Hold Your Heart Into This Darkness

Описание: Как все начиналось: история Бэттери Сити.       Джерард понятия не имел, как долго он спал. Был без сознания. Без разницы. Достаточно долго, потому что он помнил, как трансляция Fact News перешла в обычную неоновую череду рекламных роликов Brand Land где-то между третьим виски и вторым Vice. «Зачем пытаться?» спрашивал его пресс-секретарь, впаривая что-то о BLI Лечении. Легальные колёса – неужели была разница? Уэи не могли позволить себе этого, не на зарплату Майки. Джерард потратил большую часть залога этого месяца, вот почему он застрял на информационных каналах.       Он застонал и перевернулся на диване, случайно вмазавшись лицом в пятно от слюней на подушке. Джерард решил, что лучше постараться встать прямо сейчас, чем позволить своей руке болтаться с дивана, чтобы потом познакомиться с поверхностью пола. Он должен был высвободиться из одеяла, а это значило, что Майки уже вернулся домой и укрыл его этой ночью. Однако он не выключил телевизор, что, вероятно, означает, что Джерард был пьян. BLTV был аудиовизульной пыткой для похмелья.       К тому времени как Джерард принял вертикальное положение (не рухнув на пол, счет 1:0 в его пользу) и пополз в ванную, он услышал скрип ящиков комода. Майки. Утро – будний день. Он остановился в дверях ванной, облокотившись о косяк, а Майки бросился в коридор. Он все еще застегивал белую рабочую рубашку, бормоча себе под нос. Он задержался у дверей гостиной, очевидно, замечая пустующий диван, а потом обернулся.       – Ты проснулся, – произнес он.       – Ага, – ответил Джерард, морщась от слишком громкой хрипоты, с которой прозвучал его голос. Майки молча направился на кухню, и Джерард последовал за ним, рухнув на стул и прижавшись щекой к прохладной пластиковой столешнице. Он положил руку на голову, пока Майки гремел дверцами шкафчиков. Все стихло, и кухню заполнил аромат горячего кофе. Джерард не открывал глаза, пока кружка не оказалась на столе рядом с его головой.       – Кофе, – тихо сказал Майки. Джерард поднял голову и взял кружку, обхватив ее ладонями на мгновение, словно впитывая тепло, прежде чем сделать мелкий глоток. – Не забудь, – продолжил Майки, – у тебя назначен приём к врачу компании сегодня.       Джерард промолчал.       – Ты обещал, Джи.       – Дерьмо, – пробормотал Джерард, – я… да, я знаю.       Он угрюмо уставился на темную поверхность своего кофе. Немного виски в нем бы не помешало, размышлял он. Где-то в его комнате был пакетик Zoner или Timewarp (запрещённые препараты, – прим.пер.), он мог бы сделать это там, и… Со стороны раковины послышался глухой звук и грустное бульканье. Джерард поднял взгляд – слишком быстро, черт, боль в голове – и увидел Майки, держащего две бутылки за горлышки и мрачно выливающего содержимое в раковину.       – Блять, Майки, какого черта?       Майки выбросил пустые бутылки в раковину.       – Тебе пора идти, – он натянул лямку своей сумки через плечо и направился к двери, остановившись перед Джерардом и нежно похлопав его по щеке.       – Я люблю тебя, Джи, – добавил он мягко.       Джерард заметил, что сжимает кружку мертвой хваткой, и поставил ее на стол. Он спрятал лицо в ладонях. Блять.       – Я тоже тебя люблю, – пробормотал он, но входная дверь уже захлопнулась.       В конце концов, Джерард вернулся в гостиную, раздраженно выключая телевизор, который уже транслировал главные новости дня.       – Отсутствие новостей – само по себе хорошая новость, – пробормотал он, плюхнувшись на диван. Солнце становилось ярче. Он бы просто переспал свое похмелье, а потом…       Не успел он завершить эту мысль, как где-то раздался звонок. Джерард потянулся всеми четырьмя из своих конечностей в направлении кофейного столика, пока что-то металлическое не упало на пол с сердитым лязганьем. Старинный будильник Майки. Майки, который никогда не скажет своему старшему брату, что делать, несмотря на то, что он был единственным, кто связывал их.       На этот раз Джерард еле успел принять вертикальное положение, прежде чем он вырвал через диван. Там было ведро. Это Майки, естественно. Джерард сидел там мгновение, поставив предплечья на бедра, потея, глотая желчь и думая, как он умудряется все портить. Это не было чем-то новым. Но сегодня – сегодня было иначе. Луч солнца пробрался сквозь занавески и ударил ему в глаза. Джерард сплюнул в ведро и заставил себя подняться на ноги. Чертов психиатр, блять.       Джерард завернулся в старую крысиную куртку и позволил себе выйти через дверь, предпочитая пожарную лестницу лифту. Он страдал клаустрофобией сегодня, ему казалось, что даже его собственная кожа была слишком тесной. Когда Джерард вышел на улицу, он натянул солнечные очки и направился в центр города. Их квартира не была полной дырой, это было просто потертое малоэтажное здание в недорогой части города. Майки каждый день шел в центр города к Башням Бэттери, сияющему высотному комплексу, маячащим над центром.       Чертова Корпорация Better Living. Где окраины были серыми и бежевыми, темными и мягкими, а непосредственно радиус штаб-квартиры компании был агрессивным черным и стерильно-белым. Из-за ослепительно-светящего солнца и ярко-зеленой травы в уголках глаз Джерарда собирались слезы. Он засомневался у поворота к зданию с низким фундаментом, где располагалась лаборатория робототехники. Джерард бывал здесь, когда охрана не была такой сильной. Он мог бы вытащить Майки на обед (брат почти не ел последние несколько дней, и к черту, если он думает, что Джерард не заметил) и, может быть, увидеть того парня, Рэя, о котором Майки говорил пару раз. Но нет. Он ведь обещал. Джерард повернулся и прошел через сверкающие стеклянные двери Башни А – Башни Эйнджел.       Секретарь была такой же гладкой и отполированной, как ее стойка, а ее улыбка была просто приклеена к лицу, когда она указывала Джерарду правильное направление. Она даже не моргнула, увидев его потертые штаны и куртку и немытые волосы.       «Она наверняка под чем-то, – подумал Джерард и фыркнул, – таких легко вычислить».       Стены лифта были зеркальные, и бесконечная прогрессия маленьких Джерардов глядела на него, пока он поднимался на десятый этаж. Он вывалился во второй вестибюль, замерев и уставившись на несколько разных дверей в зоне ожидания. Одна из них открылась.       – Джерард Уэй? – вышла другая женщина, такая же гладкая и отполированная. – Стойка регистрации проинформировала меня. Проходите, пожалуйста. Я доктор Слэйд.       Джерард проследовал за ней в офис, который был обит белым и стальным. Он был стерильный и легко забывающийся. Такой же была и доктор. Ее лицо, волосы, одежда, абсолютно все – было средним. Она продекорировала стену за своим столом былыми и черными проекциями – затейливыми узорами, которые мерцали и двигались. Они причиняли немного боли его глазам, но он не мог перевести взгляд. Джерард сфокусировался на одном из них точно за ее левым плечом, пока она говорила.       – Корпорация Better Living является другом для всех своих сотрудников, Джерард, – ее голос был успокаивающим, профессиональным. – Ваш брат обратился к нам за вас, чтобы вы получили лечение, и мы рады, что вы присоединились к нам.       В этом кабинете было холодно; Джерард немного помнил из Прошлого, но он знал, что однажды, когда он был ребенком, была… зима. Снег. Белоснежные, как эти стены, сверкающие груды порошка…       – Наркотики, Джерард. Майки Уэй говорит нам, ты губишь себя. Мы поможем тебе, Джерард, если ты нам позволишь. Позволь нам сделать тебя… лучше… – проекции сверкали. Джерард позволил глазам расфокусироваться, и они начали крутиться, вращаться, мягкий сливочный голос продолжал неуклонно говорить вокруг. – Потому что нам не все равно… мы поможем… если вы поможете нам. У меня есть всего несколько вопросов… просто слушайте… Слушайте и отвечайте…       Джерард моргнул.       Кабинет был залит косыми лучами заходящего солнца. Он почувствовал головокружение. Как долго он был в отключке? Доктор не вела себя так, словно случилось что-то из ряда вон выходящее, просто приглаживая рукой свои уже гладкие волосы и доставая из ящика стола маленькую пластиковую бутылку, мягко улыбаясь.       – Спасибо за ответы, Джерард.       Какие ответы? Он раздраженно помотал головой, но она продолжала говорить.       – Это новейший режим лечения Корпорации Better Living. Он все еще в ограниченном выпуске в нашей фокус-группе, но я думаю, что вы идеальный кандидат, – Доктор Слэйд нацарапала что-то на маленькой белой карте, – и конечно, еженедельные занятия со мной до поры до времени.       Она протянула бутылочку и карточку.       Джерард уставился на протянутую руку. «Майки хочет этого», – сказал голос в его голове. Его собственная рука потянулась, чтобы взять их; он узнал эту руку и драный рукав. Маленькая бутылочка в его ладони не имела веса. Внутри нее что-то гремело.       – Спасибо, – прошептал Джерард.       – Пожалуйста, Джерард. Хорошего дня, – снова улыбнулась доктор Слэйд, безлично, и вернула свое внимание на стойку.       Раздвижные стеклянные двери вестибюля сказали то же самое: «Хорошего дня», – большими электронными буквами. Джерард направился домой, опустив взгляд в пол. Его голова все еще болела, неясно, словно утреннее похмелье распространилось по всему его телу. Джерард остановился на углу супермаркета BLI, чтобы купить бутылку воды. Цены снова возросли; он смутно вспомнил какие-то новости о проблемах на очистном сооружении. Он был полностью обессилен, пока добрался до квартиры. Спотыкаясь по коридору в свою комнату, Джерард нащупал несколько таблеток обезболивающего и после минутного сомнения выпил одну из новых таблеток, запив их половиной бутылки воды.       Он лег в постель, прямо в куртке и обуви. *       Когда Джерард проснулся, Майки сидел в ногах кровати, скрестив ноги, наблюдая за тем, как он спит.       – Это немного жутко, – прохрипел Джерард.       – Ты был в отключке почти двадцать часов, мудак. Я отпросился с работы, чтобы смотреть за тобой.       Майки облокотился о спинку кровати, почесывая затылок. Джерард скривился и перевернулся, дотягиваясь до бутылки воды. Его рука задела бутылочку с лекарствами BLI, и после минутных раздумий он запил одну таблетку оставшейся водой. Майки смотрел на него.       – Ты был у врача, – сказал он тихо.       Джерарду хватило услышать этот тон, чтобы понять, насколько на самом деле Майки был обеспокоен.       – Был, – ответил Джерард.       – Как ты себя чувствуешь? – невыразительный голос Майки, неким образом, был полон мучительной надежды.       – Устал, – зевнул Джерард, прикрывая рукой рот, поднимая ее, чтобы закрыть глаза. Темнота была всем, что ему было нужно, он снова заснул.       Пока он засыпал, ему показалось, что он слышал, как Майки произнес: «Я тоже». *       Было темно, когда Джерард пришел в сознание, но он немедленно проснулся. Он не помнил, когда в последний раз был таким проснувшимся – или таким трезвым. Ну. Довольно давно. Быстрый взгляд на время – было раннее утро. Джерард на мгновение уставился широко раскрытыми глазами в потолок и затем вывалился из кровати. Он слышал, что Майки был в душе, так что он спустился на кухню и начал варить кофе.       Майки вошел медленно, наблюдая за братом, словно тот мог его укусить.       – Ты проснулся, – сказал он, – это кофе?       Джерард протянул ему кружку, и Майки сделал несколько мелких глотков.       – Ты в порядке?       Обычно этот подавленный, полный сомнения тон злил Джерарда. Но сегодня он ничего не чувствовал. Спокойствие.       – В полном. Наверное, я пойду в магазин сегодня. У нас достаточно денег?       Майки молча повернулся к своей сумке и начал шариться в ней, пока не нашел свой бумажник, передав несколько мятых банкнот.       – Нам нужно больше зерновой каши, – сказал он осторожно.       Поездка за продуктами могла исчерпать силы Джерарда на несколько дней вперед; все эти сурово-черные и белые вывески BLI, банки и коробки, марширующие в вечно ровных рядах. Но по возвращению домой, держа в руках столько съестного, сколько могли покрыть деньги, Джерард в мгновение окинул взглядом квартиру, встряхнулся и пошел принимать душ.       Майки вел себя тихо этой ночью, в тишине роясь в шкафчиках, прежде чем налить себе каши в миску и пойти с ней в гостиную, чтобы съесть все перед рулонами с чертежами.       – Хочешь найти какую-нибудь программу посмотреть? – с надеждой в голосе спросил Уэй младший. Они пересматривали всю кинохронику развлекательных каналов BLI десятки, может быть, сотни раз. Раньше Джерард находил какой-нибудь старый фильм, выключал звук и составлял свои собственные диалоги за героев, читая их для Майки, но сегодня вечером… Сегодня вечером он чувствовал, что ничего не могло развеселить его.       Майки нахмурился, когда Джерард отказался, и так Джерард остался за столом один, твердя себе, что он должен чувствовать раздражение. Но раздражения не было. Во вторую ночь было не менее неловко, когда Майки раздраженно переключил канал, не спросив в первую очередь мнения Джерарда. Последний рисовал маленькие геометрические узоры на полях газеты, принесенной Майки, не обращая внимания на заголовок баннера о том, что BLI захватила какую-то маленькую радиосеть.       В третью ночь (вечер пятницы, напомнил себе Джерард, ибо это было легко забыть) Майки наблюдал за тем, как он принимал свою ежедневную дозу таблеток, и спросил с сомнением:       – Ты на самом деле в порядке?       – Я в порядке, – ответил Джерард.       – Нет… ломки, ничего?       – Нет, реально, нет.       – Выглядит ужасно… легко. Ты не задумывался об этом?       – Майки, – Джерард опустил газету, сел и посмотрел на брата, – этот доктор, эта программа лечения – это твоя идея.       – Я знаю, – ответил Майки, и уголки его губ опустились.       «И это гигантское чертово облегчение – не чувствовать ничего подобного», – думал Джерард позже, осторожно подбрасывая маленькую пластиковую бутылочку на ладони. Но его младший братец улыбнулся, когда он сказал, что на следующий вечер пойдет с ним на корпоратив. Сделать Майки счастливым – это того стоит. *