Куда боятся ступать ангелы

Было воскресенье, семь сорок утра, а я уже шла по улице. В школу. Из-за восьмого марта нас заставили учиться в наш единственный выходной. Одно радует: зато потом три дня отдыхаем. Когда я вошла в класс, на меня уже никто не пялился. Больше не было охов-вздохов, переглядываний, перешептываний. Наверное, все настолько привыкли к тому, что со мной происходят интересные вещи, которые становились прекрасным предметом для сплетен, что больше были не в силах обращать на меня внимание. Либо им просто надоело обсуждать одну и ту же девчонку каждый день. Мне было по барабану, почему они на меня не смотрят. Мне нравилось то ощущение свободы, когда знаешь, что можешь делать что угодно и за каждым твоим вздохом не будут следить сотни и сотни глаз. Ну, почти что угодно. Я думала, что Леры не будет сегодня в школе. Она, в конце концов, явно не была той, кто чинно-мирно посещает это учреждение каждый день, я была уверена, что она банально будильник забудет поставить, но когда я вошла в класс, она уже сидела за партой. Вчера, вернувшись домой, я долго думала, злюсь я на нее или нет. С одной стороны, она отправила ко мне Антона, зная, что я к нему чувствую. Это могло закончиться не так хорошо, как закончилось на самом деле. И к тому же я была явно не в том состоянии, чтобы с ним общаться. Да и наряд мой слабо подходил для разговоров про серьезные отношения. Но с другой стороны, стал ли бы разговаривать со мной Антон когда-нибудь вообще? Выпал ли бы мне еще в один прекрасный день такой шанс? Я не знала, так же как и Лера не знала о том, насколько хорошо закончится эта история с принуждением к помощи пострадавшим от не-бывшей. Первым моим порывом было, когда я зашла в свою квартиру, позвонить Лере и накричать на нее. Отругать ее хорошенько, расписать все то, что могло плохого случиться, в красках, а потом рассказать, что было на самом деле. При мыслях об этом я невольно расплылась в улыбке. Антон вчера доказал мне, что считает меня несумасшедшей, а, наоборот, привлекательной. Он хотел меня. И мне даже было неважно, в каком смысле. Главное, что не боялся и не был ко мне равнодушен. Остальное можно исправить. По крайней мере, я на это надеялась. Я уже взяла телефон, чтобы обсудить это с Лерой: она явно была спецом в отношениях между людьми, хоть и не желала этого признавать, но оказалось, что номера Леры у меня нет. И я собиралась это исправить. Чтобы не забыть потом, первая моя фраза, когда я бросила сумку на парту, была: - Дай мне свой телефон. Лера медленно подняла глаза с тетрадки, где что-то рисовала, на меня. - Это ограбление? – без эмоций, словно ей абсолютно неинтересно, спросила она. - Если ты не дашь его мне, то, скорей всего, да, - пожала плечами я. - Хорошо, – Лера не стала спорить или спрашивать, зачем мне ее телефон, и просто, вынув его из кармана, положила мне в руку. Мне повезло: в ее телефоне была нужная мне информация. Я быстро записала ее номер себе в контакты и вернула Лере сотик. Я села за парту и стала ждать, пока она спросит меня о вчерашнем. Лера молчала. У меня не было желания начинать этот разговор самой. Точнее, желание было, но я понимала, что это станет моей ошибкой. Я хотела, чтобы Лера осознала, что ее поступок мне не понравился, и впредь не ставила меня в такое неловкое положение, как вчера, когда я, не прикрываясь, повернулась к Антону с абсолютно голым верхом. Начался урок, а Лера все молчала. Я уже решила, что ей плевать на меня, и я в ней ошиблась: она была действительно такой, какой хотела казаться, эгоистичной и пофигистичной. - Как вчера все прошло? – наконец спросила она. Лера попутно говорила с учительницей, но мы сидели на последней парте, поэтому могли спокойно общаться. - Ты еще смеешь спрашивать?! – возмутилась я. Лера ухмыльнулась. - Судя по тому, что ты сразу, как вошла, на меня не наорала, то нормально. Точнее, великолепно, иначе мне бы попало. - Ну, не то чтобы великолепно... - Но восемь из десяти дать точно можно, - закончила за меня соседка. Я немного погодя слабо кивнула. - Думаю, да. - Ну, ты будешь мне рассказывать, или теперь мы в ссоре? Я закусила губу. Лера явно была не тем человеком, который бросится за мной, если я уйду, извиняться. Либо я забываю о ее поступке и мы дружим, либо я злюсь и мы расходимся раз и навсегда. Лера хоть и хотела казаться плохим человеком, пока что не сделала ничего такого, что бы испортило мне жизнь. - Что рассказывать-то? – вздохнула я. - Есть что, я считаю, - уверенно заявила Лера, словно это она вчера была в туалете и общалась с Антоном. - Мы с ним немного поссорились. Я заявила ему, что мы с Юлей думаем, что они встречались, - скромно призналась я, пытаясь не встретиться с Лерой взглядом. Только сейчас до меня дошел абсурд того, что я Антону тогда наговорила. Боже мой, лучше б он так и продолжал меня игнорировать. Лера вздернула брови. - Пожалуй, я никогда тебя не пойму. Ты что, типа была на стороне Юли? Я невинно улыбнулась. Получается так. Черт. - Знаешь, это нелучший способ понравиться парню – говорить ему, что он сволочь, хотя это не так. - Да я в курсе. Просто я представила, что бы было, если б я была на месте Юли. А это легко могло быть. - По-моему, я что-то не знаю, - поймала меня соседка. Я на самом деле не рассказывала ей о нашей первой встрече с Антоном. Скорей всего, она считает, что я несчастная девчонка, влюбившаяся с первого взгляда в красивого мальчика, который в мою сторону и раза не посмотрел. Но это была ложь. Мне было предложено, и я отказалась. Меня волновало лишь одно: был ли Антон с Юлей, когда предлагал мне свидание? Я кивнула. Рассказывать, значит, все. - Мы с Антоном познакомились до школы, в первый мой день пребывания в Екатеринбурге. Я была злой. Очень. А он приставал с разговорами. Я сказала ему, что он не в моем вкусе. - Так, я что-то все равно не догоняю. Если он не в твоем вкусе тогда был, то с какого перепугу вдруг стал в твоем? - Он был всегда в моем вкусе, – глубокий вдох. – Я просто этого не знала. - Да, я точно никогда тебя не пойму, - протянула Лера. - Я его не видела тогда, - хмыкнула я. Мне самой хотелось на себе волосы от досады повырывать. Надо же так умудриться?! - Ты что, глаза руками закрыла, что ль? – усмехнулась соседка. - Почти, - согласилась я. – Я не надела линзы. - Ты носишь линзы? - удивилась Лера. Я кивнула. - Я плохо вижу вблизи. А я его тогда дальше, чем в двух метрах от меня, не видела. Вот и не заметила, насколько он «в моем вкусе». Лера смеялась довольно долго. Я покачала головой и, оперевшись подбородком на согнутую руку, принялась ждать, когда Лера прекратит. Уже прозвенел звонок, а Лера все никак не могла остановиться. Она начала закрывать рот ладонями, когда вошла учительница. - Я рада, что смогла повеселить тебя! – наконец не удержалась я от сарказма. - Просто, Кир, с тобой такие вещи происходят, что никакой анекдот в сравнение даже не идет! - Ага, особенно мне как весело! – горько хмыкнула я. - Я понимаю, что тебе невесело, но все равно не могу остановиться, - сказала Лера в перерыве между смешками. - Да пошла ты, - совсем расстроилась я. - Только не туда, где сейчас ты, - кивнула Лера.

***

Я так и не рассказала о том, что мне сказал Антон в самом конце нашего с ним вчерашнего разговора, но вызывать еще один приступ смеха у Леры мне не хотелось. Я решила сама сначала разобраться с Антоном, а потом рассказывать ей, а то снова подстроит нам встречу, к которой я абсолютно не готова. А с меня хватило и одного раза. - Привет, Кир. Я сидела за партой, была перемена, когда я услышала этот голос. Я подняла глаза и увидела улыбающуюся Таню. Несмотря на то что я натворила, в классе ко мне не относились как к изгою. Скорее, побаивались даже. Если я что-то спрашивала, мне отвечали, но не более. Да и я не больно лезла к людям, от которых с радостью бы укатила (и пока не теряю надежды на это) за несколько сотен километров. Я была полным нулем в алгебре, но вот с русским языком, литературой и прочими гуманитарными предметами у меня проблем не было. У нас была контрольная по русскому языку, оставалось минут десять до конца урока, а я уже все сделала. Девчонка, которая сидит сбоку через проход от меня, передала мне записку с просьбой дать ей ответы. Она так мило улыбнулась, что я сделала это. В итоге она получила четверку. Потом мы еще пару раз перебрасывались словами, здоровались друг с другом и один раз, когда она отвечала, я подсказала ей. - Привет, Тань, - ответила я. Эта была та самая девушка. Таня была темноволосой и темноглазой девушкой с необычайно светлой кожей. Когда я увидела ее в первый раз, то подумала, что она одна из подружек Юли или, по крайней мере, такая же, как и Юля. Таня всегда была на высоких шпильках, одета как на праздник, с макияжем и прической, словно из салона красоты. Вот уж я не думала, что Таня станет вторым человеком в Екатеринбурге, с которым я буду общаться, как с другом, а не как с врагом. - Ты чего сегодня делаешь? – внезапно спросила она. Мы с Таней были в хороших отношениях, но не настолько, чтобы она звала меня куда-то, поэтому я очень удивилась. - Да ничего вроде, - все-таки пробормотала я задумчиво. Таня расплылась в улыбке. - Тогда приходи сегодня ко мне на вечеринку. Это было неожиданно. С чего бы это вдруг она меня приглашает? - Вот, - Таня бросила на парту золотистую картонку, на которой крупными буквами было написано: «Приглашение». Я развернула приглашение и быстро пробежалась глазами по строчкам. Там было сказано, что сегодня у Тани день рождения и меня очень на нем ждут. И ещё там было указано время: 19:00. Я замялась. - Тань, ну, я не знаю. Позови лучше кого-нибудь другого, кого лучше знаешь. Таня рассмеялась. - Ты была первой в списке тех, кого я зову, - призналась она. - Почему? – искренне удивилась я. - Только благодаря тебе эта вечеринка и состоялась! – заявила Таня. Я хлопала глазами, не в состоянии скрыть изумление. - Мои родители вообще отказывались ее проводить, - вздохнула Таня. – Помнишь ту контрольную, когда ты мне помогла? Я кивнула. - Это был мой последний шанс. Понимаешь, у меня не очень хорошо с русским, и предки, посмотрев мои оценки, сказали, что, если я не исправлю их, никакой вечеринки не будет. Без тебя я бы точно не справилась. Ничего бы не было, понимаешь, Кир? Ты просто обязана прийти! - Ну ладно, - согласилась я. Мне все равно было нечего делать в этом чертовом Екатеринбурге. Тем более сегодня Лелька тоже уходила на день рождения, только в Красноярске. Поэтому вечером мы всё равно бы не созвонились - Отлично, я тебя жду! – воскликнула Таня. - А где хоть вечеринка-то? - Кстати, про это. - Что такое? – испугалась я. – Неужто у тебя днюха на Мальдивах? Таня засмеялась. - Ближе. На окраине города, у нас там коттедж. Пешком идти минут сорок-час. - Вау. Блин, а как я домой явно пьяная, - я сделала намек Тане, чтобы узнать, будет ли на вечеринке алкоголь. Таня промолчала. Значит, будет, - возвращаться буду? – я посмотрела на нее серьезнейшим взглядом. - А никак. - В смысле? - Это вечеринка с ночевкой, коттедж большой, места всем хватит. - Точно? – усомнилась я. - Ага, на улице не оставлю, не боись. - Хорошо, я приду. - Я рада, – Таня искренне улыбнулась. Когда она уже уходила, я крикнула: - Надеюсь, хоть с парнем меня не поселишь? - И не надейся, у меня на комнаты с двуспальными кроватями очередь, - парировала девушка. - Ну, если ко мне посреди ночи ввалится пьяный парень, то в следующий раз я позабочусь, чтобы ты все экзамены завалила, - пошутила я. - Эй, Даш, - позвала Таня еще одну нашу общую знакомую и одноклассницу. Она сидела передо мной и тоже частенько у меня списывала. Правда, я ответы по алгебре у нее тоже тырила, поэтому это были взаимовыгодные отношения. - Будешь соседкой по комнате для нашей ханжи Киры? – спросила Таня. - Что ж не быть, - кивнула Даша. - А ты случайно не парень? – поддела ее я. Даша засмеялась. - Хочешь проверить? – она мне подмигнула. - Думаю, я поверю тебе на слово. - Отлично, договорились, - подвела итоги Таня. – Я скину тебе адрес смской. Я согласилась и уже думала, что надеть, когда решила поинтересоваться у Леры, что наденет она. - Меня не пригласили, - без капельки сожаления хмыкнула Лера. – Я тут как бы ни с кем не дружу. - А я? – обиделась я. Лера рассмеялась. - Думаю, они, - соседка обвела взглядом класс, - до сих пор понять не могут, как ты от меня не сбежала. Я пожала плечами. - Я храбрая. - Ага, - не стала спорить Лера. – Только когда увидишь Антона, не забывай об этом. Я ничего не ответила. Это то же самое, что «не дыши, но живи», - невозможно. Когда я видела Антона, я забывала обо всем, не говоря уж о том, чтобы хотя бы изображать из себя храбрую: рядом с Антоном быть ею было нереально. Но я не очень хотела, чтобы кто-нибудь об этом знал. Даже Лера. Особенно Антон.

***

Таня подошла ко мне еще несколько раз за этот день довольно-таки грустная. Оказалось, что некоторых ее друзей не пустили родители, мол, далеко и с ночевкой. Она поинтересовалась, не запретят ли мне. Я точно знала, что мама мне разрешит. Определенно. Если нет, то, я клянусь, соберу вещи и одна в Красноярск уеду к Лельке жить в шкаф, но больше с мамой не останусь. Но я была уверена, что с этим проблем не возникнет. Последние две недели мы с мамой почти не разговариваем, - точнее, я не разговариваю - и она, похоже, осознала свою вину. Только вот что-то мы еще не пакуем чемоданы и не покупаем билеты обратно. Жаль. - Тань, с этим проблем не возникнет, я приду. Она кивнула. - Кстати, что тебе подарить-то? – я неожиданно вспомнила, что у Тани как-никак день рождения и нужен подарок. Она махнула рукой, отходя от меня. - Самой лучшее ты мне уже подарила: этот самый день рождения. Я решила не париться и подарить деньги; хотя я сомневалась, что у Тани их нет, но идти без подарка мне было как-то неудобно. Я как раз думала, сколько денег положить в специальную открытку, когда шла на следующий урок. По-моему, Лера расстроилась, что ее не пригласили. Весь день хмурая ходит и не ухмыляется. Со мной почти не разговаривает и внимания на меня не обращает. Я подумала, может, поддержать ее и не пойти к Тане, но подозреваю, Лера моего жеста не оценит. А если оценит, то не признает этого, а то и вовсе может обидеться. Да и к тому же Таня меня убьет, я ведь столько раз сказала, что приду. И я решила идти. Жаль, Лелька не со мной, могли по магазинам бы пройтись. Я замечталась, не заметила небольшой порожек и споткнулась. Мысли о Лельке всегда выводили меня из себя, и я последние две недели все время ходила в синяках. В этот раз мысли о лучшей подруге дались мне дороже. Значительно. - Эй, осторожней! Я уже собиралась «поцеловаться» с полом, когда меня поймали. Я не хотела поднимать на этого человека глаза. По голосу и так было понятно, кто это оказался. Но не могла же я вырваться и не глядя убежать? Спасибо, репутация сумасшедшей у меня и так непоколебимая, поддерживать ее не надо. - Привет, - пробормотала я, краснея. Ведь руки Антона обнимали меня. От него исходило приятное тепло. Слишком приятное. В тех местах, где мы с ним соприкасались, покалывало кожу. Слишком приятно. - Привет, - улыбнулся Антон. Я посмотрела в его карие глаза и, по-моему, начала тонуть. Правда, мир расплылся, стал незначимым, остались только эти великолепные карие глаза. Я вырвалась из объятия Антона. Я пока не хотела раскрываться перед ним, а стоять и пялиться на него – не самая лучшая идея, как показать парню, что он тебе безразличен. Отойти на шаг от него было еще сложнее. Я ненавидела себя за две вещи: за то, что вылезла из теплых объятий Антона и за то, что я так не хотела этого делать. Антон смотрел на меня и улыбался. Просто улыбался, без всяких ухмылочек и дикого блеска в глазах. Мне стало не по себе. - Как дела? – спросила я, чтобы разрядить обстановку. - Было хорошо, а стало еще лучше. А у тебя? - Вроде ничего, - я очень сомневаюсь, что мои дела из-за последних двух недель можно назвать хорошими. Невероятными, сумасшедшими, безумными, невообразимыми, ужасающими, пугающими, но всяко уж не хорошими. - Я поговорил с Юлей, как ты и просила. Не знаю уж, насколько она поняла, но я попытался, - сказал Антон. Я кивнула. Я заметила, что Юля смотрит на меня больше подозрительно, чем ненавистно. Думаю, больше кислотой-водой она меня обливать не станет. - И где моя благодарность? – нагло усмехнулся Антон. Из его взгляда исчезла вся нежность, что показалась мне вначале. В его глазах плясали чертята, и я не была уверена, что он сейчас не выкинет что-нибудь эдакое. - Спасибо, - поблагодарила я. Я была действительно рада, что могу ходить в школу и не бояться быть убитой. Хотя, наверное, если я продолжу так вляпываться в различные истории, я скоро сама пойду к Вове – так звали Юлиного поклонника-химика – и попрошу у него баночку кислоты. - Вообще-то, я другое в благодарность хотел, - напомнил он. «Тебя». Одно слово, а оно вызвало у меня столько эмоций. Мне захотелось улыбаться, петь и плясать, но я себя одернула. Антон не должен знать. - Ну, извини, что не успела завернуть себя в упаковочную бумагу и обвязать бантиком! – съязвила я. Думаю, это была защитная реакция. Пусть лучше он думает, что я вступила в его игру, чем что я давно хотела иметь любой шанс просто постоять с ним рядом. А уж игра или не игра это, мне было плевать. Казалось, я свихнулась. Антон, Антон, Антон... О чем-нибудь я еще думала? Конечно, у меня были и другие мысли, но почему-то они рано или поздно опять сводились к Антону. Даже если я думала о покупке моющего средства. Меня это раздражало. Я не хотела, чтобы Антон был центром моей вселенной. Но поделать с собой я ничего не могла. Никогда еще я так не сохла по парню. Самое интересное, что я представляла себе Антона еще до того, как встретила его. Как-то раз Лелька проводила какой-то психологический тест и спрашивала меня, каким я вижу идеального парня. Я описала ей Антона, хотя не знала его. По крайней мере, внешне. И мне было странно, что моя фантазия воплотилась. Наверное, именно поэтому меня и заело на нем. Я хотела избавиться от этой жуткой привязанности, но в последнее время происходило совсем не то, что я хочу. И как сказала Лера, Антон еще не самый худший вариант. Будем считать, что мне повезло, так как я не втюрилась в Илью. Правда, теперь меня вряд ли можно было назвать везучей. - Да ладно, и так сойдет, – видимо, я так задумалась, что Антону надоело мое молчание, и он заговорил первым. - Хотя, судя потому, как ты ко мне тянешься, ты уже моя, - заявил Антон и медленно осмотрел меня сверху вниз. - Я не твоя! – воскликнула я. Я мигом пришла в себя. Я охраняю секреты, словно бешеная собака, причем и свои тоже. А это, пожалуй, был мой главный секрет на сегодняшний день. Я не признаю того, что он сказал. Говорить «никогда» было бы громко (я раньше тоже думала, что ни за что не буду стягивать с парня трусы, но ведь пару дней назад сделала это), поэтому я ограничилась более надежными словами – пока что. И плевать, как мне хотелось быть его. Пусть не думает, что я такая простая и паду к его ногам. Нет уж, так дело не пойдет. И тут я поняла, что, скорей всего, никогда не скажу ему, что люблю его. По крайней мере, первой. Иначе я потеряю его. А он и так в отличие от меня не такой уж и «мой». - Ты еще б побольше на меня падала, а потом это заявляла. А то так что-то мне не верится. Я вскипела. Хотя это было правдой, – я в последнее время действительно как-то часто сталкивалась с Антоном - я не хотела этого признавать. Я не хотела признавать, что я стала его очередной влюбленной девчонкой, которая тает, даже когда он просто посмотрит в мою сторону. Я не хотела показаться ему Юлей. Я не хотела ею быть. Банально потому, что со мной после нашего «расставания» он даже не заговорит. - Надо меньше под ногами мешаться! – отрезала я и пошла прочь. - Увидимся на вечеринке у Тани? – крикнул он мне вслед. Я обернулась. Не знала, что он туда идет, а то бы не приняла Танино приглашение. Уж слишком много мне приходится краснеть после встреч с Антоном. Это чересчур опасно – идти туда, где будет он так близко. Я не хотела вляпаться в очередную историю. Думаю, для этого месяца позоров хватит. - Не думаю, - сказала я. - Что, испугалась, что там буду я, и решила не идти? – засмеялся Антон, а мне захотелось врезать по его самодовольной мордашке. Но больше было мое желание ответить так, чтобы последним, что я видела, когда буду уходить, была его отпавшая вниз от удивления челюсть. - Нет, я просто иду не одна, - нашлась я и гордо вскинула голову. - С кем? – ухмыльнулся Антон. Он явно мне не верил. Ах так?! Я быстро огляделась в поисках того, кого бы ввязать в эту историю. Я заметила недалеко Илью. Пожалуй, то, что я иду с Ильей, не понравится Антону больше всего. А я хотела, чтобы ему не нравилось. Я предвкушающее усмехнулась, коротко, чтобы Антон вдруг не понял, что я только что придумала. - Илья, пойдешь со мной на вечеринку к Тане? – громко закричала я, чтобы он услышал с другого конца коридора. Илья замер. - С тобой? – заморгал он. Конечно, он был в шоке, что после нашего последнего разговора, когда я отказала ему, я его куда-то приглашаю. Но думаю, один вечер с Ильей стоит того, чтобы доказать Антону, что я не брошусь на него сама. Мол, у меня и другие поклонники есть, и я заставлю его самого за мной бежать. Я кивнула. - Мы же все еще, - я выделила последние два слова, чтобы Антон понял, как шатко это положение и оно в любой момент может измениться, - друзья? - Да, конечно, - ответил с небольшой паузой Илья, пока я незаметно тряслась, боясь, что Илья пошлет меня и я буду опозоренной. Хотя мне ль привыкать-то? - Вот видишь, - победно ухмыльнулась я прямо в лицо Антону. – Я иду с Ильей. И я, не давая ему ничего сказать, повернулась и быстро зашагала прочь. Пусть последнее слово будет за мной. Но я уверена, сегодня ночью на вечеринке Антон поспешит это исправить. Что ж, я не против, пусть попробует. Если у него это, конечно, получится. Я улыбалась. Мне нравилось то, что происходило между нами. Ведь теперь я могла устанавливать правила игры. Не то чтобы Антон не мог, но это было явно лучше, чем когда игры не было вообще. Стыдно признать, но я была согласна на все, только чтобы рядом был Антон. Но ему это знать не обязательно. Я была уверена, что сегодня правила игры ввожу я. Пожалуй, мой черед. Я не хотела думать, что будет дальше. Я просто хотела жить и идти вперед, не вглядываясь в то, что вдалеке. Я просто хотела быть около Антона. Мой план был прост. Я планировала пойти на вечеринку с Ильей. Я ухмыльнулась. Ведь я планировала вернуться с нее с Антоном.

***

Я была потрясающей. В прямом смысле этого слова. Я еще никогда не старалась выглядеть настолько хорошо. Это был решающий вечер. Я собиралась проверить, чувствует ли ко мне что-нибудь Антон. Я собиралась заставить его ревновать. Лелька всегда говорила, что парень может ревновать только в двух случаях: если пристают к его девушке или к его любимой девушке. Поскольку девушкой его я точно не являлась, я намеревалась проверить второй вариант. По сути, с чего это я взяла, что Лелька обязательно окажется права? Но как бы я это ни отрицала, что бы я ни говорила, как бы я ни хотела, Лелька всегда оказывалась права. По крайней мере, в психологии, отношениях и поведении людей. В этом она была мастером. В отличие от спорта, музыки, гуманитарных предметов, рукоделия и прочего. Я всегда шутила, что Бог отыгрался на ее логике, не дав ничего другого. Поэтому я определенно знала, что этот вечер все решит. Этот вечер решит, буду ли я когда-нибудь с Антоном. Я вышла из такси и присвистнула. Дом Тани был громадным четырехэтажным зданием. В темноте было сложно разглядеть, какого он цвета, мне показалось, что бежевого. Куча окон, в которых горел свет, давали понять о количестве комнат. Я больше не удивлялась, что это вечеринка с ночевкой. Я отдала деньги водителю и направилась внутрь дома. Я прошла по дорожке мимо шикарных клумб, кустов роз и статуй, поднялась по ступенькам к двери. Она оказалась открыта, и я вошла. Первой моей мыслью было: сколько шариков! А они были везде. Прикреплены к стенам, шкафам, мебели, валялись по полу; я не думаю, что на первом этаже было место, куда можно было ступить, не наткнувшись на них. Я, отодвигая ногой с острым и длинным - сантиметров пятнадцать – каблуком шарики, пробралась вперед. Там, видимо, был зал, который занимал почти весь первый этаж, а немного правее виднелась кухня. Звучала иностранная музыка. Громко, аж уши закладывало. Свет в зале был приглушен, но мигал каждую секунду разными цветами. Я почувствовала себя в клубе. - Привет! – ко мне подбежала Таня и обняла. – Я так рада, что ты пришла! - С днем рожденья! – улыбнулась я. – Я все-таки принесла подарок. Я скромно протянула открытку. - Ошибаешься! – покачала головой Таня. Я уже испугалась, что Тане не понравилось, что я не стала париться и дарю ей деньги, и она обиделась. - Ты подарила свой подарок гораздо раньше! – засмеялась она, и я расслабилась. Гости все прибывали. Я заметила мою соседку Дашу. Она, проинструктированная Таней, отвела меня показать нашу с ней комнату на четвертом этаже – так высоко, чтобы мимо нас ночью не шастали и дверью не ошибались. Мы спустились обратно вниз и еще немного с ней постояли. Пришел Антон. В джинсах и рубашке, но я растаяла. Приди он хоть в валенках и тулупе, меня бы это не остановило. Мне было уже слишком поздно останавливаться: я гнала на полной скорости и в ближайшее время безопасная остановка явно не получится. Я не подала и виду, что полчаса караулила его у двери. Я гордо задрала голову и принялась ждать Илью. Даша весело со мной щебетала, пока в дверях не появился какой-то худощавый высокий парень, весь в татуировках и пирсинге, с длинной челкой, закрывающей его один глаз. Он напоминал мне рокера, и я бы не удивилась, окажись у него за спиной гитара. Даша начала глупо улыбаться, и я испугалась, не выглядела ли я так же, когда вошел Антон. Видимо, не одна я пришла на вечеринку не только затем, чтобы повеселиться. Стоило только этому парню пройти в комнату, Даша тут же со мной попрощалась и ушла. Мне надоело ждать, и я пошла танцевать. Антон стоял у барной стойки и попивал какой-то коктейль. У него был прекрасный вид на меня, и он не стеснялся этим воспользоваться. Я начала танцевать. Я старалась двигаться плавно и как можно больше изгибаться. Я специально надела обтягивающее платье, чтобы оно повторяло каждый контур моего тела. Я хотела понравиться Антону. Я хотела, чтобы он меня приревновал к Илье. Я решила сделать для этого все, что только возможно. Думаю, у меня хорошо получалось. По крайней мере, парни, танцевавшие около меня, частенько поглядывали на меня. Но мне было плевать. Меня интересовало внимание только одного парня. Антон не сводил с меня взгляда и едва заметно ухмылялся. Думаю, он знал, что этот спектакль для него, и ему это нравилось. Он не спешил подойти ко мне и заговорить; меня даже это начало злить, но я не успела действительно разозлиться. - Хай, Кира! – подмигнул мне Илья, появляясь сзади меня и обнимая меня за талию. Я кивнула. Я зыркнула глазами на Антона. Мне показалось, он чуть коктейлем не подавился, когда увидел Илью рядом со мной. Его взор медленно перешел с моего лица на талию, туда, где покоились руки Ильи. То ли свет так упал, то ли Антон действительно побагровел. Он старался не подавать виду, но глаза все равно выдавали его. Там была злость, ненависть, раздражение, но точно уж не равнодушие. Мне захотелось смеяться. Черт, план работает. Странно, но мне понравилась ревность Антона. Я наслаждалась ей. Я наслаждалась тем, что Антону не плевать на меня, тем, что он едва сдерживается, чтобы не впиться Илье в глотку. Наверное, я теперь похожа на садистку, но я прекрасно понимала, что Антон ничего не сделает Илье, и была спокойна. Ха, в отличие от него самого. Я решила поиздеваться над Антоном, чтобы побольше его разжечь. Чтобы он понял, что у меня, кроме него, есть еще куча вариантов и если он будет ломаться, то я достанусь кому-нибудь другому. Чтобы он наконец прекратил свои игры в безразличие и крутость и был со мной. Я стала извиваться вокруг Ильи, отчего его глаза расширились. Я не знала, что стало с глазами Антона, ведь целенаправленно смотрела, улыбаясь, через плечо на Илью. Но уверена, равнодушным Антоша не остался. Я продолжила свои пляски и использовала Илью как столб или колонну, вокруг которой я танцую. Я обходила его кругом и касалась его. Совсем ненавязчиво, легонько пальцами, но глаза Ильи от каждого моего прикосновения загорались все больше и больше. Мне стало страшно: вдруг Илья решит, что это намеки? Хотя это и казалось намеками. Вру, это казалось прямым заявлением. Я знала, что Илье со мной ничего не светит, но не спешила его в этом убеждать. Главное - не дать ему меня куда-нибудь увести, и все будет в порядке. А после вечеринки, если возьмется приставать, скажу ему, мол, пьяная тогда была и не понимала, что творила. Когда взгляд Ильи уже начал мутиться, я осознала, что с него хватит. Сама я уже была вся потная от быстрых танцев и задыхалась. С нас хватит. Я подошла к одной из барных стоек, - не туда, где был Антон, - и села на высокий стул. - Принести тебе выпить? – спросил Илья, и я первый раз за вечер обрадовалась его компании. - Рюмку текилы. - Текилы?! – удивился Илья. Его глаза округлились. Я кивнула. - Может, лучше коктейльчик какой-нибудь или шампанского? – нерешительно предложил он. Я скривилась. - Не люблю смеси. Мне от них плохо. Газированное тоже терпеть не могу. - Вина? - Илья, я текилу люблю, - попыталась объяснить ему я свое столь странное пристрастие. – Не знаю почему. Однажды на празднике, когда мне было лет двенадцать, решила попробовать, чего взрослые пьют, и выпила рюмку текилы. С тех пор я больше ничего лучше нее не пила, и поэтому предпочитаю именно ее. Илья еще немного постоял и поудивлялся, но затем кивнул и удалился. Я нашла глазами Антона. Меня вмиг охватил гнев. Он стоял рядом с Юлей, которая с приторно-сладкой улыбочкой говорила ему что-то и пафосно смеялась. Ее руки обвили его шею, и она буквально повисла на нем. Мне повезло, что у меня в руках тогда еще не было напитка, иначе тонкое стекло не выдержало бы моих пальцев, которые я сжимала так, что ногти впились в кожу. - Вот, держи, - Илья протянул мне рюмку с текилой. – Может, тебе лимона или лайма надо? - Нет, - отрезала я и три раза отхлебнула из рюмки, не в силах отвести взгляда от сладкой парочки. – Я пью ее, не закусывая. Мне так больше нравится. Илья подавился своим коктейлем. - Неожиданно, правда, - прокряхтел он, кашляя. Я просто кивнула. Я незаметно подсматривала за Антоном и Юлей. Самое печальное: Антон отвечал этой стерве и так же мило ворковал с ней. Я почувствовала ревность. Я невольно сравнила себя и Юлю в ярко-желтом платье, по сравнению с которым мое казалось монашеским. Юля была значительно худее и вытянутей меня. Моя самооценка мигом упала до -10, но ярость не давала грустить или пускать сопли. - Пойдем танцевать! – я буквально потащила Илью на танцпол. - Я еще не допил! – попытался возразить он, но, увидев, как я вокруг него извиваюсь, подчинился. Я была зла. Очень. Эта Юля все мне испортила! Мой, мой Антон сейчас вместо того, чтобы крушить все от ревности и желать убить Илью, обнимается со своей бывшей! Силу моей ярости описать было невозможно. Я продолжала извиваться около Ильи. Вдруг все вокруг поплыло, но почему-то я не падала, продолжая танцевать, словно была заводной игрушкой, из которой забыли вынуть батарейки. Последнее, что я помню - это как Антон вежливо улыбается Юле, потом переводит свой взгляд на меня, и на его лице отражается ужас.

***

Я не могу сказать, что дальше все было как в тумане. «В тумане» - это когда видимость плохая, но ты все еще разбираешь дорогу. А я помнила лишь короткие отрывки, которые предпочла бы навсегда похоронить в глубинах своей памяти. Я не могу дальше рассказывать от своего лица: я все равно ничего не помню. Эту информацию – то, что было дальше, – я собирала по крупицам, краснея, у знакомых, Даши и Тани, не зная в то время, пока они говорили, куда себя деть. Я бы предпочла испариться тогда. Хотя, по-моему, там меня и так не было.

***

Антону очень не нравилось, что я творю. Мои откровенные пляски вокруг Ильи не только привлекали внимание других парней, но и подталкивали Илью на неразумные поступки. Антон довольно-таки давно знал Илью и понимал, на что тот способен, чтобы получить желаемое. К сожалению, единственный, о ком я думала, устраивая этот опасный спектакль, - это Антон. Мне повезло, что Антон тоже думал обо мне, иначе я бы сейчас плакала в подушку и отказывалась выходить из дому. Мне очень повезло, что я была просто опозорена снова. Антону очень хотелось подойти ко мне, взять меня за ухо и, отведя от Ильи подальше, отругать за мое поведение. Но что он мог? Он не имел на это право. Я была вольной птицей и, смеясь, послала бы его, продолжая свой спектакль, и ему пришлось бы уйти ни с чем. Он не был таким идиотом. Идиотом, точнее идиоткой, на той вечеринке была я. У Антона чесались руки от того, как ему хотелось набить морду Илье и заставить его отойти от меня. Антону хотелось поставить вокруг меня забор или какое-то ограждение с электрошокерами по периметру, чтобы если кто-то вдруг решит подойти ко мне и зайти в ограждаемую территорию, то он как минимум потерял сознание. Но опять же: что он мог? А он мог только смотреть на это все и скрипеть зубами. Антон ждал, когда Илья что-нибудь выкинет. Антон знал, что Илья что-нибудь выкинет, и следил за ним. Подошедшая Юля очень отвлекла его от этого занятия, и он не успел вовремя отреагировать. Юля оказалась третьей девчонкой, которая пришла на днюху к Тане явно не для того, чтобы просто повеселиться, а, как я и Даша, с планом. Ее план был еще проще моего. Юля и Таня не были лучшими подругами, но она как-то смогла упросить именинницу об отдельной комнате с двуспальной кроватью. Наверное, Юля взяла тем, что рассказала Тане правду – на ее вечеринке она собиралась помириться с Антоном и им просто необходима эта комната. Таня согласилась. Она выделила отдельную комнату Антону. Не знаю уж, почему у них все так сложилось и определилось, почему именно Антону отдельная комната досталась, а не Юле, но мне надо молиться и благодарить всех и вся, что все так получилось. Пока Юля отвлекала, сама того не зная, Антона от Ильи, Илья действовал. Он был очень удивлен тому, что я пью. Бедняжка не знал, как «сработаются» текила и белый порошок, который он туда высыпал. Немного поколебавшись и решив, что столь высокий градус может нейтрализовать действие порошка, он высыпал туда всю пачку. Илья не собирался подсадить меня на наркотики, берите проще. Илье просто надоело ждать моего согласия, и он решил поторопить события. Как? Все просто – банально подсыпав мне в выпивку афродизиак. Антон видел, что Илья сыпет что-то в стакан, но не успел его остановить: ему мешала Юля на шее. Когда он сообразил, что надо что-то делать, было уже поздно. Подойти и отобрать у меня рюмку, заявив, что Илья насыпал туда чего-то? Он понимал, как я среагирую. Не зная правды, я бы решила, что он ревнует и так хочет вызвать мою неприязнь к Илье, и увести его от меня. Опять же, он не был таким идиотом. Опять же, полной идиоткой в тот момент была я. Я сделала три глотка. Ровно. Только. Но, видимо, из-за лошадиной дозы и они подействовали. Результата не пришлось долго ждать. Мое сознание помутилось, я перестала понимать, где я, у меня была только одна цель: стащить с любого существа, более или менее напоминающего парня, штаны. Началось все с малого. Я впилась Илье в губы так, что он едва не задохнулся. Целуя его, я застонала, желая большего, и прижалась к нему всем телом. Я запустила руки под его майку, но через секунду решила, что и этого мало, и начала её стаскивать. - Эй, детка, полегче! – оттолкнул меня Илья. Он не ожидал, что это чудо-средство так сильно на меня подействует. Я потянулась к нему и мгновенно сократила расстояние между нами. Я начала расстегивать его джинсы. Слушая рассказы о том, что я тогда творила, я не знала, куда себя деть. Нет, мне, конечно, было стыдно раньше, но, по-моему, настолько - еще никогда. Ведь все прошлые ситуации худо-бедно можно было списать на случайность. Но то, что творилось тогда, не было случайностью: я добровольно делала все это сама, и оправдания мне не было. - Давай хотя бы до комнаты дойдем! – попробовал уговорить меня Илья, борясь со мной за то, чтобы джинсы остались на его бедрах. - Нет, я хочу сейчас! – требовала я, стягивая с него штаны вместе с трусами. Представляю, что делали окружающие. Смотрели, охали и ахали, но мне было не до них. - Ладно, пойдем! – решительно сказал Илья, схватив меня за талию, приподнял над полом и потащил прочь. Я уже приступила к расстегиванию его рубашки. - Поставь ее на пол и отойди от нее, - требовательный голос заставил Илью остановиться посреди пустого коридора. Ну, хоть здесь свидетелей не было. Илья, едко ухмыльнувшись, поставил меня рядом с собой, не убирая руку с моей талии. Он собирался сказать что-то, но Антон подошел к нему, отобрал меня у него и закинул себе на плечо, будто я была мешком с картошкой. - Еще раз подойдешь к ней ближе, чем на метр, башку снесу, клянусь! – пообещал Антон пораженному Илье и быстро устремился прочь. Думаю, Илья поборолся бы еще за меня, но был слишком ошеломлен моим поведением и поведением Антона, чтобы стремительно соображать. К тому же Антон чересчур скоро скрылся в своей комнате на первом этаже. - Поставь меня на место! – пыталась сопротивляться я, но мой язык заплетался. Даже в таком состоянии я могла бороться с Антоном. Я металась между двумя желаниями: отшить Антона и гордо (в моем состоянии это значило «спотыкаясь и падая») уйти или начать стаскивать с него одежду. Зайдя в комнату, Антон поставил меня на ноги и закрыл дверь на замок. Стоило ему только повернуться в мою сторону, как я налетела на него и впилась в его губы. Я попыталась обхватить ногами его талию, но он был слишком высоким, и мои ноги постоянно соскальзывали. Сначала Антон сопротивлялся, но это было очень сложно: я была слишком настойчивой. Он подхватил мои ноги и помог мне обвить его. Антон развернулся и уже сам прижал меня в стенке. Я вызволила свои руки, которые были зажаты между нами, и начала стаскивать с него рубашку, не расстегивая, прямо через горло. Мне не хватало целомудренных поцелуев. Я хотела больше. Я тогда мало что понимала и мало что хотела. Но зато я точно знала, в чем нуждалась. И как никогда раньше шла к цели, не играя и не думая. Я просто брала то, что я желала. Антон позволил снять с себя рубашку, а те три секунды, на которые он был вынужден оторваться от меня, чтобы это сделать, показались мне вечностью. Я даже не дождалась, пока он закончит, и принялась гладить его по спине. То, что я на весу, держусь за Антона только лишь ногами и норовлю грохнуться головой вниз, меня не остановило. Антон едва успел поймать меня. - Осторожней! – предупредил меня он, а я лишь истерически засмеялась и вернулась к поцелуям. Я страдала от того, что до сих пор мы были одеты. Чтобы продолжить его раздевать, мне пришлось слезть с него. Конечно, делать мне этого не хотелось, но это был единственный способ получить желаемое. Антону тоже не понравилось, что я отодвинулась от него, и, стоило мне только на миллиметр от него отстраниться, он жадно притянул меня обратно, будто я хочу сбежать. О, нет, сбежать – это последнее, что мне тогда хотелось. Я уже потянулась к джинсам Антона, когда он оттолкнул меня. Он тяжело дышал. Несмотря на действие чудо-порошка Ильи, я застыла на месте, удивившись такому повороту событий. - Что случилось? – заикаясь от того, что до сих пор не в себе, спросила я. - Я так не могу, - неожиданно заявил Антон. Я нахмурилась, а потом громко рассмеялась. - Ты парень! Ночь без обязательств для вас - мечта, вы не переживаете, расстанетесь ли вы с девушкой на утро навсегда! Ха! Более того, вы об этом грезите! Антон невозмутимо пожал плечами, словно «да, бывает, но с тобой так не получится, потому что ты меня не привлекаешь». Я была в полудреме, но все равно разозлилась. Даже в подобном состоянии Антон вызывал у меня сильнейшие чувства. - Только не говори, что не хочешь этого! – воскликнула я и ткнула пальцем на прямое тому опровержение. - Ты мне не простишь этого! – заныл он, словно это он уговаривал меня переспать с ним, а я не поддавалась. – Я так не могу! - Еще как можешь! – отрезала я и начала наступать на него. Он дошел до кровати и врезался в нее ногами. Пока Антон разворачивался, чтобы посмотреть, на что он наткнулся, я, воспользовавшись моментом, напрыгнула на него, и мы вместе повалились на кровать. Я быстро села на его живот, чтобы он не мог встать. Пока он не опомнился, я принялась его целовать. Как только он стал мне отвечать, я привстала и начала расстегивать его джинсы. Его это мигом отрезвило. Антон сделал так, что мы перевернулись и поменялись ролями. Теперь он восседал на мне. - Кир, ты завтра об этом будешь жалеть! – предупредил меня он серьезнейшим тоном. Наверное, чудо-средство подействовало окончательно, и я уже его не слушала совсем. Жаль, ведь он был прав. Я резко притянула его к себе, желая заткнуть. Антон был сильнее меня, но, несмотря на это, он достаточно долго боролся со мной за свою свободу. Освободившись, он быстро спрыгнул с меня и кровати и, тут же схватив рубашку, начал ее натягивать. Все было не так просто. Я не была адекватной тогда. Я не соображала и не хотела соображать. Я хотела сделать кое-что другое. И я была уверена, что, если Антон сейчас сбежит, я выйду в коридор и накинусь там на первого же попавшегося парня и изнасилую его. Я так же стремительно оказалась рядом с Антоном. - Я сейчас вернусь, - заверил меня Антон, дотрагиваясь рукой до дверной ручки. Мне было плевать, что он там говорит. Его слова слились в один сплошной звук. Заяви мне он, что в доме пожар, я бы не отреагировала. - Ты дождешься меня здесь? – с сомнением спросил он, оглядывая меня сверху вниз. Я аккуратно наступала на него, словно боялась его спугнуть. Слушать его тогда? Ха, Илья слишком сильно постарался! Видимо, Антон увидел мои обезумевшие глаза и решил не рисковать, за что я ему весьма благодарна. - Что же с тобой делать? – пробормотал он, хватая меня за запястье и таща за собой. - Вот и отлично! – довольно воскликнул Антон, отходя от меня, словно художник, желавший увидеть свою работу издалека. Я пошла за ним, но вдруг что-то меня остановило. Я посмотрела помутневшим взглядом, что не давало мне идти. Оказалось, Антон привязал меня какой-то тряпкой за руку к батарее! - Я сейчас приду, - сказал он мне, отступая назад, и вышел из комнаты. В тот момент во мне что-то щелкнуло, и я на некоторое время пришла в себя. Я прекрасно помню этот отрывок того вечера. Он четкий, ясный, тогда я точно понимала, что я делаю и что мне нужно делать. Я до сих пор была не в себе, но, по крайней мере, мне не хотелось выбежать в коридор и кого-нибудь изнасиловать. К сожалению, это продолжалось недолго. Я попыталась развязать узел на тряпке, но у меня ничего не получалось. Пальцы не слушались, а ткань упорно стояла на своем. Я начала беситься. Сознание снова поплыло; видимо, меня настигла вторая волна эффекта от порошка Ильи. Я начала биться, как птица в клетке, и вырываться, словно меня держит не бездушная тряпка, а человек. Я просто обезумела. Я так сильно брыкалась, что порвала тряпку. Почему-то мне показалось, что платья на мне быть не должно, и я, стащив его с себя, бросила на пол. Стоило мне услышать скрип открывающейся двери, я сошла с ума окончательно. Это стало красной тряпкой для быка. Я не видела ничего, кроме цели - Антона, застывшего в дверном проеме. Он рассматривал меня с явным интересом. Я стояла перед ним в одном нижнем белье, но я хотела это исправить. Я хотела снять и его. Я не дала ему подумать или что-то сказать. Я бросилась на него, словно собака на кошку. Стоило мне к нему приблизиться, меня будто холодной водой окатили. Точнее, так и было. Антон вылил на меня ведро ледяной воды, которое держал в руках. Наверное, такой жуткий холод меня отрезвил. Я обняла себя руками, пытаясь согреться. - Успокоилась? – спокойно спросил Антон. Я подняла на него глаза и поняла, что мое желание к нему снизилось до нормы. Я больше не хотела броситься на него, как какое-нибудь животное в брачный период. Я кивнула. Антон еще раз осмотрел меня и заныл. - Черт, как же я завтра буду об этом жалеть! По-моему, мне тоже стоит остыть. И он вылил на себя остатки воды. - Как же холодно! – воскликнул он. - Зато я теперь не хочу тебя, - стуча зубами, порадовала его я. Но вместо этого на меня напала какая-то усталость. Глаза закрывались, я до сих пор толком не понимала, что твориться вокруг. - Нашла хорошую новость! – проворчал Антон и начал стаскивать с себя одежду. Я, не в силах больше стоять на ногах, плюхнулась на кровать. - Что ты делаешь? – вяло поинтересовалась я. - Если я буду спать в сыром, то заболею, - откликнулся Антон и, развесив вещи, лег на другую сторону кровати. Благодаря Юле кровать была двуспальная, и мы с легкостью поместились. Идти в свою комнату? Нет, в лучшем случае я бы выползла в коридор. Да и к тому же тогда лежать в одной кровати голой с не более одетым парнем для меня было в порядке вещей. Я перевернулась на кровати и оказалась прижатой к Антону. Меня это не смутило. Его – да. Странно, словно мы поменялись полами. - Эй, отодвинься от меня! – потребовал он. - Угу, - пробормотала я, закинув на него ногу и полностью проигнорировав его просьбу. - Кира, я не железный! Мне хоть ничего в выпивку не подсыпали, но поверь, мне сейчас не лучше, чем тебе! Воспоминания, точнее, эмоции, - то, что я чувствовала после трех глотков текилы, - калейдоскопом закружились у меня в голове. Я хищно посмотрела на лежащего рядом Антона. Он все сразу понял и снова заныл. - Я больше за водой не пойду! Я медленно провела рукой по его животу, ощущая кубики пресса. - Если ты так дальше будешь продолжать, нас с тобой и океан ледяной воды не спасет, - вздохнул Антон. - Я не хочу, чтоб меня спасали, - пробормотала я, ложась головой на его грудь. - Завтра я очень буду об этом жалеть, очень, - печально заявил Антон, а потом я вырубилась.

***

Не знаю, насколько жалел Антон, но вот я о содеянном жалела, как ни о чем другом раньше. Когда я пробежалась по школе голой, то думала, что большего позора не испытаю. Затем, когда я стащила с Антона плавки, я решила, что больше уже мое желание испариться в воздухе не станет. Потом, когда я упала на губы Антона, я была уверена, что еще больше сбежать от реальности я не захочу. Следом, когда я постояла в мокрой майке без лифчика посреди класса, я предположила, что еще больше на меня пялиться никогда не будут. Как же я ошибалась. Каждый раз, когда я решала, что хуже не будет, кто-то сверху, по-моему, смеялся и упорно доказывал мне, что хуже быть может и у меня просто слишком хреновая фантазия. Заявляю официально: хей, ты, тот, кто строит судьбы, я тебе верю, я знаю, что может быть хуже, не подтверждай мне это! Но то ли он не слышал меня, то ли ему банально нравилось надо мной издеваться. Я проснулась от того, что у меня болела голова. Не сильно, но зато навязчиво. Со стоном, не желая просыпаться, я разлепила глаза. Первое, что я увидела, - это лицо Антона. Сначала я подумала, что все еще сплю. Осознав, что это реальность, решила, что это мое бурное воображение. Я начала судорожно вспоминать события вчерашнего вечера. Последнее, что помнила - это как танцевала вокруг Ильи и начала обнимать его. Воспоминания о том, что я его обнимала, немного смутили меня, но это не шло в сравнение с тем, что мне в данный момент казалось лицо Антона. Именно казалось. Судя по моим воспоминаниям вчера, он так ко мне и не подошел, и Антон рядом – последствия похмелья. Я успокоилась. Почти. Я попыталась встать, но меня что-то удержало. Я заметила, что ненастоящий Антон обнимает меня за талию. Также с удивлением обнаружила, что моя нога обвила его ноги и я плотно прижимаюсь к несуществующему Антону. До меня стало доходить, что что-то тут не то. И тут я поняла, что нифига у меня не глюки из-за вчерашней выпивки и я на самом деле лежу в одной постели с Антоном. Я закричала и вскочила. Антон застонал и потянулся. Сдернув с нас обоих одеяло, вставая, я обнаружила на себе только нижнее белье, а на Антоне лишь трусы. Я заорала еще громче. Самое интересное - то, что меня расстраивало, скорее, было не то, что между нами было, а то, что я этого не помню. - Чего ты орешь с утра пораньше? – пробормотал Антон, приподнимаясь на локтях и раздирая глаза. - Что. Ты. Делаешь. В. Моей. Комнате?! – отрывисто проговорила я, прикрываясь руками. - Вообще-то, это ты в моей комнате, - заметил парень. Я огляделась. И в самом деле, я была не у себя. Тем более в моей комнате была бы еще одна кровать и недовольная Даша, обнаружившая в нашей общей комнате голого парня. - Что я здесь делаю? – пораженно спросила я скорее у себя, чем у Антона. - Ты что, ничего не помнишь? – удивился Антон. Я покачала головой, старательно пытаясь восстановить события минувшего вечера. Без толку. Я помнила все до того момента, как пошла танцевать с Ильей, разозлившись на Антона за разговоры с Юлей. Дальше была пустота. - А что было-то? – поинтересовалась я, хмыкнув. Я ничего не помнила и думала, что это знак того, что ничего не было. Дура, как же я ошибалась! Антон пораженно посмотрел на меня, а потом громко расхохотался. - Прекрати! – одернула я его. Мне было не по себе от того, что он знает что-то, чего не знаю я. - Ну, просто такое забыть, - оправдывался Антон, качая головой. - Блин, что было-то?! – потребовала ответа я. Антон вздохнул и оглядел меня с ног до головы. Мне стало неудобно, так как я была в одном нижнем белье. Я быстро пробежалась глазами по комнате, отчаянно ища то, чем можно укрыться. К сожалению, ничего не было. Но оставаться стоять так, когда Антон с едкой ухмылкой довольно меня оглядывает, я тоже не могла. Я быстро юркнула под одеяло и натянула его по самые уши. Антон сидел на противоположной стороне кровати, и это было достаточно опасно – залезать туда, но кто не рискует, тот не пьет шампанское! Черт, я ж его терпеть не могу. Но меня это не смущало, и я рискнула прежде, чем успела подумать, какие последствия это может за собой повлечь. Антон снова рассмеялся, а я снова не понимала почему. - Прекрати ржать, ты ж не лошадь! – сквозь зубы проворчала я. - Ты просто так смешно прикрылась, ей-богу! Еще вчера ты буквально заставляла меня на себя такую смотреть! - Что?! – возмутилась я. – Мечтай, Антоша! – фыркнула я и гордо вздернула нос. Я не была из тех девушек, которые скидывают с себя одежду только для того, чтобы привлечь парня. По крайней мере, я так думала. - Точно! – продолжал смеяться Антон. – О том, чтобы просто смотреть на тебя, я мог лишь мечтать! Тебе ведь надо было большего, гораздо большего! Он подмигнул мне, а я отвернулась, показывая, что обижена. И кто дал ему право говорить про меня такие гадости?! Посмеявшись еще немного, Антон вдруг замолк, осознав, что я действительно не понимаю, о чем он. - Ты правда ничего не помнишь? – недоверчиво спросил он. - Конечно, помню! – воскликнула я. – Я пришла на вечеринку к Тане, потанцевала и, видимо, легла спать! - Ну, в принципе, все так и было, если вкратце. Но ты пропустила самое интересное, - загадочно проговорил Антон. - И что же это? – съязвила я. - Сначала ты действительно танцевала с Ильей, но потом ты начала его обнимать, целовать и стягивать с него джинсы. Я скептически посмотрела на Антона. И он думает, я поверю в этот бред?! - Кир, давай вспоминай! И не надо так меня разглядывать! - Я бы никогда такого не сделала! – гордо заявила я. - Ага, только вот тебе помогли, - хмыкнул Антон. - И кто же? – до сих пор не веря, процедила я. - Илья что-то тебе подсыпал в текилу. Сказать точно, что, не могу. Скорей всего, афродизиак, но ручаться не возьмусь, он со мной не посоветовался, что тебе сыпать. Я нервно сглотнула. Судя по тому, что мне рассказывала Лера про Илью, он может. Тут меня озарила вспышка воспоминаний. Вот я танцую около Ильи, начинаю на нем виснуть, смеясь, и лезу руками под его джинсы. Я заныла. - Что, вспоминаешь? – ухмыльнулся Антон. Я кинула в него подушку. - И ты даже его не остановил?! – выкрикнула я. Не знаю, почему я решила, что Антон должен был это сделать. Антон изобразил, что обиделся. Хотя, по-моему, он и в самом деле обиделся. - Если б не я, ты бы сейчас в обнимку с Ильей лежала. - Ага, а так с тобой! Велика разница! – протянула я, сама понимая, как вру. Илья и Антон были два несравнимых человека. И если обниматься с Ильей меня не заставишь и под дулом пистолета, то в Антона я и сама радостно вцеплюсь, только намекни. - Ничего не было, - пробубнил Антон, словно был недоволен подобным раскладом событий. - А что, хотелось? – съязвила я, а на самом деле сама ждала его ответа. Мне хотелось, чтобы он признался в этом. - Причем тебе больше, чем мне! – парировал Антон. - Так, как я здесь оказалась?! – я желала знать, почему я голая проснулась в его постели и между нами даже ничего не было. Неужели я такая страшная?! - Ну, как я сказал, выпив свой напиток, ты явно развеселилась и пустилась в пляс. Сперва все было нормально, но потом ты принялась целовать и раздевать Илью. Причем при всех, причем в прямом смысле этого слова. Несчастный Илья боролся с тобой за то, чтобы его джинсы остались на нем... Меня посетило еще одно смутное воспоминание: я расстегиваю пуговицу на джинсах Ильи, а он что-то кричит мне и пытается остановить мои пальцы, но я продолжаю. Я заныла, поняв, что Антон мне не лжет: я действительно все это вытворяла вчера. Антон, проигнорировав мой стон, продолжал. - Целомудренный Илья попытался уговорить тебя хотя бы дойти до комнаты, но ты требовала его прямо посреди танцпола. Илья оказался стеснительным и попробовал утащить тебя, продолжающую его раздевать, в комнату. Я подумал, что в нормальном состоянии ты бы не пошла с ним, и отобрал тебя у него. Отрывки вчерашней ночи кружились в моей голове, и, каждый раз вспоминая что-то новое, я ужасалась все больше и больше. Антон игнорировал то, как моя челюсть становится все ближе и ближе к полу. - Чтобы ты ничего не натворила, я унес тебя в свою комнату, понимая, что, во-первых, где твоя, не знаю – туда отнести не могу, а во-вторых, оставлять тебя в таком состоянии одну небезопасно как для тебя, так и для окружающих парней. - Это все? – с надеждой спросила я. Антон рассмеялся. - То, что Илью я у тебя отобрал, тебя не расстроило. Не знаю, заметила ли ты вообще смену парней около тебя. Ты принялась раздевать меня. - Черт! – не сдержалась я. Вот это-то я явно не планировала. - По сути, я пытался отбиться, но тебя это не останавливало. Я оставил тебя в комнате и пришел с ведром воды, а ты встретила меня уже в этом самом нижнем белье, - он ткнул пальцем в одеяло, которым я скрыла лифчик с трусами. – Я вылил ведро на тебя, и ты вроде успокоилась. Завалилась спать, а с утра проснулась, обвиняя меня в том, что это я тебя хотел чести лишить! - Надеюсь, это все? – переспросила я, совсем не желая слышать ответ. Антон пожал плечами, словно я спрашивала о погоде. - Вкратце да. Я громко выдохнула. - Ну, хоть ничего противозаконного не совершила. - Ага, если не считать того, что ты чуть меня не изнасиловала! – усмехнулся Антон. Я хотела было скептически на него посмотреть, давая понять, что не верю, что, во-первых, он сам был против, а во-вторых, я действительно делала что-то из ряда вон выходящее, но меня окатила новая волна воспоминаний. Вот я тяну джинсы Антона вниз, он пытается меня остановить и отталкивает, а я бросаюсь на него, как пума на антилопу. - Черт! – еще раз заныла я. - Не черт, а Илья, - поправил меня Антон. - В смысле? - Ну, ты черта во всем винишь, а виноват Илья, - пожал плечами он. - Я ему устрою, - процедила злостно я, уже думая, как могу ему отомстить. - Э, Кира, притормози, - неожиданно стал отговаривать меня Антон. – Я больше тебя от него спасать не буду! Сама напрашиваешься, а потом бегай за ней и не давай ей изнасиловать всяких придурков! - Это ты про себя? – парировала я. Мне не нравилось, что он меня обвиняет в том, что Илья такой мудак и сам не может заинтересовать девушку, оставляя эту заботу фармацевтическим средствам. - Это я про тебя, Кира! Вот скажи мне, зачем ты вокруг него крутилась? - Танцевать захотелось, - съязвила я, только чтобы правду не говорить. - Так танцевала бы, но с кем-нибудь другим! - С кем хотела, с тем и танцевала, - прошипела я. И почему я не могу быть мягкой и покладистой даже после того, что он меня спас? Не знаю, наверное, последствия от шока, который я только что пережила, осознав, что натворила прошлой ночью. - Ладно, - Антон вздохнул. – Только в следующий раз после твоей очередной «мести» я тебя из его кровати вытаскивать не буду! - Очередной? - А ты думаешь, он просто так к тебе пристал? – засмеялся Антон. Его фраза меня расстроила. Неужели он считает, что ни один парень «не пристанет» ко мне просто так? Меня охватила ярость. - А почему же?! - Ты его в последний раз отшила из-за того, что он на тебя поспорил, ведь так? – Антон посмотрел мне в глаза, чтобы я не смогла соврать. - Откуда ты знаешь, что он на меня спорил? – взвыла я. Он знал и не предупредил?! Хотя с чего я взяла, что он должен это сделать? Я совсем поссорилась с адекватностью. И она, обидевшись на меня, уехала в отпуск на неизвестное количество дней. Мои эмоции зашкаливали, полностью управляя мной. Я не могла себя остановить. Я говорила глупости и вела себя как истеричка. Я уже начала раздражать сама себя. Но когда Антон был рядом, я не могла себя контролировать. Я была ужасной. Но к сожалению, я всегда осознавала это уже после своих истерик. - Так ясное дело, он не просто так перед тобой выкобенивался! Понятно же, что он таким «хорошим мальчиком» никогда до этого не был! Ни одного взгляда на другую девку, ни одного матного или пошлого слова, зато куча внимания и доброты к твоей персоне. Естественно, никто не подумал, что он вдруг решил измениться! Мне стало еще обиднее. - Так что я думаю, что подсыпанный афродизиак в твою выпивку – что-то типа неконтролируемого ответного удара за его позор. Теперь смекаешь, что больше не следует пытаться его подставить? Мне не нравилось, что говорил Антон. Но еще больше мне не нравилось, как он об этом говорил. Спокойно, адекватно, словно старший братик поучает свою младшую сестренку. Где ревность и ярость к Илье? Где?! Неужто Антону плевать, что вчера могло произойти между мной и Ильей?! Я расстроилась. Из-за всего. Из-за своей жизни, вчерашнего, Ильи, которому на меня плевать, Антона, который тоже интересуется мной не больше, а то и меньше, на Дашу, которая не подумала меня спасти из лап Ильи/Антона, на маму, которая заставила меня переехать в этот долбаный Екатеринбург, где это все и произошло. Мне нужно было кого-то винить в случившемся. Себя я обвинить не могла, а сваливать все на обстоятельства – некого будет винить. Поэтому я банально винила весь мир. Я банально пыталась оправдать произошедшее любыми способами. - Я разберусь, Антон, не переживай. Извини, что доставила тебе неудобства, - проговорила я без эмоций и встала, не прикрываясь. Я начала собирать свои вещи по всей комнате. Антон внимательно за мной следил и еще хлеще меня разглядывал, явно удивляясь тому, что я в крике не пытаюсь спрятать свое голое тело. Я пожала плечами. - Что ты там не видел? – хмыкнула я ему и быстро натянула на себя платье. - Знаешь, я ни разу не пожалел, что спас тебя от Ильи, - зачем-то сказал Антон, пока я боролась с молнией, которая упрямо не хотела застегиваться. Тут в моем мозгу возникла еще одна картинка: это было прямо перед тем, как я заснула, Антон сказал, что завтра пожалеет о том, что отказал мне, когда я его раздевала. Я горько ухмыльнулась. - Зато, наверное, пожалел, что сам не переспал со мной. Антон кивнул. - Уже много, много раз. Мне хотелось плакать. Теперь я точно знала, зачем я нужна Антону. Почему он вчера был так зол, когда я была с Ильей, почему бросил Юлю ради того, чтобы спасти меня, почему отобрал меня у Ильи. Просто он сам хотел быть на месте блондина, и всего-то! А вчера, наверное, его остановила его совесть, о чем он теперь ужасно жалеет. Антон всегда ясно давал понять мне, что я ему небезразлична. Но никогда не говорил о чувствах или отношениях. Ситуация с Юлей четко дала понять мне, что бывает, если не слушаешь Антона, – разбитое сердце. А мне нравилось мое целое, а присоединяться к Юле, унижаясь, пытаться его вернуть и быть готовой на все ради этого я не хотела. Мне надо было уйти от него, пока осталась гордость. Пока я могла остановить себя и не делать все, что Антон только попросит. - Надо было соглашаться вчера, а сейчас я уже превратилась в ту невыносимую Киру, которая почему-то хочет отомстить парню, что ее вчера едва не изнасиловал. Я еще раз вздохнула и, схватив туфли, вышла в коридор, не дав ему прокомментировать мои слова. «Антона надо просто слушать. Просто слушать». В моем мозгу всплыли слова Леры. За все то время, что я общалась с ней, она не посоветовала мне ничего неправильного. Она была права. Всегда. И я решила ее послушать ради своего же блага. Я слушала Антона и не слышала ни слова о его чувствах ко мне. Правильно, а что говорить, когда ничего нет? Я вошла в свою комнату, где на кровати сидела радостная Даша и красилась, смотрясь в маленькое зеркальце и припевая. - Почему ты меня не остановила? – вяло спросила я ее. - Что? – она отвлеклась от туши. - Ты же видела, что я творю с Ильей. Почему ты даже не пыталась меня образумить? Даша пожала плечами. - Я собиралась, но потом увидела, как Антон отбирает тебя у Ильи, запрещает ему к тебе даже приближаться и уносит тебя к себе в комнату. Я решила, что вам не стоит мешать, я же видела, что этот фарс только ради Антона. Я кивнула. Я не могла ее осуждать. Ведь все, что вчера было, действительно было только ради него. - Как все прошло? – воодушевилась Даша, ожидая мой радостный рассказ о прошлой ночи. - Хорошо, - вздохнула я, глядя в окно, и криво ухмыльнулась. Сегодня я узнала, что от меня надо и Илье, и Антону. Самое печальное, что им надо одно и то же. - Слушай, ты же знаешь Антона с седьмого класса, так скажи мне, как думаешь, у него со мной серьезно? – спросила я, до сих пор смотря в окно. Я не хотела, чтобы мои глаза выдали Даше мою боль. Она не ответила, и мне пришлось обернуться. Даша пожимала плечами. - Не знаю. Это зависит от того, что он тебе сказал. Если он хоть заикнулся о том, что ты ему нравишься, даже если был пьян или немного не в себе, то ты можешь надеяться. - Его надо слушать. Просто слушать, - повторила фразу Леры я. Даша кивнула. - Пожалуй, с ним это точно подействует. Я улыбнулась ей, но она почему-то отпрянула. Наверное, потому что от моей улыбки сочились боль и отчаяние. Ведь я всегда слушала Антона. Внимательно. Я же была влюбленной и поэтому впитывала как губка каждое его слово. И не было ни одного слова, которое я бы так хотела услышать. Ни намека. Ничего. Я бы хотела оставить мысли об Антоне, но это невозможно. От того, что ему плевать на меня, мои чувства к нему не меняются. А в том, что ему плевать на меня, я была уверена. Фраза о том, что он хочет меня, была заскоком парня, у которого гормоны играют, не более. Это я сделала из нее верх романтики. А он просто признался, что хочет со мной переспать. Хм... Ну, хотя бы честно. Но мне легче от этого не становилось. И поэтому, чтобы не натворить глупостей, мне оставалось просто слушать. Слушать Антона и не забывать о его отношении ко мне. Слушать. Просто слушать – пообещала себе я, укорачивая свое желание делать с ним намного большее, заранее зная, что к добру это не приведет. Хотя разве могло быть хуже? Но об этом я боялась даже заикаться.