Don't touch me

- Джерард! Джерард! – воскликнул мой психиатр, от чего я выпал из полудремы. Я протер глаза, пытаясь сконцентрироваться на том, что она говорит. Когда ко мне вернулось зрение, я уже в тысячный раз увидел средних лет женщину с едва седеющими волосами, которая глядела на меня поверх очков. - Да? – переспросил я, напуская на себя вид, что полностью заинтересован в том, что она говорит. - Ты вообще слушал меня? – вздыхая, спросила она, устало запуская руку в волосы. - Нет, - признался я. - Ты же понимаешь, что от того, что ты молчишь тебе не станет легче. Мы должны говорить, Джерард. Я хочу тебе помочь, но ты не даешь мне этого сделать. Я промолчал на это, отводя взгляд в сторону. Не люблю смотреть кому-либо в глаза дольше пяти секунд. Это убивает. Я перевел глаза на картину. Она висела здесь с тех самых пор, как я в первый раз переступил через порог этого кабинета. Там изображено море. Мне нравится море. Жаль, что я ни разу там не был. - Знаешь, мы переговорили с твоей матерью, и она приняла решение отправить тебя в школу. Что?! Подождите, что?! Я уставился на Ханну как будто она умалишенная, и сейчас сморозила жуткую глупость. Хотя это так и есть. Какая чушь – я и школа! - Я знаю это сложно, тем более ты уже два года не ходишь туда, но нужно начать жить нормальной жизнью. Пора забыть тот ужасный вечер, Джерард, - ласково продолжала она. Я, не отвечая на ее слова, резко встал от чего опрокинул кресло, на котором сидел. Я яростно зыркнул на нее и выбежал из кабинета, напоследок хлопнув дверью. Мои руки тряслись от злости. Как мама может принимать такие решения без моего ведома?! Я ни за что не вернусь в школу! Я бежал по коридору с такой бешеной скоростью, что от меня шарахались медсестры. Одна даже вскрикнула от испуга. Видимо, новенькая. Ну, еще бы не испугаться! На тебя несется бледный и костлявый парень как смерть с лохматыми черными волосами и красными глазами. Я просто должен сняться в каком-нибудь фильме ужасов, мне даже грим не понадобится! - Пока, Джерард! – услышал я прощание одной из медсестер, но не успел ответить, так как уже был на улице. Сейчас конец сентября. Надеюсь, что сейчас во всех школах жуткий перебор с учениками и для меня просто не хватит места. Но я все еще надеюсь, что смогу отговорить маму от ее глупого решения запихнуть меня в школу. Пока я бежал до дома, я уже продумал целую тираду для своей матери. Не думаю, что она сможет возразить на это. Я добрался до дома в рекордное время. Скидывая на ходу кеды, я вбежал на кухню, где моя мама уже поджидала меня, сидя за столом. Видимо она предвидела такой поворот событий. - Джерард, сядь и успокойся, - сказала она твердым тоном, не давая мне закатить истерику. Я повиновался и сел прямо напротив нее. - Давай поговорим как взрослые люди. Я знаю, что ты ужасно зол на меня, но пойми, нельзя постоянно сидеть дома. Ты должен ходить в школу как все дети твоего возраста. Я понимаю, что тебе сложно и страшно, но ведь прошло уже два года. Два года! Я уже все решила и обсудила это с Ханной, мы пришли к выводу, что это наилучший выход из ситуации – отправить тебя в школу. Если ты не хочешь разговаривать, то хотя бы живи нормальной жизнью! Я был в легком ступоре после слов своей матери, но потом ударил кулаком по столу и воскликнул: - Как ты можешь?! Разве ты забыла, что произошло два года назад?! Ты забыла? А вот я не забыл! Я каждый гребаный день вспоминаю, как какой-то мужик насилует меня и избивает до полусмерти! И ты думаешь, что после этого я смогу вернуться в школу?! Как будто ничего не случилось?! Так?! – кричал я на свою мать. В один момент мне стало стыдно за свои слова, но я стоял на своем. Она все это слушала с каменным лицом. - Да. Представь, что ничего не было. Я люблю тебя, и ты знаешь это, и я хочу, чтобы ты, наконец, забыл тот случай и начал жить. А теперь иди наверх. Я уже подала документы в ближайшую школу. Завтра мы поедем туда и точка! Я не ожидал от своей матери такого. Она всегда была слабохарактерной женщиной, которая шла на уступки и любые мои капризы. Но сейчас она была непреклонна, как скала, я видел это в ее глазах. Она смотрела на меня, и в ее глазах все также засела огромная боль и горечь за меня. Выражение ее лица всегда было таким. С тех пор ее глаза всегда смотрели на меня с ужасной болью. И временами это бесит. Понимая, что разговор закончен, я рванул наверх в свою комнату. Мне жутко хотелось что-то сломать или разбить. Мои руки тряслись от гнева, что переполнял меня. Я был зол на того ужасного человека, что испортил мне всю жизнь. Я так мечтаю найти того ублюдка и посмотреть ему в глаза. Я хочу понять, что заставило его сделать это со мной. Мне ведь было всего лишь четырнадцать! Я хочу видеть, как он молит меня о пощаде. Я хочу слышать его стоны боли. Я хочу, чтобы он страдал также, как я. Я хочу убить его. Я ненавижу его! Я ненавижу мужчин! От этого происшествия я стал замкнутым и мало разговаривал. Сначала мама не знала, что произошло со мной. Просто однажды она нашла мой дневник и прочитала его. С тех пор я не веду дневник. Она записала меня к психиатру, и я посещаю его каждую неделю с того случая. Я не мог ходить в школу. Мне все казалось, что все знают, что я грязный. Мне казалось, что каждый взгляд в мою сторону означал, что они знают. Они знают. В итоге моя мать собственноручно забрала документы из школы и перевела меня на домашнее обучение. Ко мне каждый день приходила молодая милая девушка. С ней было легко, и я не так замыкался в себе. Но сейчас все разрушено! Я снова вернусь в преисподнюю, именуемую школой. Не зная, как выплеснуть весь свой гнев, я врубил на полную громкость музыку, взял карандаш в руки и начал рисовать. Весь свой гнев, злобу и обиду я выплеснул на бумагу. Только рисование спасало меня, помогало не свихнуться совсем. Я рисовал и рисовал, не замечая часов, минут, секунд. Я хотел сбежать от своих мыслей. Почему в мозгу нет такой кнопочки, которая выключает все твои мысли? От этого бы всем жилось легче. Когда я остановился, я не сразу понял, сколько времени прошло. Но судя по часам, сейчас уже пять часов вечера. Я посмотрел на стол, который был весь укрыт разными бумагами. Сколько же я просидел! Я завалился в кровать, не раздеваясь. Сейчас я хочу уснуть, чтобы не думать ни о чем. Скоро я уже спал крепким сном. В эту ночь, что странно меня не мучили кошмары.