Revenge

Такова природа человека. Большую часть собственных эмоций он заменяет страхом.

Следующий день у Дженсена не задался с самого утра. Еще не уехавший в Луизиану Джош все пытался вывести его на разговор, который они так и не закончили накануне вечером. Алан снова начал лекцию о том, что Дженсену просто необходимо записаться в баскетбольную команду, а Донна, как обычно, порхала между ними в попытках усмирить еще не начавшийся конфликт. В итоге, все закончилось тем, что Дженсен, с силой хлопнув дверью, поехал в школу, даже не выпив кофе. Стоило ему только подъехать и припарковать свою машину, как к нему сразу же прицепился Мюррей. Тот стоял один, держа руки в карманах, опершись о капот своего ниссана и от скуки выдувая шары из жвачки. Видимо, ему было уж очень скучно, что он не нашел более веселого занятия, чем доставать Дженсена. - Эй, Эклз! Где подружек потерял? Не страшно одному ходить? Дженсен повернулся к нему, сделал шаг навстречу и ответил: - А ты почему это без своих дружков? Отбился от своры? - Охуел? Ты кого сворой назвал, урод? – вскипел Чад и выплюнул жвачку прямо под ноги Эклзу. - Тебя и твою команду, - спокойно ответил Дженсен. Настроение с утра у него было и так хуже некуда, так что перепалка с Мюрреем уже ничего не испортит. – Вы разве не везде шляетесь толпой? - Ну ты и сука, Эклз, - сквозь зубы процедил Мюррей. - Сам ведь нарываешься на то, чтобы тебе надрали зад, а потом жаловаться будешь, что тебе спокойно жить не дают! - Да ладно? Считаешь, что ты охуенно сильный и непобедимый? Ну давай, нападай, - Дженсен сжал кулаки и приготовился к защите. Драка так драка. Хуже уже точно не будет. Мюррей оттолкнулся от машины и сделал шаг к Эклзу, а тот и не думал отступать. Но только он принял боевую стойку и был готов нанести первый удар, как был остановлен. Непонятно откуда появившийся Падалеки перехватил руку друга, зависшую в воздухе. - Чад! Что, блять, здесь происходит? Ты давно не был в кабинете у Феррис? – почти прокричал Джаред Чаду, но смотря на Дженсена, который так и стоял напротив нападавшего. - Джа, он первый начал! – по-детски протянул Мюррей, опуская руку. – Прикинь, он нас собачей сворой назвал! - Во-первых, про собак я ничего не говорил, - вступил Эклз с насмешливым тоном, глядя не столько на Чада, сколько на Джареда. – А во-вторых, что ж ты сразу жалуешься-то? А еще меня сукой называешь. - Блять, Джаред, ну он ведь сам нарывается, видишь? – снова завелся Мюррей, заливаясь багровой краской. - Чад, иди к нашим, - похлопал Падалеки друга по спине. - Там ребята в раздевалке обсуждают игру в следующую пятницу, я сейчас подойду. - Ты с этим останешься, что ли? – Чад презрительно указал взглядом на Дженсена. - А, дошло! Чувак, ты разберешься с ним вместо меня! - Разберусь, разберусь, - ответил Джаред. - Иди уже. Мюррей победно усмехнулся Дженсену и, насвистывая какую-то незатейливую мелодию, пошел в сторону школы. - Ну и что это было? – обратился Падалеки к Эклзу и скрестил руки на груди. - Тебе-то какое дело, Падалеки? – устало ответил Дженсен. У него вновь разболелась голова из-за этого конфликта. Нужно будет обязательно рассказать об этом доктору Моргану, может, какие-нибудь таблетки выпишет. - Да в принципе никакого, - фыркнул Джаред. - Просто если бы тебя отметелил Чад, а он бы это сделал, не сомневайся, его бы наказали и, возможно, даже не пустили бы на игру, а он – наш лучший форвард. И потом, ты же вроде как помогать мне должен… Вот я и беспокоюсь, вдруг тебе мозги отобьют, кто же будет тянуть меня к экзамену? - Я могу сам постоять за себя, - Дженсен и сам не узнавал свой голос, настолько он был полон решительности. - И в твоей защите я не нуждаюсь. На счет моих мозгов тоже не беспокойся, если я пообещал подготовить тебя к экзамену, я это сделаю. - Ну ладно, - буркнул Падалеки. - Я как лучше хотел… Дженсен внимательно посмотрел на Джареда. Парень, стоящий перед ним, был совсем не похож на того зарвавшегося капитана «Титанов». Сейчас он был обычным школьником, который хотел помочь, но его помощь отвергли, причем в грубой форме. Он нахмурился, сморщив лоб, и было видно, что где-то в душе он обиделся на Дженсена. - Ладно, - смягчил тон Дженсен. - Извини. Просто я действительно не хочу, чтобы кто-то меня защищал. - Как хочешь, дело твое, - ответил Падалеки. - Давай лучше договоримся насчет занятий, пока у меня есть время. Дженсен хмыкнул и улыбнулся. Какая все-таки формулировка! «Пока у него есть время». - Давай сегодня после уроков. Можно в библиотеке посидеть… - Нет! – воскликнул Падалеки и, увидев удивленное лицо Дженсена, добавил более спокойным тоном. - Давай лучше не в школе. - Ну да, конечно, - догадался Эклз. - Никто ведь не должен знать. - У меня или у тебя? Дженсен вспомнил вчерашнее выступление отца и Джоша и решил, что к себе он приглашать Падалеки точно не станет. Не хватало ему еще разговоров и об этом. - Лучше у тебя. - Окей, тогда сделаем так, - Джаред украдкой оглянулся по сторонам и продолжил: - Каждый поедет на своей машине, но в разное время. Сначала я, потом ты. Ну, погуляешь минут пятнадцать. Адрес я тебе кину сообщением, дашь мне свой номер. Идет? - Идет, - вздохнул Дженсен, и парни обменялись номерами телефонов. После этого Падалеки быстрым шагом направился к школе, а Эклз решил еще немного побыть на улице, так как до начала урока оставалось еще приличное количество времени. Присев на скамью, парень задумался. Во время ссоры с Мюрреем он почти не чувствовал страха, что было странно для него. Дженсен серьезно был готов к драке со спортсменом, хотя он явно слабее Чада. Тогда откуда это рвение, эта минутная смелость? Может быть, те проблемы, через которые ему пришлось пройти, каким-то образом закалили его? Ведь, как известно, если вы хотите научить ребенка кататься на велосипеде, просто посадите его на этот незатейливый транспорт и дайте ему свободу. Пусть он несколько раз упадет, набьет пару синяков, но в итоге он научится ездить сам. Точно так же происходит и с Дженсеном. Хотя, если быть до конца честными, нужно, наверное, отдать дань и работе доктора Моргана. Только сейчас Дженсен начал понимать, что то, что делает для него врач, те беседы, которые он с ним проводит, играют немаловажную роль в жизни парня. Ведь сейчас Эклз явно чувствовал перемены внутри себя. Хотя когда в жизни не происходит ничего хорошего, начинаешь абстрагироваться от проблем и принимать их как должное. Вырабатывается своеобразный иммунитет от неприятностей, и человек уже не так остро реагирует на них. Так и Дженсен – принимает жизнь такой, какая она есть: серой, унылой, полной проблем и неприятностей. Ведь так гораздо легче - плыть по течению, а не против него. Если решишь идти против – обязательно разобьешься о встречные камни. А падать и разбиваться Дженсен элементарно устал.

***

После уроков Эклз решил зайти в библиотеку, чтобы выбрать программу, по которой они с Падалеки будут заниматься ближайшее время, ну, и ему нужно было просто скоротать время. Взяв папку с программой для старших классов, Дженсен полистал ее и выбрал произведения, которые, по его мнению, больше всего подходили Падалеки. Во-первых, они однозначно будут на экзамене, устроенном Бивером для капитана «Титанов», а во-вторых, они были простыми для восприятия. Дженсен был уверен, что более тяжелые работы Джаред просто не осилит. Не то чтобы он считал его настолько глупым, но, объективно оценивая способности Падалеки к учебе, можно было сделать определенные выводы. Эклз остановился на Брэдбери и Фицжеральде. Еще как вариант он оставил Хемингуея и Джейн Остин, вдруг Джареду понравится учиться, в чем Дженсен искренне сомневался. Положив книги в рюкзак, парень направился к машине. На парковке он заметил Харрис, и как бы ему не хотелось просто молча пройти мимо нее, путей для отступления не было. - Дженс, ты что, избегаешь меня? – словно прочитав мысли Дженсена, обратилась к нему Данниль. - С чего ты взяла? – изобразил удивление Эклз, попутно открывая дверь своей машины. - Несложно догадаться. Ты весь день бегаешь от меня, - ответила девушка. - Не выдумывай, - отрезал Дженсен. - Тогда, может, поедем выпьем кофе где-нибудь? – предложила Харрис, но с таким видом, будто заранее знала ответ. - Давай в другой раз, ладно? Я не могу сейчас, - ответил Дженсен, садясь за руль. Умеет Харрис выбрать правильный момент для разговора, ничего не скажешь! - Ладно, - согласилась Данниль. – Ты ведь к Падалеки едешь сейчас, да? - Данни, ты помнишь, о чем мы договаривались с тобой? - Помню-помню, - подняла руки Данниль. - Я молчу. - Спасибо, - слегка улыбнулся Дженсен. - До завтра. - Удачи тебе с этим тупоголовым, - бросила напоследок Харрис. Дженсен в ответ промолчал и завел мотор машины. Нужный адрес он нашел легко. Дом Падалеки находился относительно недалеко, ехать пришлось от силы минут двадцать. Возле дома Дженсен увидел машину Джареда, что означало, что Падалеки дома, и ему не придется его ждать. Глубоко вдохнув, парень вышел из автомобиля. Снаружи дом выглядел консервативным, а двор – ухоженным. Видимо, мать Падалеки любит цветы, потому что клумбы во дворе поражали изобилием растений. Газон был аккуратно подстрижен, а невысокие оградки между клумбами – красиво выкрашены. Дженсен поднялся по ступенькам и позвонил в дверь. Открыла ему улыбающаяся женщина. - Здравствуй, ты Дженсен? Проходи. - Здравствуйте, - кивнул Эклз и прошел в дом. - Я мама Джареда, - все так же улыбаясь, представилась женщина. - Называй меня просто Шерон. Друзья моего сына – и мои друзья. «Да, уж, друзья – это как-то слишком», - подумал Дженсен, но в ответ произнес кратко: - Приятно познакомиться. - Пойдем, я провожу тебя. Джаред сейчас в душе, - сказала Шерон и повела Дженсена на второй этаж дома. – Я так рада, что он наконец-то взялся за учебу! Дженсен лишь кивнул в знак согласия и улыбнулся краешком губ. Он чувствовал какой-то дискомфорт от нахождения здесь. Почему-то его все напрягало, хотя он пребывал в доме Падалеки всего несколько минут. Тем временем Шерон подвела его к комнате Джареда. - Проходи, сын сейчас подойдет. Чувствуй себя как дома, - сказала женщина и прикрыла дверь. - Спасибо, - ответил Дженсен и огляделся. Говорят, что по комнате можно рассказать все про ее хозяина. В случае Падалеки это правило работало безотказно. Помещение было небольшим, но вполне уютным. Стены были увешаны грамотами за спортивные достижения, а шкаф буквально ломился от наград и кубков, стоящих в нем. Также на одной из стен было несколько постеров с музыкальными группами. Эклз улыбнулся тому, что музыкальные вкусы у них совпадают. Дженсен увидел стопку дисков и даже несколько виниловых пластинок, среди которых были записи AC/DC, Def Leppard, Led Zeppelin, Guns N’ Roses и даже The Beatles. И ни одной книги… «Джаред явно не любит учиться», - сделал вывод Дженсен. Внезапно дверь открылась, и появился Падалеки. Дженсен развернулся на звук и замер. Джаред был в одном полотенце, обмотанном вокруг бедер, и Эклз как завороженный засмотрелся на капли воды, стекающие по рельефному торсу спортсмена. - Привет, - широко улыбнулся Джаред, и Дженсен поспешил отвести взгляд. - Привет, - буркнул Дженсен, что-то сосредоточенно рассматривая на стене. - Сейчас, я оденусь, и приступим, - сказал Падалеки и тут же сбросил полотенце, сверкнув перед Эклзом голым задом. Дженсен, сжав зубы, отвернулся к окну. Ну да, спортсмены ведь привыкли не церемониться друг перед другом в общей душевой или раздевалке, к примеру. От этих мыслей и присутствия раздетого Падалеки за спиной Дженсену стало жарко. - Я готов, - весело сообщил Джаред и сел за пустой письменный стол. Дженсен перевел дыхание и подошел к уже одетому Падалеки. - Я тут принес пару книг, думаю, для начала мы разберем «451 градус по Фаренгейту» Брэдбери, - сказал Эклз и разложил на столе перед Джаредом книги, которые ему нужно будет прочитать. Джаред с обреченным видом посмотрел на книги и, вздохнув, пробормотал: - Название какое-то идиотское… - Это означает температуру воспламенения бумаги, - терпеливо объяснил Дженсен. - Думаю, тебе стоит это записать. В комнате был только один стул, и на нем сидел Джаред, так что Дженсену пришлось присесть на кровать. Падалеки еще раз тяжело вздохнул и принялся записывать то, что диктовал Эклз. - В романе описывается общество, которое опирается на массовую культуру и потребительское мышление, в котором все книги, заставляющие задумываться о жизни, подлежат сожжению, хранение книг является преступлением, а люди, способные критически мыслить, оказываются вне закона. Дженсен мельком посмотрел на серьезного Джареда. Он, нахмурившись, сосредоточенно записывал текст, периодически то кусая губы, то их облизывая. Эклз опустил взгляд обратно в тетрадь, потому что... он начинал думать абсолютно не о литературе. - Главный герой романа, Гай Монтэг, работает «пожарным» (что подразумевает сожжение книг), будучи уверенным, что выполняет свою работу «на пользу человечества». Но в скором времени он разочаровывается в идеалах общества, частью которого является, становится изгоем и присоединяется к небольшой подпольной группе маргиналов, сторонники которой заучивают тексты книг, чтобы спасти их для потомков. - Бред какой-то, - подытожил Падалеки, отбрасывая ручку в сторону. – Зачем вообще нужны эти книги, если все можно узнать из интернета, тем более – в наше время! - Узко мыслишь, Падалеки, - заметил Дженсен. - Книги – это знания, религия, история. Это вечные понятия. - И ты хочешь сказать, что мне нужно все это прочитать? – Джаред обвел руками лежащую перед ним литературу и посмотрел на Дженсена. - Если не хочешь снова провалиться перед Бивером, да. - Блять, - Падалеки встал со стула и зашагал по комнате. – Это нереально, Эклз. - Твое дело. Но если ты не прочтешь все это, тебе не сдать экзамен, - резонно заметил Дженсен. Ему уже порядком надоело уговаривать этого упрямца, такое ощущение, что ему больше всех надо, чтобы Падалеки сдал этот экзамен. - И тогда мать меня точно убьет, - вздохнул Джаред и сел на кровать рядом с Дженсеном. - Мне она показалась довольно милой женщиной, - осторожно сказал Эклз. Джаред горько усмехнулся. - Это она для посторонних такая, - произнес парень и опустил голову. Дженсен покосился на Падалеки и не знал, что сказать. Он вообще не знал, что говорят и делают в таких случаях. «Все будет хорошо»? Глупо как-то… В комнате повисло неловкое молчание. Эклз встал и принялся собирать свои тетради. - Я пойду, - как-то скованно произнес он. - Ты прочти роман. Хотя бы бегло. - Ладно, - Джаред поднялся с места, и Дженсен в очередной раз заметил, какой парень высокий. – Спасибо, я постараюсь осилить его. Проводить тебя? - Постарайся. Не нужно, я помню, где выход, - сказал Дженсен и поспешил покинуть комнату Падалеки. Сбежал ли он? Возможно… Должен ли был сказать какие-то слова поддержки Джареду? Бессмысленно. Дженсен уже понял, что существует два Падалеки. И какой из настоящий, пока неизвестно. А нужно ли узнавать это?