. – Тем более мне не очень нравятся твои речи. - В смысле? – еще пять минут назад он уверял меня, что нисколько не расстроен тем, что я все оборвала, а теперь уже обвиняет меня в этом? - Твои «не трогай меня», «я согласна быть твоим другом», «я тебя не ревную», - передразнил меня Антон недовольно. Я хихикнула. - Не поверишь, но мне они тоже не нравятся, - призналась я. - А вот теперь мы подошли к самому главному вопросу, милая. Зачем ты столько времени скрывала, что любишь меня? Я пожала плечами. Я и сама не до конца себя понимала, но решила, наконец, во всем разобраться. Я начала загибать пальцы. - Когда я узнала, какой ты, я промолчала, потому что знала, как это будет выглядеть – девушка, заявившая три дня назад, что парень не в ее вкусе, отшившая его, при второй их встрече бросается на него с заявлением: «Ты мне безумно нравишься». Я хотела немного подождать, чтобы не казаться ненормальной. А тогда бы отмазка про линзы не подошла, ты бы не поверил мне, и все полетело бы к чертям, а я это очень не хотела. - Принимается, - кивнул Антон. – Я бы, наверное, и вправду не поверил тебе про линзы, решив, что это какие-то девичьи уловки. Это однозначно бы отпугнуло меня. - Потом я пробежалась по школе почти голая, в завершении стянув с тебя рубашку – тоже момент явно не для признания. А когда пошла тебе ее возвращать, ты был таким холодным, что я бы тебе правду не рассказала и под дулом пистолета. Антон ухмыльнулся. - Я тогда и впрямь был на тебя зол. Ты своим присутствием буквально мозолила мне глаза. Была так близко и так далеко... К тому же потом я осознал, что ревновал тебя ко всей школе – ко всем тем, кто видел тебя в трусах. Практически только в трусах. - Я не хотела, - подняла руки вверх я. - Я знаю. Иначе я бы тебя выпорол. - Эй, ты мне уже второй раз этим угрожаешь! – заметила я несколько пораженно. Антон невозмутимо кивнул. - И не поленюсь сделать это на практике. - Вообще-то это статья, - занудно пояснила я. Я подумывала о том, чтобы идти на юриста, поэтому уже знала некоторые законы. - Не переживай, твоя шикарная попка не понесет ощутимых последствий, - прошептал мне на ухо Антон. – Поркой дело не ограничится. Я покраснела до кончиков ушей, поняв, о чем он. Антон рассмеялся. - Мне всегда нравилось, когда ты смущаешься. - Ага, красная как помидор – что может быть красивее? – съязвила я. - Ладно, вернемся к делу. Мне интересно, почему я столько страдал. Я вздохнула. Эх, рассказывать, так все. - Потом я стянула с тебя плавки – не самый лучший способ, как оказалось, расположить к себе парня. - Эй, я был просто изумлен! – начал оправдываться Антон. – Вот если бы ты сделала это, когда мы были одни... - Прекрати! – одернула его я. Вообще-то он тут не один, и фантазия у меня тоже имеется! Антон захихикал, как маленький мальчик, умудрившийся сделать пакость и не попасться. - Потом я тебя случайно поцеловала, - невозмутимо продолжила я, стараясь игнорировать Антона. Приходилось тяжело, но я держалась. – Я думала, ты пойдешь ко мне ругаться или, наоборот, предлагать повторить, но ты проходил мимо с каменным лицом – что я должна была подумать? - Что я злюсь, потому что понял, что попал? – то ли предположил, то ли утвердил Антон. Я дернула плечом. - Нет. Я решила, что тебе просто-напросто плевать. - Твои выводы ужасны, - скривился Антон. - Не надо было столько времени изображать из себя равнодушного! - А что мне оставалось? Ты отшила меня! Причем ясно и с причиной! – не стал отмалчиваться парень. Я знала, что его довод более веский, но не отступила. - Я девушка! Мне свойственно передумывать! - Меня зацепило в тебе именно то, что это не так. Я изумленно посмотрела на Антона, а он в подтверждение кивнул. Я попыталась возразить, но он приложил палец к моим губам. - Поверь, я знал много девушек. Ты по сравнению с ними постоянна донельзя. - Не буду спорить, уверена, я такое количество девушек никогда не знала, - недовольно буркнула я. - Ты что, ревнуешь? – довольно усмехнулся Антон. – Незачем, правда! - Ага, незачем, - передразнила я. – То-то ты несколько дней назад по несколько в день их имел! - Блин, Кир, я думал, я тебя не интересую! Я старался быть тебе хорошим другом, всего-то! Когда ты соглашалась на дружбу, во мне еще теплилась надежда на то, что тебе надо большего, но, выслушав твою тираду встречайся-с-кем-хочешь, я ее потерял. Я попытался найти себе девушку, чтобы забыть тебя и в итоге нормально с тобой дружить, но что-то не очень получалось. Я так быстро с ними расставался, потому что я каждую невольно сравнивал с тобой и понимал, что ты лучше. Я не мог их всех видеть, но что я мог поделать, кроме как искать ту, которая заменит тебя? - Например, сказать мне правду! – съязвила я. Фраза «заменить меня» мне весьма не понравилась. - Что-то ты этого не сделала! – парировал Антон. - Возвращаемся ко мне. Увидев тебя с Юлей, я с ужасом поняла, что у тебя была девушка, когда ты мне предлагал свидание. Я подняла палец вверх, не давая ему возразить. - Даже слушать про эту дуру не хочу! Ничего и никогда, понял? Антон незамедлительно кивнул. - Так вот, поняв, что ты занят, я, естественно, не бросилась тебе в объятия. Когда ты уже с ней расстался, я собиралась, правда собиралась тебе сказать, даже пошла на вечеринку ради тебя и танцевать с Ильей стала только ради того, чтобы ты меня приревновал и подошел. - Получилось, - зло процедил Антон, видимо, вспомнив тот вечер. - С утра я расстроилась. То ли оттого, что поняла, что ты хочешь тупо со мной переспать и не более, то ли оттого, что ты все же не переспал со мной. - Ты расстроилась, потому что я не переспал с тобой, пока ты была в бессознательном состоянии? – искренне изумился Антон. Я скривилась. Отвечать не хотелось, этот вопрос явно не войдет в десятку моих любимых, но что ж поделать. - Я решила, что не привлекаю тебя. Антон хмыкнул. - Противоречивые расстройства. Я пожала плечами. - А потом к тому же спросила у Даши, которая думала, что мы переспали, значит для тебя что-то эта ночь, а она сказала, что единственный способ это узнать - просто тебя слушать. Ты всегда говоришь правду и не врешь, чтобы раздеть девчонку. - Это так, - подтвердил Антон. И немного тише добавил. – Не приходится. - Ну, вот, а я не слышала, чтобы ты говорил о чувствах, - проигнорировав последнее предложение, заставила себя продолжить я. – Только о плотском желании. Меня это... хм... расстроило. Антон чуть слышно взвыл. - А так было непонятно? - Мне сказано было двумя людьми, знакомыми с тобой с первого класса, слушать тебя, а не строить выводы самой, если не хочу остаться с разбитым сердцем. Он закатил глаза. - Что ж ты не слушала-то? - Я слушала! – прошипела я. Антон на самом деле ни разу не говорил, что я ему нравлюсь или что-то типа того, если не считать признания моей «необычности» в тот вечер, когда мы стали друзьями. - По-моему, ты слышала то, чего не надо, а то, что надо, принципиально пропускала мимо ушей, - тем же тоном ответил Антон. - Не будем спорить по поводу моего слуха, – у нас были темы для ссор поважнее этого. Я не хотела ворошить прошлое. Тем более ничего хорошего там все равно не было. - Ладно, - сразу же согласился Антон. - Вот, я тебе рассказала, почему не призналась тебе. Теперь твоя очередь придумывать хорошее оправдание, зачем ты предложил дружить. Да такое, чтобы я его приняла и ты остался жив! - Ты отшила меня, Кира! – тут же перевел стрелки на меня Антон. – Я хотел быть рядом с тобой! И единственный способ был стать твоим другом. Это лучше, чем ничего, не считаешь? Я вздохнула. - Считаю, – я и вправду так считала. Я думала точно так же, как и Антон. - Мне надо было тебя как-то удержать у себя! Как-то разговаривать с тобой, как-то общаться. Я хотел этого, а ты, как мне казалось, нет. Я прекрасно помню, как ты полетела за своей курткой, когда я тебя поцеловал, и угрожала сделать со мной то, что хотела сделать с Ильей, если я повторю это. Я тебе уже говорил, что я понятливый, но намеков не вижу, словно слепой. Я не разбираюсь, - он замялся, - в женской логике. - Я просто не хотела, чтобы ты полагал, что я дешевка, - нашла, как выкрутиться, я. - Господи, да я никогда так не думал! - А мог бы, - хмыкнула я. – Я не желала сразу сдаваться тебе, Антон. Ты легко мог бы потерять ко мне интерес! Как сказала моя лучшая подруга: «Нельзя хотеть то, что у тебя уже есть. Это невозможно физически. Именно поэтому люди не ценят то, что имеют». - Не думаю, что этот тот случай. Ты мне тоже понравилась с первого взгляда, и, когда я предлагал тебе дружбу, я уже сто процентов никуда бы тебя не отпустил! Да и если бы ты сразу согласилась пойти со мной на свидание, полагаю, от этого ничто не изменилось. Только, пожалуй, то, что мы бы не мучились два месяца. - Надо было это раньше сказать! Я лично не собиралась рисковать тобой! - Предположим, ты действительно решила меня помучить, чтобы разжечь мои чувства. Но тебе что, месяца не хватило?! Зачем ты согласилась дружить? - Что я должна была тебе ответить? - Не знаю! Например, «пошел ты к черту, Антон, со своими тупыми предложениями!». Я ухмыльнулась. - Хорошая идея. В следующий раз обязательно ей воспользуюсь. - В следующий раз я предлагать тебе ничего не стану! – серьезно предостерег Антон. – Слишком дорого это мне обходится. - Значит, я во всем виновата?! – разозлилась я, все-таки вскочив с его коленей. Антон, как ни странно, не стал меня удерживать. – Я, придурок, хотела тебе все сказать, даже пришла к тебе ради этого, но ты предпочел разговаривать с какой-то Надей, нежели со мной! Антон нахмурился, видимо, копаясь в глубинах своей памяти, чтобы вспомнить тот день. - Ах, это, - Антон слабо, скорее, грустно, чем радостно, улыбнулся. – Я тогда подумал, что ты решила прервать нашу дружбу. - Так и было, - пробурчала я, отворачиваясь к окну. - Я думал, ты решила, что я имею какие-то скрытые мотивы, и тебе это не понравилось. Поэтому я стал убеждать тебя в искренности своего желания дружить с тобой. - Все против нас! – взмахнула от негодования руками я. - Ну не все, раз мы сейчас об этом разговариваем, - услышала я голос Антона уже где-то около своего уха, и его теплые руки обняли меня, приподняв майку. Он резко развернул меня к себе лицом и медленно, лениво прошелся по мне взором. Затем самодовольно усмехнулся. - По-моему, с нас хватит разговоров, - протянул Антон, притягивая меня к себе. - Последний вопрос, – я прижала палец к его губам, не давая меня поцеловать. Антон не разозлился, а лишь выжидающе на меня посмотрел, вздохнув. - Хорошо. Потому что, пожалуй, у меня к тебе тоже остался один вопросик, о котором позже я точно забуду. Я кивнула. - Давай, ты первый. - Почему ты сказала мне, чтобы я встречался с другими девчонками? Ведь тогда у тебя был отличный шанс признаться. - Я была зла на мать. Я зависела от нее и не хотела признавать свою зависимость от тебя. Понимаю, глупо, но в тот момент я была на эмоциях от неудавшейся поездки, я хотела доказать всему миру свою независимость! - О Боже, как мне повезло, что я оказался тогда рядом! – застонал Антон. - Да уж! А потом «повезло» мне, так как ты послушался моего совета и пошел искать себе девушку. Причем усиленно. - Ты ревновала? Я покачала головой. - Не сильно. Я видела твое отношение к ним. Мне даже показалось, что я тебя разлюбила, – я ухмыльнулась, вспомнив мои глупые мысли по этому поводу, и только потом поняла, что сказала. Антон вопросительно и удивленно на меня посмотрел. - «Показалось»? – скептически спросил он, кривясь. - Но ничего не получилось, - успокоила его я. – Мне не удалось так от тебя отделаться. Несмотря на твое жуткое поведение, я до сих пор тебя люблю. Антон довольно усмехнулся. - Можешь повторить это еще раз? Я вздохнула. А еще говорят, что девушки сентиментальны. - Я люблю тебя, Антон Войт, - покорно подчинилась я, косо на него поглядывая. Антон неопределенно причмокнул, обводя глазами зал. Я не выдержала. - А что ты ко мне чувствуешь? – спросила я, сжимая руки в кулаки, чтобы заставить себя не наброситься на него и не выпытать ответ. - Судя по тому, сколько ты болтаешь в последнее время, то терпение. Причем огромное. Я закатила глаза. - Я польщена! – съязвила я. – Сам Антон Войт согласен терпеть мой голосок! О, теперь я круче королевы Англии! - Это всегда было так. Тем более ты без сомнений круче восьмидесятилетней старушки. Я закатила глаза. - Хватит разговоров, Кира, хватит, - пробормотал Антон и сделал все для того, чтобы они действительно прекратились. Мне, конечно, было неприятно, что Антон не сказал, что любит меня. Но я не хотела быть одной из тех девчонок, которые требуют этого признания, а несчастные парни просто вынуждены им врать, дабы сохранить отношения, которые им действительно важны. Поэтому я засунула свою обиду куда подальше, да и недолго она оставалась в моем мозгу. Недолго какие бы ни было другие мысли оставались там. Антон взял меня на руки, при этом продолжая целовать, отнес в свою спальню и положил на кровать. Майка была снята с меня еще в зале, а джинсы уже расстегнуты, так что Антону не составило трудов стащить их. Он уже видел меня в одних трусах, но я все равно застеснялась. На тот короткий миг осознание происходящего проникло в мой мозг, и я едва сдержалась, чтобы не прикрыться руками. Я еще раз напомнила себе, что Антон наблюдал меня в таком виде в мой первый день в школе, но попробуйте внушить это моей застенчивости! Антон оторвался от меня, прошелся по мне взглядом и довольно усмехнулся, разве что не замурлыкав. Это было короткое мгновение, когда я могла думать, а Антон не прикасался ко мне. Таких больше не было. Его джинсы, несмотря на то что я минуту назад стеснялась своей наготы, принялась стаскивать я сама. В свое оправдание я могу сказать, что не понимала, что делаю. Но Антона это не смутило, и он быстро помог мне завершить начатое. Я и не заметила, как с моего тела исчезли трусы. Я знала, что будет дальше. Но так же знала, что останавливаться уже поздно. Я была вся будто в огне, в голове полная каша, мозги выключились, не в силах больше бороться с душой. Я хотела этого так же, как и Антон. Я уже приготовилась к... не знаю, к чему, я смутно понимала, что должно со мной произойти. Но вот к тому, что Антон прекратит целовать меня, – нет. - Ты уверена? – задыхаясь, спросил он. Мне захотелось его стукнуть за лишние слова и зря потраченное время. Я кивнула. - Если ты не готова, мы можем этого не делать. Я закатила глаза. Такое ощущение, что это он невинная девушка, которая боится первого раза, а я опытный парень, который ее уговаривает. Я ответила ему взглядом, и мне казалось, он понял, пока не стал слезать с меня. То, что я была в шоке, - это мало сказано. Я с открытым ртом следила за тем, как Антон переполз через меня и потянулся к тумбочке. - У тебя есть время подумать, - сказал он. Я, до сих пор не осознавая, зачем он прекратил, быстро перебирала в уме варианты, что ж я такого сделала, чтобы его оттолкнуть. Что-то зашуршало, и «тайна века» открылась. - Черт! Как я могла забыть! – воскликнула я. Антон хмыкнул. - Да, а то наплодили бы мы с тобой деток. Я фыркнула, представив себя с кучей детей на руках. Определенно, к такому я была не готова. Антон вернулся ко мне и чмокнул меня в губы. - И как это могло вылететь у меня из головы?! – продолжала возмущаться я своей беспечности. Антон усмехнулся, одновременно раздвигая мне ноги рукой. - Знаешь, мне даже понравилось то, что ты забыла об этом, - признался он, заставив меня приподняться, чтобы посмотреть на него, дабы оценить его адекватность. В любви мне не признался, а детей заводить от меня, получается, не против, да? - Значит, я хорошо постарался, - протянул Антон довольно, а я легонько стукнула его по руке. Он поймал ее и принялся целовать, медленно приближаясь к моим губам и прижимаясь теснее ко мне. - Ты уверена? – опять спросил Антон, остановившись. Это был переломный момент. Через долю секунды уже ничего не изменишь. А кто сказал, что я хотела что-то менять? Я кивнула, полностью уверенная в своем решении. В ту ночь я впервые за последние два месяца заснула с улыбкой на губах.

***

Я проснулась оттого, что что-то щекотало мою спину. Вчера мы с Антоном заснули рано, измотавшись. Мой вчерашний день длился недолго, ведь я встала в три часа дня, поскольку всю ночь пробродила, не в состоянии уснуть. Я потянулась, переворачиваясь лицом к Антону. Как оказалось, щекотка была вызвана его поцелуями. Я легонько чмокнула его в губы и не смогла сдержаться от улыбки. - Доброе утро! – воскликнула я. Это утро действительно было добрым. - Я люблю тебя, - вместо обычного ответа произнес Антон. Я заморгала, не понимая, чем порождено это признание. - Почему ты мне не сказал об этом вчера, когда я спросила, что ты ко мне чувствуешь? – удивилась я, нахмурившись. - Потому что ты могла решить, что я говорю это только для того, чтобы затащить тебя в постель, - пояснил Антон, вздохнув так, словно он больше меня жалел, что не признался ранее. Я немного погодя кивнула. Я бы на самом деле поставила под сомнение его слова. - Тогда почему ты не сделал этого перед сном? Антон снова вздохнул. - Тогда ты бы решила, что я говорю тебе это, находясь под впечатлением от секса. Я не хотел этого. Зато теперь ты можешь не сомневаться в искренности моих чувств. Я смотрела на него, не зная, что ответить. До меня еще не дошел весь смысл его слов. Я просто не верила. Нет, не в правдивость признания Антона, в реальность происходящего. Как ни странно, в это сложно поверить – что человек, которого ты любишь, любит тебя. Это похоже на прекрасную сказку, и тебе страшно, ты боишься поверить в нее: а вдруг сказка и в самом деле окажется лишь сказкой? И тогда, когда ты вознесешься от счастья к небесам, придется падать. А уж лучше падать с небольшой высоты, нежели с самого верха. Я тоже боялась упасть. Очень. Все то, что сейчас происходило, казалось мне каким-то слишком хорошим, чтобы быть реальностью. За эти два месяца жизнь чересчур много раз убеждала меня не верить в то, что все отлично. Потому что потом выяснялось, что все ужасно. Но пока все было идеально. Мой Антон рядом и говорит, что любит меня. - Мой, - блаженно протянула я, пробуя это слово на вкус. Отличное, скажу вам я, слово! - Что? – не расслышал Антон. - Говорю, люблю тебя, - усмехнулась я. - Врешь, - парировал он, ничуть не расстроившись или не обидевшись, что я не сказала ему правду. Антон оказался надо мной и поцеловал меня. - Что люблю тебя? – хихикнула я. Это было бы полным абсурдом. Но он не ответил, конечно же, отвлекшись на кое-что другое. Все шло к повторению вчерашнего, но зазвонил телефон. Антон нехотя от меня оторвался. - Знаешь, с некоторых пор я начинаю ненавидеть телефонные звонки, - ухмыльнулся он, кажется, совсем не огорчившись, что нас прервали. Я бы, наверное, испугалась, что он не хочет меня целовать, но с меня хватило дурацких и неправильных выводов за весь период нашего знакомства. Поэтому я сделала логичный и весьма приятный – Антон, как и я, знает, что у нас еще куча времени. Ведь мы наконец-то были вместе, и наши поцелуи были безлимитны. Антон, прислонив мобильник плечом к уху, ответил, одновременно натягивая на себя боксеры. Затем встал и вышел в другую комнату. Почему-то всегда, с кем-то разговаривая, он уходил. Я не желала становиться параноиком и выдумывать всякие глупости на каждом шагу. Скорей всего, это была просто его давняя привычка. Я нащупала в кармане джинсов свой сотовый, дабы проверить, не звонила ли мама. Пропущенных вызовов не было, зато было кое-что другое. Антон как раз вернулся в комнату, договаривая. - Да, пока. - Антон, мы проспали! – заорала я, вскакивая. Антон лишь поморщился от моего крика, но с места не сдвинулся. - Уже десять! – я затрясла перед ним телефоном в руке. Я представить не могла, что задвину столько спать! Антон забрал у меня телефон и положил его на тумбочку. Затем обнял меня и поцеловал. - У тебя освобождение от школы на две недели, - сказал он. - А ты? – Антона никто ж изнасиловать не пытался! - А я на соревнованиях. Я непонимающе на него посмотрела. Антон пожал плечами. - У меня тоже есть справка. Только вот тренер думает, что я заболел. Так что в ближайшие три дня я свободен. - Тебе пришлось пропустить из-за меня соревнования, - потупилась я. - Мне они все равно уже надоели, - отмахнулся Антон. – Тем более ты важнее. Я не удержалась от того, чтобы поцеловать его. Последнее его предложение радостно воспринялось сердцем и, конечно, душой. Она буквально плясала от восторга. Пожалуй, такой счастливой я ее еще не видела. Почему-то Антон не дал перерасти нашим поцелуям в нечто большее и со стоном оторвался от меня. - Звонил мой отец. Он хочет, чтобы я встретил его в аэропорту, - оповестил Антон. - Разве он не думает, что ты в школе или на соревнованиях? – удивилась я. - Нет. Он вообще узнаёт, что у меня состязания, только если ночью я не возвращаюсь домой. - Как насчет того, что ты прогуливаешь сейчас, по его мнению, школу? - Он не следит за мной в этом смысле. Считает, что я достаточно благоразумен, чтобы не пропускать занятия накануне экзаменов без веских причин. - Значит, я веская причина? – довольно протянула я. - Естественно, - не стал отрицать Антон, но поцеловать себя не позволил, отпрянув. - Так дело не пойдет, - покачал головой он. – Причем в прямом смысле. Мне нужно забрать отца. Сейчас. Я кивнула. Я верила, что он действительно ехал забирать папу, а не к другой девчонке. - Я быстро соберусь и... Антон не дал мне закончить. - Оставайся. - Чтобы твой отец поймал меня здесь? – скептически произнесла я. - Именно. Я хочу вас познакомить. - А не рано ли? - Кира, с тобой я понял, что все надо делать сразу, на потом не откладывая. Тем более почему нет? Он редко бывает дома, к тому же, уверен, будет рад вашей встрече. - Он что, знакомится со всеми твоими девушками? - Ты хочешь, чтобы я признал, что ты единственная, с кем он пообщается? – ухмыльнулся Антон. - Нет, - смутилась я. – Просто я должна знать, как себя вести. - Веди себя, как Кира, и все будет хорошо, - заверил он. Я кивнула. Он отпустил меня, быстро собрался и уже намеревался уходить. - Эй, а поцелуй на прощанье? – обиженно окликнула его я у самой двери. Антон улыбнулся, обернулся, но не подошел ко мне. - Если я тебя поцелую, то, боюсь, прощанья не будет, – и вышел. Я плюхнулась обратно на кровать, блаженно рассматривая потолок. Мне все тогда казалось таким прекрасным! Все плохое было забыто, точнее, вдруг превратилось в хорошее. Я беспричинно улыбалась, как умалишенная, а впрочем, ума сейчас в моей голове было и вправду не очень много. Зазвонил телефон. Уже мой. Я вздохнула и нащупала его, не вставая, на тумбочке. - Алло, - счастливо выдохнула в трубку я. - Кира? Я тут же села на кровати. Зря я не посмотрела на экран, прежде чем отвечать. Это был Илья. Его-то в своей жизни я видеть как раз таки не хотела. Только с Антоном наладилось, не хотелось все портить. Хотя бы не так быстро! - Что тебе надо? – жестко спросила я, скрипя зубами, едва сдерживаясь от того, чтобы не повесить трубку. - Я тебя поздравляю! – как обычно проигнорировав мой раздраженный тон, прощебетал весело он. - С чем? – я точно знала, что Илья не мог быть в курсе того, что я теперь с Антоном, да даже если б он был в курсе, сомневаюсь, что он стал бы меня с этим поздравлять. - Ты теперь моя девушка! – нагло заявил он. Я бы рассмеялась, коли не была б так зла. - С чего ты взял? – прохрипела я, желая раскрошить телефон собственными руками. - Как это с чего! Все по-честному! – Илья изобразил, что обиделся. Мой палец уже потянулся к кнопке «завершить вызов», но блондин успел сказать до того, как рука достигла цели. - Я женился. Неожиданное заявление. Оно заставило меня отложить обрыв разговора. - Я-то тут причем? – растерянно произнесла я. - Как это? Кир, сама условие поставила, а теперь отмазывается! Нет уж, Кира, не прокатит! Только если у тебя нет лишнего миллиона рублей. И тут я вспомнила. И все во мне остановилось, а я сама была близка к тому, чтобы умереть на этой самой кровати, в которой еще десять минут назад была так счастлива.