Revenge

Попытка понять жизнь – это реальная проблема.

Проснулся Дженсен с дикой болью во всем теле и невероятным блаженством в душе. Сейчас, когда он с улыбкой смотрит на мирно спящего рядом Джареда, ему кажется, что все так и должно быть. Идеально. Растрепанные волосы, спадающие на глаза, румянец на щеках и немного приоткрытые губы – это то, на что Дженсен любовался бы все утро, если бы внезапно не посмотрел на часы. Даже если он очень поторопится, он все равно опоздает на дневную смену в кафе - на подмену Мэтта. Чертыхаясь сквозь зубы и стараясь не разбудить Падалеки, Дженсен перелез через парня и пошел в ванную. Посмотрев на свое отражение в зеркале, он невольно улыбнулся и принялся мысленно перебирать гардероб в поисках одежды, которая скроет следы бурной ночи. Вспомнив, что у него есть пара подходящих вещей, он отложил свой план мести Джареду на следующую ночь. Быстро приняв душ, Дженсен оделся и через несколько минут уже был готов выйти из дома. Джаред все так же спал, перевернувшись на живот и уткнувшись лицом в подушку. Дженсен подавил в себе дикое желание послать Бомера к черту и остаться сейчас здесь, с любимым парнем. Но здравый смысл все же победил, и Эклз, понимая, что уже и так опоздал, просто присел на край кровати. Несколько секунд полюбовавшись широкой спиной Джареда, Дженсен провел ладонью по его пояснице, но тот и не пошевелился. Затем, оперевшись руками по обе стороны от Падалеки, Дженсен наклонился и поцеловал его между лопаток, поднимаясь к шее. Джаред повернул голову и довольно заулыбался, но глаза по-прежнему не открывал. Эклз поцеловал его за ухом, сжал зубами мочку и прошептал: - Из-за тебя меня уволят. - А меня выгонят из школы, ну и что? – приоткрыв один глаз и не переставая улыбаться, отозвался Джаред. - Я уже полчаса как должен быть в кафе, - не вставая с Падалеки и не переставая целовать его шею, сказал Дженсен. – А ты - в школе. - А давай не пойдем? – окончательно проснувшись, предложил Джаред и попытался перевернуться на спину. Дженсен пресек эту попытку, усевшись на Джареда верхом и придерживая за плечи. Падалеки попытался вырваться, но вскоре сдался и сделал вид, что снова спит. Дженсен засмеялся и добавил: - Все, я поехал, - специально громко выдал он, звонко шлепнул Джареда по заднице и слез с него. – А ты давай собирайся и езжай в школу! Джаред резко подскочил на кровати и, прежде чем Дженсен успел отойти от него, схватил его за руку и притянул к себе, глядя сонными глазами снизу вверх. - А давай пошлем всех и останемся дома, а? – щенячьим взглядом посмотрел он на Эклза и уткнулся лицом в его живот. – Не хочу никого, кроме тебя, видеть. - Джей, не вынуждай меня подставлять Мэтта, он мне уже десяток гневных сообщений прислал, - улыбнулся Дженсен и, обхватив лицо парня ладонями, нежно поцеловал. – Вечером увидимся. Может быть, я даже заеду в школу, если успею. - Ладно, - вздохнул Джаред, нехотя отпуская Дженсена. – Тогда до вечера. Как бы Дженсену не хотелось остаться, он все же отлепился от Падалеки и вышел из квартиры. В очередной раз пожалев об отсутствии машины, он на автобусе добрался до кафе и, как только вошел, получил гневный выговор от Сэры, которая с утра была на месте. Дженсен лишь виновато улыбнулся и пожал плечами. Закончив свою речь, женщина оставила заведение на Дженсена, предварительно позвонив Бомеру и выдав выговор и ему, после чего удалилась. День прошел быстро, даже можно было сказать, что пролетел. Эклз был приветлив и улыбчив как никогда и выполнял не только работу бармена, но и периодически выходил в зал, озаряя посетителей счастливой и дружелюбной улыбкой. Гости с удовольствием заказывали еще кофе и оставляли щедрые чаевые. Вот как, оказывается, порядок и гармония в личной жизни влияют на производительность труда. Позже в кафе приехал Мэтт и сразу же подошел к Дженсену с серьезным лицом. - Ну? И как это называется? – Бомер уперся руками в барную стойку и выжидающе посмотрел на Эклза. – Почему мне Сэра мозг выебала с утра пораньше? Ты опоздал, что ли? - Слегка, - Дженсен улыбнулся и вышел из-за бара. – Ну, на час… И потом, Мэтт, это ведь не смертельно. Никого не уволили, все хорошо. Как ты парня-то своего встретил, лучше расскажи. - Не меняй тему, Эклз, - с наигранной злостью произнес Мэтт, но по его глазам можно было понять, что он ни капли не злится. – Хорошо встретил. А, ну теперь понятно, почему ты на целый час опоздал! На последних словах Мэтт пальцами оттянул высокий воротник серого гольфа, в который был одет сегодня Дженсен, открывая его шею. - А парень-то твой не промах! – смеясь, заметил Бомер, рассматривая яркие следы прошлой ночи. - Ладно, ты пришел, и я могу ехать, - отталкивая руку Мэтта и натягивая воротник повыше, сказал Дженсен. – И, кстати, Сэра не очень-то и нервничала. - Скажи спасибо, что у меня сегодня хорошее настроение, и мы не работаем вечером в «Трик», - ответил Мэтт и зашел за стойку. – Приходите вечером туда с Джаредом. - Хорошо, договорились, - кивнул Эклз. – Должен же я познакомиться с человеком, благодаря которому я в свой выходной приперся на работу. Дженсен решил все-таки заехать в школу, времени до вечера было еще предостаточно. На следующей неделе у них намечен выпускной экзамен по литературе, и Эклз подумал, что было бы неплохо к нему подготовиться. Все-таки свободная и независимая жизнь – это хорошо, но и из школы хотелось бы нормально выпуститься. С Бивером у него всегда были нормальные отношения, и Дженсен надеялся, что, несмотря на довольно большой промежуток времени, что он пропустил, учитель будет снисходителен и даст какой-нибудь материал для подготовки. Когда он вошел в школьный коридор, тот был уже пуст (последний урок закончился полчаса назад), и на его пути встречались только ученики, выходящие из библиотеки, или спортсмены, спешащие на тренировку. Видимо, закон подлости – та еще реальная вещь, ведь, как по предвидению, из-за угла вышла Харрис и, заметив Эклза, тут же ускорила шаг навстречу ему. - Я смотрю, ты решил забить на учебу, Дженс? – девушка подошла ближе и скрестила руки на груди. – Еще и под конец года… Ну-ну. - Тебе-то какая разница, Харрис? – Дженсен почувствовал подступающее раздражение. – Даже если меня оставят на второй год, тебе-то что с этого? - Да уж, - вздохнула Данниль. – Тебе, видимо, Падалеки все мозги вытрахал. Не делай такое лицо, я тебя умоляю! Вся школа уже знает, что вы снова вместе. Как же я в тебе ошибалась, Дженсен. Какая мне разница, спрашиваешь? Просто меня раздражают такие тупые люди, как ты. А еще и с таким бонусом, как этот неандерталец и неудавшийся капитан. - Не была бы ты девушкой, Данниль, уже давно захлебывалась бы кровью, - процедил сквозь зубы Дженсен, обходя Харрис. – Тебе больше нечем заняться, вот скажи? Я тебя раздражаю – так оставь меня в покое! Во мне ты вызываешь еще большую тошноту, чем Кортез, серьезно. - Поразительно, как ты умеешь камуфлировать грубость, Эклз, - хмыкнула девушка, придерживая Дженсена за предплечье. – Я как дура волнуюсь за тебя, мы же друзья, а ты вот так отвечаешь мне. Кстати, тебе неинтересно, что случилось с твоим дружком-наркоманом? А, ну конечно, у тебя ведь любовь. Вот как ты легко забываешь друзей, Дженсен. Ты не забыл, что в личное дело каждого ученика вносится пометка от ученического парламента? Я уже предвкушаю, какую характеристику тебе дам, дорогой мой. - Со своими друзьями я сам разберусь, - резко ответил Эклз, но внутренне сжался. – А меня поражает, как ты любишь манипулировать людьми и в то же время не боишься, что кто-то из них может дать тебе отпор! Тебя совсем не волнует тот факт, что о твоих махинациях на дебатах станет известно всей школе? Я, Джаред, Кэтти, Крис и дохрена людей могут вполне легко объединиться против тебя. А скоро выпускной, ты сама говорила. Я смотрю, ты просто горишь желанием, чтобы история о тебе и той девушке – Лиз, кажется - всплыла в самых ярких подробностях. Куда ты пропала после того, как она ушла из школы, а? Дженсен остановился и перевел дыхание. Он и сам от себя не ожидал именно такой реакции на слова Харрис, но остановиться уже не мог. Уж слишком много сделала Данниль для того, чтобы все вокруг ее ненавидели. Внезапно его осенило. - А может, она все еще в клинике, и ты поэтому так бесишься? И с Крисом ты познакомилась именно там. Он пропал, скорее всего, снова сорвался, и я не удивлюсь, если благодаря тебе. Где ты берешь наркоту, Харрис? - Заткнись, сейчас же! – голос девушки стал непривычно высоким, и ее лицо резко побледнело. – Ты ничерта обо мне не знаешь, Эклз. И не смей совать свой нос в это дело, иначе, я клянусь, твоя жизнь станет еще никчемней, чем сейчас. Ты можешь хоть целую армию против меня собрать, но у вас ничего не выйдет. Жалкая кучка неудачников мне не угроза, уж поверь. Выдав последнюю фразу, Данниль, оттолкнув Дженсена плечом, быстрым шагом скрылась из виду. Мысли в голове Эклза завертелись с силой торнадо, их нужно было срочно систематизировать. Одно Дженсен понял ясно: Данниль боится, что все узнают о ее причастности к той истории. И еще он обязательно узнает, как Харрис была связана с Кейном и с клиникой Тимберлоун в целом. Нужно обязательно найти Криса, ведь обычно если бывший наркоман выходит из завязки – это ничем хорошим не заканчивается. Еще и эти выпускные экзамены, как же не вовремя! С такими мрачными мыслями Дженсен подошел к кабинету Бивера. Преподаватель положительно откликнулся на просьбу парня и дал ему несколько книг и пособий, которые помогут ему подготовиться к тесту в сжатые сроки. Поблагодарив его, Дженсен снова вышел в коридор. Увидев нескольких спортсменов и Мюррея, выходивших из раздевалки, он даже не удивился – видимо, сегодня все было против него. Мысленно желая, чтобы поскорее наступил вечер, и он оказался в компании Джареда и друзей (почему-то Дженсен был уверен, что с парнем Мэтта он подружится), Эклз выдохнул и направился к выходу из здания. Проходя мимо «Титанов», Дженсен поразился молчанию, царившему в кругу парней. Не было ни подколов, ни язвительных замечаний, ни толчков – ничего. Он бросил короткий взгляд на баскетболистов и прошел мимо. - Эклз, постой, - крикнул ему в спину Мюррей. Дженсен притормозил, но не обернулся. Чад догнал его и продолжил: - Есть разговор. - Только коротко, я спешу, - отрезал Дженсен, когда они уже вдвоем вышли из здания школы. - Я хотел спросить про Джареда, - как-то неуверенно начал Мюррей. – Как он? С ним все в порядке? - Почему бы тебе самому у него об этом не спросить? – не глядя на собеседника, спросил Эклз. - Мы не общались после того случая на дебатах. И я жалею об этом, правда… - Нужно не жалеть, а действовать, Чад, - перебил парня Дженсен. – Если ты правда хочешь вернуть вашу дружбу, то просто поговори с ним. Если, конечно, не боишься осуждения своих друзей из элиты. Ах, прости, забыл, что никакой элиты уже не существует… - Не борзей, Эклз, - огрызнулся Мюррей, сворачивая в сторону своей машины. – Когда я звоню ему, он не берет трубку. - Если хочешь, приходи вечером в «Трик», - пожал плечами Эклз. – Он будет там сегодня. - Ладно, - кивнул Чад и сел в свою машину.

***

Вечером Падалеки заехал за Дженсеном, чтобы вместе отправиться в клуб. Немного задержавшись в прихожей, не имея возможности и желания оторваться друг от друга, они все же вышли из дома. Джаред сел за руль, обещая, что пить он сегодня вообще не будет, а Дженсен решил, что он не против немного выпить, учитывая напряженность сегодняшнего дня. О разговоре с Харрис и Мюрреем он решил не рассказывать Джареду, хотя бы потому, что не хотел портить им обоим вечер. Если Чад все-таки приедет сегодня в клуб, то, возможно, Дженсену и не придется что-либо объяснять Падалеки. Эклз очень надеялся, что старые друзья помирятся, ведь он видел, как переживает по этому поводу Джаред, хотя тот и старался ничем этого не показывать. В любом случае, как бы там ни было, он всегда поддержит своего парня, в любой ситуации. От этой мысли Дженсен улыбнулся и повернулся к сидящему за рулем Падалеки. Тот недоуменно приподнял бровь, но тоже тепло улыбнулся в ответ. Когда они подъехали к клубу, было около одиннадцати часов вечера. Машин на парковке было немало, и Джареду пришлось оставить машину дальше, чем хотелось бы. В помещении оказалось тоже людно, и Эклз не сразу увидел Мэтта, сидевшего за столиком в углу клуба и махавшего им рукой. Подойдя ближе и поздоровавшись, Дженсен и Джаред присели на диван. - А чего это ты один? – перекрикивая музыку, спросил Дженсен у сидящего рядом Бомера. - … сейчас подойдет, - также сквозь гул музыки ответил Мэтт, но имени парня Дженсен так и не расслышал. Повернувшись к Джареду, Эклз увидел, что тот куда-то напряженно смотрит, и, проследив за его взглядом, заметил Мюррея, сидевшего в одиночестве за барной стойкой. Он легонько толкнул парня в бок и кивком указал на Чада. - Иди, поговори с ним. На тебя смотреть больно. Падалеки кивнул и молча направился к стойке. Они поговорят, все решится и станет ясно, каков же на самом деле Мюррей как человек. Тем временем улыбающийся Мэтт поднялся с места и забрал у подошедшего парня бутылки с пивом. Поставив напитки на стол, он обнял его за плечи, разворачивая незнакомца лицом к Дженсену. В этот момент Эклз понял, насколько судьба подлая сука. Она обязательно подкинет неприятный сюрприз именно тогда, когда этого меньше всего ждешь, или когда в жизни все более-менее наладилось. В подобных ситуациях, наверное, всем хочется закрыть глаза, ущипнуть себя и проснуться в холодном поту, облегченно выдыхая с пониманием, что все происходящее – не что иное, как нелепый кошмар. Дженсен пару раз моргнул, пытаясь отогнать наваждение и мысленно уверяя себя в том, что он просто ошибся, и ему показалось. - Дженсен, познакомься, это Остин – мой парень. А ты, Остин, познакомься с Дженсеном. Я тебе о нем рассказывал, это мой хороший друг, - не переставая демонстрировать улыбку, представил своего парня Мэтт, и, казалось, он вовсе не заметил того, как остолбенел Эклз. Не показалось. Это точно он, Остин. Человек, из-за которого Дженсену пришлось пройти через ад, из-за которого он чуть не умер. Благодаря ему Эклз покинул родной город, чтобы избежать насмешек после психиатрической клиники. И это именно он сейчас стоит перед ним, улыбаясь и протягивая руку для приветствия, словно не узнал его. Но по глазам Остина можно было понять, что он его прекрасно помнит. - Приятно познакомиться, Дженсен.