Don't touch me

Будь моя воля, я бы остался дома ближайшие сто лет, но красноречивый взгляд матери не давал высказать даже одну единственную причину, почему это я вдруг решил не выползать из своей конуры. Пришлось с тяжелым сердцем и плохим предчувствием плестись в чистилище, где дьяволом являлся Фрэнк Айеро. Я боялся даже представить, что преподнесет мне этот новый день. Словно это какая-то игра, где я всегда должен проигрывать. Мой вчерашний позор явно уже стал достоянием школы. Знаете такое чувство, когда вам совершенно не хочется что-либо делать и в груди такая тяжесть, и ты делаешь глубокий вдох и кажется, стало легче, но когда ты выдыхаешь, вновь ощущаешь эту тяжесть. Вот и у меня сейчас так. В груди словно застрял огромный шар, не давая мне дышать. Я минут пять мялся за углом школы, чтобы, наконец, решиться войти туда. Я точно знал, что сейчас будет что-то плохое, но просто не мог изменить ход событий. Все уже решено. Когда я вошел в школу, то в моих глазах зарябило. Все стены были увешаны фотографиями. Некоторые даже отклеились и просто валялись на полу. Я подошел и сорвал одну. На ней был плачущий полуголый мальчик лицо которого было в красных пятнах. На его белой коже были отчетливо видны шрамы. Он был похож на зебру. Сотни шрамов красовались на его бледной коже, которая туго обтягивала его выступающие ребра и ключицы. Плоский живот, бока, спина – все было в шрамах двухлетней давности. Я не мог поверить, что этот сломленный мальчик на фотографии - я. Это просто не мог быть я. Я не такой слабый. Это был другой Джерард Уэй. Я знал, что за мной сейчас наблюдает вся школа. В коридоре стоял галдеж, и все ученики этой школы горячо обсуждали эти пикантные фотографии. Я точно знал, что где-то тут стоит виновник всего этого дерьма. Я чувствовал взгляд Фрэнка Айеро на себе. Я разорвал фотографию и выкинул. - Думаешь, это смешно?! Кто дал тебе право унижать людей?! Кого ты возомнил из себя?! – кричал я, заглушая голоса. Мой голос эхом разнесся по всей школе. Я повернулся и встретился с насмешливым взглядом Фрэнка. Он явно хотел послушать, что я ему скажу. - Неужели ты даже на мгновение не мог допустить такой мысли, что ты делаешь людям больно?! У меня тоже есть чувства! Если ты такая бесчувственная скотина, что не понимаешь этого, то мне жаль тебя! Мне искреннее жаль такого человека как ты, Фрэнк Айеро, потому что ты полон ненависти и злобы на весь мир! Я просто не мог понять, зачем ты все это делаешь. Зачем? – спросил я осипшим голосом, стараясь удержать слезы, которые щипали мне глаза. Все застыли в ожидании того, что осветит Фрэнк. Я тоже застыл, не смея пошевелиться. - Просто ты забавный, - разнеслись по коридору слова Фрэнка, и я так и застыл с открытым ртом. Забавный?! Он издевается?! Я просто пялился на него с открытым ртом, как он подошел ко мне в плотную так, чтобы никто не услышал его слов и прошептал: - Я люблю разрушать людей, а ты настолько уже разрушен, малыш, что мне интересно – смогу ли я сделать тебе еще больнее. - Можешь оставить себе пару фотографий, мне не жалко! Из тебя получилась отличная модель! Я тоже оставил себе парочку фотографий – будет на кого подрочить вечерком, - с этими словами он покинул коридор, оставив меня с пылающим лицом и сотней фотографий с моим позором. Весь первый урок я сдирал эти самые фотографии, а потом просто сжег их во дворе школы во славу сатане.

***

- Уэй! Джерард Уэй! – пыталась докричаться до меня учительница по физике. - Да! – ответил я, не сразу понимая, где нахожусь. Я так глубоко ушел в свои мысли, что просто не слышал ее вопроса. - Молодой человек, если вам так уж откровенно плевать на мой урок, то почему бы вам не выйти в коридор и не подумать над тем, что занимает вас куда больше, чем физика. Я, пожав плечами, молча взял сумку, скидал туда все учебники и вылетел из душного кабинета. Мне и вправду нужно сейчас подумать. Нужно решить, что делать и как разгребать все это дерьмо. Потому что я и вправду нихуя не понимаю в этой жизни! Я в конец запутался. Я не знал, как скрыть свою слабость. Я не выдержу, если Фрэнк узнает что-то еще. Я так долго прятал себя от посторонних взглядов, а он взял и все разрушил. Разрушил все, что только можно. Мой мир покачнулся. Я, правда, пытаюсь справиться, но это сложно. Так чертовски сложно не обращать внимания на издевки и шутки. Но я лишь натягиваю на себя фальшивую улыбку и продолжаю повторять маме, что все хорошо. Я смирился с тем фактом, что мне придется ходить в школу. После того случая в раздевалке придя домой я просто сидел и смотрел на свою стену. Я даже не помню, думал ли я об этом или нет, я просто сидел, дышал, смотрел. Почему я не могу быть нормальным? Почему моя жизнь не такая как у всех? Эти вопросы я задаю себе каждый день, но ответа до сих пор нет. Если бы в тот вечер маму не вызвали на дежурство, а меня не задержали в школе все было бы отлично. Это была бы обычная пятница. Я бы как всегда засел за уроки, а потом уставший посмотрел какой-нибудь мультик. И все было бы просто отлично, но видимо счастливые концы бывают только в мультиках Диснея. Я понимал, что слезам горю не поможешь, но после того, как я пролью целую бочку слез, мне становится легче. Что плохого в том, что взрослый шестнадцатилетний парень справляется с депрессией с помощью слез? Мне просто нужно стать сильнее. И хоть я реалист, сейчас мне хочется стать на одну секунду оптимистом и представить, что скоро все будет хорошо и что в этом гнилом мире есть еще добрые люди, просто я их еще не встретил. Но нужно снять розовые очки. Я все-таки пришел к выводу, что мне срочно нужно поговорить с Фрэнком. Я хочу понять, почему он делает это со мной. Я, правда, хочу понять его, но по-моему, его невозможно понять. Он кажется сумасшедшим с этим маниакальным взглядом, когда его ореховые глаза горят внутренним светом и дело тут вовсе не в освещении. Он кажется свободным в отличие от всех учеников этой школы. Ему было совершенно плевать с высокой колокольни на чужое мнение. Он не притворялся кем-то другим, а был именно тем, кем являлся – засранцем. Фрэнк Айеро – монстр, жестокий и незнающий пощады. В этом убедились абсолютно все ученики старшей школы. Когда наступила большая перемена, я поплелся в столовку в надежде застать там Айеро. Как и ожидалось, он был там. Сидел в самом эпицентре столовой словно король. Он и так был король. Властный, жестокий, сильный. Полная противоположность мне. Он был умным в отличие этих тупых качков из футбольной команды. О! Он был невероятно изобретателен в плане издевательств, которые, наверное, на себе ощутила большая часть этой школы. Я, уняв дрожь в коленках и сжав кулаки, направился прямиком к его столу. Сейчас я просто подойду и попрошу поговорить с ним. Ничего сложного, главное дышать. Вдох выдох. Воздух в легких уже хорошо. Я продолжал свой путь при этом, не забывая дышать. - Эм… Фрэнк, можно тебя на минуту? – спросил я, надеясь, что он услышал меня. Фрэнк повернулся и удивленно посмотрел на меня. За его столом воцарилась тишина, как и во всей столовой. - Хорошо, - просто сказал он, вставая из-за стола, даже не посмотрев в сторону его опешивших друзей. Планировалось, что это я его буду вести на разговор, но я как всегда тормоз и в итоге я плетусь в двух метрах от Айеро, пока он ведет меня в кабинет химии, так как он ближе всех здесь. - Ну, - требует он, садясь на подоконник. От того что на его лице нет обычного звериного оскала или даже наглой ухмылочки мне становится не по себе. Его лицо непроницаемо. Я даже не могу понять, о чем он думает, хотя и раньше не мог понять. - Эм… Ну в общем… Как бы… - Да говори уже! – возмутился он, сверля меня взглядом. Я не решаюсь поднять на него взгляд и выпаливаю все скороговоркой: - Можеттынаконецдашьтолковоеобъяснениепочемуявыбешеваютебя? Все, сказал. Он разразился тихим смехом, чем немало удивил меня. Он вообще слышал меня? - Я уж думал ты все так и не осмелишься подойти ко мне и спросить. Неужели я настолько пугающий? – со смешком спросил он. В его глазах плясали черти. - А ты как думаешь! – саркастично ответил я. - И все же. Почему? - Просто ты такой милашка. Я бросил на него испепеляющий взгляд и постарался скрыть выступивший румянец на моих щеках. Он вообще думал, прежде чем сказать это? Наверное, нет. - Айеро! Хватит молоть чушь! - Хорошо, хорошо! Просто ты такой смешной, когда сердишься. Видимо утреннее издевательство надо мной пошло ему на пользу, ибо сейчас он сиял как новогодняя елка и излучал лучи счастья и добра. - Ну, хорошо слушай. Дело в том, что меня и вправду очень интересно наблюдать за твоей реакцией. Ты не выглядишь слабаком, но ведешь себя именно так. Я хочу понять почему. Хочу понять все твои страхи и слабости, чтобы ты, наконец, вышел из своего панциря и показал настоящего Джерарда Уэя. Ты и вправду интересный тип. А твои шрамы только добавили мне интереса. Тем более мне жутко скучно в этой дрянной школе, и ты тут единственный с кем мне весело, - закончил он, и я старался переварить услышанное. Это вообще нормально? - Весело издеваться надо мной? - Весело следить за твоей реакцией. Я нахмурился. Этот парень явно не в себе. Его доводы были нелогичны, и я никак не мог их осмыслить. Неужели ему просто скучно? - Ты странный, - вынес вердикт я. Он расхохотался и это был не ехидный или злой смех, а обычный. Я впервые видел Фрэнка с такой стороны. И я даже не могу точно описать эту его самую сторону. Вроде он все тот же засранец и мудак, но в то же время такой обычный и свой что ли. И в этот самый момент я вдруг понял, что моя ненависть к нему исчезла. Я не ненавидел его, я лишь недолюбливал его. Те чувства, что я испытывал к тому мужчине, были явно другие, чем к Фрэнку. Если задуматься над тем, что я чувствую, когда я смотрю на Фрэнка Айеро, то можно их описать так – когда он ведет себя как полный засранец, у меня есть непреодолимое желание врезать ему, но я просто физически не готов сделать это, я восхищался им, меня восхищало в нем то, что он точно знал, чего хотел и мог добиться этого любыми хоть самыми грязными способами, меня поражало то, как он ведет себя, как говорит и двигается, меня удивляло его восприятие мира и людей. Я испытывал к Фрэнку Айеро множество противоречивых чувств, но я точно не чувствовал к нему ненависти. Это была скорее легкая неприязнь и непонимание его поступков. В принципе его никто не понимал в этой школе. Я видел, что его взгляд совершенно отличался от взглядов других учеников. Он словно видел всех насквозь. Он может видеть. Вот поэтому он так близко подобрался ко мне. Потому что он не слепой. Он видит грязь во мне. Это открытия потрясло меня. Ведь если задуматься, то Фрэнк и вправду не был настолько глуп, чтобы поверить мне, что мне было просто скучно, и я решил нацарапать на своей коже парочку шрамов. - Теперь твоя очередь откровенничать, - ухмыльнулся Фрэнк, подходя ближе. - Ч-что? – переспросил я, видя, что настроение Фрэнка вновь переменилось. Его глаза вновь стали источать ледяной свет, а улыбка вновь приобрела звериный оскал. - Я ответил на твой вопрос, теперь твоя очередь. Ты должен ответить честно. Откуда эти шрамы? Я бросился к выходу, но Фрэнк, опередив меня, закрыл единственный выход. Он гаденько улыбался, ожидая моего ответа. - Я же сказал! Мне было скучно и… - Джерард. Он впервые назвал меня по имени. Он произносил его не так как все. Словно наслаждался каждым слогом. Странное чувство поселилось у меня в груди. - Ты не настолько глуп, чтобы делать с собой такое. Так что не лги мне. - Я не могу тебе сказать. - Почему? Он что действительно тупой или прикидывается? В классе застыла тишина. Она была такая звенящая и давящая на уши, что мне становилось не по себе. Он пытливо ждал моего ответа. Я смотрел на свои пыльные кеды, изредка бросая взгляд на Фрэнка. Он неотрывно смотрел на меня. Его взгляд словно поджигал кожу. - Хватит пялиться на меня! – возмутился я. Это формально невежливо! - У тебя варенье на шее, - с этими словами он потянулся ко мне рукой и я ничего не успел сделать. Все произошло молниеносно. Вот его рука тянется к моей шее, и теплые пальцы ложатся ко мне на кожу. В месте, куда он дотронулся, сразу все охватило пламенем. Я говорил про раскаленное железо? Так вот теперь все было гораздо хуже. Это было в сто раз хуже. Я взвизгнул, как девчонка отступил на шаг и запнулся о какую-то коробку, грохнувшись на пол. Моя рука сама собой оказалась на месте, где все горело огнем. Как в тот раз. Я часто дышал и из моего рта вырвался тихий стон, переросший в крик. - Не смей трогать меня! Мне нужно больше воздуха. Это было так знакомо. Словно до меня дотронулся не Фрэнк, а тот мужчина. Температура в классе резко поднялась. За эти несчастные три секунду мое сердце остановилось несколько раз. Это была почти реальная боль, но мне говорили, что это лишь в моей голове, но я отчетливо чувствую, как моя шея пылает огнем. Словно вампир, укусивший меня туда, распространил в мое тело свой яд. Фрэнк непонимающе смотрел на меня, пока я пытался прийти в себя. Меня трясло, как в лихорадке, а на лбу выступил холодный пот. Казалось, за те несчастные секунду пока пальцы Фрэнка касались моей кожи, что-то проникло мне под кожу, причиняя мне ужасную боль. - Джерард? – спросил обеспокоенно Фрэнк, садясь на колени передо мной. - Нет! Не приближайся! Не трогай меня! Не надо! Не касайся меня, пожалуйста! – вопил я, хотя Фрэнк просто смотрел на меня удивленным взглядом. - Я не хочу, чтобы мне было опять больно, - прошептал я, сжавшись в комок. Я думал, что если закрою глаза, то меня здесь не будет. Но это никогда не помогало. Ни тогда, ни сейчас. - Джи… - Убирайся! Слышишь?! Пошел вон! – истерил я, пытаясь вжаться в стену. Пусть он уйдет. Я сидел с закрытыми глазами пытаясь сжаться до размеров атома. Мои ноги свело от неудобного положения, но я не мог пошевелиться. Если я открою глаза, то передо мной появится тот мужчина со своим зловонным дыханием и словами, которые словно шрамы на сердце продолжали гноиться все эти годы: «Тише, тише я не сделаю тебе ничего, чего ты сам не захочешь» Но я ведь не хотел! Я всем своим существом был против того что он делал! Это было так неправильно, так унизительно, так больно. Я просидел в кабинете до тех пор, пока мое сердцебиение не восстановилось, а внезапные вспышки паники сошли на нет. Напоминание о случившемся было только легкое покалывание на шее. Фрэнк давно ушел, и я был благодарен ему за это. Почему мое тело так реагирует на прикосновения? Если бы не реакция моего организма все было бы иначе. Я бы был обычным подростком с обычными проблемами. Но нет, я ненормальный подросток со странными проблемами причиной которых стал маньяк гей-педофил! Супер! Ненавижу это! Ненавижу себя! Ненавижу этот гребанный мир! Ненавижу того мудака! Ненавижу своих одноклассников! Почему я такой слабак?