О пользе шантажа

— Но любовь... — это такое всепоглощающее чувство, от которого, как я понимаю, просто судорогой сводит... А я такого не чувствую. Мне её не хватает — да. Мне хочется быть рядом — да. Но не безумствовать. — Ты говоришь о страсти, которая действительно род безумия. А я говорю о любви осмысленной и, если угодно, предопределённой. Потому что когда тебе кого-то не хватает, речь идёт о недостающей части тебя самого. И ты ищешь воссоединения с этой частью. (с) Евгений Водолазкин. Лавр

Меня зовут Ли Джехван и я безнадежно влюблен. Это светлое и теплое чувство пришло ко мне весной, когда все вокруг просыпалось после затянувшейся зимней спячки. Зима в этом году была особенно суровой и холодной, поэтому я благополучно пропустил большинство занятий в университете, оправдываясь тем, что в такую погоду хозяин собаку из дома не выгонит, так как же любящие родители могут своего единственного сына из дома выставить на каких-то жалких три пары. Тем более, практических занятий в ближайшее время не предвиделось, а теорию искусств я знал идеально. Преподаватели поворчали бы, но строгих замечаний делать не стали бы. Все же я даже со всеми пропусками считался лучшим студентом, как в своей группе, так и на всем курсе. Одногруппники часто ворчали, что ко мне чересчур мягко относятся, но это было скорее от зависти, чем от злости. Домашние тоже были не в восторге от моих прогулов. Мать всегда театрально закатывала глаза и скрывалась в своей комнате, бросив на последок короткое «Ну что с тобой поделать?», а отец сутками пропадал на работе, поэтому до меня ему практически не было дела. Учится на отлично, профессионально рисует, а значит, никаких вопросов к сыну нет и быть не может. Мне кажется, я унаследовал пофигизм от своего отца. Он всегда был холодным и рассудительным. Полная противоположность моей матери. Вместе они яркий пример того, что противоположности все-таки притягиваются. Но сейчас история совсем не о них, а о моей любви пришедшей вместе с первыми теплыми лучами весеннего солнца. Подобно медведю, я проснулся от зимней спячки и притащил свое бренное тело в университет, выслушивать многочисленные замечания преподавателей. Все я их воспринимал спокойно и, возможно, даже чересчур пофигистично, кивая и соглашаясь со всеми сказанными словами. Мое место на первой парте так никто и не решился занять, поэтому отвоевывать его даже и не пришлось. Всегда удивлялся тому, как все боятся этого место как раз напротив стола преподавателя. Как будто этот милый мужчина, постоянно поправляющий сползающие по носу очки, с первым звонком на пару подобно оборотню превращается в существо способное откусить руку по локоть, не меньше. А для художника руки – это средство выживания, поэтому потерять их, для него непозволительная роскошь. Иногда я чувствовал себя рыцарем без страха и упрека, который способен усмирить монстра, с которым любой другой студент избегает сталкиваться. Внутри просыпалось какое-то необъяснимое чувство нужности и гордости за себя любимого. Ну что монстр я принимаю твой вызов на ближайшие две пары по истории зарубежного изобразительного искусства, которые, к слову, неожиданно пролетели достаточно быстро. Все студенты в полудреме вышли из аудитории, но мне совершенно не хотелось покидать помещение. Все-таки, я стал слишком ленивым, устроив себе незапланированные зимние каникулы. Максимум на что я оказался способен это подойти к окну, чтобы вздохнуть полной грудью прохладный весенний воздух. Этот запах свежести в смеси с ароматом распускающихся почек на деревьях, всегда заставлял меня улыбаться без явных на то причин. Пейзаж за окном все еще был серым и скучным, но кое-что, а точнее кое-кто все же смог привлечь мое внимание. В то время, как все студенты или зубрили что-то по учебникам и конспектам, или же просто заливисто смеялись, собираясь кучками в разных местах парка, один ходил по всей территории делая снимки на профессиональную фотокамеру. Из-за нее я не мог рассмотреть его лица, да и верхняя одежда усложняла мое восприятие его фигуры, но почему-то захотелось узнать его лучше, хотя бы спросив, зачем он фотографирует эту практически безжизненную природу. Особо долго не думая, я оставил вещи в аудитории, взял куртку и вышел на улицу. Отыскать его в парке оказалось намного сложнее, чем мне хотелось, но после пяти – семи минут бесцельного шатания по территории, я все же вышел на него, все так же фотографирующего птицу, севшую на куст рядом с корпусом университета. - Привет, а зачем…- начал, было, я, но он резко повернулся ко мне лицом, одаривая достаточно злобным взглядом. Птица, видимо испугавшаяся моего голоса, быстро улетела, нарушая композицию его снимка. - Мне некогда, - сухо и как-то чересчур грубо, но свою вину я признавал. Мне действительно не стоило быть настолько наглым и бесцеремонно вмешиваться в процесс его «работы», но если бы я стоял над душой, наверное, было бы намного хуже. Зато мне удалось рассмотреть его лицо. Глаза цвета темного шоколада, ровные губы и выделяющиеся скулы. Такое лицо невозможно было забыть, даже если очень бы захотелось. Вот и я не смог. Тогда этот незнакомый парень быстро сбежал от меня к своим друзьям. Он улыбнулся, а я заметил, что в момент, когда на его лице появилась улыбка, на его щеках появились две соблазнительные ямочки, делающие незнакомца еще более привлекательным. - Это точно любовь с первого взгляда, - сказал, как отрезал мой лучший друг Хагён. Мы с ним знакомы с еще старшей школы, поэтому он знает меня, как облупленного и не доверять его слову у меня нет оснований. Второй мой друг – Тэгун, предпочел отмолчаться, рассматривая что-то за окном. Мы со школы всегда были втроем. Болтушка – Хагён или Эн, как его называли близкие друзья, интроверт – молчун – Тэгун или Лео и я. По-моему мнению, только им и можно было доверять все тайны, поэтому после встречи с незнакомцем, я пошел и рассказал все именно им. – Ваши взгляды встретились, пробежала искра и, о боже! Лео! Наш Джехван стал совсем большим, и скоро приведет мальчика знакомиться с родителями! – Хагён смеялся, Тэгун, как обычно молчал, а я с того момента окончательно сошел с ума. У меня появилась идея фикс, что я обязательно должен еще раз встретиться с этим парнем. На всех моих картинах, стал появляться его образ. Преподаватель даже подшучивал, что я, наконец-то, нашел свою музу, и мне оставалось только согласиться с ним. Этот незнакомец плотно засел в моей голове, и я все время искал с ним встречи. С помощью друзей, мне удалось узнать его специальность и имя. Теперь я точно знал, что мою паранойю зовут Ли Хонбин и учится он на курс младше меня. Каждый день мы пересекались в столовой, в парке, иногда встречались в библиотеке, но он был слишком занят учебой, фотографией или своими друзьями, поэтому на меня внимания не обращал. Почти три месяца, я ходил за ним подобно сталкеру, все никак не решаясь признаться в своих чувствах. Да, на тот момент я был уже абсолютно уверен, что я люблю этого парня, всячески избегающего встреч со мной по непонятной причине. Хагён постоянно подталкивал меня первым сделать шаг ему на встречу, и я решился. Подкараулив Хонбина в библиотеке, я просто сказал ему в лицо о своих чувствах. Младший сначала удивленно захлопал глазами, а потом настолько громко рассмеялся, что вынужден был зажать себе рот рукой, вспомнив, что мы все же в библиотеке. В тот момент, я откровенно недоумевал, но стоило ему открыть рот, как все стало на свои места. - Хён, ты, откровенно говоря, не в моем вкусе, - Бин усмехнулся и, скрестив руки на груди, обошел меня и скрылся за углом. С пару минут я, молча, стоял, пытаясь до конца осознать ситуацию. Мне отказали, причем довольно грубо и просто ушли, оставив одного. Больно, неприятно, но что поделаешь. Сердцу не прикажешь. Хотя, мое сердце тоже приказы не слушает, поэтому даже после грубого отказа Хонбин не выходил из моей головы и снился мне ночами. Я чувствовал себя откровенным мазохистом, вновь попытавшись признаться ему спустя какое-то время. Каждый раз причина была все более грубой, вплоть до того, что однажды он сказал: «Если бы на планете остались бы только я и ты, мы никогда не смогли бы быть вместе. Исчезни». В его голосе звучали нотки раздражения и злости. Я прекрасно знаю, что могу быть огромной занозой в заднице, но что поделать. Меня зовут Ли Джехван и я безнадежно влюблен.