История одного Изгоя

      Это был самый обычный день. А обычным днем на острове Изгоев считается закономерная гроза с сильным ветром и до костей пробирающим холодом. Именно в этот день произошло нечто, навсегда изменившее жизнь одного особого индивида.       А вообще, грозы на острове Изгоев суровые. Длятся порою по нескольку часов, с каждой минутой становясь все сильнее. Причем молнии бьют куда попало, и правило, что она «не бьет дважды в одно место» работает, прямо сказать, через раз. В один из таких дней держался совет. Совет держался часто, а держал совет не кто иной, как Элвин Вероломный.       Вообще, Элвина можно было назвать справедливым лидером. Жестоким и непредсказуемым, иногда – недальновидным, но справедливым. Но советы он любил держать.       Недолюбливал он остальные племена, в особенности не любил он Хулиганов – племя, живущее на острове Олух. И совет держался как раз по поводу очередной скаутской миссии.       Скаутские миссии были чем-то обыденным тут, на острове Изгоев. Небольшие группы викингов выдвигались к островам разных племен и разведывали. Зачастую это ни к чему не приводило, но, хоть никто об этом и не говорил, многим нравились эти двухдневные вылазки, ибо погода на всем архипелаге в целом была лучше, чем дома.       А наш герой - один из клана Изгоев – был редкостью. Обычно со слабыми детьми расправлялись, кхм… Жестоко. И Алек Венадио – именно так его звали – был одним из тех детей, кто родился весьма увесистым ребенком, а вырос… Ну, в общем, вырос, а массы не сильно прибавил. Но к тому моменту, как Элвин осознал, что в племени появилось «слабое звено», было уже поздно: малец зарекомендовал себя острым умом, а его реакция в таком юном возрасте не уступала матерым воинам. И к шестнадцати годам вырос из этого мальчика викинг, Изгой, которого раньше, собственно, и не видел никто. Сто восемьдесят сантиметров роста против семидесяти килограмм веса считалось совершенно неприемлемым. Так как ни Элвин, ни родители Алека не знали, куда его запихнуть, юноша постепенно обучался всему понемногу: кузнечному делу, бою на мечах (другие виды оружия просто его перевешивали), ловле рыбы – и к тем же шестнадцати годам он умел делать все, что необходимо нормальному викингу, и даже чуть-чуть больше.       Так вот, в этих скаутских миссиях Алек чувствовал себя, как рыба в воде: из-за особенностей острова Изгоев, такое хрупкое создание должно уметь за себя постоять и, более того, уметь держаться на ногах и передвигаться так, чтобы дикие драконы не учуяли, ибо тягаться с ними один на один он не был способен. Поэтому лазать по деревьям, использовать периферийное зрение по максимуму и быстро бегать он умел. И скрываться от людей было куда легче, чем от драконов.       Но вот незадача: Алек, как ни странно, был домоседом. Не любил он эти длинные путешествия с острова на остров. Нравилось ему на острове Изгоев, как бы странно это ни звучало.       На совете вопрос с возможностью скаутской миссии был уже решен. Теперь выбирались добровольцы. Алек, сидя за спинами могучих викингов, очень не хотел, чтобы выбрали его, потому что если выбирали именно его, то отправлялся Венадио без других викингов, ибо стокилограммовые туши не способны удерживать тот темп, с которым юный воин мыслил и действовал. Тугодумы, в общем. Элвин молчал минут пять, выискивая глазами юношу, но, когда его терпение подошло к концу, он просто рявкнул: - Алек! Отправляешься на Олух, и не дай боги ты не вернешься. Алек выдохнул. Он не знал, какова проблема Вероломного в отношении Олуха – уж очень часто туда были скаутские миссии, и последние два года туда отправляли именно его.       Собрание закончилось. Пока викинги расходились по своим хатам, Алек сидел, теребя рукоять своего меча. Внезапно перед ним нарисовался Элвин. - Ты чего? Не рад, что ли? Ни один викинг так себя не ведет, как ты. Как уже говорилось, Элвин был справедливым лидером. Вспыльчивым только. Очень. - Просто эти миссии ни к чему не привели, - ответил юноша. Его голос, низковатый, но звонкий – эхом отразился по всей зале. Кстати, зала эта была не более чем пещерой с огромным каменным столом, сделанным из, собственно говоря, обычного валуна. Факелы освещали помещение, и тени от них порой создавали воистину устрашающие силуэты на стенах. - Каждый раз Олух, - продолжил Алек. – Ты меня посылаешь на Олух уже второй год подряд. Я наблюдаю, рассказываю, что да как, но ровным счетом ничего не меняется. Что между тобой и Стоиком такого, что… - МОЛЧАТЬ! – прервал Элвин. Его хриплый голос разошелся по всей пещере весьма неприятным гулом. – Не твое дело, что между мной и Стоиком такого. Ты вообще должен быть благодарен, что ты еще жив. Мог бы убить тебя, знаешь ли.       Они вышли из пещеры. Помимо грозы, в тот день еще сыпал град размером с глазное яблоко. Элвин, кстати, был недюжий викинг примерно с Алека ростом, но массой, раза в два превышающей юношу. Он всегда носил броню, которую украшал костями собственноручно убитых драконов. Его зубы слегка подгнили, а изо рта шло не самое приятное дыхание. Ручищи этого титана были размером с приличное дерево, а вот голова была вполне стандартной. Разве что шлем выделял эту голову среди остальных Изгоев – он был, как говорил Элвин, «изящнее», хотя Алеку больше по нраву был термин «уродливее». - Может, послать кого-нибудь другого? – спросил Алек. Обычно он интуитивно чуял черту, за которую нельзя переступать, чтобы не взбесить вождя. Однако сейчас этот с виду совершенно безобидный вопрос вверг Элвина в неистовство. Такое бывает, когда встаешь не с той ноги.       Мгновенно повернувшись лицом к юному викингу, Элвин целую секунду думал, что ему делать. Потом он вырвал ветвь в ближайшего дерева и замахнулся на Венадио. Однако юноша не раз попадал в подобную ситуацию и знал, что сможет увернуться. Это еще больше бы разозлило Вероломного, но после пары десятков промахов он обычно сменял гнев на милость. Однако сейчас все случилось по-другому. Как только Элвин замахнулся десятикилограммовой ветвью на Алека, внезапно сверкнула молния, которая, как ни странно, прошла вровень между вождем в металлической броне и Алеком в кожаной. Оба закономерно отпрыгнули. - Радуйся, что боги сегодня на твоей стороне, сопляк, - пробурчал вождь, выкидывая ветку и направляясь дальше. – Завтра ты собираешься на Олух. Хотя Алек мог поклясться, что видел в небе дракона.