Жизнь на мгновение

      Поднялась я ни свет, ни заря, чему несказанно удивилась. После стольких проведённых часов на ногах мне бы только спать и спать, ан нет. Перевернувшись на другой бок, я попыталась снова заснуть. Но, не пролежав и десяти минут, поняла, что сон ко мне больше не придёт.        - Вот, чего подскочила в такую рань? Спала бы себе спокойно, но нет. Обломитесь! – Кэт ещё сопела в обе дырочки, поэтому, стараясь не шуметь, я взяла вещи и выскользнула из комнаты.       Завтракать не было никакого желания. Вместо этого я решила пройтись, тщательнее осмотреть окрестности, а заодно и похудожничать немного. В таких местах всегда найдётся, что перенести на полотно. Захватив с собой папку с листами и карандашами, я вышла из дома.       На улице было слегка прохладно, но мне это даже понравилось. Рядом слышалась трель птиц, говорящая о том, что утро уже наступило. Природа постепенно пробуждалась от ночного сна, набирая цвет. Тихо и спокойно. Стоя у края протоптанной дороги, я наблюдала милую картину того, как две белочки весело играли, прыгая с одной ветки на другую.       Свернув с главной дороги, ведущей в деревню, я стала пробираться сквозь заросли. Около часа блужданий дали неожиданный результат. Случайно удалось наткнуться на узенькую дорожку, которая привела меня на кладбище. Погост располагался прямо в лесу, между деревьев, и выглядел очень старым и заброшенным. Многие могильные плиты почти утонули в траве, скрывая имена ушедших. Те плиты, что ещё не успели настолько зарасти травой, потускнели, а местами – почернели. Надписи невозможно было разобрать, даже если очень постараться.       На душе стало грустно и тоскливо. Хоть кладбище и освещало солнце, атмосферу этого места, сложившуюся за многие годы, оно не разбавляло. Но, не смотря на гнетущую ауру, мне захотелось остаться. Остаться и подумать. Я нашла место под деревом, на котором мне было бы удобно расположиться и видеть большинство могил, и присела, положив папку на колени. Большую часть произошедшего я осмыслила почти два дня назад. Но оставалось ещё кое-что. Бал. Необходимо было понять – реальность это или сон? С одной стороны этого не могло быть, ведь как можно из одного места попасть в совершенно другое за какие-то несколько минут, да ещё в замок эпохи девятнадцатого века, который из ухоженного и прекрасного под утро превратился практически в развалины? Это же невозможно! Хотя, с другой стороны, если посмотреть на то, что Алукард сотворил в переулке перед этим, то перенос из одного места в другое казался сущим пустяком. А может это была всего лишь иллюзия или внушение? А почему бы и нет? Ведь вампиры это могут делать. Или не могут?       - Ооох, опять в голове путаница!– я усиленно затрясла головой, стараясь таким образом раскидать кучу мыслей по разным углам, которые норовили сплестись в один большой клубок.       Чтобы окончательно не запутаться в рассуждениях, я достала из папки чистые листы и карандаши. Постепенно на бумаге стали появляться события той ночи. Холл, я в зеркальном отражении, в платье, бальный зал и его убранство, танцующие пары, Алукард. Рука дрогнула, когда настала очередь изображать его. Но что-то внутри говорило, что этот «другой» Алукард не будет изводить меня. Рука неуверенно стала водить карандашом по бумаге, выводя осторожные линии. Полоска за полоской, черта за чертой. Под несильными нажимами карандаша рождался такой таинственный, такой опасный и такой красивый Алукард. Глаза прошлись по портрету сверху донизу, ища неточности, но нет. Их не было. Длинные чёрные волосы, щетина и глубокий взгляд, смотрящий сквозь тебя. Что-то я увидела тогда в его глазах, но что?       Вдалеке послышались раскаты грома. Серые тучи медленно ползли в сторону погоста. Скоро будет дождь.        - Таким он нравится мне намного больше …– подумала я, смотря на лист бумаги. На оставшихся листах появились сцены танца, единственного отражения, рассвета, поцелуя. Губы снова словно обожгло холодом.        - Всё-таки, это был не сон,– задумчивый взгляд устремился куда-то вперёд, сквозь надгробия. В голове кружился один единственный вопрос: «что происходит?». Всё, что случилось, походило на чью-то игру и в этой игре я, кажется, была игрушкой. Всего лишь игрушкой. Целиком и полностью меня окутала досада, а сердце стала травить горечь и обида. В какой момент началась игра? Почему я этого не заметила? Как могла пропустить?        - Когда же я успела? – спросила я сама у себя.       Деревья зашелестели от неожиданно налетевшего ветерка-проказника. Трава закачалась, откликаясь зову ветра.        - Не хочу быть игрушкой, – не видящими глазами смотря в небо, произнесла я, чувствуя, что начинаю проваливаться всё глубже в пропасть досады и обиды.        Снова раздался раскат грома, но уже намного ближе. Серые тучи, что мелькали где-то далеко, успели добраться сюда, полностью завершая пейзаж и делая это место ещё более мрачным и неуютным. На одно из надгробий приземлился ворон и громко, противно гаркнул. Я вздрогнула и посмотрела на птицу. В ответ она посмотрела на меня не дружелюбно и даже немного враждебно, словно говоря, что мне здесь не место.       Первые капли дождя заставили меня очнуться. Из-за нескончаемого потока туч стало темно. Мерцание молний только подтверждало, что вот-вот начнется сильный дождь, а может даже и ливень. Быстро запихнув рисунки и карандаш в папку, я поторопилась покинуть это место.        - Похоже, будет не просто ливень, а настоящая буря, – сбивчиво думала я, переходя с шага на бег.

***

       - Ого! Да там настоящий шторм! – Кэт с удивлением смотрела в окно, наблюдая за забавами матери-природы, – А синоптики хорошую погоду обещали.        - Предсказывать погоду – это как пальцем в небо тыкать, – буркнула я, снимая мокрые насквозь кроссовки и носки.       Кэт повернулась ко мне и хихикнула, прикрыв рот ладонью. Я лишь нахмурилась, косо поглядывая на неё.        - Ладно тебе ворчать, – с улыбкой сказала она, – Прими тёплый душ, чтобы не простудиться и спускайся на кухню, будем чай горячий пить.

***

       - А давай пойдём на пикник! – вдруг выпалила Кэт, когда мы сидели за столом и завтракали.        - На пикник? В такую погоду? – я взглянула на девушку в изумлении.        - Джульетта, сейчас только половина двенадцатого! Откуда ты знаешь, может через полчаса распогодится вообще!        - Ну, если распогодится, то можно будет и пойти, –уклончиво ответила я, думая, что такая буря ещё долго не утихнет. Но, увы, я ошиблась. Через какие-то сорок минут дождь прекратился, тучи разогнало ветром, выглянуло солнышко и довольно быстро стало тепло.        - Ну? Что я тебе говорила! – Кэт довольно вскинула голову, уперев руки в боки и окидывая взглядом площадку перед домом.        - Ндаа, – протянула я, стоя рядом с ней, – Кэт, да ты у меня ясновидящая, – я улыбнулась, приобнимая её.        - Не ясновидящая, а знахарка на одну шестую, – поправила подруга, деловито вскинув палец вверх. Мы рассмеялись.

***

       - Какая красота! – восторженно воскликнула Кэт.       Мы стояли на берегу озера и не могли оторвать глаз от природного великолепия. Озеро, словно чистейшее зеркало, отражало живописные берега и лазурное небо, что раскинулось над ним. Мы словно очутились в сказке. Не желая упускать момент, Кэт достала из сумки фотоаппарат и стала быстро щёлкать буквально каждый куст. Я же расстелила тёплый плед на траву и стала выкладывать еду. Не смотря на сентябрь месяц, день выдался по-летнему тёплый. Я закрыла глаза и сделала глубокий вдох, наполняя лёгкие чистым лесным воздухом.        - Хорошо, – довольно протянула Катарина, плюхаясь рядом.       Довольно вкусно перекусив, мы убрали остатки в корзину, а сами удобнее улеглись и завели разговор ни о чём, который затянулся почти на два часа.        - Джуу, – протянула вдруг подруга, после недолгого молчания.        - Ммм? – обстановка была настолько умиротворяющей, что я совсем расслабилась, позабыв о тяжёлых думах, и разомлела.        - Я засыпаю. Пошли обратно? – она посмотрела на меня сонными глазами.        - Пошли, – меня саму начала одолевать дремота. А спать в лесу было в крайней степени неразумно. Мы убрали плед в пакет, и пошли в сторону дома.       Мы прошли половину пути, когда внезапно откуда-то донёсся чей-то плачь.        - Ты ничего не слышишь? – спросила я, оглядываясь по сторонам.        - Слышу. Кажется, кто-то плачет, – Кэт тоже завертела головой, ища место, откуда доносятся звуки.       Определив, откуда доносятся рыданья, мы поспешили на помощь. Рядом с поляной, что находилась не так далеко от нас, мы обнаружили плачущую девочку, сидящую на земле. Рядом с ней стояла корзинка с растениями.        - Что ты тут делаешь, малютка, и почему плачешь? – ласково спросила Кэт, присаживаясь рядом с девочкой.        - Я пошла в лес за травами и заблудилась, – куксясь и шмыгая носом, сказала она.        - Ты из деревни, что находится за холмом? – я тоже присела рядом с девочкой, погладив её по голове.        - Да, я оттуда, – девочка посмотрела на меня своими большими заплаканными зелёными глазами, вытирая рукавом щёки.        - Ну, так, давай мы тебя проводим, – предложила Кэт, продолжая ласково улыбаться.        - Правда? Вы, правда, меня отведёте домой? – глаза девочки стали ещё больше.        - Конечно, – мягко сказала Кэт.        - И ничего не попросите взамен? – глаза ребёнка заблестели наивностью. Мы с Кэт переглянулись, безмерно удивляясь такому неожиданному вопросу.        - Нет, ничего взамен мы не попросим, – успокаивающе сказала я.       Слёзы мгновенно высохли, а лицо девочки посветлело. Она встала с земли, отряхнула платье и взяла корзинку. Девочку звали Люсиль. Ей было двенадцать. По дороге она рассказала нам, что с десяти лет, каждую неделю, ходила за растениями и ни разу не терялась. Но сегодня она ушла слишком далеко от той поляны, на которую обычно приходила. Также она немного рассказала нам о своей семье. БлизняшкиЛанс и Жозефина были первенцами. Через шесть лет родилась Люсиль. Рождения младшей дочки отец семейства не застал. За месяц до родов отец пропал, и никто его больше не видел. Вообще рассказ девочки был очень туманным и немного не связным.       Впереди показалась деревня. А меня охватило неприятное чувство. Меня смутило то, что девочка заблудилась. Она родилась в этом месте и, по инерции, должна была хорошо его знать, но вместо этого, заблудилась в трёх соснах. А мы с Кэт здесь почти два дня, лазим по всему лесу и ни разу не заплутали. Как-то все это странно.       - Может, мне всё это только кажется? – услышав смех, я посмотрела на Кэт и Люсиль, но не смогла понять, о чём они говорят, так как была глубоко в себе, –Со мной в последнее время столько всего случилось, что теперь каждая мелочь или случайность мне кажется подозрительной. А, может, всё-таки мне не кажется? Ведь как говорят: «Случайности не случайны». Нда, это либо судьба, либо часть чьей-то игры, в которую я впуталась.– Борьба внутри меня продолжалась вплоть до самой деревни. Увы, я так и не смогла прийти к правильному решению. Или просто не смогла понять.       Взволнованная мать уже ждала девочку на пороге дома. Новость о том, что дочка заблудилась, вызвала целую бурю эмоций у женщины. Она горячо благодарила нас за нашу доброту и бескорыстие, и за то, что не бросили её девочку на произвол судьбы.Мы уже собрались было уходить, но Люсиль нас остановила.        - А вы не останетесь на праздник? – она взяла Кэт за руку.        - На какой праздник? – подруга посмотрела на девочку, я же посмотрела на её маму.        - Праздник девственниц, – ответила женщина.       Мы с Кэт переглянулись.        - И в чем же заключается смысл праздника? – спросила я после не долгого молчания.        - Ну, как же? – удивилась женщина, – В этот день мы чтим и восхваляем чистоту и непорочность девственниц.        - И есть какие-нибудь особые правила празднования? – не унималась я с расспросами.        - Да, есть. Перед праздником невинных девушек купают в водах с аромамаслами, расписывают тела и заставляют проводить время в молитвах вплоть до самого праздника. Мужчины идут добывать дичь. На празднестве девственницы танцуют и поют, а после все присутствующие отведывают приготовленную дичь. А в конце праздника происходит ритуал.        - Ритуал? – внутри у меня всё напряглось. Само слово «ритуал» уже заставляло насторожиться.        - Да, – безобидно улыбнулась женщина, –Ритуал подношения цветов олицетворяющих невинность и чистоту. Обычно это белые лилии.        - Так вы останетесь? – снова спросила Люсиль, смотря на нас с Кэт.       Подруга уже было хотела открыть рот, но я её перебила:        - Кэт. Можно тебя буквально на пару слов? – я схватила её за руку и, не дожидаясь ответа, оттащила в сторону.        - В чём дело? – в недоумении спросила она.        - Кэт, ты хочешь остаться? Да можешь не отвечать. По глазам вижу, что хочешь.        - Да хочу. А что здесь такого?        - Звучит всё это как полный бред! Что ещё за праздник девственниц такой?        - Джульетта, я не понимаю, к чему ты клонишь? Что такого в том, что люди празднуют этот праздник? – искренне недоумевала Катарина.        - Да потому что это странно! На дворе двадцать первый век. Девочки уже тринадцать лет девственности лишаются! Очнись!        - Джу, да ты посмотри на них! Они далеки от цивилизации! Не удивительно, что у них остались некоторые пережитки прошлого. И вообще, что тебя смущает? – Кэт недовольно посмотрела на меня, скрестив руки на груди.        - Смущает меня то, что большинство старинных праздников содержали в себе ещё и жертвоприношения, а она не упомянула об этом ни разу!        - Значит, этот праздник не входит в число тех, где надо приносить жертвы! – настаивала подруга, – Джу, ну что плохого случится, если мы останемся, а?       Я лишь вымученно посмотрела на неё. Она сморщила мордашку, как маленький ребёнок, который не получил желаемую игрушку.        - Ну, хорошо, мы остаёмся, – я обречённо вздохнула, закатив глаза к небу. Кэт похлопала в ладоши.        - Как хорошо! – радостно воскликнула женщина, когда Кэт подскочила к ней и сказала, что мы останемся на праздник, – Пойдёмте, вас надо приодеть,– женщина зашла в дом, а следом и Кэт.        - Только как бы нам это празднество боком не вышло, – не осознанно прошептала я в пустоту и последовала за всеми в дом.

***

      Приготовления к празднику в деревне шли полным ходом. Люди украшали свои дома и улицы гирляндами из белых цветов. Везде развешивали фонарики. Дети плели венки и дарили их чуть более старшему поколению. Жители были в предвкушении праздника. Это было видно по их воодушевлённым лицам. Вот только внутри меня что-то усиленно сопротивлялось. Меня буквально тянуло бросить всё и убежать. Убежать подальше отсюда. Весь этот праздник казался мне подозрительным. Мне всё вокруг вдруг стало казаться подозрительным.        - Если так будет продолжаться и дальше, то я скоро превращусь в параноика! – парировал разум в ответ на разбушевавшееся сердце, –Очнись, глупая! Что может тебе навредить вдали от города?        - Вот именно то, что я далеко от города, меня и пугает, – тихо сказала я, смотря на себя в зеркало.       На меня нацепили белое платье хорошего покроя, но очень старое. Сидело оно точно по фигуре. Глядя на себя в зеркало, мне сразу вспоминались рассказы о Средневековых временах. Потому что платья очень походили на наряды той эпохи. Хотя надо быть благодарной. На меня нацепили платье без всяких там подъюбников. Да и туфли вроде дали удобные. Кэт вырядили в нечто похожее. Тоже белого цвета. Только в отличие от меня ей всё нравилось. Вообще Кэт в данной ситуации мне казалась беспечной. Чересчур беспечной. Но, да ладно. Такова она есть.       Веселье началось ближе к десяти вечера. На главной площади стояли накрытые столы, которые буквально ломились от изобилия угощений. Многие уже собрались и сидели за столами, беседуя кто о чём.       Нас познакомили с главой деревни. Мужчина показался мне приятным человеком, с хорошим чувством юмора. Он усадил нас поближе к себе. Кэт весело щебетала с мужчиной, а я оглядывалась вокруг, изучая обстановку.       Как и говорила мама Люсиль, праздник начался с танца. Девушки в белых платьях с рисунками по всему телу двигались, показывая замысловатые движения. Затем прозвучала песня. После все собравшиеся пробовали дичь, добытую охотниками перед праздником. Занятно, но на столах из напитков было только вино. Я хотела спросить у мистера Перкинса (так звали главу деревни), почему, но почему-то остановилась.       Тут мистер Перкинс встал, поднял свой бокал и произнес речь. Надо отметить – весьма душевную. Все последовали примеру главы и встали. Когда же речь закончилась, все осушили свои бокалы. За исключением меня. Как я уже говорила, я – человек не пьющий, поэтому выпить залпом бокал вина было сложно. Ещё не стоит забывать о том, из каких ёмкостей раньше пили.В голову слегка ударило игристое вино. Поставив бокал на стол, я взялась за виски, пытаясь остановить головокружение.        - Джульетта, с тобой всё хорошо? – спросила Кэт, глядя на мои старания.        - Да-да. Нормально, – ответила я, – Просто пить не умею, вот и всё. Сейчас пройдёт.       Зазвучала музыка. Люди, уже принявшие на грудь, повыскакивали из-за столов и стали хороводы водить. Всем вокруг стало очень весело. Девушки подпевали незатейливой мелодии, парни пританцовывали. Поколения постарше беседовали, наблюдая за молодёжью.        - Кэт, почему на нас так пристально смотрит священник? – когда голову отпустил дурной хмель, я стала разглядывать присутствующих.        - Какой? – подруга стала быстро бегать глазами по людям.        - Да вон тот.        - Не знаю. Может впервые видит таких красивых девушек? – кокетливо сказала Катарина и рассмеялась.       Я недовольно взглянула на неё и вновь посмотрела на священника. Мужчина был хорош собой. На вид ему было около тридцати. Он обворожительно улыбнулся и поднял бокал, салютуя. Он пьет за нас. Что ж, мило.       Время тянулось также медленно, как растягивается пружина. Уже совсем стемнело. Появились первые звёзды, а затем и луна.        - А сколько времени? – моему терпению плавно приходил конец. Я уже давно мечтала оказаться подальше от всей этой кутерьмы. Весь этот шум и гам, да и праздник в целом, не принесли мне никакого удовольствия. Потому что на протяжении всего балагана внутри меня продолжал образовываться тугой узел, который ежеминутно дёргался, говоря, что пора уходить.        - Приблизительно полночь, а что? – Кэт посмотрела на меня.        - Может, уже будем выдвигаться домой? Я что-то устала за сегодня.        - Да, думаю, нам уже пора, – улыбнулась Кэт.        - Минуту внимания! – вдруг громко сказал мистер Перкинс. Все посмотрели на него и притихли.        - Вот, уже который год, мы отмечаем этот замечательный праздник. Но этот отличается от всех остальных тем, что сегодня его украшают два замечательных и нежных цветка. Эти две прекрасные девушки, – он указал на нас, – Прошу – встаньте рядом со мной.       Я насторожилась такому повороту событий, а Катарина лучезарно улыбнулась. Мы встали со своих мест и подошли к мужчине. Он снова начал говорить, но я не слушала его. Всё моё внимание было приковано к священнику, который не отводил от нас взгляда где-то с середины празднества.        - … Итак, уже почти полночь. И сейчас самое время исполнить прощальную песню, –торжественно объявил глава, – А после мы возложим цветы, олицетворяющие чистоту и невинность к нашему алтарю.       На этот раз пели и танцевали все. И Кэт танцевала вместе с остальными. Я никогда не была сторонником вот такого вот веселья. А после дискотеки и «безобидного» психопата вообще пропадало всякое желание участвовать в таком.        - Простите мне мою смелость, но не уделите ли вы мне несколько минут, милое дитя? – я вздрогнула, посмотрев на мужчину, возникшего рядом со мной.        - Он, что из-под земли вырос?! – с лёгким испугом я уставилась на священника. Увидев моё замешательство, мужчина мягко улыбнулся.        - Простите, если напугал вас. Так вы позволите украсть вас всего на несколько минут? – священник галантно подставил локоть, без слов предлагая взять его под руку.       Я с сомнением взглянула на мужчину, который по речам ну никак не был похож на священнослужителя. Затем я повернулась в сторону Кэт, которая продолжала танцевать. Немного помедлив, я взяла священника под руку и последовала вместе с ним в сторону церкви.        - Вы что-то хотели? – придавая голосу как можно больше равнодушия, спросила я, когда мы вошли в святую обитель.        Священнослужитель подошел к святому распятию и провел рукой по нему, выдерживая паузу.        - Вы никогда не думали о вечном? – вдруг заговорил мужчина не своим голосом.        - Простите? – такого рода вопрос застал меня врасплох, и прежнего равнодушия сохранить в себе не удалось.       Мужчина глухо рассмеялся, поворачиваясь ко мне:        - Ох, я буквально начал с середины, потому мой вопрос и сбил вас столку. Прошу простить мне мою путаность мысли, – он улыбнулся, смотря на меня с насмешкой. Что-то изменилось в нём, но я не смогла понять, что именно.        - Вы знали, что у вас дивное лицо? Такие правильные черты лица. Чувственные губы, аккуратный носик. А глаза! – он медленно стал подходить ко мне. В голову стали закрадываться не хорошие мысли одна хуже другой. Инстинктивно я сделала несколько шагов к двери.        - Я не понимаю, к чему вы клоните?– я старалась говорить спокойно, чтобы не выдать возрастающего волнения.        - Я говорю о том, что женская красота слишком быстро увядает. А я могу сохранить её, – в глазах священника сверкнула искра коварства, – В моей власти подарить твоему телу вечность. И если ты пожелаешь, я подарю её, – в одно мгновение он оказался рядом, таинственно улыбаясь. И тут я поняла, что изменилось в мужчине. Одна маленькая, но очень важная деталь. Клыки. Таково поворота событий я даже предугадать не могла.       - Господи! Ещё один вампир! Здесь?! В церкви?! – судорожно подумала я, чувствуя, что начинаю паниковать.        Вампир, тем временем, попытался притянуть меня к себе, обнимая за талию. Я почувствовала мертвецкий холод его рук на теле. В подсознании раздался оглушительный крик. Я резко дернулась, отталкивая вампира от себя, и ринулась вон из церкви.        - Кэт! Кэт! – я ворвалась на площадь, ища в толпе девушку. А веселье на площади, казалось, были в самом разгаре.        - Кэт! КЭТ! КАТАРИНА! Нам нужно уходить отсюда! – наконец найдя подругу, я подлетела к ней и стала трясти, чтобы она перестала танцевать и обратила на меня внимание.        - Сейчас, только дотанцую, – она, будто, не понимала меня.        - Нет времени танцевать! Надо уходить, иначе … – но, я опоздала. Часы на площади начали бить, показывая полночь.        - А теперь кульминация всего действия! – громко закричал глава деревни, – Давайте же возложим наши цветы к алтарю!       Лампы во всех фонарях одновременно лопнули. Повеяло могильным холодом. Люди замерли, уставившись на нас. Повисла звенящая тишина.        - Джу, почему они так на нас смотрят? – испуганно спросила Кэт.        - Возложение цветов … Жертвоприношение. Они выбрали нас своими жертвами! Цветы – это мы! – вот что не давало мне покоя с самого начала праздника.        - Но ведь мы не девственницы! – выпалила Кэт, хотя это уже не имело значения.       Часы пробили больше семи ударов. Позади раздался звон церковных колоколов. С людьми стали происходить непонятные вещи. Кожа на лице сморщилась и побледнела. Глаза стали пустыми, щеки впали. У многих исчезли губы, оголяя челюсти. Повсюду послышались нечленораздельные звуки.        - Зомби?! – воскликнула я от ужаса. – Кэт, пора делать ноги! – но реакции не последовало. От увиденного она впала в настоящий шок. Как не вовремя! Залепив ей смачную пощёчину, я схватила её за руку и побежала, стараясь не наступить себе на платье и не упасть.        - ЧТО ЗДЕСЬ ПРОИСХОДИТ?! – крикнула она мне, находясь в полном ужасе.        - Нет времени обсуждать это! Надо выбираться!–Поскольку, все «жители» были на площади, мы, уже приблизительно зная, где и что находится, бежали к выходу из деревни.       Паника начала овладевать мной ещё сильнее. Я пыталась удержать рассудок и не перестать адекватно мыслить, но погоня разжигала во мне чувство животного страха, и голос разума начинал тихо угасать. После увиденного даже встреча с маньяком казалась мне просто детским лепетом по сравнению с тем, что происходило сейчас. Из-за длинных платьев, мы постоянно спотыкались. Зомби хоть и медленно, но нагоняли нас.        - Как с ними бороться? – в панике кричала мне Кэт.        - Не знаю. Кажется, им надо по головам бить. У них же вроде только двигательные рефлексы и остались.        - Господи! Джу, скажи, что это просто сон! – умоляюще простонала она.        - Рада бы, но боюсь, всё это реальность.       Неожиданно из-за угла выскочила большая собака, внешне похожая на зомби, и вцепилась в моё платье. Я попыталась осторожно вырвать платье из пасти пса, но у меня ничего не получилось.        - Кэт, помоги мне! – держать себя в руках получалось еле-еле. Катарина застыла на месте.        - Я … я не знаю, что делать?! – вдруг она заметалась, начиная практически истерить.        - Возьми что-нибудь тяжёлое и ударь собаку по голове! – я сама была готова удариться в непроглядный истеризм, поскольку собака практически дорвала платье и готова была вцепиться в меня.       Схватив первый попавшийся предмет, Катарина саданула псину по голове и та рухнула замертво.        - Спасибо, – сказала я дрожащим голосом. Меня всю лихорадило. Кэт трясло не меньше.       Послышались стоны мертвецов. Я мигом подлетела к подруге и попыталась оторвать спереди кусок подола, но платье было сшито на совесть, из качественного материала. Подобрав осколок горшка, а именно горшком с цветком Кэт убила собаку, я, не без труда, но разорвала ткань, и мы побежали дальше.       Туфли будто уменьшились на размера два и сдавили ноги. Мы замедлились, и зомби стали нагонять нас.        - У меня сейчас ноги отвалятся, – проскулила Кэт.        - У меня тоже. Надо сбрасывать этот балласт, – остановившись, мы еле стащили с себя туфли.Бежать стало намного легче. Зомби снова начали отставать.       Впереди показался конец деревни. Казалось, что сейчас мы выберемся, и всё закончится. По крайней мере, так хотелось в это верить.        - Ещё немножко и всё! Всё это закончится! – в голове был полный хаос. Я, практически, уже ничего не соображала.       У самого выхода перед нами возник священник. Его глаза блестели недобрым блеском, а коварная улыбка не сулила ничего хорошего. Мы затормозили, пугливо смотря на него.        - Куда же вы, милые леди? Нельзя бросать дело на половине, – произнес вампир, улыбаясь самой милой и доброй улыбкой, от которой волосы дыбом встали.        - КТО ВЫ? – Кэт уже была на грани нервного срыва, но её можно было понять.        - А, я ведь предлагал тебе остаться со мной, – со вздохом произнёс мужчина, изображая на лице наигранное разочарование. Катарина испуганно посмотрела вначале на меня, потом на него.       Во мне проснулась доселе молчавшая злость. Я схватила деревянную палку, прислоненную к стене дома, и крепко сжала в руках.        - С меня Алукарда хватит за глаза! – не медля ни секунды более я подбежала к нему и воткнула палку в сердце, прожигая мертвеца пылающим взглядом. Вампир замер. Глаза его расширились, а улыбка слетела с губ.        - Что ты наделала?! – закричала Кэт, начиная плакать.        - Кэт, успокойся, прошу тебя! Так надо было сделать! – я попыталась успокоить её, и, кажется, у меня не получилось.        - Что? Зачем? – её тело поминутно сотрясалось, а слёзы текли с небывалой силой. У неё началась истерика.        - Зомби! – увидев, что мертвецы совсем близко, я схватила девушку за руку и понеслась вон из деревни.        - Не знаю, помогло ли. Но хотя бы это задержит его ненадолго,–думала я. Как ни странно, но разум снова вернулся ко мне. И от осознания этого стало значительно легче.       Лес был не безопаснее деревни, но может нам повезёт, и нас потеряют из виду. С каждым шагом бежать становилось всё тяжелее. Ноги готовы были отняться в любой момент, ведь бегать босиком по лесу не простое занятие. Дыхание сбилось, да и чёртовы платья цеплялись за всё подряд. Катарина вроде бы немного успокоилась, что не могло не радовать. Зомби нигде не было видно. Всё вокруг стихло.       Сил практически не осталось. Мы остановились, тяжело дыша. Подруга оперлась спиной о ствол дерева, пытаясь восстановить дыхание.        - Что будем делать?        - Надо уезжать отсюда как можно быстрее, а для этого необходимо добраться до дома, – делая глубокие вдохи и выдохи, еле выговорила я. Во рту всё пересохло. От пережитого страха начала нестерпимо болеть голова. Стоять было очень тяжело. Я посмотрела в глаза Кэт. Она была напугана. Сильно напугана.        - Мне страшно, – жалобно произнесла Кэт, готовая снова заплакать.        - Мне тоже, Кэт. Мне тоже, – не громко ответила я.       На самом деле в данный момент чувство страха притупилось. Паниковать было нельзя, иначе всё могло закончиться плохо. Но внутри всё холодело. Я чувствовала, что так долго не протяну и могу сорваться. Поэтому медлить было нельзя.        - Пойдём. Не безопасно оставаться здесь, – и только я это сказала, как снова показались наши преследователи.        - Они всё-таки следуют за нами. Чёрт, а я надеялась! – мы снова сорвались с места. Побежали, не разбирая дороги, что было совсем некстати. Свернув немного не туда и запутавшись в зарослях, я оступилась и покатилась куда-то вниз. Приземлившись в неглубокий ручей, я попыталась встать. Тело ломило от боли.        - Ай, кажется, я ушибла руку, – сдавленно простонала я, держась за локоть правой руки. Еле-еле выбравшись из реки, я огляделась, пытаясь понять, где нахожусь. Место оказалось мне незнакомым. Но это сейчас не так пугало меня. Кэт не было рядом.        - Кээээт! – прокричала я, но ответа не последовало, – Кэт Никерсон, где ты?! – Меня мгновенно охватила паника. В голову стали приходить самые плохие мысли. Необходимо было найти её!       Попытавшись сориентироваться, я побежала вдоль края не очень высокого берега, с которого я упала.От платья остались ошмётки. Рукава оторвались, юбка вся изодралась и укоротилась, оголяя колени. Поднявшись по тропе, ведущей вверх, я стала оглядываться, ища между деревьями подругу.        - Кэт! Кэти! Милая, ну, где же ты? – на глазах наворачивались слёзы от собственного бессилия.        - Может, она нашла дорогу к дому? – с надеждой подумала я.        Я побежала дальше. Уже не чувствовалась усталость. Не чувствовалась боль в ногах. Просто бежала. Потому что не было выбора. Увы, но зомби всё-таки нагнали меня. Не понимаю, каким образом, но они меня почти настигли.        - Зомби! Они повсюду! – паниковала я, оглядываясь по сторонам. Тишина и только мое сбивчивое дыхание. Сердце, измотанное долгой беготнёй, готово было остановится.        - Неужели всё? Неужели я погибну здесь? – думала я, смотря на мертвецов.        - Ну, уж нет! – Кровь вдруг закипела во мне. Страх и паника снова отступили. Я почувствовала прилив сил. На земле рядом со мной лежала крепкая ветка, которая очень быстро оказалась у меня в руках.        - Я не сдамся! – решительно процедила я.        - Бороться с зомби голыми руками глупо и бессмысленно. Тем более их слишком много. Да, я не могу биться, но я могу отбиваться, если понадобится, – как бы ни было тяжело, но я продолжила бежать. Зомби, что пытались остановить меня, получали неслабые удары в голову. Расстояние между нами снова начало увеличиваться. В глубине души я начинала ликовать, но как оказалось, слишком рано.       Передо мной будто из-под земли появился обрыв. Дальше бежать было некуда. Либо в руки к зомби, либо в пропасть. Ни минуты не мешкая, я стала пытаться осторожно спускаться вниз по обрыву, держась за выступающие корни. Мертвецы уже успели добраться до края, но за мной следовать дальше не собирались. Они смотрели на меня, продолжая рычать и стонать. Лишь подняв на них голову, я оступилась. Рука сорвалась, и я кубарем полетела вниз вместе с землёй.

***

      В глаза неприятно светила луна, будто заставляя скорее прийти в себя, хотя это было не просто сделать. Я словно находилась в тумане. Откуда-то справа послышалось тихое журчание. Я попыталась пошевелить рукой. На мою попытку рука хоть и не сразу, но среагировала, сообщая о том, что ей очень больно. Пальцев коснулась прохладная вода. Туман постепенно стал отступать. Я почувствовала тупую боль в области затылка. Сверху, сквозь пелену стал проглядывать тусклый свет. Не сразу очертания приняли форму луны. И осознание, что я открыла глаза и смотрю на небо, появилось не сразу. Я просто лежала и смотрела на ночное небо. Лежала и пыталась понять, почему я лежу здесь, почему у меня так болит голова и всё тело, и что вообще здесь делаю? Такое состояние больше походило на то, когда крепко спящего человека будят и спросонья он не может понять, где находится и что происходит.        - Боже, как болит голова … и тело тоже. Даже пошевелиться не могу. Словно онемело всё, – я попыталась пошевелить конечностями. Хуже всех подчинялась правая рука. Попробовав привстать, я болезненно застонала. Невозможно подобрать слово, которое бы описало, как сильно у меня болела спина.        - Похоже, я ушибла спину при падении, – сквозь болезненные стоны процедила я, но всё же села. В голову тут же ударило, и в глазах замелькали круги. Нащупав больное место, я положила туда ладонь.        - Что это? Кровь? – ощутив на ладони что-то влажное, я посмотрела на свою руку, – Ох, отлично! У меня ещё и голова разбита! – я тяжело вздохнула. Окунув руку в воду, я снова приложила ладонь к голове. Стало немного легче.        - Что я тут делаю? – я посмотрела вверх на обрыв, пытаясь вспомнить. Впрочем, память ко мне вернулась быстро.        - Кэт! Зомби! – вдруг осенило меня.       Я предприняла попытку встать. Далась мне эта попытка с большим трудом, но и её я осилила. Необходимо было найти Кэт. Но прежде надо было подняться наверх. Экспериментировать с обрывом я больше не стала, а просто пошла вдоль него.

***

      Обрыв остался позади. Пройдя ещё немного, я стала узнавать места. До дома оставалось не так далеко. И у меня появилось чёткое убеждение, что Кэт я найду именно в доме. Я шла к дому так быстро, как могла. Меня и Кэт разделяли приблизительно полкилометра. Всего лишь полкилометра! Ещё чуть-чуть! Ещё немножко!        - А вот и ты, красавица, – передо мной из неоткуда появился священник-вампир. Я вскрикнула от испуга и отшатнулась назад. В голову снова ударило, и я еле смогла устоять на ногах.        - Т-ты? – в испуге промямлила я, смотря на живого мертвеца. На это мужчина только заливисто засмеялся на удивление мелодичным смехом. Правда, это не успокоило ни на грамм.       Не успела я толком ничего сообразить, как смех резко оборвался и вампир, схватив меня за плечи, прижал к ближайшему дереву.        - Неужели ты думала, что деревяшка меня остановит? – подобно хитрому лису произнёс вампир, вжимая меня в ствол дерева.       Хватка у вампира, как и полагается, была мёртвой. Он настолько сильно сжал мои плечи, что я готова была взвыть от невыносимой боли. Попытавшись вырваться, я сделала только хуже. Мужчина сильнее вдавил меня в дерево, сжав пальцы. Я всхлипнула, чувствуя, что ещё чуть-чуть, и он сломает мне руки.        - Не пытайся вырваться. Сделаешь только хуже, – не громко произнёс вампир, склонившись ближе ко мне.        - Что ты будешь со мной делать? – я попыталась говорить как можно спокойнее, чтобы не выдавать страха, но получилось у меня плохо. Должно быть выглядело это со стороны довольно жалко.       Вампир задумчиво взглянул на меня:        - Ты доставила мне слишком много неприятностей, поэтому не надейся отделаться слишком быстро, – говорил вампир тихо, но очень чётко, проводя пальцем от щеки до виска, – Придётся мне помучить тебя, в наказание, – на его лице не отражалось, ни капли злости, а только обманчивая мягкость, – Хотя, надо признать, ты оказалась довольно прыткой, – прошептал мужчина у самого уха и тут же лизнул его.       Я пискнула, дернув головой в противоположную сторону от вампира. Снова раздался мелодичный смех мертвеца. Ему было весело, в то время как мне хотелось расплакаться от беспомощности.        - Господи, почему всё это происходит именно со мной? – слеза одна за другой покатились по щекам.        - Ну, что ты? Так испугалась? – мягко произнёс вампир, хотя в голосе его звучали нотки фальши. Я не смогла ничего сказать в ответ, продолжая плакать.        - Никогда не думал, что человеческие слёзы смогут разжалобить меня, но тебе это удалось. Поэтому я буду предельно нежен, – в этот момент я ощутила его дыхание в области шеи. Мгновенно придя в себя, я резко дёрнулась в сторону и услышала хруст собственных костей. И без того ушибленная правая рука не выдержала напора и сломалась в районе плеча. Я громко вскрикнула, начиная плакать с новой силой, уже от боли в руке.        - Ну, я же говорил. Не надо вырываться, а то хуже будет, – укоризненно покачал головой вампир, – Сама же себе больно делаешь.       От адской боли у меня перехватило дыхание. Хотелось кричать, но язык словно онемел, а к горлу подкатил липкий ком, не давая голосу вырваться наружу.        - Бедное дитя, как ты страдаешь, – мужчина с сожалением посмотрел на меня, – Может облегчить тебе боль? – сам у себя спросил он.       Я по-прежнему не могла ничего сказать. Руку беспощадно ломило. Из-за боли я стала хуже различать звуки вокруг. Даже слова вампира удалось разобрать с трудом. Но вникнуть в суть не получилось.       Дыхание вампира снова прошлось по шее, но теперь уже справа. Его губы едва коснулись места соединения плеча и шеи, а затем язык проложил влажную дорожку по плечу, опускаясь ниже. Меня словно вернули в реальность. Боль в плече не прошла, но немного отступила. Я с непониманием посмотрела на вампира красными от слёз глазами.        - Я просто не хотел, чтобы ты раньше времени упала в обморок. Мне нужно, чтобы ты была в сознании, – ответил вампир на немой вопрос.        - Что он ещё задумал? – с ужасом подумала я. Заметив мой пугливый взгляд, мужчина рассмеялся.        - Да ты не бойся. Я всего лишь хочу распробовать тебя, – он улыбнулся так безобидно, что меня передёрнуло.       Что-то сверкнуло в лунном свете. Я напряглась, когда увидела кинжал в руках вампира. Он сказал, что хочет попробовать мою кровь, но вместо того, чтобы просто укусить, он решил воспользоваться кинжалом. Значит, будет ранение или просто царапина. Не зная, чего ожидать, я вжалась больной спиной в ствол дерева и постаралась сильнее скукожиться.       Моя реакция вызвала у вампира довольную улыбку. Он провел остриём по левой ключице. Я зажмурилась, ожидая самого страшного. Секунда и кинжал рассёк кожу на плече, оставляя глубокий порез. Из горла вырвался болезненный вскрик. Кровь тут же стала сочиться из раны.        - Ммм, какой аромат,– блаженно прикрыв глаза, сказал вампир. Он склонился к плечу и коснулся кончиком языка струйки крови, пробуя её на вкус.        - А ты вкусная, – прошептал вампир мне на ухо и присосался к ране, словно пиявка.       Почувствовав холодный язык, который буквально проникал глубже в рану, я застонала от неприятного ощущения. Отвратительное болезненное ощущение. Я упёрлась левой рукой в грудь вампира, стараясь хоть немного отстранить его от себя, но получалось плохо.        - Боже, когда же закончится весь этот кошмар? – вымученно подумала я, чувствуя, что вот-вот начну терять сознание.       Лесную тишину разрезал оглушительный выстрел. Вампир замер, а затем поднял голову, пытаясь понять, откуда донёсся звук. На его губах красовалась моя кровь.        - Может, хватит уже? Смотреть противно, – следом за выстрелом тишину всколыхнул чей-то низкий голос.       Мужчина отпустил меня и обернулся:        - До боли знаковый надменный голос, – произнес вампир, смотря прямо перед собой, – Алукард.       В тени дерева стояла высокая фигура в красном плаще и большой шляпе. От слёз глаза заболели, и мне было сложно разглядеть, кто стоял у дерева. Пришлось сощурить глаза.        - Алукард!? Не может быть! Что он здесь делает? – я была удивлена, если не сказать шокирована. Но это долго не продлилось. Сильная боль снова вернулась и пронзила руку. Я подавила в себе стон, прижав руку к телу, и сползла вниз по дереву, скукожившись и попытавшись свернуться в калачик, как ёжик, «защищаясь» от всего происходящего.        - А ты не меняешься, Джойс. Как был мусором, у которого ни стыда, ни совести нет, так и остался, –мужчина шагнул на свет. Лицо его выражало презрение.        - Да и ты не изменился. Всё такой же высокомерный, – парировал Джойс, скрестив руки на груди и беспечно улыбаясь, – Между прочим, ты не вовремя. Мы с дамой заняты.        - Не наигрался ещё? – обрывки фраз долетали до моего измученного ума. Я не совсем поняла, о чём ведёт речь Алукард. Мне почудилось, что говорил он о делах давно минувших дней.        - Господь с тобой, какие могут быть игры? – вампир наигранно удивился, и это, похоже, разозлило Алукарда.        - Давно надо было тебя прикончить, – недовольно произнёс он, доставая из-под плаща белый пистолет и направляя его на противника, – Не понимаю, почему до сих пор этого не сделал?        - Зачем же так горячиться? – услышав голос Джойса, я подумала, что он, кажется, перестал придуриваться, – Разойдёмся с миром. Дай мне лишь забрать эту леди, и я исчезну.        - Желаешь убраться – убирайся. Девушка останется здесь, – отрезал Алукард тоном, не терпящим возражений.       Наступило молчание. Джойс вдруг повернулся ко мне, внимательно разглядывая:        - Вот значит как, – многозначительно произнёс он негромким тоном, – Что ж, как пожелаешь, – мужчина обошёл Алукарда, удаляясь в темноту, лишь бросив напоследок, – Я не прощаюсь, – и растворился в дымке.        - Потрепанно выглядишь, – с сарказмом произнёс вампир, подойдя ко мне и присев рядом. Я подняла на него глаза. Рука разболелась ещё сильнее, голову сдавило, да и всё тело целиком ныло и плохо подчинялось мне.        - Ну, и везучая же ты. Уже второй раз мне приходится тебя спасать, – усмехнулся Алукард, осматривая меня. Наткнувшись на кровоточащую рану, вампир задержал на ней свой взгляд. Я сразу поняла, куда он смотрит и как только протянул ко мне руку, я дернулась в сторону.        - Не прикасайся! – жалобно воскликнула я, стараясь прикрыть рану рукой. Алукард посмотрел мне в глаза. Он снова улыбнулся.        - Ты слишком устала. Тебе надо поспать, – гипнотическим голосом произнёс вампир, снимая очки и глядя прямо мне в глаза.       Я снова попала в плен его глаз. В них что-то промелькнуло, и мои веки вдруг стали такими тяжёлыми. Мне дико захотелось спать. Я ничего не успела толком понять, как перед глазами стало темно.