Любовь не ведает границ

      — Благодарю, я конечно очень вам признательна, но у нас мало времени, слишком мало. С вашего позволения, я бы хотела отправиться на Мустафар, мне нужно поговорить с Учителем…       Голос девушки звучал уверенно, но глухо. Он был полон боли, переживаний за жизнь любимого, ведь как ни как, а Мустафар опасная, с далеко непостоянной и непредвиденной погодой, но больше всего сердечко Асоки трепетало от надежды.       Надежда, что ее Энакин еще не исчез, что его прежнего еще можно вернуть, что узнав об их будущем ребенке, ее почему-то не покидало чувство того, что это будет именно девочка полутогрута-получеловек, он откажется от Темной Стороны и вернется к ней, теперь уже к ним.       Да, она была готова простить ему все, даже убийство безгрешных юнлингов в Храме, как только он пообещал бы ей, что больше никогда не поведется на уговоры и слащавые речи Палпатина, что он больше никому никогда не нанесет вреда и у тем более не убьет.       Разумом она понимала, что вряд ли ситх, однажды учинившей безжалостное массовое убийство и детей в том числе, уже когда-либо сможет сдержать подобную клятву.       Мастер Квай-Гон Джин в своем редком и мало кому известном голокроне, который тогруте чудом удалось обнаружить в потайном хранилище в одном из ситхских храмов, которые они с Учителям посетили несколько лет назад в качестве «мирной» миссии, говорил: «Личность, которой завладела вездесущая Тьма пала, безвозвратно канула в лета. Шанс вернуть заблудшего человека невелик, лишь воистину чистой особе с невинной и никому неподвластной душой сотворимо такое».       Некоторое время Асока не разбирала истинного значения слов великого, но непризнанного Советом Джедая, но однажды, после долгой и глубокой медитации, мудрость нежданно свалилась ей на плечи. Осознание пришло само по себе, но в такой нужный Тано момент.       Она не считала себя чистой и невинной личностью, она уже убивала, и не раз. Неважно, что ее жертвами становились исключительно те, на чьих руках кровь тысяч убитых, кто представлял угрозу ее Учителю или их бойцам. Отбирая жизнь у них, она становилась ничем не хуже их самих — такой же убийцей. Но не смотря на свою «загрязненность» она искренне верила, что ее любовь к Скайуокеру и вправду безгранична, что она не ведает границ и способна на все — даже вернуть человеку собственный Свет.       — Не отпущу тебя я одну, рыцарь Тано. Слишком силен для тебя новоявленный ситх, не ровня ты ему. Много достигла ты за свои годы учения в Храме, но твоих сил и умений не достаточно для победы над Павшим Скайуокером, — вяло, словно все происходящее не интересно и вообще не касается его, медленно проговорил зеленый магистр.       Волной на девушку нахлынуло недовольство и ошеломляющая злость на представителя одной из наиболее загадочных и малоизвестных рас в Галактике. Если ранее аура Храма была светлой и приятной, возвращаюшей утраченве силы и энергию, то ныне она была насквозь пропитана Тьмой. На мгновение бывшему Падавану показалась, что она слышит пронзительные крики умирающих от рук некогда своих товарищей-клонов Джедаев. Их голоса то сплетались в один-единый гром подобный крик о помощи, то вновь было слышно каждый из них по-отдельности.       Только сейчас она заметила, что вокруг нее Сила пропитана смертью и кровью невиновных жертв! Некоторые из голосов погибших, словно шептали ей на ушко, чтобы она послала этих стариков-магистров куда-подальше и присоединилась к Тьме. Асока уже было хотела согласиться с ними — плюнуть на этих джедаев, наконец смириться с давно ясным фактом, что Орден уже совсем не тот, что был несколько тысяч лет назад. Она была уже готова отказаться от всего, чему ее учили с трех лет, но ее остановил до боли знакомый ей детский девичий нежный голосок. Ей хватило и доли секунды, чтобы наверняка узнать его.       «Асока, в какое русло текут твои мысли? Ты ведь обещала мне, что пробудишь в Мастере Скайуокере его прежний Свет, а сама в тот время сама решила перейти на Темную Сторону?» — недалеко от себя девушка услышала голос недавно умершей толотианки. В нем не было ни намека на злость или осуждения, а только понимание и сочувствие, в которых так нуждалась юная тогрута.       А ведь она права. Хоть Катуни была еще маленькой девочкой, ей была присуща не свойственная детям мудрость и она владела не слабыми познаниями в Силе. А ведь сразу после окончания своего ученичества Тано хотела с разрешения Совета взять себе Падавана, которым должна была стать именно Катуни…       «Спасибо, Катуни, ты уже дважды за сегодня спасаешь меня, а я… Спасибо тебе за все…».       — При всем уважении, магистр, но только я смогу помочь Учителю. Никто не понимает его так хорошо, как я и вы это сами прекрасно знаете, — сухо ответила девушка, тщательное скрывая свое лицо капюшоном черного плаща.       Отчасти Асоке было всей равно на мнение джедаев, но часть ее души не желала, чтобы гранд-мастеру открылось ее лицо искаженное гневом и намеками на ненависть на него.       Нет, больше она никогда не поддастся Темной Стороне, но пора ей признать, что больше она не прежний джедаи, и вряд ли станет им снова после убийства друга. Но она никогда не допустит своего становления ситхом. Она будет просто форсьюзером, широкого профиля форсьюзером.       — Не ведаешь ты всей важности и ответственности данной ситуации. Видение посетило меня. Если дашь свободу своим чувствам, сама полетишь на миссию по устронению ситха — не вернешься ты живой. Пойми, битва между вами неминуема. Скайуокера былого больше нет, погиб он, — в своем решении Йода был неприклонен.       На мгновение тогрута посетило чувство отчаяния, но она быстро взяла себя в руки. Она осознавала, что если Кеноби полетит с ней на Мустафар — дуэль между ним и Энакином неизбежна.       А кто выйдет из нее победителем? Сила молчит. Асока может только догадываться и верить, что ее Мастер справится.       Да, любовь слепа. Не смотря на всю боль, испытанную ею по его вине, она по-прежнему безмерно его любила. И ради его безопасности была готова пойти на все. Тано была обязана любой ценой не допустить чтобы магистр полетел с ней!       — Не хочу я быть с вами грубой, магистр, но вы не правы. Вы не имеете никакого права распоряжаться моей судьбой. И стирать мне память, когда я была еще малообученым юнлингом, вы тоже не должны были. Я бы на вашем месте сразу рассказала всю правду, нежели скрывала от человека его предназначение всю его жизнь. Я — Хранительница Избранного! Его гарант верности Светлой Стороне. Только я смогу вернуть Свет в душу падшего Избранного, это мое предназначение!       Не сдерживая нахлынувших эмоций, воскликнула Асока. Ей надоело все держать в себе, просто накипело, и она выплеснула все наружу. Не тактично с ее стороны было кричать на старика, которым являлся гранд-мастер, но она не ощущала за собой чувства вины, на него не было и малейшего намека.       — Я выполню свое предназначение, но знайте, магистр, я больше не являюсь частью вашего Ордена.       Последней резкой фразой Асока поставила жирную точку в их с Йодой словесной баталии, и вышла из нее победителем. Решительным шагом она добралась к своему новенькому истребителю, подаренному ей сегодняшней ночью Палпатином со знаками Империи. Запрыгнув в кресло, она за считанные секунды вышла из искусственной атмосферы Корусанта и введя координаты Мустафара, совершила прыжок в гиперпространство. Совсем скоро она будет возле него и весь этот Ад наконец закончится.       «Лишь бы успеть… Только бы не опоздать».       Тем временем, возле уничтоженного и охваченного огнем Храма, двое магистров наблюдали за улетающей девушкой. Каждый из них считал, что она сделала неправильный выбор и приняла решение не по собственной воли. Они оба были уверены, что она не права.       — Ступай за Асокой, магистр Кеноби. Не можем мы оставить заблудшее дитя, защити ее, — прервав непродолжительное молчание, еле слышно промолвил гранд-мастер, не отрывая взгляда от руин некогда великого здания. — А я тем временем наведаюсь к нашему Канцлеру, поговорить есть нам о чем. Но помнить должен ты, что маленького мальчика, которого ты обучал больше нет. Умер твой падаван, а ситх в его теле живет. Не можем допустить мы, чтобы Избранный стал прислужником Темной Стороны.       — Не переживайте, магистр Йода, вы можете на меня положиться!       Мустафар. Это маленькая планетка, более похожа на огромный астероид, расположенная в системе Мустафар во Внешнем Кольце. Мустафар — маленький вулканический мир, где лава добывается как ценный ресурс. Из-за того, что целых тридцать пять процентов ее поверхности занимает всепоглощающая лава, климат у планеты очень жаркий. Хоть она и имеет атмосферу, по доводам ученых вполне пригодную для дыхание, жить на планете крайне сложно. Теперь Асока ясно понимала почему население Мустафара такое малочисленное, всего двадцать тысяч, не смотря на диаметр планеты, длина которого превышает четыри тысячи стандартных километров.       Тогрута приземлилась на поверхность Мустафара всего несколько минут назад, а уже ощущала слабое удушье и еле заметное головокружение. Волнение за своего нерожденного малыша росло с каждой секундой. Девушке хотелось как можно быстрее поговорить с любимым, вернуть его и покинуть эту ужасно негостеприимную планету.       Долго искать Скайуокера Асоке не прошлось, он сам ушел ей на встречу, а на его лице сияла довольная улыбка. Такая приятная, родная улыбка, от которой сердце тогруты учащало свой ритм.       Но что-то в нем было не так. Его глаза. Больше не было тех небесных глаз, в которые она влюбилась с первого взгляда. Их словно накрыла какая-то желтоватая пелена.       Сердце бывшего джедая пропустил удар и сжалось. Все правда. Она до последнего верила, не теряла надежды, что это все учинил не Энакин, но ее чаяния оказались ни чем иным, как глупыми наивными мечтами. Не дойдя до неоспоримого и единственного владельца ее сердца несколько метров, она застыла, не в силах ступить более и шага.       — Асока?!       Подбежав к девушке, ситх заключил ее в крепкие объятия. Он не ожидал увидеть свою малышку здесь, но был принято удивлен ее неожиданным появления. Чуть ранее, разобравшись с остатками Совета Конфедирации, он увидел спускающийся на землю незнакомый ему корабль. Решив проверить кто осмелился прилететь на Мустафар, он направился к месту посадки, даже в мыслях не предполагая, что «гостей» может оказаться она.       — Что ты забыла на Мустафаре? — чересчур грубым тоном спросил Скайуокер, ныне именуемый себя Вейдером, но это лишь была безграничная забота влюбленного мужчины о своей избраннице.       Асока прекрасно это понимала и совершенно не сердилась на блондина. Запустив руку в шевелюру Энакина, она всем своим телом прижалась к нему. Сейчас, возле него ей были не страшны какие-либо невзгоды, посланные им Силой. Ей было неважно, что происходит в мире, ведь он с ней, а это главное.       Быть возле Скайуокера, вдыхать его аромат, ощущать его нежные прикосновения к ее телу — это все, что было нужно Асоке для счастливого существования. А теперь у них еще будет малыш! Она обязана ему сейчас же рассказать об их малышке, которую она носит пол сердцем! Это дитя их плоть и их кровь. Оно — плод их запретной любви.       — Выходит, чтобы слетать на какую-то планету мне теперь надо запрашивать у тебя личное разрешение, Энакин? Или же мне лучше теперь обращаться к тебе «Вейдер»? — слова сами по себе вырвались из уст тогруты.       Одно воспоминание о смерти Катуни — и жгучая обида на дорого человека вновь дала о себе знать, заполоняя разум Тано. Счастливая улыбка мгновенная испарилась с лица Избранного. За все годы ученичества у известного Генерала она впервые видела его настолько серьезным и… Безжалостным. На мгновение ей стало страшно от одного его взгляда. Казалось, он только одним взглядом может испепелить ее. Но больше всего она ощущала сильную тревогу за малышку. Он ведь не причинит вреда собственному ребенку?!       — Значить ты уже все знаешь, — сухо сказал мужчина, переводя взгляд с Асоки на речку лавы, текущую за каких-то жалкими пятью метрами от них.       В какую-то секунду его посетила одна шаловливая мысль. Скинуть эту неугомонную тогруту в лаву и покончить с ее вечными нареканиями и неуместными шуточками. В тот миг Энакин испугался самого себя. Как? Как он мог подумать такое про его девочку, по его Шпильку?       — А ты как думал? По твоему, находясь на Корусанте, я могла пропустить приказ 66 и уничтожение всего Ордена? — не ожидая подобного от себя, язвительным тоном выкрикнула тогрута.       Пока летела на Мустафар, она убедила себя в том, что не будет упрекать Энакина ни в чем, а просто поговорит с ним. Так сказать, проведет мирные переговоры. Но, наверное, немалую роль сыграла беременность, во время которой тогруты, как и любые другие особи женского пола в положении, становились крайне эмоциональными.       — Юнлинги были совсем еще маленькими, без собственного осознавания сего мира, детишками! Как у тебя вообще поднялась рука на них? Они ведь дети! Маленькие невинные дети! Ты… Ты убил Катуни! Она…       Асоке было слишком сложно говорить. Жгучие слезы, сдерживаемые ею до сего момента, щедро заливали личико девушки. Она задыхалась от слез и обиды, но просто не могла промолчать.       — После завершения мною обучения она должна была сразу стать моим падаваном, а теперь… Теперь ее изувеченное тело исчезнет вместе с Храмом, будет поглощено огнем. У нее даже не будет нормальных похорон! И это ты во всем виноват! Это твоя вина!       Слова закончились. Эмоции были выплеснуты. Наступило молчание. Никто из них не торопился его нарушить. Асоке было тяжело дышать. Она жадно вдыхала легкими наполненный сажей и гарью воздух, отчаянно пытаясь привести дыхание в норму. А Энакин… Энакин просто не отрывая взгляда смотрел на любимую девушку, не решаясь как-либо помочь ей, не решаясь даже заговорить первым.       — Зачем… — еле выдавила из себя девушка, через потоки нескончаемых рыданий.       Последний раз она так плакала когда ей было три годика. Родители внезапно покинули ее, но почти сразу она нашла новую, как ей показалось вначале дружную и любящую, семью в лице Ордена Джедаев. Тогда она быстро забыла об болесной утрате.       Асока ощущала гордость за себя, что единственная из детей на Шили оказалась Одаренной. Ей казалось, что больше она никогда не испытает чувства потери дорогого ей человека. Так оно и было. Она мирно себе жила в Храме, только изредка «ставя его на уши», обучалась и дружила со своими однокурсниками.       Но все изменилось в один, казалось бы ничем непримечательный день. Первая битва на Джионозисе, самое начало Войны Клонов. Ее назначение падаваном и отправление на передовую. Она прошла всю войну, каждый день созерцая гибель своих солдат, вплоть до ее трагического конца. А теперь… А что теперь будет с ней? С ними?       — Энакин, прошу тебя, ответ мне всего на один вопрос. Что спровоцировало твой переход на Темную Сторону? Чем тебе так не угодили джедаи, что ты на пару с Палпатином решил уничтожить, искоренить их? Зачем?..       — Они заслужили свою участь, — горько усмехнулся ситх.       Асока не узнавала в стоящим перед ней мужчиной того, кого полюбила всем своим сердечком, в котором есть место только для него и их будущего малыша. Это был совсем иной человек.       Жестокий. Безжалостный. Бессердечный. Неизведанный ей.       Одним словом — Ситх.       Его бархатный голос не утерял былой обворожительности, но приобрел новые, ранее несвойственные ему, нотки. Он был ледяным, словно вечные снега Хота, на котором они не так давно вели сражение с армией дроидов, и грубым. Говоря про джедаев, голос Скайуокера становился пренебрежительным, он говорил про них с нескрываемым недовольством и презрением. Он очень изменился. Почти до неузнаваемости.       — Если ты наивно полагаешь, что я буду отчитываться перед тобой за содеянное мною, а уж тем более просить за прощение, ты глубоко ошибаешься. Джедаи сами виновны в своей гибели. Они сами усложняли и продлевали эту бессмысленную войну, а клонов использовали как никчемное пушечное мясо! Орден уже давно перевелся, он и есть центр коррупции, против которой мы всегда свято боролись! Спрашиваешь зачем я убил их всех? Элементарно! Все это я сделал для тебя! Для нас с тобой! — на последних предложениях он перешел на крик. Резко замолчав, он более-менее спокойно продолжил, после секундного молчания. — Я ведь забочусь о нас! Теперь нам незачем скрываться от всего мира, мы можем спокойно жить, наслаждаться этой жизнью, не задумываясь о следующем дне! Разве это не то, о чем мы мечтали? Не то, к чему мы уперто стремились? Пойми, мне для тебя ничего не жалко, ради тебя я готов на любые подвиги! Я ведь люблю тебя!       — Я тоже… Но наша любовь не оправдывает всех принесенных тобою страданий…       Последняя фраза Тано так и осталась незавершенной. Девушке не дал договорить шум идущего на посадку звездолета, а сил перекричать его у нее не имелось. Заметив резкие перемены в выражение лица возлюбленного, ранее он немного успокоился и выглядит почти прежним веселым генерал-джедаем, то теперь его лица исказила животная ярость и лютая ненависть. Решив посмотреть что же так затронуло мужчину, тогрута проследила за его взглядом и повернулась к приземлившемуся кораблю лицом, но лучше бы она этого не делала.       Там стоял Кеноби. Выходит, магистры не послушались ее, в очередной раз доказали недоверие по отношению к ней. Она уже вознамеривалась вступить с ним в словесную баталию, но ее остановила неожиданная железная хватка, с силой сжавшая ее горло. Дышать стало очень трудно, почти невозможно. С ужасом она повернула голову в сторону и взглянула на Энакина. Это он.       Он душил ее!       — Это ты привела его!       Его голос изменился до неузнаваемости. Это было рычание безжалостного зверя, наконец загнавшего свою жертву в угол и готового совершить с ней кровавую расправу в любую секунду. В голубых глазах Тано плескалась мольба о пощаде. Если бы ей кто-то сказал несколько лет назад, что она влюбится в своего Учителя и забеременеет от него, а тот станет Павшим из-за их взаимной любви и в конце концов собственноручно задушит ее — она бы посчитала весь этот рассказ бредом сумасшедшего. Но сейчас это была жестокая реальность этого несправедливого мира.       — Ты предала меня! Говорила, что любишь, а сама тянула время и ждала пока твой незабвенный Кеноби прилетит и убьет меня! Ты убила нашу любовь! — Я… Нет… Не приводила… Его… — это все, что смогла выговорить, скорее прошептать одними губами, бывшая джедай.       Руки девушки крепко обвивали ее живот. Нестерпимая боль в низу живота росла с каждой секундой. Если бы она не задыхалась, она вряд ли содержала бы пронзительный крик боли. Внезапно ощутив резкую свободу, она протяжно застонала и упала не землю. Свернувшись колачиком, девушка всеми силами старалась не потерять уплывающее сознание, но очередной залп нахлынувшей боли оказался сильнее, чем ранее. Не в силах больше терпеть эти адские мучения, она провалилась в спасательную тьму. Последней мыслю, посетившей ее затуманенный рассудок, была мольба Силе, чтобы та сохранила ее ребеночка, не допустила гибели ее малышки.       Тем временем между в бывшими друзьями, а ныне злейшими врагами, развязалась жестокая схватка. Это была битва не на жизнь, а на смерть. Силы были равными, но опыт и выносливость магистра давали о себе знать.       Удар, Блок, Удар.       Вейдер заметно ослабел с момента начала схватки, все же сказывались долгие бессонные ночи, проведенные на передовой, и резня в Храме. Силы уже почти оставили его. Проведя очередную комбинацию, он не заметил резкого выпада ныне самого ненавистного ему человека во всей Галактике, за что и поплатился.       Искусственная рука, которой он орудовал световым клинком, было отрублена и ее останки покоились в реке распеченной лавы. Он остался безоружным перед лицом разгневанного лютого врага, готового прикончить его в любую секунду, за все те ужасы, учиненные его бывшем Учеником в Храме, некогда бывшим им домом.       Как раз в тот миг сознание Асоки вернулась своей обладательнице. Не смотря на всю боль, которую Энакин внес за последнее время в ее жизнь, даже не смотря на то, что еще совсем недавно он пытался убить ее, она не могла допустить его смерти.       Тогрута все так же сильно любила ее шутливого и веселого Скайуокера и свято верила, что его еще можно вернуть. Собрав все остатки сил, она Силой откинула рыжебородого магистра в сторону, прямиком в кровавую лаву.       Последнее что Асока услышала — это был чей-то истошный крик, последний крик умирающего существа. А дальше — пустота.