Ангел и Демон

- Не волнуйся, ты в безопасности. Мы не причиним тебе вреда, - Кисе улыбнулся, погладив девчушку по голове. В ее глазах не было страха, она чувствовала, что может им доверять, даже Такао, не сводивший с нее глаз, не вызывал ничего, кроме симпатии. - Дядя, а вы Ангел? – с неподдельным интересом она смотрела на белоснежные крылья за спиной Кисе, которые он даже не старался скрыть. - Вроде того, - она села на кровати и протянула руку, трогая мягкие перья. Все казалось таким реальным, что она невольно заулыбалась, продолжая гладить крылья. – Меня зовут Кисе, а лиса – Такао. Можешь его погладит, он не укусит. Девочка спустилась на пол, подходя к угольно-черному лису, который смотрел на нее добрым взглядом. Протянув руку, она неуверенно коснулась мягкой шерстки за ухом, а потом, осмелев, принялась гладить пушистого зверя, не подозревая о его «демонической» сущности. Казунари неожиданно заурчал как кошка, подаваясь ласкам ребенка. Девочка с восхищением глядела на него, не в силах оторвать руку и взгляд. Конечно лис она видела и раньше, но не так близко, что можно было протянуть к ним руку и ощутить под пальчиками мех. Кисе продолжал улыбаться, глядя на них, силы переполняли его, а разум был чист и светел, как будто не он только что получил известие о скорой войне с Адом. - Как тебя зовут? – девочка обернулась на зов Ангела. - Мисаки. - Откуда ты? И где твои родители? – Кисе пытался найти ту ниточку, которая поможет им вернуть девочку домой. - Я из Осаки. Мои родители довольно часто работают, поэтому за мной присматривает бабушка. Когда я шла в школу, меня схватил какой-то мужчина, завязал глаза и увез куда-то. Я звала на помощь, но вокруг не было ни души. Я очень испугалась, - на глаза Мисаки навернулись слезы. Кисе почувствовал упадок сил, но ничего не мог сделать с этим. Казалось, что именно от этой девочки шла основная часть его энергии. Она вспомнила все, что с ней произошло в тот день, даже барьеры Такао не помогали. Она ломала их словно спички, сжигала всю магию, которой воздействовали на нее. Рета крепко прижал ее к себе, гладя по голове и что-то нашептывая на ухо. Мисаки успокоилась, глядя мокрыми от слез глазами на Ангела, который поднял ее на руки. - Я сейчас же верну тебя домой, только не плачь, хорошо? Леди не должны плакать. Мисаки лишь кивнула, обхватив Кисе за плечи. Рета вышел из дома, взлетая высоко в небо и направляясь в Осаку, где девочку ждали ее родители, которые уже подняли на уши всех соседей, пытаясь найти пропавшую дочь. Они опустились на землю недалеко от ее дома, чтобы люди не заметили ребенка, спускающегося с неба. - Меня не могут видеть те, кто не верит в Бога, поэтому нет смысла им показываться. Слушай меня внимательно. Ты должна быть сильной, поняла? – Мисаки кивнула и как-то грустно улыбнулась. – Эй, не грусти. Мы с тобой еще встретимся, я обязательно навещу тебя. - Я буду ждать тебя, - девочка бросилась Кисе на шею, обнимая со всей силы, на которую была способна. Рета на прощание подарил ей перо из своего крыла, сказав, что если с ней что-то случиться, стоит только прикоснуться к нему и прошептать его имя, как он тут же примчится к ней на помощь, где бы она ни была. Вернувшись домой, он без сил рухнул на кровать, которая все еще пахла Аомине. Кисе сдавленно простонал, полной грудью вдыхая до боли знакомый запах. На душе было неспокойно, воспоминания вновь вернулись, и стало ужасно тоскливо. Он все никак не мог придумать, как же ему поступить с Аомине, ведь терять его совершенно не хотелось. - Все будет в порядке, Кисе. Тебе нужно отдыхать. - Я не смогу уснуть, Такао. Почему я? Почему именно я должен выйти один на один против Дайки? – из его глаз потекли жгучие слезы, слезы обиды и невыносимой потери чего-то очень близкого, можно даже сказать, родного. - Мы не можем сейчас изменить будущее, такова судьба, но никто не мешает нам изменить настоящее. Оно тоже значит не мало. - Такао, посиди со мной. Я не хочу сейчас оставаться один. Казунари вздохнул, запрыгивая на кровать и укладываясь у Реты под боком. Так они и пролежали всю ночь, ни о чем не говоря, каждый думая о чем-то своем. Но не только они не спали всю ночь. После того, как они рассказали все Михаилу, Кагами и Асмодей вернулись под то дерево, где Демон впервые увидел истинные отношения Аомине и Кисе. Они долго лежали в молчании, пока Асмодей не вздохнул, поворачиваясь лицом к Тайге. - Завтра будет тяжелая битва, - начал Демон, обняв Кагами. – Не все выживут… - Я знаю, - Тайга повернулся к любовнику, запутываясь пальцами в его волосах. – Но я не хочу терять тебя. Ты единственный, кто мне дорог, не считая Аомине и Кисе, конечно, но с ними я знаком был еще при жизни. - Я знаю это, Тайга. Ты изменил меня, не оставив ничего, что было во мне раньше. Я начинаю чувствовать себя живым. Раньше меня никогда не влекло к кому-то, я просто подставлял других, разбивал сердца, толкал на измены, а сейчас я понял, каким ужасным и жалким был на тот момент. Это все было слишком низко, даже для меня. Я не понимал их чувств, не понимал, как можно любить кого-то до встречи с тобой. - Своеобразное признание в любви? – Кагами мягко улыбнулся, карминовые глаза зажглись огнем, а внутри разливалось тепло. – Мог бы просто сказать «Я тебя люблю». А теперь… Тайга притянул Асмодея к себе, нежно накрывая его губы своими. С каждой секундой их поцелуй становился более страстным, а желание обладать чужим телом все сильнее. Асмодей был мастером соблазна, он мог завести с пол оборота, а мог заставить долго молить о разрядке, но сегодня он не испытывал Кагами на прочность, Демон лишь плыл по течению вместе с Ангелом, отдавая себя в той же степени, в какой отдавал себя Тайга. Кагами оседлал бедра Асмодея, не разрывая поцелуй, а Демон положил ладони ему на ягодицы, крепко сжимая их. Тайга шумно выдохнул, начиная тереться своим стояком о стояк любовника, спускаясь поцелуями на его шею. - Я хочу тебя, - Кагами снова припал к губам Демона, приподнявшись и расстегивая его штаны, вытаскивая член. По вздутой головке прошелся прохладный воздух, от чего Асмодей коротко простонал в поцелуй, прикусывая нижнюю губу парня, по спине которого пробежались мурашки. – Больше не могу терпеть, - он стащил с себя штаны, без подготовки насаживаясь на член Демона. Кагами зашипел от неприятных ощущений, но продолжил насаживаться на плоть. Асмодей принял сидячее положение, обнимая Тайгу за талию, и начал медленно двигаться. Сначала было тяжело входить в любимое тело, но вскоре он уже с легкостью двигался, доставляя себе и Кагами несравнимое удовольствие. Ангел стонал, кусал за шею, зализывая мелкие ранки, которые тут же исчезали, не оставляя следа, целовал, ласкал бархатную кожу. Член Демона мягко скользил в теле Тайги, выбивая все лишние мысли из головы. - Ты охрененный, Кагами. Я люблю тебя, - Асмодей увлек Ангела в поцелуй, увеличивая темп. Тайга стонал в поцелуй, обхватив руками свой член и двигая в такт толчкам. Спустя пару минут он кончил, запрокинув голову назад и гортанно застонав. Асмодей последовал за ним, глухо рыкнув и кончив в сжавшееся тело. - И я люблю тебя, - за этими словами последовал долгий поцелуй, отнимающий последние силы. Демон лег на землю, утягивая Кагами за собой. Парень слез с Асмодея, кое-как натягивая на дрожащие ноги штаны. Он лег на плечо любовника, устало прикрывая глаза. - Нам бы поспать перед битвой, а мы тут трахаемся, - с усмешкой сказал Демон, проводя по огненным прядям любовника. - А если мы больше с тобой никогда не увидимся? Я хочу насладиться тобой сполна, хотя мне всегда будет мало. - Что ты такое говоришь, дурак? Все будет хорошо, ты слышал меня? Я не позволю тебе страдать. - Я знаю, вот за это и люблю, - Кагами вновь утянул Асмодея в страстный поцелуй.