Охотники за плотью 1-5

      Они спускались вниз медленно, держась за шероховатые тёмные стены. Это была та часть помещения, куда не имел права входить никто, кроме Марлоу и его правой руки. Дан грязно выругался, едва не навернувшись в полумраке со ступенек. — Чёрт побери, Мэлоди. Ты не можешь посветить? — Нет, потому что ты называешь меня Мэлоди. А кошки, как ты помнишь, отлично видят в темноте. — Ладно, сам напросился, — Данте чиркнул колесиком своей ледяной зажигалки. Из отверстия вырвался крошечный голубоватый огонёк, слабым светом прорисовавший стены и пол.       Мэл скривился. На кончике его пальца заплясало маленькое пламя. — Убери эту хрень, — быстро сдался он. — И все остальные подарочки твоей Джульетты.       Они шагали глубже, в подземелье под одной из пристроек. Здесь Марлоу держал тех, кого доставляли из внешнего мира — контрабандой или в обмен на кое-какие магические редкости. Помещение представляло собой одну большую камеру с разбросанными койками, горшками и гнилыми ящиками, где валялись овощи, никому не нужные наверху.       По углам раздавался мерзкий кашель — в подвале было холодно, сыро и душно. Неудивительно, что люди болели. Их состояние было, мягко говоря, плачевным. Решётка стояла прочная, укреплённая магией. Живым отсюда не выбраться. — Красота, — пробормотал Дан, обводя взглядом камеру. — Ты уже определил, кто идёт на охоту, а кто — на ужин? — Вон там, в углу, — Марлоу кивнул на кучку людей, сбившихся вместе. Те злобно уставились на визитёров. — Узнаёшь?       Дан вгляделся. Его губы расползлись в ухмылке. — Не может быть. Ты поймал ещё карателей? — Ага. Загипнотизированные тобой охранники перехватили их у ограды. Видимо, очень хотели попасть внутрь.       Дан медленно облизнулся, невзначай блеснув клыками. — Ну что ж. Теперь наша очередь праздновать. Верно, Марлоу? Тот хмыкнул, поправляя жилетку. — Я же говорил — моя месть найдёт свой путь. И вот она: сожрать тех, кто когда-то хотел сожрать нас. Из-за кого мы гнили здесь, в этом новом мире. Он толкнул ногой ящик с овощами через решётку. — Ну что, кто теперь смеётся? Вы так хотели нас видеть? Получайте. — Это ещё не конец, Марлоу! — рявкнул мужчина, сидевший у стены. — Когда люди поймут, что вы нарушаете договор, вам всем не жить! Слышишь? Не жить! Мэл прищурился. В его ладони зажёгся крошечный огненный шар, который быстро разросся и сорвался с пальцев. Он угодил в ящик, стоящий ближе всего к заключённым. Древесина взорвалась щепками, и каратели с криками метнулись прочь, пытаясь сбить пламя одеялами. Крики и паника наполнили камеру. Марлоу сотрясался от смеха, наблюдая, как люди мечутся в дыму. Дан стоял с руками на груди, невозмутимо наблюдая за шоу. Пламя угасло так же резко, как вспыхнуло. — Ещё одно слово, и я подожгу всё помещение, — бросил Мэл. — Вы — не последние, кто закончит жизнь в банках на задней полке нашей забегаловки. Но у вас есть шанс. Присоединяйтесь. Мы скоро снова станем силой. Никто не посмеет на нас тявкнуть. Я даю вам выбор. Становитесь ворлоками — и живите вечно. Ответа не последовало. Только кашель, сдавленные всхлипы и глухое молчание. — Пересчитай их глазами, Дан, — сказал Мэл, оборачиваясь. — И подумай, сколько тушек тебе надо на склад. — Пять–десять хватит. Пока обе мясные лавки полны. Айден тоже не жалуется. — А школа? — Дагон молчит, значит, пока хватает. — Отлично. Дей! — крикнул Марлоу куда-то в сторону. В коридоре забухали тяжёлые шаги. Перед Даном вырос огромный ворлок в шкуре гризли — брат того типа, что стоял на входе. От одного вида его сальной шкуры у бывшего преподобного по коже бежали мурашки омерзения. — Вытащи пятерых на свой выбор. Снять с них кожу. Можешь взять себе что-нибудь на обед. Их смерти послужат вам уроком. А остальным — думайте. Моё предложение всё ещё в силе.       Дьявольски сверкнув глазами, Марлоу развернулся и двинул обратно к лестнице. Данте последовал за ним. За их спиной раздались крики и лязганье решётки — значит, Дей приступил к исполнению приказа. Дан шёл за Марлоу молча, пока они не достигли света. Тогда бывший преподобный задумчиво почесался. — Знаешь? Когда мы жили в человеческом мире долго, я почти начал забывать, какой ты. — М. И какой я? — наслаждаясь визгами и звуками драки, Мэл достал из кармана пачку сигарет, чтобы снова прикурить. — Железный и жуткий. И беспринципный. Ты ничего не боишься. Почти таким я помню тебя в дни, когда мы только встретились — ты был тюремщиком тогда. — Я помню это прекрасно, Данте. Что ты хочешь мне сказать? — Мне кажется, это твоя идеальная роль, — тихо шепнул Данте, вставая перед Марлоу и заглядывая ему в глаза.       Ещё бы чуть-чуть — и Марлоу дотянулся бы до него с поцелуем. В последнее время у них тоже не получалось проводить много времени вдвоём: Мэл был слишком занят своей недремлющей службой. Его рука скользнула по торсу Данте, однако тут откуда-то слева послышался громогласный медвежий топот. — Марлоу! — в крохотный коридор влетел стоявший до этого на входе Гилен. Его массивная фигура загородила весь проход. — Ну что ещё, — болезненно выдохнул Марлоу, с сожалением оставляя мысль о языке Данте в своём рту на ближайшие пять минут. — У нас тут неприятности. Новость из внешнего мира!       Марлоу нахмурился. Единственный случай, когда его вызывали внепланово, случился несколько лет назад — тогда смертные чуть не заподозрили чрезмерную утечку себе подобных по направлению к деревне ворлоков. В тот момент ситуацию удалось утрясти. Что им было нужно теперь? Мэл почесал бровь с поблёскивающим в ней кольцом. — Пойдём, Дан. Посмотрим. Гилен провёл их по коридору, указав на единственный спутниковый ноутбук, установленный специально для связи с правительством. На нём, перебиваясь помехами и шумом, мелькало лицо Кимбела Митчела — единственного человека, помимо Эмбера Морригана, от которого у Марлоу сводило спазмом сразу обе челюсти. Постепенно Ким стал единственным контролирующим органом, и потому именно он выходил на связь в экстренных случаях. — Что тебе? — рявкнул Марлоу, разворачивая монитор к себе. — У тебя ровно три минуты. После этого я начинаю терять терпение! — Прости, что отрываю тебя от супер-важных дел, но нам действительно надо поговорить, — Ким нахмурился. Дан отметил, что за время, что он не видел рожу бывшего друга Эмбера, тот сильно повзрослел. Эм так и оставался всё тем же двадцатилетним мальчишкой, хотя и только на вид; а Ким вполне соответствовал возрасту зрелого мужчины — тридцати с небольшим. — У тебя жуткая щетина, — бросил ему Дан, опираясь на плечо Мэла и тоже нависая над экраном. — Дать тебе контакт барбера, которого мы не успели съесть? — Кто-то напал вчера на людей, — не обращая внимания на его слова, нахмурился Ким. — Полагаю, вам это известно? — Что? Напал на людей? — левая бровь Марлоу удивлённо поползла вверх. — А при чём тут мы? Мы давно ни на кого не нападаем. Сам знаешь! Живём себе, питаемся тем, что вы нам присылаете… Выживаем, как можем... На одну секунду камера уехала куда-то в сторону. После этого в кадре возникли фотографии — кровавая каша возле бортика бассейна. Кровавые следы на стёклах, освежёванные трупы и жёлтая лента. Дан крайне впечатлился такой картиной. Даже завёлся в какой-то мере. — Действительно будто бы почерк кого-то из наших, — шепнул он Мэллу. — Это какая-то ерунда. Все ворлоки находятся здесь, под защитой купола. Сам знаешь: никто не продерётся через те кордоны охраны, которые вы расставили возле нашей границы, если ты не позволишь! — невозмутимо аргументировал Марлоу. — Я-то, может, и знаю. Однако я также уверен, что в этом мире ворлоков тоже не осталось! Мы давно загнали всех под ваш протекторат. Каким же тогда образом, Марлоу, ещё одна стая животных оказалась на свободе? — Кимбел серьёзно склонился к экрану, выискивая в лице собеседника признаки лжи. — Я знать не знаю, Митчел. Для простого человечишки ты берёшь на себя слишком много, задавая мне такие вопросы! — Я должен задавать тебе такие вопросы. У нас есть договор! — Ким указал пальцем в направлении Марлоу так, словно тот стоял перед ним. — Если вы не выполняете то, что должны выполнять, это грозит серьёзным конфликтом. И тебе это известно! — Стой, стой, — Дан повис на руке Мэла, видя, что тот сейчас расплавит ноутбук одним взглядом. — Погоди, Кимбел. У тебя нет необходимости разговаривать с нами так. Мы уверены, что все ворлоки на месте и никто не покидал деревню. Это просто… невозможно. Кимбел сверлил обоих взглядом. Годы в роли политика диктовали ему только одно: верить нельзя никому. — Вы уверены в том, что говорите? Никто не уходил с вашей территории? — Если бы они вышли, вы бы знали. Обнаружители магии улавливают любое мерцание. Ваши военные смотрят в сторону нашего поселения днями и ночами, только и дожидаясь, не сверкнёт ли барьер! Что-то подобное происходило недавно? Кимбел замолчал, внимя этой речи и вынужденно понимая, что Мэл прав. — Бред какой-то, — произнёс он, глядя на фото. — Это же не могли быть люди! Они ни куска мяса не оставили от тех, на кого напали. Словно это были… голодные звери. — Мы проверим всю деревню, хотя я уверен, что всё это полная ерунда, — холодно отрезал Мэл. — Не пытайтесь повесить на нас то, чего мы не совершали. — Доложи мне о результатах проверки, — немного подумав, ответил Ким. — Я должен предоставить полиции убедительные доводы. Просто словами тут не отделаешься, Марлоу. — Прекрасно. Будет тебе отчёт, — рыкнул Мэл и нажал на отбой. После этого двое друзей многозначительно переглянулись. — Кажется, на этот раз дело серьёзное. Как много ворлоков ты создал в последнее время, Мэл? — Десятки! Некоторые сами перебегают на нашу сторону, ты ведь знаешь мои способы давления. — Наслышан. Ты следишь за их количеством? — Примерно. — То есть ты не знаешь всех новеньких? — Да они все одинаковые! Воспоминания о них — дело их ворлоков, не моё! — Погоди орать… Мы можем крупно влипнуть, если не предоставим людишкам доказательства того, что мы тут ни при чём, — Дан устало протёр лицо. — Они могут нагрянуть к нам с проверкой. Только учти: они до сих пор уверены, что нас тут несколько десятков, когда на деле количество приближается к сотне! Чёрт побери, нам только этого сейчас не хватало. Гилен внимательно прищурился, прислушиваясь к разговору двух друзей. — Выйди вон из моего кабинета! — рявкнул Марлоу, когда тень медвежьего охранника замаячила сзади. — Хватило уже и того, что вы пускаете ко мне всякую шваль, которая хочет дом с жёлтыми стенами! Иногда мне кажется, что ещё немного — и я сам попаду в такой дом. Из-за вас! От его рева могучего охранника словно ветром сдуло, хотя Гилен превышал Мэла по размерам примерно вдвое.