Преграда

Шотаро, злобно надвинув козырёк кепки, стоял у ворот школы. В прошлый раз он не успел поймать Кёко и хорошенько отчитать её за вольное поведение, но сегодня он намерен поговорить с ней любой ценой. Чувство собственничества не давало ему покоя. Эта рыжая актриса оказалась не так проста. Но ведь она должна преклоняться перед ним и думать только о нём! Как она вообще смеет позволять себе хорошо выглядеть, нравиться другим мужчинам? Она должна остаться той слабой невзрачной серой мышью и ждать дни и ночи, когда он почтит её своим приходом домой. Идущие с занятий ученицы начали узнавать его. Чёрт! Где же она? Сотни девичьих глаз поглядывали на него. Поток учеников выходил из школы. Среди них он приметил скромную курточку, короткие рыжие волосы и медовые глаза. Наконец-то! Она заметила его. Лицо перекосилось. Медовые глаза наполнились злобой. Шо по-кошачьи довольно улыбнулся. Замечательно, она ненавидит его. Она думает о нём. И так будет всегда. Кёко отступила на пару шагов назад, решив убежать, но что-то остановило её. Она достала телефон и быстро набрала кому-то. Почему она не бежит в страхе или не идёт на него, охваченная ненавистью и болью? Кто этот человек, которому она звонит в такой момент? Впрочем, не важно, никто не смеет вставать между ними. Певец направился к девушке. Та в свою очередь закончила говорить и быстрой тяжёлой поступью, боясь привлечь к себе излишнее внимание, как танк, прорывающий вражеское кольцо, направилась против потока к задним воротам, будто если она выйдет на дорогу, то будет спасена. Уйти далеко ей не удалось. Шотаро бесцеремонно схватил её за руку у самых ворот. - Ну здравствуй. - И тебе не хворать. Пусти! - Мне нужно поговорить с тобой. - А мне нет. Она вырвалась и дошла до дороги, выискивая кого-то или что-то взглядом. Шо настиг её и резко развернул к себе. На сей раз ей не вырваться. Но певец опасался, что на безлюдном заднем дворе их всё же может кто-нибудь увидеть. - Садись в машину, пока о нас не узнали слишком много. Ты ведь не хочешь, чтобы о тебе поползли слухи? Кёко растерялась. Конечно же, она этого не хотела, и просто обязана была сесть в машину, но почему-то медлила и всё смотрела по сторонам. - Да кого ты ищешь? Садись в машину, я сказал. - Я не могу. *** Рен подъезжал к школе, когда позвонила Кёко. Её голос был наполовину напуган, наполовину хрипел от злости. Это означало только одно – рядом Шотаро. Но что он делал в школе? Или он только сейчас её поймал? Тсуруга-сан в тревоге и едва сдерживаемой ненависти надавил на газ. Он ехал с презентации в образе Хилла и после школы хотел заехать к стилисту, дабы она вернула ему облик Тсуруги Рена, а заодно пересесть в свой автомобиль (для конспирации ему дали ключи от другой машины). После звонка Кёко внутреннее состояние актёра стало соответствовать его внешнему облику. У главных ворот девушки не оказалось. Значит, скорее всего, она думала сбежать от этого мерзавца. Должны быть задние ворота. Педаль газа ушла в пол. Резкий поворот, ещё один. Рен заметил Кёко сразу же. Шотаро был с ней, цепко держал её за запястье и настойчиво, с усилием тянул к машине. Рыжая школьница с надеждой утопающего смотрела по сторонам, разыскивая глазами того, кто должен её спасти. Поймав этот взгляд, Рен полностью перевоплотился в Каина Хилла. Резкий поворот руля. Визг тормозов у обочины. Дверь открылась, и высокая фигура в чёрном, окутанная ещё более чёрной аурой, подобно ястребу стремительно приблизилась к обрадованной Кёко и ещё ничего не понимающему певцу. Хилл сжал кисть Шотаро и отбросил его руку от актрисы. - Девушка со мной. Голос звучал подобно глухому рыку. Блондин опешил. Запястье отозвалось болью. - Да кто ты такой?! Ты знаешь кто я? Он не узнал? На лице Хилла изобразился довольный оскал. На такую удачу он и не рассчитывал. Теперь можно сделать с этим дешёвым певцом всё что угодно без ощутимых последствий. Хилл схватил Шотаро за грудки и резко притянул к себе, почти оторвав его от земли. - Слушай сюда, щенок. Увижу тебя рядом с ней – убью. Уматывай, пока я не сделал этого сейчас. Он отшвырнул от себя блондинчика. В голове заговорил голос разумного Рена, который уговорил Хилла не начинать поножовщину. Так что он одной рукой обнял девушку за плечи и повёл её к машине. Шотаро, откашлявшись, с ненавистью просверлил взглядом чёрную спину. Кто, чёрт возьми, это такой?! Да что он о себе думает?! Гордость и самолюбие Шо приказали ему отомстить за подобное унижение. Ситуация усугублялась ещё и тем, что всё это происходило на глазах у Кёко. Блондин побежал на вселяющего ужас мужчину в чёрном, ещё не понимая, что того сдерживают лишь благородные побуждения. Шо ещё не понимал, что получи он травмы и ранения, ему не удастся никого в этом обвинить. В самом деле, не скажет же он в полиции: «Я подкараулил Могами Кёко у школы, потому что хотел сказать ей, чтобы она не выделывалась перед мужиками, но пришёл её парень и накостылял мне», ведь на следующий день вся Япония будет знать о его неприглядном прошлом. Но даже если не вдаваться в подробности, в розыск этого парня всё равно не объявишь. Мало ли в Японии отморозков, которых на вид не отличить от него? Тем более Каин Хилл был в капюшоне, а за чёрными волосами была не видна часть его лица. Но Шотаро никогда не отличался особым умом, к тому же для него было важнее попытаться сохранить свою гордость. Он замахнулся для подлого удара в спину, прицеливаясь в основание шеи, но фигура стремительно развернулась и поймала его кулак. Блондин оцепенел. Такая реакция… Невозможно! Хилл сжал кулак, повредив один из пальцев Шо. Резкое движение, и рука Шо вывернута назад. Ещё мгновение, и Шо получил бы перелом, но вмешалась напуганная подобным развитием событий Кёко. - Не надо! Пойдём! Хватит с него. Сильную руку Хилла обхватила тонкая ручка девушки. Мужчина замешкался. В это время из машины выбежал водитель Шотаро, и, дабы не усугублять положение, потасовку пришлось закончить. Зелёный от злости Шо перевёл свой испепеляющий взгляд с Хилла на Кёко. - Увиваешься за мужиками? Забыла для чего пришла в шоу-бизнес? Ты просто бесстыдная… Не давая ему закончить, Хилл метнулся к певцу, но водитель преградил ему дорогу. - Спокойно. Мы уже уходим. Сюда, Шо-сан. Почувствовав, что если он не сядет в машину сию секунду, Каин убьёт и его, и водителя, Шотаро поспешно скрылся, одарив актёров злобным взглядом уже из окна. Кёко с беспокойством взглянула на семпая. Тот, всё ещё окутанный аурой убийцы и явно не довольный таким неудачным финалом (а удачный финал для него был бы, если бы Шотаро был мёртв), молча подтолкнул девушку к машине и стремительно сел за руль сам. Машина резко тронулась с места. Спустя минуту Кёко неуверенно подала голос: - Рен, ты в порядке? Семпай удивлённо взглянул на неё. - Это я у тебя должен спросить. Прости, что тебе пришлось пережить всё это. - Если бы не ты, он затащил бы меня к себе в машину и заставил выслушивать его претензии ко мне. Как будто мне больше делать нечего! Спасибо тебе. - Думаю, теперь он не скоро решится на разговоры с тобой. Но если это произойдёт – тут же дай мне знать. Так легко он больше не отделается. - Хорошо. Наверное, можно сбавить скорость, раз всё в порядке? Мужчина успел немного успокоиться и поэтому поехал медленнее. Он искоса поглядывал на девушку, которая, нахмурившись, уставилась в одну точку. - Ты переживаешь из-за того, что он сказал? Кёко встрепенулась. - Нет, не то что бы… Это ведь очередной способ унизить меня, и мне нет дела до его воспалённого самолюбия. Но я хотела спросить, ты считаешь так же? Только честно. Рен вздохнул. - Думаю, даже он на самом деле так не считает. Ты и сама понимаешь - ему просто хотелось тебя задеть, ведь он подумал, что я твой молодой человек, а это удар по его самолюбию. Он как ребёнок не может привыкнуть к тому, что ты больше не его собственность, что ты, оказывается, живёшь своей, как мне кажется, вполне счастливой и насыщенной жизнью. Ему нужно, чтобы он для кого-то был самым лучшим в жизни, за столько лет он привык к тому, что именно ты удовлетворяла эту его потребность. Это его циничное отношение меня и раздражает. Если бы он испытывал к тебе какие-то чувства, а не преследовал свои цели, то я бы не позволил себе так резко реагировать. Я тоже хочу задать тебе вопрос, только задумайся над ним. Ты ещё испытываешь к нему какие-то чувства? Как можно испытывать к этому наглому самовлюблённому болвану какие-то чувства?! Но Тсуруга-сан просил всерьёз задуматься над этим, так что Кёко попыталась найти хотя бы кусочек былой влюблённости или хотя бы привязанности к Шотаро, не понимая, что с каждой секундой её раздумий волнение внутри Рена растёт в геометрической прогрессии. - Нет. Определённо нет. Мне только жаль, что я потратила на него свою юность и что могла бы потратить всю жизнь. Раньше я не замечала, какой он… Рену понравился ответ, но внешне он не показывал своё облегчение. - Хорошо. Но ты всё ещё очень юна, Кёко, не нужно из-за этого переживать. В твоём возрасте жизнь только начинается. Она доверчиво взглянула на него и с забавной серьёзностью кивнула. - И я надеюсь, что твои цели в шоу-бизнесе действительно изменились. - Да! – поспешила уверить его она. - Так ты не считаешь, что я легкомысленная и увиваюсь за мужчинами? - Конечно же нет, Кёко. Ещё вчера я дал тебе исчерпывающий ответ на этот вопрос. Она улыбнулась. Неужели это всё, что ей понадобилось для успокоения? Обычно встречи с Шо выводят её из равновесия как минимум на пару часов, а то и дней. С чего бы Кёко наконец стала равнодушна к нему? - Куда мы едем? - Мне вернут человеческий облик, и мы поедем домой. - Ясно. Рен улыбнулся. Всё-таки она однозначно испытывает к нему как минимум симпатию. Поэтому для неё важно, что он не считает её легкомысленной, а мнение Шотаро ей до лампочки. - Как дела в школе? Кёко принялась увлечённо рассказывать про то, что им сегодня рассказывали на лекциях, а тем временем машина уносила девушку и её мысли всё дальше и дальше от Шо. Рен довольно улыбался. Теперь ей никуда не деться. Он не даст ей сбежать от своих чувств.