Новый мир забытого прошлого

В чаще густого леса было неестественно тихо. Ни одного звука не раздавалось ни с земли, ни с неба. Хотя минуту назад здесь бушевала жизнь: повсюду носились насекомые, порханием своих крыльев создавая какофонию скрипучих звуков, в пожелтевшей от знойной жары траве шуршали заигравшиеся мелкие четвероногие животные. Более крупные, на секунду показавшись из своего укрытия, стремительно перебегали тропинку и тут же укрывались в зарослях кустарников, а добродушный ветер разносил пение громкоголосых птиц по всей округе. В одно мгновение все замерло, как будто в ожидании чего-то особенного. И действительно: через несколько минут в лесу резко потемнело, огромная туча накрыла собой верхушки высоких деревьев, и на сухую, раскаленную из-за постоянно палящего солнца землю упала первая капля. Следом за ней последовала вторая и третья. Вскоре долгожданный дождь, вступив в права владельца, самозабвенно играл единственную известную ему мелодию, задавая свой собственный размеренный ритм. По огромным веткам могучих деревьев, развивая немыслимую скорость, двигался молодой человек. Брюнет пятнадцати лет, он выглядел совсем ещё ребенком. Но в темных, почти черных глазах его отражалась такая сильная ненависть и злоба, что, казалось, он готов был уничтожить весь мир, убить всех на своем пути. Его рука, в которой умело была бы зажата катана, не дрогнула бы ни на секунду. Лицо подростка не выдавало эмоций и чувств, глаза горели алым огнем мести, но то, что действительно лежало у него на душе, было сокрыто и невидимо для всех без исключения. Терзаемый мукой одиночества, болью и горем от потери единственного близкого ему человека, потерявший себя в иллюзиях и лжи, сотканных собственным братом и деревней, мальчик нашел спасение в ненависти и мести, ошибочно полагая, что они принесут облегчение его израненной душе. Подросток с глазами взрослого, видавшего смерть шиноби резко остановился. Серая рубашка, на спине которой отчетливо виднелось изображение красно-белого веера, уже почти полностью промокла, с обрамляющего талию пояса обильно стекала вода, но юношу это мало волновало. – Почему я обязан вас ждать? – голос его был холодным и резким, а тон – раздражающе-высокомерным. Слова же были адресованы оставшимся членам команды «Така», которые и были причиной остановки молодого человека. – Но, Саске, мы в пути уже почти два дня, и что-то я не припомню, чтобы мы где-нибудь останавливались на отдых. А ты, Карин? – Заткнись! Вечно ты всех раздражаешь своим нытьем! Секунда, и возле брюнета на соседние ветки приземлилось три человека. Один из них, сероволосый юноша с глазами странного сиреневого цвета, тяжело облокотился на ствол дерева, аккуратно опустив при этом свой меч, в несколько раз превышающий владельца. – А-а-а-а, я понял! – отдышавшись, продолжил он. – Признайся, Карин, ты ведь специально хочешь вымотать себя настолько, чтобы потом Саске пришлось тебя нести?? Этого ты и... – СУЙГЕТСУ!!!! Послышался звук удара, и следом за ним – всплеск воды. Красноволосая, единственная девушка в команде, не стала дожидаться конца фразы и попыталась прямым ударом заткнуть разговорчивого спутника. Саске, не замечая ставшую уже привычной перепалку этих двоих, запрокинул голову вверх, навстречу покрытому тучами небу, и закрыл глаза. Прохладные капли дождя приятно холодили его белую кожу и охлаждали бушующее яростью сердце. – Может быть, нам всем действительно не помешало бы немного передохнуть? – подойдя к застывшему юноше, бесстрастно спросил четвертый член команды, до этого момента сохранявший молчание. Саске недовольно нахмурился, нехотя отвлекаясь от собственных, одному ему известных, мыслей. – Хорошо, Джуго, – ответил он через несколько минут раздумий, – найди нам убежище в ближайшей округе. Мы отдохнем там тридцать минут и после отправимся в Коноху. – Ну, хоть что-то, – вздохнул Суйгетсу, поднимаясь и бережно кладя свой огромный меч на плечо без каких-либо усилий, – полчаса, и мы снова в строю! Хотя... мне одному кажется, что этого не достаточно для полного восстановления? Последнюю реплику сероволосого Саске уже не слышал - с быстротой молнии он мчался к пещере, местоположение которой Джуго сообщили птицы.

***

Дождь становился все сильнее и сильнее. Небо заволокло тучами настолько, что, казалось, просвета не будет никогда. Непрекращающиеся раскаты грома раздавались в сырой пещере наиболее отчетливо, а сверкающие вслед за ними молнии освещали одинокие фигуры скрывающихся там людей. Тридцать минут отдыха для команды растянулись на целые часы. Не зная, чем себя занять, полностью отдохнувший Суйгетсу издевался над Карин, а та, недовольная таким обстоятельством, яростно высказывала ему свое недовольство, умудряясь перекричать оглушительное громыхание, раздающееся снаружи. Джуго отмалчивался, не решаясь вмешиваться в ссоры этих двоих, а единственный, кто мог прекратить все разговоры и создать тишину, был Саске, но его уже давно не было рядом с бывшими приспешниками Орочимару. Как только они прибыли на место, молодой мститель сразу же покинул свою команду. Его сердце бушевало, побуждая к действиям, и усидеть на месте было просто невозможно... Пещера, в которой остановились «Така», уходила вглубь скалы, образовывая тоннель. Именно по нему Учиха прогуливался уже не один час. Он шел все глубже и глубже, утопая в непроглядной тьме сырого помещения, совсем потеряв счет времени. Здесь, вдалеке от непрекращающегося дождя и грома, было совсем тихо. Настолько, что было слышно, как где-то с потолка равномерно и медленно капает вода. Эхо шагов молодого человека гулко раздавалось в этом почти давящем на слух безмолвии, а в черной, как смоль, темноте почти ничего невозможно было разглядеть. Лишь на грани шестого чувства Саске уловил какое-то движение с боку и тут же среагировал, как подобает настоящему шиноби. Луч чидори, направленный на возможного врага, соприкоснулся со стеной, не встретив препятствий. Оглушительный звук удара огласил пещеру и потревожил летучих мышей, которые стаей взметнулись вверх, чуть не сбив с ног молодого Учиху. Больше живых существ здесь не наблюдалось. Ложная тревога. Светло-синие искры молний, исходящие от чидори, на мгновение осветили лицо юноши и тут же исчезли, снова оставив его в темноте. Но ненадолго. Через несколько минут внимание мальчика привлек внезапно появившийся яркий луч света. Он струился сквозь развалины стены, пострадавшей от техники тысячи птиц. Заинтересовавшись этим странным явлением, Саске подошел ближе и заметил, что в глубине образовавшейся дыры светился обычный камень средних размеров. Или не совсем обычный - присмотревшись, на нем можно было заметить непонятные рельефы, чем-то напоминающие иероглифы. Но прочитать их было невозможно, потому что усиливающееся с каждой секундой сияние камня искажало видимость. Поддавшись необычному влечению, Саске протянул руку к этому предмету, но тут же ее отдернул. На внутренней стороне ладони образовалось покраснение, словно от ожога. Свет, исходящий от камня, постепенно усиливался, и вместе с этим появился странный звук. – Что за? – зажмурившись, Учиха закрыл уши руками, в попытке хоть как-то их защитить. Гул выводил из строя нервную систему, раздражая ее и нарушая координацию. Нужно было уходить из этого места. Юноша каждой клеточкой своего тело чувствовал искрящий от камня жар. Дышать стало невыносимо тяжело. Такое ощущение, что еще чуть-чуть, и его тело просто напросто вспыхнет от такой высокой температуры. Саске сделал шаг в сторону, но было уже слишком поздно. Яркий, слепящий глаза свет полностью заполонил собой пространство тоннеля, скрывая под своими объятиями молодого Учиху. Через секунду произошел оглушительный взрыв, практически полностью уничтоживший всю пещеру...