Мороженое

Хиёри негодовала по пути к парку аттракционов: шла она туда лишь с Юкине, но за ними, как всегда, увязался бог войны, и всю дорогу зудел над ухом, раздражая и девушку, и её спутника; честно говоря, присутствиe на прогулке Ято её смущало, тем более, что в парке обычно гуляли семьи и влюбленные парочки, воркующие на каждом углу. Парень вел себя неподобающе: по очереди отчитывал то шинки, то Ики, и так громко, что привлекал вниманиe всех проходящих мимо людей, от чего Хиёри чувствовала себя еще более неловко. Единственное, что в этом воскресном дне удалось - погода, теплая и по-настоящему весенняя; старшеклассница даже позволила себе не надевать пальто и остаться в кофточке с накинутым поверх свитером, а вот Ято не изменял спортивному костюму и привычному потертому шарфику на шее. Юки же вообще не волновался об одежде: снял только шапку, позволив ветру легко теребить золотистые локоны, и постоянно причитал насчёт Ято. - Надо было напоить его снотворным, запереть в каком-нибудь подвале и оставить подыхать, - злобно бормотал он, косясь на то, как бог скачет вокруг Хиёри. Конечно, он говорил это не совсем искренне, но все же посчитал приглашение подруги сходить в парк на выходных свиданием, и потому разозлился, когда возник Ято. Но атмосфера, царящая тут, а так же сочувствующая полуулыбка Ики немного смягчили его пыл. А вот Ятогами, кажется, не могло успокоить ничто: он разговаривал просто на космической скорости, перескакивая между оружием и всё ещё смущенной девушкой, дергал Юки за капюшон и даже на ходу заплетал Хиёри косички, мотивируя это тем, что её волосы приятно пахнут и очень мягкие (хотя, до его любимого шарфика, им, безусловно, далеко). - Да как ты можешь такое говорить! - театрально возмутился бог войны, оборачиваясь к Юкине, который в знак протеста обиженно надул щеки (что со стороны выглядело очень мило). - Я же твой хозяин, а ты хочешь меня запереть!.. О, Хиёри, - он притворно заплакал и внезапно обвил руками школьницу, от чего та впала в некий осадок и покраснела, как спелый помидор, - почему у меня такое непутевое оружие?! Прохожие смеялись, наблюдая за этой картиной, а Юки побагровел и отвернулся, подавляя в себе желание сказать что-то нехорошее. В это время Ики кое-как отлепила от себя наигранно страждущего бога и поспешила разрядить обстановку и немного охладиться, чтобы прекратить так краснеть - купила в ближайшей лавке два мороженых, для себя и Юкине, сделав вид, что она напрочь забыла про пытающегося заколоть себя веточкой Ято. - Это и называется счастье, - блаженно простонала она, плюхнувшись на ближайшую лавочку и аккуратно откусив кусочек лакомства. - Вкус детства, ммм, как же это прекрасно... - Неужели, - уже "оживший" Ято подозрительно сощурил глаза, смотря на вафельный стаканчик в бумажной обертке, который сжимала в правой руке Хиёри, - это все, что нужно людям для счастья? - Вот, Юки, не обращай внимания на него, - с этими словами, напрочь игнорируя скептический вопрос бога, Хиёри протянула все еще ворчавшему шинки второе мороженое. - И не дуйся ты так, смотри, я делюсь с тобой счастьем... Она улыбнулась и потрепала мальчишку по голове, от чего тому стало намного легче; но обделенный как вниманием, так и едой Ятогами стал бурно протестовать по этому поводу. - Эй, а как же я? Кто со мной поделится счастьем, а? Я же всемогущий Ято-сама, ну! - Мороженого не получишь, - резко отрезала Хиёри, хватая мирно поедающего свою порцию Юкине за руку. В чисто-голубых глазах парня мелькнуло негодование, но высказаться он так и не успел, потому что Ики так же резко подбежала к нему и невесомо, едва ощутимо коснулась его щеки своими холодными после мороженого губами. А затем, так и не дав Ято придти в себя, девушка снова покраснела, ещё пуще прежнего, и потащила от шока выронившего сладость шинки к американским горкам. Ято, осознавая произошедшее, признал, что он был неправ: и вовсе не в мороженом счастье, как оказалось...