Скажи, как я могу не любить тебя?

- Ты меня достал! Неужели мне нельзя расслабиться хоть раз в месяц? - Расслабиться? Ты называешь это так? Мне надоело, что эти твои мерзкие дружки заседают у нас! Я даже не знаю кто из них хуже – подонок Байльшмидт или придурок Карьедо! Я должен уводить детей и гулять с ними, пока они не уйдут. А месье тем временем получает все удобства – диван, тапочки, выпивка и общество имбецилов! - Я ухожу навсегда! – француз хлопнул дверью. - На обратном пути купи хлеба! – мстительно крикнул в окно Артур. Последнее слово опять осталось за ним. Мэттью осторожно прикрыл дверь гостиной. Он тихо поднялся в детскую, обнял своего плюшевого мишку и заплакал. Альфред лежал на полу и, высунув кончик языка, увлеченно черкал в небольшой новенькой тетрадке. - Они опять поругались? – спросил он, не поднимая головы. - Ага, - всхлипнул Мэттью. - Не переживай, ты же знаешь, что к вечеру папы помирятся. Так всегда было! - Не в этом дело, Фредди. В последнее время они так часто кричат. Папа Франциск говорит, что это потому, что они устали. Но ведь когда кричишь, устаешь еще больше, разве нет? Я боюсь, что мы можем снова жить отдельно, как раньше. Взрослые называют это развод. Я так люблю папу Артура и тебя, не хочу, не хочу развод! – слезинки быстро сбегали по маленькой щечке Мэттью и терялись в искусственном мехе игрушки. - Перестань плакать! Все будет хорошо! Лучше посмотри, что я написал, - Альфред подтолкнул брату тетрадочку. «ЭПАПЕЯ ГИРОЯ» жирно значилось на первой странице. - Фредди, а что такое «эпапея»? - Так называются все самые знаменитые книги, мне папа Артур сказал. Не отвлекайся, читай дальше. АВТАР – АЛЬФРЕД СУПЕРМЕГАСВЕРХСЕЛАЧЬ - Кто это? - Мэтт, ну ты что? Это же я! - Ты же Альфред Джонс. - Это я по маме. А на самом деле я Супер – Мега – Сверх – Силач, как папа Артур! - Я видел, что папа Артур пишет на всяких важных бумажках «А. Керкленд». - Это для конспирации. Митиорит лител быстро. Прямо. На. Сабаку!!! Она панила што ие некто не спасет. И ВДРУК паивился самый сильный Альфред. И спас! А патом прешли злыи валшебники - Фредди, а что было дальше? – задержав дыхание, спросил шепотом Мэттью. - Я еще не придумал. Но я всех спасу, будь уверен! Как тебе моя эпапея? - Это лучшая книжка из всех, что я видел, - честно признался Мэттью. - Вот здорово! Пойду покажу папе Артуру, - Альфред побежал вниз, прижав к груди тетрадочку. «Волшебники… Мне бы сейчас хоть одного волшебника! А еще лучше добрую волшебницу, как Мэри Поппинс. Уж она бы мигом помирила Папу Франциска и папу Артура!» - мечтал Мэттью. Недавно малышам прочитали эту книгу, и дети просто грезили о встрече с ней. Внезапно дерзкая мысль посетила Мэттью. Он тихонечко взял зонт в прихожей. Никто его не заметил – из гостиной доносился смех папы Артура, слушающего творение Альфреда. Малыш вернулся на второй этаж в детскую и, вскарабкавшись на подоконник, раскрыл зонт. «Раз Мэри Поппинс сейчас занята, я сам ей стану. И папы сразу помирятся!», - подумал Мэттью, закрыл глаза и прыгнул. *** Альфред еще никогда не видел, чтобы родители так плакали. И сам он никогда не испытывал такого отчаянного страха, как в этот момент. Они сидели в больнице и ждали результата рентгена. Когда папа Артур бросился на рев Мэттью во двор, он пошатнулся и чуть не потерял сознание. - Милый мой! Как ты здесь оказался? - Я хотел стать Мэри Поппинс и полететь на зонтике! Но у меня не полууучилоооось! – плакал малыш, потирая ссадины. - Не двигайся! – папа Артур сбегал за пледом и уложил на него Мэттью. Он лихорадочно ощупывал руки, ноги и голову ребенка. – Где болит, солнышко? Пошевели пальцами! Голова кружится? Ты хорошо меня видишь? - Ничего не болит, только коленки поцарапались! И зонтик погнулся! Папа Артур, не наказывай меня, пожалуйста! - Так, лежи и не вставай! – Артур достал из кармана мобильный. – Алло? Франциск, у нас беда! Мэтти прыгнул из окна! Мы немедленно едем в больницу! Папа Франциск появился, когда Мэттью уже увезли на обследования. Он был бледен, как приведение и тоже плакал. За пазухой он держал батон хлеба - вероятно, он уже шел домой, когда ужасная новость настигла его. Альфред и папа Артур крепко обняли его. Папу Франциска била крупная дрожь до тех пор, пока врач не вышел и не объявил, что с Мэттью все в порядке. Дверь кабинета открылась, и Мэттью вышел навстречу своей семье. Папы и брат кинулись обнимать его, целовать и гладить. - Ну зачем ты сделал это, глупыш? – слабым голосом спросил папа Франциск. - Я хотел стать волшебником, чтобы помирить вас! Лица родителей мгновенно стали серьезными. Папа Артур и папа Франциск несколько минут смотрели друг на друга, а потом сказали в один голос: - Мы больше никогда не поссоримся. И, скажу вам прямо, они честно постараются выполнить свое обещание.