Poison. Passion. Death.

Пролог

      Горячие губы скользили по ее шее, оставляя на коже жару, проникающую глубже и разливающуюся по всему телу. Горячие волны пробегают по мышцам, отдавая в голову, приятно пьянят, заставляют забыться, зарываясь пальцами в темные волосы. Сжимая их в руке в чокнутом порыве сладкой страсти. Она чувствует, как трещит ткань рвущейся футболки. Ее, конечно же, его рубашка уже давно была расстегнута. Она уже почти сидит на столе, не предпринимая ничего, кроме жадных поцелуев. Теперь его губы терзают ее, сминая, кусая и захватывая мягкую плоть. Язык властно прорывается внутрь, затевая просто бешеные танцы с ее собственным. И сквозь этот поцелуй она отчаянно стонет, так скучавшая по этому. По его сладкому вкусу. Так скучавшая по его томным прикосновениям. Кажется, что этому не может прийти конец, но он приходит. Настигает внезапно, когда она вдруг оказывается у стены, а он отходит от нее, бормоча что-то вроде "подожди...". Чего ждать? Он ждал ее полторы сотни лет? Разве не хватило?       - Я должен знать. Кэтрин, все это время я любил тебя, как чертов псих, я убивал, я был на грани, пил, и снова убивал, потому что думал, что ты мертва! Я должен знать, любила ли ты меня. В глазах Деймона была мольба. Чертов истеричка. Но он решительно не желал продолжать, пока она не скажет ему. Это похвально, впрочем. Брюнетка смотрит на него, а в глазах огонек еще не прошедшего порыва страсти.       - Да. Выдыхает Катерина. Возможно, она пожалеет позже о том, что призналась. Признала. Ответила. Чувства - не для нее. Никогда не были для нее. До того времени, пока она не встретила его. И его брата. Металась меж двух огней и ушла, оставив их то ли умирать, то ли выживать самостоятельно. Но она знала, она знала, что они выживут. Найдут способ. Ведь не было бы в них изюминки, она бы их не отметила. А потом поняла, что снятся ей глаза пронзительно-голубые, светлые и ясные как небо. И черные непослушные волосы. И чувственные губы, что постоянно уносили ее в другое измерение.       Позже он поймет, что это было нужно. Он поймет, что ей нужно было подождать, прежде чем прийти и сказать, что она жива. Показать себя. Сейчас самое время. Они были совсем мальчиками тогда, а сейчас посмотрите на этого красавца. Он мужчина. Прирожденный доминант. И проходит всего пара секунд, прежде чем она снова оказывается прижата к стене, захвачена в плен его рук, снова забыв обо всем, кроме него. Его жарких поцелуев. Слишком долго она ждала этого. Просыпалась в холодном поту, и после таких снов даже холодный душ не мог до конца привести ее в порядок.       Мужчина резко разворачивает ее к себе спиной, и девушка вжимается ягодицами в его пах, чувствуя его напряжение. Он кладет ладонь ей на живот, прижимая к себе, кусает ее ухо, после чего горячо шепчет.       - Пошла к черту, Кэтрин. Я больше не верю ни единому твоему слову. И он отходит к камину, по пути застегивая свою рубашку. Петрова усмехается скорее себе, чем для кого-то еще. Он понял все немного раньше, чем она ожидала, и не совсем так, как она хотела бы. Покачав головой, Кэтрин посмотрела на Деймона, наливающего в свой бокал жидкость прозрачно-янтарного цвета. Виски, конечно же. - Смотри, милый, не утопись в собственной глупости. Задумчиво проговорила девушка, разворачиваясь к двери. Надо свалить отсюда. Нужно что-нибудь сделать. А лучше кого-нибудь убить. Какого-нибудь миловидного брюнета в идеале. Хлопнула дверь, об которую через секунду разбился бокал, до этого находящийся в руке мужчины. Осколки разлетелись повсюду.