Сквозь преграды на крыльях

Гроттер неуверенно открыла глаза, опасаясь увидеть что-то ужасное, а ещё хуже - осознать, что она уже давно мертва, а сейчас просто призраком отделяется от своего тела, но реальность оказалась куда более приятной и радужной. На самом деле Таня находилась на песке, а вокруг столпилась драконбольная команда. Правда, на губах Соловья гуляла какая-то немного странная улыбка, словно он обрадовался было чему-то, а после вдруг резко окончательно потерял надежду. Но единственное, что толком смогла отметить Таня, так это то, что тёмные наоборот подошли поближе и смотрели на неё немного обеспокоенно, а вот ни Ягун, ни Лоткова даже не вздумали приблизиться, словно Гроттер была им совершенно не важна. Единственным человеком, чья реакция Таню не особо удивила, оказался Бейбарсов - рыжеволосая и вправду ожидала того, что он будет беспокоиться. В конце концов, некромаг вроде бы что-то к ней чувствовал - Таня раньше упорно не радовало это, но сейчас встретить хотя бы одного не изменившегося человека показалось просто-таки подарком. - Ты как себя чувствуешь? - спросил он, склоняясь над Гроттер. - Встать можешь? Гроттер неуверенно пожала плечами, а после, приняв-таки помощь со стороны Бейбарсова и взяв его за руку, с трудом поднялась, пошатываясь и чувствуя, что вот-вот упадёт. Впрочем, Глеб, к счастью, бросать её не собирался, осторожно поддерживая за талию. Рыжеволосая чувствовала себя немного неуютно и толком не понимала, какова причина подобного пристального внимания со стороны Глеба, но всё же было приятно, что хотя бы кто-то нормально к ней относится. А вот Ягун почему-то отступил на шаг, недовольно покосившись на Таню. - Отведи её куда-то, - кинул через плечо Соловей. - Можешь - в магпункт, лучше - прямо в могилу. Таня удивлённо подняла глаза на тренера, но некромаг, беспардонно подхватив девушку на руки, уже зашагал в сторону Тибидохса, пожалуй, едва сдерживаясь, чтобы не использовать какие-то заклинания. Гроттер же даже шевельнуться опасалась, чувствуя, что вот-вот потеряет опять сознания. - А куда ты меня несёшь? - спустя несколько минут, уже почти привыкнув к тому, что помогает ей не Иван, а именно Бейбарсов, поинтересовалась Гроттер. - Магпункт же в другой стороне! - Ты чего, какой магпункт? - удивился Глеб. - Ягге, конечно, врач, но не побоится подсыпать тебе какой-то очередной яд в еду только ради того, чтобы больше не встречаться с наследницей Чумы! Они ведь только говорят, что ничего не знают, но на самом деле догадываются ведь. Таня лишь удивлённо посмотрела на некромага. - И эти тоже... - уже тише пробормотала себе под нос она. - Могли бы помочь! И вообще, почему именно ты меня тащишь? У меня что, друзей нет? - Прекрати. Кто тебя должен был тащить, Ритка что ли? - язвительно поинтересовался Бейбарсов, ногой открывая дверь в свою комнату и укладывая Таню на свою кровать. - Или надо было ждать, пока Склепова придёт ей помочь? Таня, не дури, мы, в конце концов, давно уже вместе, а ты опять начинаешь сопротивляться и делать вид, что мы чужие люди. Гроттер лишь недовольно фыркнула, посмотрев на Глеба. Она никак не могла даже допустить мысли о том, что их связывает или будет когда-то связывать нечто большее драконбола и учёбы на одном курсе. - А при чём здесь Ритка? - попытавшись подняться, но после решив, что лучше остаться в горизонтальном положении, поинтересовалась рыжеволосая. - А кто твой друг, а, малышка? - язвительно поинтересовался Глеб. - Не Валенок же с Ягуном, в конце концов! Впрочем, их-то ты как раз терпеть не можешь. При этом, абсолютно наплевав на тот факт, что девушка не особо-то и радуется его действиям, Бейбарсов прилёг рядом на кровать – ну, его же мебель, как иначе! – да ещё и нагло обнял Таню за талию и поцеловал в щёку, словно так и должно было быть. Гроттер дёрнулась, недовольно фыркнула, но при этом вырваться не сумела – она вообще едва шевелилась после травмы. - Лучше расскажи, что со мной произошло на драконбольном поле, - попросила спустя несколько минут Таня, опасаясь, что сейчас всплывёт ещё какая-то крайне нежелательная подробность из её личной жизни, от которой Гроттер ещё больше будет краснеть да страдать. - Оно тебе надо? – поинтересовался Глеб. – Ты как себя вообще чувствуешь? - Нормально, как ни странно, - пожала плечами рыжеволосая. – Немного покруживается голова, но вообще-то всё относительно в порядке. Но ты обязан сказать, что случилось! - Да ты летала, направлялась уже к дракону, а потом вдруг вскрикнула и сиганула вниз, - пожал плечами Бейбарсов. – Я уж думал, что живой до земли не долетишь, но страховка, к счастью, сработала. Пока ты без сознания была, Разбойник всё клялся, что выбросит тебя из драконбола к чёртовой бабушке – будто бы ты так за эту игру держишься, что прямо жить без неё не можешь. Таня хотела было согласиться с тем, что и вправду не может без неё жить, но вдруг осознала, что Бейбарсов говорит совершенно серьёзно. Да и вообще, складывалось такое впечатление, словно здесь существовала совершенно иная Гроттер, какая-то… - Ты явно сильно ударилась головой, - тем временем хмыкнул Глеб. – Будто бы светлой стала, честное слово! "Будто бы светлой стала?" – удивлённо переспросила сама у себя Гроттер, с ужасом осознав, что что-то явно пошло не так. - А какая я должна быть? – шепотом поинтересовалась она. - Как это – какая? – Бейбарсов явно никак не мог понять, что именно произошло с его девушкой. – Ты – могущественный тёмный маг, наследница, между прочим, Чумы – кстати, надо будет наведаться к ней, - а сейчас спрашиваешь, какая должна быть. Таня, да что с тобой произошло? Глеб выглядел весьма настороженным, словно толком понять не мог, что именно случилось с Таней и какова причина подобного её поведения. И вправду, Гроттер и сама толком никак не могла понять, что именно она делает, но от этого легче не становилось. Вздохнув, Гроттер прикрыла глаза и попыталась вытащить из головы хотя бы одно воспоминание. К её удивлению, драконбольная тренировка в нормальном её мире казалась весьма размытой, а перед глазами всплывали ещё какие-то картины, будто бы она дважды прожила одну и ту же жизнь. Таня видела и то, как выпускает красные искры, как разговаривает, - мирно, по собственному желанию разговаривает, - с Чумой-дель-Торт, как ругается со светлыми и выслушивает нотации от учителей с презрительной улыбкой на губах. Гроттер стало страшно. Она толком не понимала, куда именно попала, но, судя по всему, отношение к ней не изменилось разве что у Бейбарсова – да и то, перед глазами пару раз всплывали картины их общения и… Поцелуев? Тане хотелось выть и кричать, сбежать отсюда, больше никогда и никого не видеть, но не имела такой возможности. - Мне плохо, - пробормотала она. – Мне надо к Ягге. - Таня, я понимаю, но это слишком опасно. Ты же знаешь, - Бейбарсов вздохнул. – Они тебя слишком ненавидят, чтобы оказывать квалифицированную медицинскую помощь. Особенно это касается светлых – да Сарданапал скорее переступит через себя и попросит Ягге подмешать тебе какой-нибудь яд. А она долго ругаться не будет – это же ты чуть не прокляла её внука. Таня удивлённо посмотрела на Бейбарсова. Она – чуть не прокляла Ягуна? Да что вообще происходит в этот ненормальном мире? Почему Глеб рассказывает ей такую ерунду? Почему-то вдруг вспомнились слова Соловья, что лучше бы Бейбарсов отнёс её в могилу, странный взгляд и отстранённость со стороны Ягуна и Лотковой, отсутствие Валялкина на трибунах… А вдруг Глеб и вправду говорит то, что происходит на самом деле? - Слушай, а ты не знаешь, как переводится слово Dissolvantur? – спросила Гроттер, вспоминая о том, какое именно заклинание она использовала, пытаясь спасти собственную жизнь. - Откуда ты вытащила эту гадость? – удивился Бейбарсов. – Раствориться означает, но вообще-то используется как заклинание перехода. Или творения? Впрочем, я не помню точно… Гроттер растерянно кивнула. Становилось ещё хуже – судя по всему, она действительно попала в какой-то иной мир. Хотелось рыдать – или хотя бы пожаловаться кому-то на плохую жизнь, но рядом был только Бейбарсов. К тому же, раньше она могла доверять преподавателям, а теперь, судя по всему, такого шанса не имела. - И что, меня все-все ненавидят? – тихо спросила она. - Таня… - Бейбарсов как-то грустно посмотрел на неё. – Ну, как минимум я тебя люблю. А Склепова с Риткой только говорят, что ты их раздражаешь, ты же знаешь. И Ленка. Было бы у Жанны больше разума – может, ты бы и с ней нормально общалась. Слушай, зачем ты спрашиваешь у меня такую ерунду? - Почему это ерунду? - Потому что это всем известно, - пожал плечами Глеб. - У меня травма, - отрицательно замотала головой Гроттер. – Я даже подняться не могу, потому что голова кружится. - Всё будет хорошо, - прошептал Глеб на ухо девушке. – А про ненависть – да забудь ты про них. Кто такой Сарданапал с отарой преподавателей? Никто. По крайней мере, для тебя – никто. Ещё несколько месяцев, мы закончим Тибидохс, и уедем отсюда, как и собиралась. Или ты изменила решение? Гроттер ответить не успела – она вообще ничего не сказала, почувствовав, как Бейбарсов с нежностью прильнул к её губам, притягивая девушку к себе. В памяти что-то мелькало – но для Тани на самом деле это был и вправду первый поцелуй с некромагом. Первым осознанным желанием было вырваться – до этого Гроттер неосознанно всё же ответила на поцелуй, прижавшись к Бейбарсову. Рыжеволосая, собственно говоря, даже дёрнулась уже, но после вдруг вспомнила, что Глеб – единственный, кто есть у неё здесь. Об этом смутно говорили какие-то странные картины и изображения. От горя хотелось плакать – но в объятиях Бейбарсова было куда спокойнее, чем, скажем, в магпункте, где пришлось бы в страхе ожидать того мгновения, когда любимая Ягге её отравит, а милый добрый маечник попытается спасти от неё своих зверушек. Таня не понимала, как такое могло случиться, да и вообще, что вообще с нею происходит, не имела никакой возможности разобраться с тем, что именно происходит, не имела возможности спокойно жить здесь, но… Было больно. И плохо. Даже слишком. - Голова кружится? – поинтересовался в который раз Глеб. - Нет, уже всё в полном порядке, - отрицательно покачала головой Гроттер, пытаясь убедить некромага в том, что чувствует себя действительно хорошо. На самом деле она толком не понимала, что же делать дальше, как же нормально существовать со всем тем, что с нею происходит, но толком разобраться со своими проблемами возможности не имела. Таня вообще не понимала, куда она попала, но почему-то поймала себя на мысли, что Бейбарсов, ссылаясь на травму, хоть что-то ей расскажет – а от прежних друзей это всё может завершиться одной лишь искрой в лоб и сильным ударом в спину. Нет, в спину они не ударят. - Отнести тебя к себе, или попытаешься здесь задремать? – поинтересовался Глеб. - Попытаюсь здесь, - покачала головой Таня. Оставалось надеяться лишь на то, что у Бейбарсова нет ничего плохого на уме…