860

— Это он?       Четверо детей с сомнением разглядывали покосившийся дом. Окна были заколочены, густые вьющиеся растения взбирались вверх по полуразрушенному фасаду. Дом был похож на связанного плющом и хмелем пленника, томящегося за забором. — Да, это тот самый дом… — таинственным шепотом начал мальчик в клетчатых штанишках.       Другие дети, открыв рты, приготовились слушать страшную историю про таинственный старый дом, стоящий в самом центре города и не тронутый перестройкой. — Говорят, когда-то давно в этом доме жила семья. Отец, мать и маленький сынок. И однажды отец и мать собрались и… ушли за стены.       Дети хором ахнули. Они прекрасно знали, что за стенами очень опасно и каждый, кто уходил – уже не возвращался. — Но их маленький сын остался в доме. Он ждал родителей, день за днем, ночь за ночью. Он ждал, когда они вернутся… Но они не вернулись. С каждым днем его надежда гасла, превращаясь в злобу, и он поклялся себе никогда больше не выходить на улицу! Говорят, он до сих пор живет в этом доме, превратившись в злобного черного старика! УУУУ!!! — А если он просто умер с голоду, Ланс? – тихо предположил мальчик постарше. — Нет, — ответил мальчик в клетчатых штанах, — он питался крысами и птицами… и иногда – любопытными детьми, которые заглядывали проверить, правда ли это. — Глупости! Я слышал, что у этого мальчика был дедушка, и что он… ну мальчик… вырос и ушел за стены вместе с ним, а потом всех там убили, и призраки семьи вернулись домой и живут там… — Как призраки могут жить, они же умерли? – топнул ногой мальчик постарше, - никаких призраков не существует! — Тогда что ты не зайдешь? – пискнула маленькая девочка.       Старший мальчик смутился. Действительно, если нет никаких призраков, то надо это доказать. — А я возьму и зайду! — А ты зайди! — И зайду!       Мальчик отодвинул плохо прибитую доску забора и шагнул в небольшой заросший палисадник. Остальные дети последовали его примеру. — Видите!       Несмотря на то, что дом находился в самом центре шумного города, окруженного высокими стенами, в палисаднике было тихо. Словно за этим высоким, но гнилым забором пряталась какая-то иная реальность. Даже воздух вокруг дома был другим – сладким от запахов цветущего хмеля и удивительно свежим.       Дети, очарованные этим маленьким зеленым уголком, оглядывались по сторонам. Одичавшие многолетники пестрым разноцветием окружили маленьких гостей, лиловые стрелки люпинов поднимались выше детских голов. Оплетенная растениями терраса сулила прохладу в этот жаркий летний день. — Тут совсем не страшно! — весело рассмеялась девочка, пробежав по тропинке ко входу.       Дверь с трудом поддалась маленьким ручкам, но остальные ребята пришли на помощь и, наконец, открыли дом.       Старший мальчик пошел первым. Пройдя коридор, он остановился в гостиной. Его удивило то, что все более-менее ценные вещи в доме были на своих местах. Напольные часы, заросшие паутиной, давно остановились, цветы в горшках увяли, а ковры были съедены молью. — Вот видите, никто здесь не живет! Нет никаких дедов и духов!       Маленькая девочка прошла вперед, в небольшую гостиную. — А я бы хотела подружиться с привидением… — Глупости говоришь, Лена! — отозвался Ланс.       Несмотря на запустение и бедную обстановку, этот дом казался уютным.       Камин, выложенный полинявшим от времени кирпичом, кресло-качалка возле него. Чуть поодаль стоял маленький стол, на котором все еще лежала ссохшаяся от времени курительная трубка и маленькая потускневшая табакерка. Как будто кто-то собирался покурить, но не успел…       Весь дом выглядел так, будто его хозяева в спешке оставили свой быт и бежали прочь от какой-то страшной напасти. — Тут фотографии, — проговорил мальчик в клетчатой рубахе, подходя ближе к камину.       Вставленный в рамку снимок давно потускнел, но все же на нем можно было различить пожилого мужчину, обнимающего за плечи худенького мальчика.       Девочка Лена, привстав на мыски, стянула фотографию с каминной полки и присмотрелась. Обычный снимок, без даты, без подписи. Два человека, скорее всего, давно мертвые, смотрели на нее с пожелтевшей глянцевой бумаги. Ребенка очаровала эта аскетичная и простая одежда и открытые добрые взгляды людей. Ее смутили улыбки на их лицах – искренние и счастливые, она никогда не видела таких. Каждый день – только серые угрюмые лица, без проблеска радости в потухших глазах. Входная дверь скрипнула и дети замерли. Тяжелые шаги, сопровождавшиеся странным позвякиванием, раздались в коридоре и медленно приближались. — Пресвятая Стена Мария, защити нас от ужаса внешнего… — тихо зашептал молитву маленький Ланс, когда дверь начала открываться.       В гостиную вошли двое молодых мужчин. Оба были одеты в грязную и местами протертую до дыр одежду, чем-то похожую на полицейскую униформу. Но больше всего детей удивили странные прямоугольные коробки, болтавшиеся у каждого из них на бедрах. — …и даруй нам, о, Стена Мария, непоколебимую, как ты сама, веру…       Маленькая Лена, стоявшая ближе всего к входу и все еще державшая в руках старую фотографию, вдруг решила пойти на контакт с потусторонними силами. — Вы призраки?       «Призраки» переглянулись. Как будто одного короткого взгляда этим двоим было достаточно, чтобы все решить за полсекунды.       Блондин осторожно вытащил из вспотевших рук маленькой девочки фотографию и мягко улыбнулся: — Да.