Слушай только сердце

Николь проснулась от громкого визга где-то под ухом. С трудом разлепив тяжелые веки, она попыталась рассмотреть источник звука: «Дурацкий будильник! Давно пора сменить мелодию!». - Подъём! Все начали потихоньку подниматься и одеваться. Сегодня среда, а значит, после уроков они все идут в Хогсмид! - Ненавижу школу. Кто её вообще придумал? – хрипло пробормотала Челси, поднимаясь и потягиваясь. - Годрик Гриффиндор, Ровена Райвенкло, Хельга Хаффлпафф и Салазар Слизерин, - ответила Лира. Николь промолчала. Слишком велик был соблазн снова лечь и уснуть. - У нас всех сегодня спаренная Трансфигурация первая? - Нет. У меня прорицания, - устало кивнула Лира. - Везёт тебе. Пойду повешусь, - устало кивнула Ника. В Зал она спускалась уже пободрее: девушка успела заварить и выпить чашку кофе. На её плече сидел Алекс, не пожелавший улететь домой или хотя бы в совятню. Главный Зал был забит народом: и ученики, и учителя торопливо поглощали еду, насыщая организм. Николь, с трудом подавив зевок, прошла к столу Слизерина. - Слышали последние новости? – болтала Мелиса, сидящая в окружении нескольких учеников. – Об ограблении Гринготтса? Вещи были взяты оттуда ранее. Но всё-таки… Представьте себе: вор смог пробраться сквозь лучшую охранную систему в Англии! - Что ты думаешь об этом, Николь? Ограбление и поджог совершены одним и тем же человеком? – спросил Марк. На секунду задумавшись, Ника ответила: - Не факт… Но да, я склоняюсь к этой мысли. Сначала похититель сунулся в Гринготтс, но не нашёл искомого. Наверняка эта ячейка принадлежала Институту. А потом он решил поискать в самом учебном заведении, использовав поджог, как прикрытие. Тогда мои предыдущие выводы об Институте ошибочны. Все на секунду замолчали, обдумывая такую возможность. Милисента, первокурсница, пролепетала: - Но тогда все в опасности! Николь на секунду задумалась, а потом улыбнулась: - Я так не думаю. У нас самый лучший декан из всех возможных. Он никогда нас не бросит и всегда защитит. Не бойся, всё будет хорошо. Девочка с сомнением взглянула на третьекурсницу, но, встретив уверенную улыбку, расцвела. - Правда-правда? - Конечно, правда! Только его нужно слушаться – и всё будет… Прекрасно! – рассмеялась Ника, потрепав девочку по голове. Наскоро позавтракав, третьекурсники торопливо побежали на занятия. Уже поднимаясь по лестнице, Марк спросил: - Ты ведь соврала ей? -Разумеется. На детей нельзя взваливать груз страха и ответственности. От этого они взрослеют, - устало проговорила Николь. - А на самом деле? - А на самом деле... всё очень хреново! Никто не в безопасности: преступники проникли в самые охраняемые учреждения. Сомневаюсь, что для них есть хоть что-то невозможное. - Мы в опасности? – спокойно спросил Марк. - Если я скажу, что не знаю, ты поверишь мне? – глядя ему прямо в глаза, поинтересовалась Ника. - Нет. Мне ты можешь сказать правду. - Никто не в безопасности. Я не знаю, нашли ли воры то, что искали… Если да, что ещё им в голову взбредёт… Если нет, то неизвестно, куда они сунутся за этим добром, - ответила Ника. Разумеется, это была не вся правда: девушка уверена, что вор не нашёл того, что искал. Значит, он сунется дальше. - Но ведь гоблины сказали, что ячейка была пуста… - пробормотал Марк, явно не улавливая нить рассуждений. - Они могли солгать, чтобы не потерять авторитета… В конце концов, никто не поручился, что она действительно была пуста, так что лови мысль, - ответила Ника. Да, она солгала, но цена за правду была слишком высока… Бесконечный страх. Недоверие. Ужас. Уж лучше сладкая ложь… - Логично… Что ж, пошли на урок? Николь кивнула и направилась за однокурсником. Мысленно девушка все ещё пыталась разгадать эту головоломку: «Что такого ищет этот вор? Будем называть его «Х». Наверняка, это какой-то древний и безумно ценный артефакт, если он сначала вломился в Институт, а потом и в Гринготтс… Но был ли это один и тот же человек? Если рассуждать логически, в Институте «Х» слишком явно обратили на себя внимание обманным манёвром. А вот в Гринготтсе всё было шито-крыто: тихо и без шума. Ладно, а если я изначально пошла не по тому пути? Если предположить, что это два человека: «Х» и «У»? Что тогда? Одному из них, однозначно, нужно было что-то материальное: он же не просто так вломился в Гринготтс, верно? Пусть он будет «У». А вот второму… Что нужно было ему? Знания? Возможно... Библиотека сгорела почти полностью. Что опять же даёт повод задуматься: не хотел ли он скрыть пропажу? Может, «Х» хотел отомстить? Тоже не стоит исключать: погибших и пострадавших очень много. А если «Х» и «У» работают в команде? Всё возможно… Например, «Х» украл книгу, они вместе что-то в ней вычитали, и потом «У» вломился в Гринготтс, чтобы забрать… нечто. Но этого чего-то там уже не было. Назовем его «Й». Что у нас в результате получается? Цензура». Вот за этими размышлениями девушка провела первую половину дня. Что-то не давало ей покоя, постоянно мелькая на грани сознания, но не формируясь в осознанную мысль. Что же это? В 13:00 они, как и планировалось, собрались у главного входа. МакГонагалл торопливо собирала согласия родителей, а Филч шастал туда-сюда, выуживая из толпы нарушителей. Его кошка – миссис Норрис – полностью повторяла манёвры хозяина и каждый раз останавливалась рядом с Никой, злобно шипя и фыркая. «Чувствует анимага,» - равнодушно подумала девушка. Уже не раз у неё появлялось желание пнуть мелкую заразу, но третьекурсница останавливала себя: «Поквитаемся ночью». - Все в сборе? Тогда пошли! – раздался откуда-то сбоку голос профессора Трансфигурации. Все дружным стадом поплелись за… пастушкой. Хогсмид поразил Николь: ничего подобного она никогда не встречала. Небольшие магазинчики, доверху забитые всякой волшебной всячиной; уютные кафе, в которых можно было посидеть вместе с друзьями и погреться после долгой прогулки от Хогвартса, а главное: всё переполнено магией. Николь до этого уже встречалась с чем-то подобным: бывало, волшебники селились рядом, образовывая что-то вроде волшебной деревни. Но там крайне редко можно было встретить хоть один магазин с волшебными товарами, не говоря уже о целой дюжине! Девушка для начала посетила лавку «Зонко»: интересно же посмотреть на новинки среди пакостей. Выбрав несколько ОЧЕНЬ интересных вещей, она счастливая выскользнула и, ухватив за шкирку Лизу и Марка, двинулась дальше. После этого они посетили «Магазин перьев Писарро», где троица приобрела несколько пергаментов и самопишущие перья; кондитерскую «Сладкое Королевство» - враг фигуры, как прозвала её Николь; Последнее место, до которого они добрались - «Шапка-Невидимка» - магазин одежды. Прогулка удалась на славу, если, конечно, не учитывать час, потраченный на поиски потерявшихся хаффлпаффвцев. Когда те не явились в положенный срок, никто не волновался: не было ещё многих. Но прошло десять минут, двадцать, сорок… Вот тогда МакГонагалл начала переживать. Приказав всем не расходиться и оставив Филча следить за порядком, она побежала обыскивать магазины. Но когда Ника хоть кого-то слушала? Оставалось лишь одно место, которое девушка мечтала посетить - Визжащая Хижина. Вот туда троица и отправилась. Как оказалось, не они одни: именно там и нашлись двое барсуков. Эта парочка решила проверить, правдива ли легенда об этом строении. И уже были на полпути к данному объекту архитектуры, когда их увидели трое Слизеринцев. С трудом сдерживая отборный русский мат, Николь бросилась к этим… этим… самоуверенным хомякам! За ней тут же бросились Лиз и Марк. Догнать двоих недотёп получилось уже у самой Хижины. - Итак, а теперь, барсучата несчастные, вы пойдёте с нами и добровольно сдадитесь МакГонагалл! – прошипела Ника, пытаясь отдышаться. - Нет! Раз уж мы так рядом с Хижиной, можно хоть одним глазком…? – пролепетал один из Хаффлпаффцев. - Ты, вроде, третьекурсник, а до сих пор не понял: в магическом мире есть предметы, которые лучше обходить за несколько миль! Вы совсем идиоты?! Если из здания доносятся жуткие завывания и потусторонние звуки, то это не приглашение! В этом доме, наверняка, куча завалявшихся проклятий, которые только и ждут возможности вылиться кому-нибудь на голову. Никто, абсолютно никто не сможет выжить после проклятия, годами накапливавшего энергию! Ни Дамблдор, ни Волдеморт, - Хаффлпаффцы вздрогнули от упоминания этого имени, - никто! А уж двое недалеких идиотов и подавно! К концу гневной тирады оба барсука едва ли не плакали. Не смотря на одинаковый возраст, Слизеринцы уже давно не питали иллюзий на счёт этого мира: везде тут царили жадность, разврат и смерть. А вот наивность Хаффлпаффцев когда-нибудь могла стоить им жизни… Уже впятером они вернулись в стадо. Сделать это незаметно оказалось довольно трудно: Филч то и дело бегал туда-обратно, надеясь найти пропавших в толпе. Но стоило ему убежать в другой конец группы, пятеро студентов выбежали из-за угла и присоединились к кучке. Вернувшаяся МакГонагалл, увидев пропажу, сначала облегчённо выдохнула, а потом отчитала несчастных. Те пугливо прижались друг к другу, явно побаиваясь грозную преподавательницу. В Хогвартс они возвращались шустро. Профессор Трансфигурации подгоняла всех, постоянно напоминая, что они и так задержались. На ужин девушка слегка опоздала: привести себя в порядок после долгой прогулки оказалось… проблематично. Сегодня ночью Николь планировала впервые совершить в Хогвартсе вылазку. - Ника, что скажешь, мне идёт? – спросила Лира, примеряя накладные усы. Если прикрепить их заклинанием, они могли вырасти где угодно: на лице, на ноге, на шее… В общем, реально везде. - Да. Ты отлично выглядишь. Может, прикрепить их заклинанием? – съязвила черноглазая, доставая палочку. Лира мгновенно убрала усы от лица, боясь остаться с ними на всю жизнь. – Нет? Ну, как хочешь. Сидящие рядом Слизеринцы засмеялись, создавая уютную атмосферу дружбы и взаимопонимания. Николь уже стала здесь своей. Наконец, пора было возвращаться в гостиную. Там почти никого не было - только двое шестикурсников играли в магические шахматы – и Николь присела в свободное кресло рядом с камином, отпустив друзей спать. Зеленоватое магическое пламя ярко горело, создавая ощущение спокойствия и… Как там говорится? Можно вечно смотреть на пламя, воду и работающего человека… А здесь, в подземельях, было всё это: огонь горел в каминах, освещая и согревая пространство; вода плескалась за окнами, даря мир и покой; а люди… Люди здесь трудятся всегда. Так что, гостиные Слизерина – единственное место во всём замке, где можно полностью расслабиться… Прошёл ещё час. Шестикурсники, потянувшись, пожелали Нике спокойной ночи и удалились. Девушка с улыбкой кивнула, но стоило двери закрыться, как она уже была на ногах. Ещё раз оглянувшись, Николь сосредоточилась. Секунда, и вместо волшебницы стоит… серая волчица. Тёмно-карие глаза ещё раз оглядели помещение, и животное быстро двинулось прочь из гостиной. Каменная стена послушно отъехала, чувствуя присутствие человека. Выйдя за пределы территории Слизерина, Ника мгновенно бросилась бежать, уверенно отталкиваясь мощными лапами. Перед ней мелькали коридоры и ответвления, но волчица продолжала бежать, полностью доверяя собственным инстинктам. Это было потрясающе: никаких мыслей, только чувства, в которых тонуло сознание, и ощущение почвы под лапами. Девушка так и бежала, слыша только свист ветра в ушах… Благодаря мягким подушечкам лап, она передвигалась абсолютно беззвучно и была больше похожа на тень, нежели на ученицу, нарушающую правила. Пару раз ей попадался Филч, но волчица обходила его, только завидев или заслышав завхоза. А вот к миссис Норрис волчица с удовольствием подходила и пугала кошку. Та, издавая мяуканье, тут же неслась к хозяину, но стоило тому появиться, а волчицы уже не было. Наконец, животное выдохлось и неторопливо поплелось обратно в гостиную. По пути Николь попался профессор Квиррел, который несся куда-то на такой скорости, что волчице понадобилась вся скорость, чтобы успеть спрятаться за ближайшим гобеленом. И, между прочим, передвигался Али-баба абсолютно беззвучно, словно плыл по воздуху… «А вот с этого момента надо будет приглядывать за ним получше…» Обратившись в человека у самой гостиной и шепнув пароль, девушка с трудом добралась до спальни и уснула прямо в одежде… Следующий месяц прошёл спокойно: Нику приняли в команду в качестве загонщика. Да, Флинт сильно недооценил девушку: подобного загонщика он никогда не встречал. Боула из команды выгнали, так как он явно проигрывал Нике в умении и опыте. Брюнетка играла в Квиддич с 10 лет: её взяли в команду сразу после поступления в Дурмстранг. А Эмметт Боул – только два года… В тот же день девушка выслала письмо отцу с просьбой прислать метлу Чистомёт 7 - одну из лучших в классе спортивных мётел. Конечно, Нимбусу она уступала, но полностью подчинялась хозяйке, в отличие от своенравного собрата. На следующий день метла уже была у Ники: Алекс принёс её, уменьшенную и практически невесомую, благодаря заклинаниям. Взмах палочки, и Чистомёт уже полностью готов к полетам. Надо отметить, что на тренировки их команды собиралась посмотреть добрая половина школы: всем было интересно увидеть Нику в деле. Снейп лишь сдержанно ухмылялся, глядя на нового загонщика. «Да, талантлива, да, умеет бить, но… Как девушка поведёт себя на поле? Спасует? Он слышал, что она уже играла, и её команда побеждала… Но кто верит слухам?..» - думал профессор. Вот так пролетел месяц. А за ним и ещё один. Ника усиленно следила за тем, что твориться и в школе, и за её пределами. Других нападений или ограблений пока не было, но… Расслабляться пока рано. А в школе всё шло своим чередом: ученики ругались, грызлись, но послушно учились. Судя по слухам, которые распространялись в Хогвартсе быстрее эпидемии чумы, у Гриффиндора новый ловец – знаменитый Гарри Поттер. Они несколько раз пересекались то в столовой, то в коридоре. Всё, что Ника выяснила о нём, она уже разложила по полочкам. Он вырос в семье магглов и был явно не любим ими. Он не упивался собственной славой и не был хвастуном – типичный Гриффиндорец. Мог общаться с любым контингентом: тому пример магглорождённая Гермиона и чистокровный, пусть и предатель крови, Рон. Золотое Трио. Что ж… А у них на Слизерине было собственное трио, только Серебряное. Она, Марк и Лиза стали настоящими друзьями: везде и всегда вместе. Однажды кто-то намекнул им на групповушку, и после этого неделю провёл в Больничном Крыле: от трёх сглазов так просто не избавишься. С тех пор все усвоили, что к ним соваться не стоит. Приближался Хэллоуин. У всех было предпраздничное настроение: намечалась вечеринка. Снейп обещал достать кое-что из серьёзных напитков… Как удалось его на это подбить, представить страшно. Но что есть, то есть… Вот и 31 октября. С одной стороны, очень хорошая дата: праздник, как никак. А с другой… Это была неделя Самайна – тёмное время, когда граница между миром демонов и людей становилась очень тонкой. Именно в это время Николь чаще всего общалась с матерью: легче было пробиться из того мира в этот. И в ближайшее время девушка была намерена устроить сеанс… Поднимаясь на ужин, Ника не смогла сдержать улыбку: сегодня она увидит маму! Абигор была очень сильным демоном, но при этом - хорошим человеком. Она любила дочь, но не могла оставаться в этом мире долго: Сатана не отпускал. Но изредка, раз в год, он позволял своему всаднику спуститься в этот мир. И ровно неделю демоница могла наблюдать за своей единственной дочерью – самым любимым существом в обоих мирах. Тысяча летучих мышей внезапно выпорхнула из стен и потолка и чёрной тучей пронеслась над столами так, что пламя свечей в тыквах затанцевало. В ту же секунду на золотых блюдах появились угощения, как на банкете первого сентября. - Круто, да? Школа старается разнообразить наши праздники, - шепнула Лиза. Николь кивнула, садясь на своё обычное место. Но стоило девушке взять себе кусочек тыквенного пирога, как в зал ворвался Али-баба в перекошенном тюрбане, запыхавшийся, испуганный… «Не нравится мне это…» - В подземелье тролль! Думал, надо вам сказать… И упал в обморок. В зале мгновенно началась всеобщая истерика, особенно среди новичков. Дамболдору и старостам пришлось постараться, чтобы всех успокоить. Серебряное трио и несколько старшекурсников торопливо носились между детьми, успокаивая их. Запаниковали и несколько второкурсников, так что ситуация была хуже некуда. - Префекты, – громко объявил Дамболдор, – отведите свои факультеты в общие гостиные, сейчас же! Одного было не отнять у директора – умения действовать, пока другие паникуют. Николь мысленно ухмыльнулась: хорош старикан. Все быстро выстроились и пошли вниз дружными рядами. Серебряное трио и старосты чуть впереди, чтобы успокаивать и направлять детей, семикурсники замыкали процессию. Большинство старших отстали, пропуская вперёд первокурсников из разных факультетов, поэтому детей сопровождали только Ника, Лиза, Марк, Мелиса и Генри – ещё один староста. Одного они не учли: гостиная Слизерина тоже находится в подземельях... Разумеется, за одним поворотом им встретился огромный горный тролль. Двенадцать футов роста; тело, покрытое бугристой гранитно-серой кожей, похожее на валун с маленьким лысым кокосовым орехом наверху. У него были короткие ноги, толщиной со ствол дерева, и плоские длинные ступни. Пах он просто невыносимо. Тролль сжимал в своих руках огромную деревянную дубину, волоча её по полу. Он шёл им навстречу, так как был в другом конце коридора. Стоило ему заметить новых противников, как он тут же остановился, пытаясь оценить их. И моментально двинулся в атаку. - Чёрт! – быстро выдохнула Ника. Надо отдать честь: никто не замер, и все мгновенно выхватили палочки. – Уводите детей! Живо! И сообщите преподавателям! - Но… Как же ты? – спросил Марк. - Уходите! Я справлюсь: я с троллями уже сражалась! – да, она соврала. Но нужно было, чтобы они ушли. Тролль пересёк уже половину коридора… - Мы останемся! А старосты пусть уводят детей! – воскликнула Лиза. - Ладно! Мелиса, не спорь! Живо! Мелисе и Генри ничего не оставалось, кроме как кивнуть и, быстро собрав плачущих детей, повести их назад. Ника сосредоточилась. Сейчас нужно было вспомнить всё, что она знала о троллях… В этом-то и проблема: практически ничего. Их кожа отражала практически все заклинания. Они глупы. Они сильны. И один их представитель был совсем рядом! - Бляяя, - выдохнула девушка и мигом прикрыла себя и друзей материальным щитом. Тролль глупо врезался в него, и тот, прогнувшись, оттолкнул существо назад, заставив покачнуться. Но через секунду на щит обрушился новый удар, - Сукин сын! Асцендио! Но заклинание, которое должно было отбросить тролля, лишь толкнуло его, разжигая злость. - Ваддивази! – выкрикнула где-то рядом Лиза, заставляя доспехи, стоящие неподалеку, лететь в тролля. Он повернулся, надеясь найти источник помехи, и начал отбивать доспехи битой. Причём довольно успешно! - Бомбарда! – выкрикнул Марк, воспользовавшись тем, что тролль отвлекся. И опять практически никакого эффекта! Только зря разрушил доспехи. Теперь тролль плотно занялся трио! - Ёбана в рот! Ладно, идём на крайние меры! Инсендио Кречерз! Адово пламя, только слабее. Достаточно назвать цель, и она будет уничтожена. Жестоко? Да. Но необходимо. Пламя взметнулось, послушное воле волшебницы, и мгновенно опалило тролля. К мерзкому запаху существа стал примешиваться запах горящей кожи и шерсти. Лизу стошнило. Но тролль начал размахивать дубиной направо и налево, стараясь сбить с себя пламя. К несчастью, под ударом оказалось трио, так как троль был совсем рядом. Лизу смело дубиной, и девушка сильно ударилась о стену, потеряв сознание. - Сука! Марк, осторожно! – но было поздно: парня тоже отбросило. Ника осталась одна и выставила щит, но из-за неправильной формы - она старалась растянуть его еще и на друзей - тот всё слабел. На секунду пришла мысль - чтобы не говорили умные старые дядьки и тётьки, лучшие друзья – Слизеринцы. Да, они жадны до власти, да, в методах они не всегда разборчивы, но… Если они выберут друга, то это уже на всю жизнь. И сражаться за вас будут до последнего вздоха. Справа полыхнуло пламя, не обычное, какое сейчас было, казалось, повсюду, а серебристое… «Мама!» Из пламени, действительно, шагнула прекрасная женщина, темноволосая и черноглазая, похожая на Нику, но старше… Гораздо старше. Нет, она не выглядела старой: её возраст вообще невозможно было определить, но глаза её светились вселенской мудростью. И, чёрт, она была адски прекрасна. Демоница - ничего не скажешь. Секунда, и в руке у женщины сверкнула холодной сталью демоническая катана. Такая была только у неё, у всадницы апокалипсиса. Абигор не спеша двинулась навстречу троллю, перехватывая рукоять, на конце которой сверкал Кристалл на крови. Резкое рубящее движение, и тело существа обмякло, разрубленное пополам. Некоторое время он стоял, покачивая обвисшими без сил руками, а кровь вырывалась из его тела толчками, заливая пространство вокруг… Медленно, словно пытаясь удержаться, верхняя часть туловища начала заваливаться назад, открывая взору порванные связки, разрубленные кости, оторванные внутренности… А потом он резко упал, развалившись надвое. Из распоротого живота немедленно вывалились внутренности, превращаясь в кашу. Кровь толчками разливалась вокруг, а когда сердце спустя несколько секунд остановилось, продолжала мерно выливаться. Руки Ники, сидящей посреди этого ужаса, мгновенно стали влажными и скользкими. Девушка медленно поднялась, стараясь не поскользнуться. - Николь! Я рада тебя видеть, - произнесла Абигор обыденным тоном, словно такое случалось каждый день. Впрочем, так и было… - Привет, мам... - дрожащим голосом проговорила Ника, глядя, как с бульканьем вываливаются лёгкие и сердце существа. От них шёл пар - в подземельях холодно. - Как дела, радость моя? Почему не применила родовую магия? – спросила женщина, подходя к дочери и обнимая её за плечи. - Свидетели были… А ты как здесь оказалась? – уже спокойно спросила Ника. Сейчас она старалась отключиться от происходящего для того, чтобы адекватно воспринять ситуацию. Она все обдумает позже. - Я же говорила, что никто не посмеет обидеть мою малышку, - улыбнулась женщина. На ней была укороченная мантия и больше ничего – стандартная одежда демоницы. Фигура у Абигор была что надо – идеальная. Огромная грудь, осиная талия, чувственные бёдра… Любая модель позавидует. - Может, поговорим позже? Тут никто не знает о моей природе, – шепнула Ника матери. Та, улыбнувшись, ответила: - Стесняешься меня? Хорошо, но вызови меня, когда будешь свободна. Девушка кивнула в ответ, и демоница растворилась в пламени. Резко выдохнув, Ника подошла к друзьям, чтобы проверить, как они. Оба живы, но ранены. У Марка рассечена бровь, и, наверное, сотрясение. С Лизой ситуация хуже: вся спина была в крови и ссадинах. В стене, куда её оттолкнул тролль, были острые камни… - Эпиксей! – проговорила Николь над друзьями, просто на всякий случай. И конкретно Лизе, - Ферула! Спина мгновенно была забинтована. Только сейчас до Ники начало доходить, что за считанные минуты они оказались в смертельной опасности дважды. В первый раз когда втроем сунулись на тролля, и второй, когда она столь неосмотрительно применила заклинание адового пламени. Сейчас оно разгоралось, пожирая остатки выделенной ему жертвы. Но когда оно покончит с троллем, оно может набросится на любого. А униколь сейчас нет сил его остановить... Справа послышались шаги: сюда бежали преподаватели. Николь поднялась, мысленно готовя себя. С трудом вздохнув, девушка посмотрела на виновника всего этого безобразия. Запах стоял… отвратительный. Накатила тошнота, но брюнетка подавила её. «Нельзя показывать слабость: иначе пожалеют». Девушке никто не объяснял, что слабость – не всегда плохо. Да и кто мог ей это объяснить? Мать – демоница, она не знает слова «слабость» вообще. А жалость и вовсе представляет с трудом. А отец… Владимир был мужчиной не от мира сего. Красив, умён, но мечтателен. Он с трудом представлял, что в мире где-то есть несправедливость. И его нужно было защищать… Ника стала жесткой, сильной, уверенной… Но очень слабой внутри. - Мисс Редбери, что здесь… О, великий Мерлин! Что случилось?! Вы не ранены? – к ним подбежала МакГонагалл. Её взгляд упал на тело тролля, вернее, остатки тела, и женщина посерела и поспешно отвернулась. - Минерва, мне казалось, что Слизерин под моим началом! Так что и ответственность за них несу я! Мисс Редбери, как Вы себя чувствуете? – голос Снейпа был холоднее льда, но в глазах сверкала тревога. Квиррел трусливо прятался где-то за углом. И он должен будет обучать их ЗОТИ?! Да ни в жизнь… Ника, убедившись, что голос не дрогнет, спокойно ответила: - Со мной всё в порядке, спасибо, профессор. Но я применила направленное заклятие адового пламени, а отменить его нет сил... И ерка с Лизой нужно отправить в больничное крыло, - Николь знала, что профессор все поймёт. - Это само собой. Но как ты? Он не тронул тебя? – голос профессора завораживал. Он был таким спокойным, таким уверенным… Он будто гипнотизировал. - Я в полном порядке. Может, устала немного. Нужно отменить заклятие, - почему-то затуманенное боем сознание девушки считало, что это очень важно. - Не волнуйся. Если ты создала его и сейчас без сил, оно погаснет само собой. Это же не полноценное пламя, а просто его игрушечная копия, - спокойно и медленно произнес профессор, словно они были на обычной лекции, а она не понимала, чем корень отличается от ботвы. - Нет, вы не понимаете, это же пламя! Оно может уничтожить замок! - Северус, она не в себе. Это огромный стресс для ребенка, ты же понимаешь... - медленно произнесла Минерва. - Разумеется. Ее нужно немедленно отвести в спальню. - Не лучше ли отправить в больничное крыло? Ведь она может быть ранена... - начала Минерва, но Снейп перебил её: - Мисс Редбери в шоке, и последнее, что ей нужно, это еще большее потрясение в виде клохчущей, словно наседка, мадам Помфри, - грубо произнес он. МакГонагалл не рискнула возражать, лишь плотно сжала губы, выражая недовольство. - Но… К-к-как т-ты разруб-б-била тролля поп-п-полам? – промямлил Квиррел, зажимая нос платком. - Совершенно очевидно, Квиреус, что мисс Редбери применила заклинание "Сектумсемпра", которое действует не на сам предмет, а на окружающее его пространство, соответственно, кожа тролля не смогла отразить его. А из-за сильного потрясения оно сработало своеобразно, а именно разрубило существо пополам. А теперь, с вашего позволения, я отведу свою ученицу в ее спальню, - зло проговорил профессор Снейп. Опустившись на корточки, он попытался поймать взгляд Николь, но, казалось, всё её внимание было приковано к затухающему пламени. - Мисс Редбери, пожалуйста, посмотрите на меня, - прошелестел теплый голос профессора. Черные глаза немедленно посмотрели на него, но было в них что-то странное, что-то, что заставляло кровь стынуть в жилах, - Пойдемте со мной, с Вашими друзьями все будет в порядке. А пламя, посмотрите, оно уже погасло. Бояться больше нечего, все уже позади. Враг мертв. - Враг мертв, - словно завороженная, повторила Николь. - Можно идти домой... - Домой... - Пойдемте. Минерва сжала губы ещё плотнее, хотя это было практически невозможно. Только что профессор Хогвартса применил при ней легилименцию в отношении ученика, что было строжайше запрещено. Но, разумеется, она об этом промолчит - в конце концов, Северус верно сказал, это не её факультет. Взмахнув палочкой, она подняла тела детей и направилась в больничное крыло, шепнув напоследок "Эванеско максима". Коридор стал совершенно чист. Теперь ничто не напоминало о недавнем сражении. Жаль, что так нельзя было сделать с памятью... Мысли, казалось, покинули Николь. В голове было тихо и спокойно, не было привычной тяжести. Наверное, именно это и заставило Волка почувствовать тревогу. И, словно вредный червячок, он начал постепенно прогрызать всю эту... Мишуру. И чем ближе они подходили к гостиной, тем сильнее становилось чувство тревоги. Она знала, что профессор Снейп идет рядом, страхуя её. И она знала, что он применил легилименцию, чтобы успокоить её истеричное сознание. Но, хоть девушка и понимала, что это было необходимо, она все-равно злилась. Поэтому, стоило открыться каменной вкладке, она мгновенно обернулась к профессору и холодно сказала: - Благодарю, больше в Вашей помощи не нуждаюсь. К счастью, в гостиной никого не было: все Слизеринцы, наверняка, пережидали нападение где-нибудь в безопасности. И волшебница не могла винить их в этом - в конце концов, они сами с трудом выжили в этой ситуации. - Ой, ну что Вы, не стоит благодарности, - голос профессора был пропитан сарказмом, - Один вопрос, мисс Редбери: какого черта вы, трое слабоумных старшекурсников, не убежали, а остались сражаться с горным троллем?! Неужели с самого начала так сложно было понять, что эта затея была бессмысленной? - Вам должно быть известно, что взрослый горный тролль, не смотря на размеры, без труда обгоняет лошадь. И мы, трое слабоумных старшекурсников, учли эту его особенность, и отвлекли внимание существа на себя, спасая младшие курсы. А вот применять легилименцию по отношению к беззащитному противнику, это, мягко говоря, подло. - Но тролли абсолютно неповоротливы и тупоголовы! Вы могли петлять, вы могли убежать на лестницы, в конце концов, могли создать свои копии! И хорошо, в следующий раз оставлю Вас тупо стоять и смотреть, даже предупрежу преподавателей - пары дней вам хватит, чтобы прийти в себя? - Да, вполне. Спасибо, профессор, за столь лестную оценку моих способностей! В следующий раз обязательно обращусь к вам за советом, - зло прокричала девушка, и, развернувшись, убежала в спальню. Слезы невольно потекли по щекам, оставляя мокрые дорожки на светлой коже. Зажав рот ладонью, она изо всех сил прикусила внутреннюю сторону щеки, чтобы не разрыдаться. Во рту появился металлический привкус крови, но Ника обратила на это внимание. "Не плакать, не плакать, не плакать! Ты сильная, ты не должна плакать!" Но стоило Алексу, сидящему под потолком, опуститься ей на плечо и ласково прижаться к щеке, девушка разрыдалась. Наверно, она была жалкой - пусть. Больше она так не может. Надоело быть сильной - хоть иногда ей хочется побыть... Слабой. "Да, стыдно, Николь. Совсем размякла в этой проклятой Богом школе..." На негнущихся ногах девушка добралась до ванной. Скинув окровавленную одежду, Николь встала под душ. Упругие струи окончательно смывали слезы, оставляя только усталость и опустошённость. Тело неожиданно показалось очень тяжелым, будто свинцовым, и двигаться стало тяжело. Аккуратно проведя по телу, она почувствовала слабую боль - несколько синяков и царапин эта тварь все-таки оставила. Выключив воду, брюнетка завернулась в полотенце и тихонько прошла в комнату. Внизу уже начали собираться ученики, слышался гул голосов и шелест cтраниц. Но у Ники не было ни сил, ни желания вслушиваться… Завалившись на кровать, девушка планировала сразу заснуть, но, не смотря на усталость, в голове роились мысли. Постоянно появлялись картинки тролля, друзей, матери… «Чёрт, оставьте меня в покое!» Но, наверное, мысли ей не принадлежали. Может, они действительно были не её? Может, это были мысли другой Николь Редбери, которая на самом деле сражалась с троллем, а не сидела сейчас, скрючившись, в своем сознании? В комнату кто-то зашел. Николь не шевельнулась - какая разница? Скрипнула дверца - кто-то рылся в своем платяном шкафу. Затем послышался шорох - чья-то одежда была аккуратно сложена в его недры. Скрипнула кровать, и раздался едва слышный шепот: - Николь, ты спишь? Редбери не ответила, но, видимо, её собеседнице этого и не требовалась. Кровать скрипнула ещё пару раз, затем вновь опустилась тишина. Спустя пять минут, а, может, пять часов - Ника не различала времени - дверь опять отворилась, пропуская, судя по опять заскрипевшей кровати, ещё одну соседку. И вновь тишина... Мерно тикали чьи-то часы, задавая ритм чьему-то сну. Казалось, что, если прислушаться, можно было услышать даже дыхание самого дракона, притворяющегося замком. И на заре, едва лучи коснутся кромки леса, он проснется, расправит крылья и улетит, озаряя пламенем путь. Слизеринка поняла, что не сможет заснуть. Мысли роились в голове, давя на виски, превращаясь в боль. Ей уже было стыдно за слова, сказанные профессору Снейпу - он, действительно, просто хотел помочь. "Надо сходить извинится... И попросить зелье сна без сновидений. Так просто я не засну". Поэтому спустя пять минут девушка уже брела по коридорам, стараясь придти в себя. Вот и кабинет Снейпа. Почему-то у Ники не появилось даже мысли, что профессор может спать. Девушка расправила плечи и вся подобралась – привычка. Стук в дверь получился каким-то слишком неуверенным и тихим, но постучать ещё раз она не риснула. В кабинете было тихо, но, скорее всего, на него просто было наложено заклинание. Спустя несколько минут дверь отворилась, и перед слизеринкой предстал сам профессор зелий. Бросив взгляд на девушку, он молча приоткрыл дверь, приглашая её войти. Ника кивнула, и тихо проскользнула в дверь, которая тихо закрылась за ней. Кабинет Снейпа был оформлен в зелёных, серебристых и тёмно-серых, почти чёрных, тонах. Диваны из дорогой кожи Уэльского дракона, светлый письменный стол, тёмный ворс ковра под ногами, светлые с тёмными прожилками стены, светильник в виде свернувшейся кобры, у которой светилось тельце – всё говорило о хорошем вкусе хозяина. Светильник был выполнен так искусно, что казалось, будто он шевелится. Профессор спокойно прошёл за свой стол, всё так же молча указав на стул перед ним. - Я рад, что Вы зашли, мисс Редбери. Чай, кофе? – голос у него снова изменился… Стал бархатистым. - Огневиски, - усмехнулась Ника. Профессор отрицательно покачал головой: - Пока нет. Одной пить я Вам не позволю, а сам не могу: на работе. Может, на вечеринке… Она, кстати, перенесена на завтра. - Что ж, видно, не судьба... - в кабинете воцарилась тишина. Николь смотрела на свои руки, боясь встретиться взглядом с профессором - ей было просто стыдно. Но, набравшись смелости, она тихо произнесла - Профессор Снейп, я... Мне... Мне очень жаль, что я наговорила вам все эти слова. Вы, само собой, были абсолютно правы - нам не стоило пытаться бороться с троллем... Но мы слишком испугались, и не могли рассуждать здраво. И вы правильно сделали, что применили легилименцию... И... Простите. Мне ужасно стыдно. - Ну что вы, мисс Редбери, я все понимаю. Крайне тяжело воспринимать действительность после такого. Вам не за что извиняться, и я очень рад, что вы все понимаете правильно. - Надеюсь, Вы не обижаетесь на... - Мисс Редбери, я взрослый мужчина. У меня три замка, лаборатория и ферма во владении. Плюс моя семья имеет долю практически во всех крупных организациях в мире. Но, вы правы - я смертельно обиделся на свою ученицу, которая, надо сказать, поступила разумно. Не могу сказать, что умно - мы, все-таки, не гриффиндорцы - но разумно. Николь невольно улыбнулась. Посмотрев в глаза своего декана, она увидела, как в глубине затаились смешинки, и звонко рассмеялась. Правда, вышло несколько нервно, даже скорее истерично, но ей было весело. Вот только декан вдруг как-то напрягся, и, хлопнув в ладоши, призвал Джейн, свою домовую эльфийку. - Принеси успокоительное зелье и сон без сновидений, из моей коллекции. Живо! Так же быстро поднявшись, он подошел к Николь, и, когда их глаза оказались на одном уровне, шепнул: - Так, мисс Редбери, давайте-ка без истерик! Почему-то смех стал больше напоминать рыдания. Здравая часть сознания пыталась её успокоить, но остальное сознание было каким то странно болезненным, словно оно было болезненной вредной опухолью. Предвидя слезы, Снейп обнял девушку и крепко прижал к себе, не отпуская, даже когда она начала вырываться. Спустя минуту Джейн появилась, держа на подносе два пузырька и стакан воды - даже его собственной домовой эльфийке требовалось время, чтобы обойти охранные чары. На секунду опустив смеящуюся девушку, он ловким движением руки открыл пузырек, и, закрыв девушке нос, заставил Нику проглотить горькую субстанцию. Зелье подействовало мгновенно - Николь ошарашено огляделась вокруг, и румянец залил её щёки. - Господи, профессор, простите! Мне безумно стыдно! - Ничего. Вот вам зелье сна без сновидений. Ступайте в спальню, дозировку вы знаете, - поднимаясь, сказал зельевар. Николь подскочила, и, как угорелая, бросилась к двери. - Хотя, подождите. Можно ещё один вопрос? - Конечно, профессор. - Как вы убили тролля? Вы вряд ли знали это заклинание. Что же, все-таки, случилось? Николь медлила. Признаться или нет? Ведь если он узнает... С другой стороны - кто, если не он? - Профессор, вы... Уверены, что хотите это знать? - Да, Николь, хочу. Её имя прозвучало как-то странно из его уст. Но, кивнув своим мыслям, Ника повернулась, и на одном дыхании выпалила: - Я полукровка, профессор. Мой отец - светлый маг из рода Редбери, а моя мать демоница Абигор, второй всадник апокалипсиса, левая рука Сатаны. В комнате стало очень тихо. Совсем тихо. Снейп ошарашено смотрел на девушку, пытаясь понять, не лжет ли она. Немногие из магов знали, что Ад существует, ещё меньше верили в это. Да, в Министерстве в отделе тайн сидел демоновед, который, по слухам, мог общаться с кем-то из демонов, но... Об этом знали единицы. И уж точно никак не могла узнать какая-то девчонка, пусть даже настолько разумная. Все свидетельства о существовании преисподней хранились в недрах библиотеки в министерстве, либо были уничтожены. И если она знает... Неужели она правда дочь Абигор, демоницы? Такие дети рождались крайне редко, можно сказать, не рождались вообще... И перед ним - одна из них. Невозможно. - То есть, Вы утверждаете, что ваша мать демоница? Это практически невозможно. Это... Это невозможно! - Я бы тоже не поверила, но... - Николь направила палочку, и заклинанием порезала руку. Из раны потекла темно-красная, почти черная кровь, тяжелыми пятнами падая на пол. Северус не шевелился, словно зачарованный наблюдая за черной жидкостью. Но вот он взмахнул палочкой - и порез затянулся сам собой, не оставляя и следа. - Все возможно, профессор. Нужно только поверить. Уверена, что вы знали о существовании Ада - в особенно темных зельях используется кровь демона. Кстати, с удовольствием её представлю, если попросите. Доброй ночи. И она быстро вышла, не давая себе шанса одуматься. В конце концов, то, что случилось, нельзя изменить. Можно только надеяться, что она всё сделала правильно.