Команда Неудачников

Удирая от училки математики, Чанёль и его друг заявились на тренировку самыми первыми. Минут через двадцать в раздевалку стали заваливаться и другие члены команды, и помещение моментально наполнилось радостными воплями «Ёлли!», «Чанни!», что без сомнения адресовалось одному и тому же человеку. – Капитан! – прогудел парень, тормознувший в проходе. – Гук, мой верный и самый лучший зам! – закричал в ответ Чанёль и бросился на заместителя, сгребая его в тесные объятия. – Я тоже тебе рад, – засмеялся Ёнгук. – Без тебя тут совсем тухляк. Про нового тренера слышал? – То, что монстр и кровопийца? – Зря смеешься. – Да ладно вам, – Чанёль хлопнул Гука по плечу и обернулся к команде. – Небось, расслабились за каникулы, а он вам тренировку сразу, нагрузку, да? И всё, заклеймили беднягу злодеем нации. – Не одну тренировку, – пробубнил кто-то сбоку, – по две в день, вообще-то. – Ну ладно, ладно, – примирительно отозвался капитан. – Согласен, он не дал вам вкатиться в тренировочный процесс, но это не повод обзывать его монстром. Я уверен, он не просто так пришел в команду. В этом году мы будем защищать свой чемпионский титул, нам нужен лучший тренер. Вы готовы к нескончаемой упорной работе? – Готовы! Южная Спортивная Школа всегда была флагманом молодежного хоккея в стране, и до определенного момента эта позиция даже не оспаривалась. Чего только стоят чемпионские кубки, занимающие львиную долю стеллажей в Зале Почета. Но, как известно, всему хорошему когда-нибудь приходит конец. Так и секция хоккея в Южной школе в одночасье выпустила последних чемпионов, попрощалась с титулованным тренером и осталась ни с чем. С горсткой третьесортных запасных и большим желанием вернуть былую мощь. Случилось это около десяти лет назад. С той поры не видела Школа ни чемпионских кубков, ни хотя бы мало-мальски приличных результатов. Ходили слухи, что хоккейная сборная проклята, ведь какого бы гениального тренера не нанимала администрация, сколько бы талантливых ребят не заманивала в стены школы, все одно – результата нет и перспектив тоже. Луч надежды забрезжил пару лет назад, когда ребята из среднего звена вдруг набрали небывалую форму и к концу сезона с боем выгрызли второе место в чемпионате. А уже в следующем году весь костяк той встряхнувшей школу команды перешел в старшее звено. От них ждали достойной игры, на них надеялись, но они опять все сделали по-своему. Просто вышли и в первом же матче разгромили признанных фаворитов. А потом и всех остальных, не оставив сомнения, что Южная Школа возродилась и больше свое лидерство никому не отдаст. Команда в составе практически одних первокурсников словно гигантским катком раскатывала соперников в лепешку, а их бесстрашный капитан, тоже на тот момент первокурсник Пак Чанёль, получил от своих фанатов прозвище Феникс. Неудивительно, что именно Феникс стал новым «лицом школы», украсив своей улыбкой и огромным золотым кубком плакаты в самых видных местах, например, на площади перед учебным корпусом. И кстати, этот парень был любимчиком не только местной публики, поговаривают, что билеты на первый матч сезона уже давно распроданы, а целый сектор выкупила женская школа Чжанми для некоего фан-клуба «Огонь Надежды». Догадываетесь, чьего? Тренировка началась с разминки под руководством второго тренера, работавшего с командой уже не первый сезон. Кстати, это он привел тогда еще средних ребят к историческому второму месту и прорыву, с которого начался взлет. И после не захотел оставлять парней и перешел с ними в новую возрастную категорию, но стал всего лишь вторым при главном тренере. В прошлом сезоне главный был поистине мировой, сколько он ребят гонял и своего добился. А потом ушел на заслуженный отдых, и все были уверены, что второй тренер займет его место. Но администрация школы решила иначе. По свистку команда собралась у бортика, и новый главный сразу перешел к делу. – Сегодня работаете в следующих тройках: седьмой, одиннадцатый и… – мужчина, маленький, худощавый и лысый сморчок с озлобленным взглядом, сверился с записями и чиркнул что-то, – и десятка. Следующее звено: пятерка… – Он за два дня нас ни разу по именам не называл, – шепнул Чанёлю вратарь, – все только номера, да номера. – Ну, конечно, вас разве всех упомнишь, – усмехнулся в ответ капитан. – Эй, ты! – вдруг рявкнул тренер. – Четверка! Чанёль удивленно ткнул в себя пальцем, а тренер нахмурился: – Очень весело? – Да, в общем-то, пока не очень, – улыбнулся тот. – Что? Дерзить будешь? Ты откуда взялся? – Из дома, – пожал плечами парень. – Я Пак Чанёль. – Да мне плевать, – взревел мужчина, на глазах превращаясь из заморыша в того самого монстра, о котором предупреждали капитана ребята. – Ты не знал, что тренировки начались два дня назад? – Знал, мне директор звонил. У меня были кое-какие дела, вот и задержался. – Ну, так иди, занимайся и дальше своими делами. – Да я уже освободился, – махнул рукой парень и улыбнулся, – теперь полностью в вашем распоряжении. – Серьезно? Да на фиг ты мне вообще сдался? – Ну, как это? – искренне удивился Чанёль. – Я лучший бомбардир прошлого сезона, а еще, – он ткнул пальцем в то место, где на груди красовалась латинская буква «С» – метка капитана, – я ж капитан, куда они без меня? – Ты пропустил четыре тренировки и думаешь, что я позволю тебе остаться капитаном? Шестерка! – крикнул тренер так, что второй тренер, стоявший рядом, схватился за ухо. – Я здесь, – откликнулся Ёнгук. – Ты теперь капитан. Но это еще ничего не означает, не вздумай расслабляться. Я за тобой слежу. – Да, тренер, – вновь отрапортовал бывший зам. – Хэй, – Чанёль подъёхал к Ёнгуку, когда инструктаж закончился, и приобнял его одной рукой за плечо, – я не в обиде, все нормально. – Думаешь? – повернулся к нему парень и убрал с себя руку. – А, по-моему, все лучше, чем нормально, – усмехнулся он. – Ведь я теперь капитан, а ты – неудачник. – Что-то я не понял? – Да куда уж тебе, – в конец обнаглел Ёнгук. За его спиной уже выстроилась стенка из нескольких приспешников новой власти, да и вокруг Чанёля подтянулся народ. – Гук, ты ненадолго тут капитан, не зазнавайся, – предупредил один из друзей Чанёля. – Раскрой глаза, – ответил тот, – или реально думаешь, что у этой зазвездившейся дылды еще остались шансы? – Гук, – негромко позвал Чанёль, – не веди себя как скотина. Команда не одобрит такое поведение. – Да, парень, – еще один игрок, тот самый друг Чанёля, с которым они вместе пришли на тренировку, остановился возле нового капитана. – Все-таки мы одна команда, – он панибратски положил руку на плечо и тут же получил незамедлительную реакцию Ёнгука, который со всей копившейся, видимо, давненько злостью оттолкнул парня. Хоккеист полетел на лёд, а Чанёль, с рёвом, – на Гука. Потасовка из десятка парней прекратилась, лишь когда в нее отчаянно влез второй тренер. Главный же наблюдал за всем с трибуны, а как только ребят растащили, дунул в свисток, и все головы моментально обратились к нему. – Четвертый, мать твою, на скамейку! Чанёль последний раз зыркнул в сторону Ёнгука и поплелся в указанном направлении, на ходу стирая кровь с разбитой губы. К его радости, Гук был раскрашен не меньше. – Знаешь что, четвертый, – обратился тренер, когда парень уже сидел на скамье запасных, – я ненавижу две вещи: хвастунов и драчунов. А ты – и то, и другое в одном флаконе. Будешь сидеть здесь, пока я не решу, что с тобой делать. – В игру меня выпустить, – буркнул надувшийся Чанёль. – Я не драчун, просто у меня агрессивная манера игры. И не хвастун уж точно. Просто я и, правда, лучший. – Заткнись, а? – попросил тренер и вновь дунул в свисток. – Эй! Десятый! Тебе клюшка мешает или голова тоже? Тройка! У тебя не коньки затупились, а мозги! Ну, куда ты прёшь?! Разуйте глаза, бестолочи! И шевелитесь-шевелитесь, очкозавры калеченные! Мимо Чанёля проехал такой же побитый друг и вопросительно кивнул бывшему капитану, а тот лишь развел руками, мол, что поделать, крепитесь, парни! – Дорогой, я вернулась! Входная дверь хлопнула, и в коридоре послышался цокот каблуков. – Ты сделал то, что я просила? – в гостиную заглянула молодая женщина. – Нет, некогда было, – не оборачиваясь ответил мужчина, увлеченно следящий за бейсбольным матчем в телевизоре. Зато обернулся парнишка с фиолетовой шевелюрой: – Здравствуйте. – О, Бэкхён, тоже здесь? Здравствуй-здравствуй, – добродушно прощебетала женщина, распахивая бежевое дизайнерское пальтишко. – Бэкхён, я оставила пакеты с продуктами в машине, ты не мог бы занести, – мило попросила она, разуваясь и кидая туфельки на шпильке куда-то в коридор. – Я столько накупила. – Вообще-то, мы заняты, – все так же не отрываясь от просмотра, мужчина потряс пультом. – Смотрите телевизор? – Анализируем игру! – Пф, я уверена, что это запись. – Тренер, я быстро, помогу и вернусь, – с готовностью вскочил Бэкхён. – Вы же сами знаете, сколько ваша жена всегда набирает в магазине, – улыбнулся он. – Ладно, давай только бегом, я пока перемотаю на тот момент, о котором говорил. Забрав из багажника четыре тяжеленных пакета, парень занес их на кухню и уже собирался вернуться в гостиную, но талию обвили две изящные ручки, увитые золотыми браслетами и кольцами, а томный голос прошептал в самое ухо: – Я так скучала, думала, ты уже и забыл про свою кошечку. Миссис Чхвэ вышла замуж в восемнадцать, и тогда ей казалось, что двадцативосьмилетний успешный бейсболист – наивыгоднейшая партия. Он имел хороший заработок, популярность, а главное – перспективы. Знала бы она, что типичная история профессиональных спортсменов коснется и ее мужа, ни за что бы не сказала «да». Как это часто и бывает, травма, несовместимая с дальнейшей карьерой, и переход из разряда спортсменов в тренерское дело поджидали бейсболиста Чхвэ уже в начале его четвертого десятка. В таком возрасте еще играть и играть, но, увы, уже не мужу госпожи Чхвэ. Тренеры тоже неплохо получают, думала она в тот момент, тем более, если устроиться в известную столичную команду. А там и карьерный рост не за горами. Но! Ее муж не такой как все, ему молодежь подавай. Заявил, что будет растить чемпионов с пеленок, и принял приглашение Южной Спортивной Школы. А жена распрощалась с мечтами о столичной жизни и вслед за мужем перебралась в маленький поселок, что в двадцати минутах ходьбы от главных школьных ворот. Ближайший город в пятидесяти километрах к северу, туда то госпожа Чхвэ и наведывается каждые три дня на шоппинг, спуская на бестолковые побрякушки и брендовые шмотки всю зарплату мужа, а также его надбавки за то, что все-таки взрастил чемпионов. Да, ту энергию и любовь, которую жаждала от него теперь уже тридцатилетняя жена, он целиком и без остатка отдавал своим воспитанникам, а они отвечали ему результатами. И только жена все корила себя за то, что в свои глупые восемнадцать повелась на упругую задницу и золотую карточку ненадолго популярного бейсболиста. – Ну что ты, киска, – Бэкхён развернулся, мягко отстраняя руки женщины. – Были каникулы, я уезжал. – Мур, – она прильнула носом к его щеке, – а я боялась, что ты нашел другую. – Ты у меня одна, – лукаво улыбнулся парень. – Но в гостиной твой муж, может мы не… – Котик, ты не расслышал? Я соскучилась! – она дерзко укусила его за нижнюю губу и прильнула поцелуем. – Эй, Бэкхён! – раздалось из комнаты. – Не потакай ей! Пусть сама свои сумки разбирает! – Мне надо идти, – резко отодвинулся парень. – Но мы же продолжим? – с надеждой спросила женщина и потянулась за очередным поцелуем. – Конечно, – Бэк остановил ее губы указательным пальцем, – в другой раз. – Муррр, – мурлыкнула довольная миссис Чхвэ и напоследок шлепнула уходящего парнишку по заднице. – Мальчики, – хозяйка дома вошла в гостиную и прервала бурное обсуждение наконец закончившегося матча, – ужин будет только через час, вы потерпите? – Да, мамочка, – захохотал тренер Чхвэ. – Сынок, – насмешливо произнес он, обнимая Бэкхёна, – ты потерпишь? – Ну, вообще-то мне в школу надо, – замялся парень. – Да ладно, какая школа? – тренер уже по-свойски трепал воспитанника. – Оставайся, мы тебя усыновим, – вдруг предложил он. – Наша мамочка не может сама родить, но она всегда мечтала о сынишке, таком вот милом мальчике как ты, – продолжал хохотать мужчина. – Я мечтала о дочке, – серьезно ответила миссис Чхвэ, – чтобы ты не смог отдать ее в свой дурацкий бейсбол. Она бы стала у меня певицей, – мечтательно закатила глаза женщина. – Я все же пойду, – Бэкхён, хихикая, поднялся с места, но был остановлен тренером. – Голодный? – В школе скоро ужин. – Мамочка, сделай нам быстренько что-нибудь перекусить, – попросил он. – Конечно, жду вас на кухне, – улыбнулась ему (или все же Бэкхёну?) жена и скрылась в коридоре. – Она тебя очень любит, – добродушно улыбнулся тренер, – как сына. – Может быть, – согласился Бэкхён, мысленно радуясь несмышлености тренера, который каким-то немыслимым чудом до сих пор не заметил далеко не материнской любви полные взгляды.