На палубу, товарищи, все на палубу!

- Я не хочу одну ванну на двоих с Эном, - упрямо повторил Рави, сложив руки на груди и подперев одну из стен гостиничного хостела. Шину устало вздохнул: - Воншик, у тебя пмс? - У меня, - гордо задрав голову, отвернулся Эн, принимая удар на себя. Менеджер, закатив глаза под общий гогот, вздохнул: - Ну что ж, девушки, можете обменяться ключами тогда. Эн, обиженно надув губы, протянул карту Кену, который, тяжко вздохнув и осознав свою печальную участь, обречённо и комично упал на колени перед Эном, протягивая в ответ свою. - Кто хочет возразить, пусть сделает это сейчас или упокоится навеки, - заржал Хёк и тут же поймал воспитательный тумак от Рави, неожиданно материализовавшегося сзади. - Крепись, - с сочувствием в голосе Хонбин хлопнул Кена по плечу и, подхватив чемодан, возглавил торжественное удаление группы из холла. Эн авантажно развалился в кресле, задумчиво рассматривая волны благородной древесины на шкафу. Неожиданный стук в дверь вернул лидера с небес на землю, а появившийся Рави в проёме вызвал лёгкую улыбку на губах. - Ну, чего вы там возитесь? - Дак мы это.. типа финальный бой готовили, - смущённо пробормотал Рави, сминая подол футболки в руках. - Думаешь, Хонбин справится? - Да фиг его знает.. - рэпер резко замолчал, наткнувшись на сердитый взгляд военачальника, и, подскочив, отрапортовал. - Конечно, справится! Ценные указания были доведены до его сведения, он же не дурак, ну. Кен уже с некоторым безразличием постучал в дверь, о которую опирался спиной. - Ещё минутку! - привычно отозвалось существо оттуда. Оно делало это уже с завидной регулярностью минут двадцать. Сидя на полу своей половины номера, вокалист вдруг почувствовал себя фанатом на асфальте у гостиницы. - Звезда отполированная, шла б ты уже баинькать, а, - безнадёжно пробубнил он куда-то в сторону, не пытаясь даже пересилить шум воды. За время сталкерства у запертой двери Кен уже успел классифицировать быстрого (в отношении водных процедур) Хёка как менее водоплавающую особь, а Рави, никогда не занимавшего душ больше минуты, готов был боготворить и падать пред ним ниц. Мысленно поблагодарив Хонбина за сочувствие, Кен сполз по стене вниз и свернулся калачиком на полу. Равномерное журчание воды убаюкивало. И стоило только голове вокалиста примкнуть к шершавому ковролину, как звуки душа утихли, а потом и вовсе сменились шлёпаньем босых ног. Блестящий Эн, выглянув из-за двери и легонько пнув валяющееся тело, бодро оповестил, что душ отныне свободен. Кену было уже немного всё равно, но уставшее тело автоматически поднялось и отправилось под горячие струи. Чувствуя себя абсолютно новым человеком, готовым свернуть горы, а некоторым - шеи, Кен молодецки отдёрнул занавеску душа и с удовольствием молодого жеребца поскакал в свою половину, ёжась от сквозняка, исходящегося из половины комнаты Эна. Покрепче завязав полотенце на бёдрах, Кен уверенно двинулся к двери, готовясь уже с мстительным грохотом её захлопнуть, как вдруг услышал стон. Сначал вокалист подумал, что Эна-таки настигла толпа фанаток, которые в односекундье разорвали любимого лидера на лоскуты своих малолетних фантазий, и теперь то, что от него осталось, безрадно окочуривается на полу гостиницы вдалеке от родной земли. Он, было, отважно кинулся спасать бесценные маммалиолиты, и даже раззинул рот для оглашения окрестностей громким сигнализирующим воем, как тут же проглотил его. Кен увидел Эна, изящно выгибающегося и опирающегося на чьи-то колени. Капельки воды, что прокладывали путь по изгибу спины, переливались от движения, придавая смуглой коже иллюзию оттенка бисмарк-фуриозо. Ягодицы томительно медленно двигались, покуда два разношерстных выдоха не слились в один сладострастный стон. Неожиданно Эн тихо рассмеялся. Этот звук вибрацией разошёлся по комнате, заставляя взволноваться не только воздух, но и внезапно оживший, беспардонно заявивший о своём суверенитете от вышестоящей инстанции власти, придавленный полотенцем разум Кена. - Что ж ты творишь, фурия, - чуть простонав, с нежностью прохрипел Рави. "РАВИ?!" Где-то далеко в голове предательски зашевелилась какая-то важная мысль, которая, впрочем, тоже была подавлена тяжестью собственной ладони, подчинившейся воле отделённого государства, предательски подбираясь к ткани полотенца. Эн ничего не ответил. Переместив руки с коленок на лодыжки, он ещё больше прогнулся в спине, плавно приподняв бёдра. На мгновение он выгнулся так, что Кен успел увидеть шустрый влажный лидерский язычок, скользнувший по верхней губе, и, выдохнув, резко опустился, вырывая из Рави протяжный восхищённый стон. Эн беззвучно хихикнул, пуская по комнате ещё разряд вибраций, за что получил от изнемождённого рэпера по заднице. - Двигайся! Таким был кимовский приказ, полный власти, но в то же время выдавленный сквозь зубы. И Эн задвигался, покорно подчиняясь, опасно ускоряя темп, в то время как Рави не сводил с него глаз, придерживая его и помогая оставаться на скаку. Закусив губу, он шарил взглядом по голой груди, цеплялся за горошины затвердевших сосков, мысленно впивался губами в длинную шею, начавшую покрываться испариной за линией подбородка, и понял, что срывается. Кен позорно издал стон, вырвавшийся сквозь сомкнутые губы и стиснутые зубы. - Стоп! - Рави схватил Эна за талию, вынуждая того совершить аварийную остановку, на что лидер разочарованно заскулил, прерванный на том самом моменте, когда поволока страсти окутывает мозг. Дождавшись, когда щёлкнет задвижка в ванной со стороны Кена, Рави довольно притянул к себе лидера и, впившись в его губы, перекатился на полу, подминая его под себя. - Ты знаешь, а это офигенно. Нереально возбуждает, когда на тебя смотрят. - Двигайся! - выдохнул Эн в губы нависшего над ним рэпера, внутри расправляясь с наигранной обидой.