Исповедь Неба

      POV Милы       После удачно написанной контрольной работы, а также еще двух уроков, на которых учителя рассказывали «как космические корабли бороздят большой театр» или что-то наподобие того, мы с ребятами отправились в столовую.       - Ничего себе! Сколько народу! – заныла Лика, схватившись одной рукой за живот. Я сочувственно посмотрела на нее. Страдает, бедняжка. – Если в течение пяти минут я ничего не закину в желудок, то в нашем местном морге будет на одного клиента больше.       - Мы же не виноваты, что их столько! – Поправив сумку на плече, Ира обвела взглядом громадное количество учеников.       - Давайте в сторонку отойдем, а то я уже устал от того, что меня либо в спину толкают, и при этом еще возмущаются, либо ноги оттаптывают в сопровождении той же нецензурной лексики, - предложил Стас, указывая на некогда чистые туфли. Тёмновой было как-то все равно, она медленно сползала вниз по школьной стене, продолжая гладить пустой животик, и бурча что-то нечленорадельное себе под нос.       - У меня есть идея получше: вы идите занимать столик, а мы с Ирой постоим в очереди, - предложила я, на что Тобанов согласно кивнул, закидывая руку нашей страдалицы себе на плече.       - В разных очередях, - поправила меня Химченко, посматривая на толпу.       - А почему? – подала голос Лика. Хотя, то и голосом сложно было назвать, больше на шепот смахивало.       - Ты, когда голодная, становишься такой тупоголовой, - заметила Ира, и дала подруге в лоб. – Так больше шансов, что одна из нас быстрее купит тебе еды, и избавит от мучений, - с улыбкой разъяснила брюнетка, глядя на поникшую Тёмнову, которая потирала ушибленное место, на несколько секунд забыв про пустой желудок.       ***       - Наконец-то! – выкрикнул Стас, подбегая к нам, и прямо таки выхватывая поднос с едой из рук Иры. А мне помочь? – Я уже устал слушать этот симфонический оркестр ее пищеварительной системы под аккомпанемент нытья! – жаловался парень, когда мы подходили к нашему столику. Ясно, сама донесу.       Взглянув на Лику, я чуть свой поднос не выпустила из рук. Если сравнивать ее лицо перед химией и сейчас, то тогда на уроке Жеманова оно выглядело как только что распустившийся бутон цветка. В данный момент лицо выражало страдание, отчаяние, и ненависть ко всему окружающему.       - Держи, - произнесла я, и поставила перед носом подруги тарелку с пюре, одинокой сосиской, кусочком помидора и стакан сока. – Апельсиновый, как ты и любишь, - добавила, присаживаясь рядом с ней на лавочку. Парочка же устроилась напротив нас. Учуяв аромат съедобного, Лика тут же оживилась, а желудок ее «загорланил» еще громче. Переглянувшись с ребятами, мы не стали больше мучить дорогого нам человека.       - Приятного аппетита! – объявила Ира, и мы принялись трапезничать.       ***       Последним уроком на сегодня была физическая культура. Отношение Лики к этому предмету можно описать одним словом. Ей просто все равно! Да ходит, да сдает нормативы, но довольствия никакого не получает от выполненной работы, и я ее не понимаю. Ира со Стасом… так еще хуже! На протяжении пяти лет наблюдаю следующую картину: как только подходим к спортзалу, так и начинают бубнить, мол «зачем нам это надо», «лучше бы какой-то более важный предмет изучали, а не по залу бегали-прыгали-скакали» или же «Я к тебе и на пушечный выстрел не подойду!». Ну, я просто обязана быть в хорошей форме. Надо же быстро добежать до магазина, как только новая кукла поступила в продажу или нет?       - О чем задумалась, Чиканова? – послышался справа насмешливый голос, принадлежащий нашему физруку.       - Жизненные пустяки, абсолютно не стоящие вашего драгоценного внимания, Арсений Маркович, - с улыбкой ответила я ему, и, повернув голову, посмотрела на мужчину. Хотя, скорее уж на парня, ведь он был не старше нашего нового химика Жеманова. Я бы даже сказала, что они ровесники.       - И все же? – допытывался он с ответной улыбкой, заглядывая в мои глаза.       - О вашем предмете. – Как же хорошо, что остальные еще не переоделись. Даже думать не хочу о том, что было бы, застань они нас вот так, флиртующими.       - Это потому, что он у вас последний, и, если что, я могу раньше отпустить? – Учитель сделал шаг в мою сторону, и я в очередной раз отметила, что дохожу ему только до плеча.       - Это потому, что его ведете вы, - прошептала я.       Приподняв левую руку, Арсении Маркович заправил за ухо выбившуюся из хвоста прядь моих волос. Наклонившись, и не отрывая своего взгляда от моих серых глаз, сдунул мнимые пылинки с плеча. Отдернув правой рукой край моей немного задравшейся короткой футболки, он обнял меня за талию, притягивая к себе еще ближе так, что моя грудь почти касалась его. Второй он провел вдоль моей руки, едва ее касаясь, и, дойдя до пальчиков, слегка сжал их. Господи, как же я его люблю!       - Мила, я…, - хотел он что-то сказать мне, мне, стоявшей перед ним с легким румянцем на щеках, но его прервали голоса, раздавшиеся в коридоре. Прикрыв глаза, я с трудом подавила вздох разочарования. Почему вы так быстро пришли?!       Стоило мне только подумать об этом, как через несколько секунд в спортивный зал ввалилась толпа учеников одиннадцатого «А» класса. Мы с Арсением Марковичем едва успели отскочить друг от друга.       - Сейчас бежите два круга по залу, - начал говорить учитель, обступившим его со всех сторон ученикам. – Потом Варя проводит разминку.       - Почему я? – тут же возмутилась Крайченко, одетая в маечку и ужасно короткие шорты.       - Потому, что у тебя наклоны хорошо получаются, - ляпнул физрук, за что получил недовольный взгляд из первого ряда толпы.       Наклоны, значит, нравятся? Я тебе потом такие наклоны устрою, что потом всю жизнь разогнуться не сможешь!       - Затем мальчики сдают челночный бег на время, - продолжил озвучивать Арсений Маркович список дел на сегодня. – Девочки, все взяли с собой секундомеры? – Ответом ему послужили шестнадцать поднятых вверх черных приборчиков на батарейке. – Потом девочки сдают скакалку и прыжки в высоту. Химченко, запишешь все результаты, и занесешь ко мне в кабинет, - обратился он к Ире. – Оставшееся до конца урока время можете использовать как вам заблагорассудится.       Пока он говорил я просто смотрела на него, и не отводила влюбленного взгляда. Надеюсь, что не спалюсь раньше времени. Хотя, пять лет никто не замечал этого. И все же… что он хотел мне сказать?       – Чиканова! – вывел меня из раздумий голос парня.       - Да?       - Сдашь нормативы, и зайдешь ко мне.       - Зачем? – Ну, ты и тупая! Тебя любимый зовет поговорить с ним тет-а-тет, а ты еще и спрашиваешь? Верх идиотизма!       - Поможешь с журналом, - бросил Арсений Маркович, направляясь в сторону выхода из спортзала.       Конец POV       - А ты уверена, что помогала ему с журналом? – спросил Георгий Александрович у Милы, когда дверь в гостиную за Ирой и спящей на руках Лики Майей закрылась.       - Что ты имеешь в виду? – Блондинка поняла, куда клонит муж подруги, но решила перестраховаться.       - То и имею.       - Я действительно помогала ему с заполнением классного журнала.       - Но ведь был только второй день учебы, - продолжать гнуть свое Жеманов. – Что там можно было записывать?       - Георгий, это допрос? – напрямую спросила Мила у брюнета, который прилип словно пиявка. Настроение женщины стремительно стало приближаться к самой нижней отметке.       - Просто интерес, - позитивно ответил он, делая глоток бренди.       - Вот и интересуйся жизнью своей дорогой жены, а в мою, прошу, не лезь! – В конце разозлившись на бывшего химика Химченко последовала за подругами, громко хлопнув за собой дверью, и оставляя мужчину в гордом одиночестве.       ***       - Вот ты мне объясни, дорогой, зачем надо было доводить ее до слез? – отчитывала Лика мужа, когда дамы ушли по домам, а дочка посапывала в своей постельке, и видела десятый сон. – Ты получаешь от этого моральное удовольствие?       - Нет, любовь моя, я просто хотел удостовериться в том, что то, что мне сказал Сеня, оказалось правдой, - ответил Жеманов, притягивая за талию недовольную жену.       - А что он сказал? – допытывалась женщина, обнимая любимого мужчину за шею.       - Что любит нашу Милу, - и накрыл губы Лики в страстном поцелуе.       - Подожди, а кто такой Сеня? – поинтересовалась брюнетка, на мгновение прервав поцелуй.