Пустой король

Беда не приходит одна

Когда за считанные секунды рушится весь мир, а никакие надежды не оправдываются, начинаешь верить в своё тотальное невезение. Но порой, что ещё хуже, появляется ощущение, будто ты сам во всём виноват, а не только противная судьба строит свои козни. Санджи, как только услышал новость о том, что его отец скончался, обомлел. Он больше ничего не говорил и никак не реагировал на слугу, который тут же перепугался, увидев лицо принца. Санджи просто не мог поверить в то, что его отец, который ещё недавно чувствовал себя гораздо лучше, умер. Нет, этого просто не может быть. - Ты серьёзно? - наконец спрашивает Санджи, потихоньку приходя в себя. - Ты точно мне сейчас не врёшь?! - Мне нет смысла лгать! - стал говорить слуга. - Меня и послали за врачом, который как сквозь землю провалился. Но, наткнувшись на вас, я подумал, что будет лучше, если я не утаю это... - Да, ты правильно сделал, - ответил парень, похлопав перепугавшегося слугу по плечу. Несмотря на то, что Санджи предпочёл бы остаться в неведении, всё же хорошо, что ему сообщили эту весьма неприятную новость. Иначе от принца могли всё утаить или же во много раз приукрасить действительность, чтобы не ранить его ненароком. А сейчас, зная суровую правду, хоть и не всю на данный момент, Санджи уже мог делать кое-какие выводы, а также беспрепятственно войти в имение. Теперь его никто не остановит, так как у всех появились другие заботы. Жаль вот только, что они связаны с утратой правителя. Неспешным шагом направляясь к имению, принц всё ещё не мог отойти от шока. На данный момент не всё могло уложиться в забитой голове. Сейчас, когда буря противоречивых чувств поднялась вновь, Санджи не знал, что и делать. Да и спустя день или два он по-прежнему не будет этого знать. Теперь же на парня свалится новая пища для размышлений. Вот только ему будет весьма неприятно рассуждать о смерти близкого ему человека и о том, что же теперь будет. А будет вот что: сначала должны пройти похороны. Конечно, на такое мероприятие сойдётся чуть ли не весь город, чтобы проститься с любимым королём. Потом, спустя некоторое время, уже стоит задумываться и о новом правителе, так как оставлять трон без присмотра - значит дать новый повод для волнений. И тут-то встаёт очередной вопрос: кто же займёт место Маллори? Если раньше никаких сомнений не было, и все прекрасно знали, что старший сын короля в своё время будет управлять чуть ли не целым островом, то сейчас эта вакансия, освободившись, намеривалась пустовать более долгий срок. И на это также были свои причины. Второму по старшинству сыну повезло не меньше, чем первому. К счастью, он не был замешан ни в каких сплетнях или заговорах, да и не думал ещё молодой парнишка об этом. Но подвела его вовсе не репутация или же поведение, а здоровье. С детства мальчик сильно болел и чудом являлось уже то, что он смог дожить до своих лет. Других сыновей эта кара не постигла, хотя каждый, в своё время, имел довольно болезненный вид из-за чего всегда беспокоились родители. Именно из-за здоровья принцу и суждено было остаться принцем. Не мог человек, вечно лежащий в постели и живущий на одних лекарствах, управлять целым государством. К тому же неизвестно, останется ли он жив после того, как и до него дойдут последние новости, ежели они уже не добрались. Кто знает, как бедняга перенесёт такие вести и сможет ли выкарабкаться или же он окончательно уйдёт в свои болезни? Поэтому следующий претендент на трон - Санджи. Но и он не был уверен в собственных силах. Легкомысленный юноша давно решил для себя, что он никогда не будет управлять Оймото. По правде говоря, он и не должен был, так как до него очередь бы так и не дошла, но, по-видимому, сверху распорядились иначе. И теперь только Санджи могут доверить правление, несмотря на все его проступки. Уж лучше это, чем уступить трон и вовсе младшему, которому то и пяти лет не исполнилось. Предвидя такое развитие событий, принц уже сейчас начинает понимать, что ему никуда от этого не деться. Парня и спрашивать не будут о его желаниях или мечтах. Объявят по быстрому королём, да начнут мозг промывать, стараясь заполнить его всякой правительственной дурью. Если всё так и произойдёт, то ни о какой свободе, о которой грезил Санджи, и речи быть не может. А такой расклад никак не устраивал принца. Хоть сейчас и не самое лучшее время думать о себе, однако Санджи не мог не вспомнить об этом, ведь именно из-за его желания быть поодаль от родных привело к тому, что в последние моменты жизни короля его не оказалось рядом. Да и эта задержка, из-за которой парень потерял драгоценное время, теперь лишь омрачала и без того подпорченное настроение. Если бы Санджи тогда смог вновь сказать своё веское "Нет!", то, может быть, он бы и успел повидаться с Маллори, когда тот был ещё жив. Но, поставив на первое место удовлетворение собственных потребностей и желаний, принц получил такой, довольно печальный итог. Ужасно, ничего не скажешь. И поэтому, продолжая винить во всех бедах своё неподобающее поведение, Санджи только больше мрачнел. Когда же он вошёл в имение и направился к покоям короля, лица на парне уже не было. Весь бледный, словно сама смерть, принц распахнул двери и вошёл внутрь. Тут же пред глазами его предстал остаток семьи в лице матери и младшего брата, который ещё не до конца осознавал суть происходящего. Второго брата не наблюдалось, так как он, скорее всего, так и не смог подняться с постели. А король, спокойный и умиротворённый, лежал в своей кровати. Не было заметно трупного окоченения, так как с момента смерти прошёл слишком малое количество времени, из-за чего казалось, что Маллори попросту спит. Но грудная клетка не подымалась, как это бывало ранее из-за тяжёлого дыхания, что и заставляло верить всех собравшихся в суровую реальность. Король умер. Грядут тяжёлые времена. Санджи подошёл к кровати. Опустив дрожащую руку на одеяло, парень еле сдерживал себя, чтобы в этот момент не упасть на колени. Ноги и прежде еле удерживали его, а сейчас Санджи мог и вовсе свалиться. Но силы, которые всё ещё оставались в ослабленном теле, не позволяли принцу рухнуть раньше времени. Мать Санджи, перестав рыдать, обернулась к сыну. Женщина не произносила ни слова и не один шаг не был сделан навстречу парню, хотя она и хотел немедля броситься к нему. Лишь спустя несколько минут, когда её собственный голос перестал дрожать, женщина произнесла: - Завтра... завтра простишься с ним. Маллори очень хотелось увидеть тебя на прощанье, но видимо не судьба. - Я сам виноват, - произнёс Санджи, сжав кулаки. Тут-то мать и заметила, что с рукой сына было не всё в порядке. Грязная повязка, давно растрепавшись, теперь уже не скрывала ран. Конечно, это было не то "подобающее отношение" к своей собственной руке, однако сейчас принца волновала далеко не эта боль. Другая и более сильная давно затмила собой всё остальное. - Боже, да ты ранен! - М? - парень отвлёкся. Тут заметив, что бинт спал, Санджи быстро припрятал руку. Не хватало ещё, чтобы и мать упала в обморок. - Ничего, пустяки. Считай, что это всего лишь царапина. - Царапины не бинтуют, - стала протестовать мать, но поняв, что всё равно сейчас не добьётся от парня никаких объяснений, тут же умолкла. Взяв совсем ещё юного наследника на руки, она покинула комнату. Но, перед тем, как окончательно скрыться, женщина попросила Санджи на долго здесь не задерживаться. Время позднее и всем пора спать. К тому же завтра предстоял трудный день. Послушавшись совета, Санджи не стал задерживаться, да и сидеть в одной комнате с мертвецом удовольствие не из приятных. Дабы окончательно не впасть в пучину отчаяния, парень решил поскорее сменить обстановку и отправиться к себе в комнату. Утро вечера мудренее, так что может именно завтра он сможет посмотреть на эту ситуацию с другой стороны. Но ни одна из сторон, к сожалению, не будет приятной. Правда, может быть, если принц немного успокоится, то мир не будет казаться ему настолько пессимистичным, каким он ему кажется сейчас. Может быть. А что на самом деле? Санджи, войдя к себе в комнату, минуя все вопросы перепуганных слуг, упал на кровать и не вставал с неё до самого утра. Больше парень и пальцем пошевелить не мог, так как и морально и физически он был полностью истощён. Теперь же, ближайшую ночь, ему следует провести в полном спокойствии, иначе принц рискует окончательно подорвать своё здоровье. А болеть ему на данный момент противопоказано. Не время и не место раскисать! Вот как только всё более или менее уляжется, войдя в привычное русло, вот тогда-то Санджи уже сможет окончательно и полностью восстановиться. А сейчас пусть парень довольствуется предоставляемыми часами, пока только может. Неизвестно, удастся ли завтра Санджи вновь предаться сну или, разгребая политические дела, он сможет лишь мечтать о встрече с подушкой. Больше принц ни о чём не думал и, полностью отдавшись сну, засыпает с надеждой, что всё происходящее сегодня окажется дурным сном. Но то, что случилось в этот злополучный день, оказалось правдой. И Санджи легко смог понять это, когда, вместо привычного чириканья птиц по утрам, он услышал над своим ухом бойкий голос капитана кавалерии. Что же забыл здесь Эрмбер, Саджи понятия не имел, да и узнавать ему этого пока не хотелось. Вместо этого парень мечтал только о лишних минутах сна, которые у него сейчас безжалостно отнимали. Весь на взводе, командир кавалерии расхаживал вокруг да около по комнате, не зная, с чего же начать разговор с принцем. Поэтому, каждый раз одёргивая сонного юношу, он продолжал наматывать круги, не в силах начать. Только спустя полчаса, когда Санджи умудрился вновь задремать, мужчина начал свою тираду: - Как Вы можете спать в такое время? Я и глаза не сомкнул ещё с того момента, когда собственнолично готовил вашего брата к ссылке. Тот ещё партизан! А Вы же? Думали бежать, не зная куда и не зная зачем? Ещё и целые сутки с лишним пропадали, да вернулись лишь под вечер. И чего же таким поведением удалось добиться? А я скажу чего - гибели! И не только вашего превосходительнейшего отца, но и всего города! Да что там города - весь остров теперь будет под угрозой разрушения, как только эта новость облетит все края и уголки его. Вы хоть представляете, как могут активизироваться наши враги, которые до этого момента не решались и носа сунуть сюда? Вы представляете, какой шанс для них появился, дабы свергнуть господствующий строй? И кто же подарил им такую замечательнейшую возможность? Сами сыновья правителя: каждый, так или иначе, смог довести его и согнать в могилу раньше положенного срока! Вот только теперь не нарадуетесь: вместо вольности, о которой Вы смели мечтать, Вас ждёт лишь долгая и принудительная работа по восстановлению порядка. И, начиная с завтрашнего дня, Вы уже сможете приступить к своим обязанностям, - больше Эрмбер не стал говорить. Выйдя из комнаты и с грохотом захлопнув за собой дверь, он оставил принца в одиночестве. Всё это время Санджи слушал речь капитана с каменным лицом. Что он чувствовал, когда его в открытую обвиняли? Ничего особенного, так как до этого он уже тысячу раз успел проклясть самого себя. Поэтому слова мужчины не стали для него такой уж и большой новостью. Лишний раз, выслушав всё, тем самым позволив Эрмберу выговориться, Санджи отметил про себя, что ему всё же придётся нести ответственность, и в этот раз просто так сесть на коня и уехать ему не удастся. К тому же, бросив сейчас семью, он снова поступит как последний отброс, доказывая тем самым свою полную некомпетентность на роль короля. А так сильно расстраивать тех, кто по-прежнему верил в него, Санджи не решался. Путь он ещё немного побудет в этой роли. Может парню удастся свыкнуться с ней. А может уже через несколько дней он вновь будет мечтать о побеге и о том, чтобы встретиться с человеком, понимающим и принимающим всю его подноготную. И единственный человек, который так или иначе подходил, это Зоро. Пока только кузнец смог принять парня несмотря на все его выходки. И, даже если он и не знал абсолютно всего про принца, уже той маленькой доли правды, которой он поделился с ним, вполне достаточно. Пусть Ророноа и не знает всего, зато только так он сможет смотреть на Санджи без отвращения и скрытой ненависти. Ведь сейчас поступки принца были далеки от идеала. Да и вряд ли они будут соответствовать всем привычным стандартам и нормам. Не зря Санджи вспомнил о кузнеце. Он, как раз вернувшись домой, только что получил последние известия. И они его немало потрясли. - Умер? - не верил Зоро. Но кузнец, качая головой, не собирался врать. - Но... когда? Как?! - Ох, вот всех тонкостей пока неизвестно. Сказано лишь, что сегодня состоятся похороны, а завтра уже коронация нового правителя. Правда, она будет происходить при закрытых дверях, дабы избежать возможности нападения или что-то в этом духе, однако, как всё закончится, народу всё сообщится. Поэтому, пока не поздно, советую отправиться в путь. Зоро непроизвольно скривился, так как он только что приехал из города и снова туда ехать желания не имел. Вернее, вновь преодолевать уже успевший поднадоесть маршрут кузнецу было скучно, но события всё же заставили его не слезть с седла а наоборот - вновь двинуться в путь. Правда, с выездом пришлось немного повременить, так как мужчине надо было ещё снарядить своего коня в дорогу. Поэтому выехать удалось только к часу дня. А это означало, что только к концу погребальной церемонии или же вообще глубокой ночи, у них получится прибыть на место. И то, это в лучшем случае. В худшем, Зоро ещё не скоро удастся увидеться с Санджи, к которому он уже решил наведаться. Парень боялся за состояние принца, так как смерть отца однозначно сможет повлиять на него. Несмотря на то, что сам Ророноа не помнил своих родителей, а с кузнецом, который заменял ему отца, ладил кое-как, он мог предполагать, что же сейчас чувствует принц. "Почти четырнадцать лет назад я прибыл сюда. Не помня, как добрался и как очутился у ворот этой старой деревушки. О прошлом я мало что помню, да и семейный очаг для меня почти ничего не значит. Нет семьи - нет и этих чувств. Однако я знаю наверняка, что каждый, потерявший родного, не может чувствовать себя отлично. Поэтому, умоляю, только держись. Держись, чёртова завитушка, и только попробуй что-нибудь сотворить с собой!" - Зоро пытался успокоить себя. Он волновался за Санджи, так как чувствовал, что он сможет сделать с собой что-то непоправимое. И от этого чувства на душе становилось скверно. Не зря Ророноа вспомнил о своей семье. Вернее о том, что её не было. Конечно, кузнец с неба не свалился, вот только лиц родных он не помнил. Единственное, что осталось в памяти у парня, так это тёмный лес, прозрачное озеро, в котором он чуть не утонул, и шёпот ветра. Именно с этих воспоминаний и начинается жизнь Зоро. Нередко дети забывают, что с ними происходило в детстве. Воспоминания стираются, становятся расплывчатыми и вот ты уже не можешь вспомнить, что происходило лет десять, а то и более, назад. Но не в случае с Зоро. Парень помнил всё до мельчайших деталей, начиная с момента, как он, будучи пятилетним мальчишкой, пытался выбраться на берег озера и заканчивая сегодняшним днём. Но, вот что было до пятилетнего возраста – темнота. Ни единого просвета, ни единого намёка на то, как он вообще очутился в лесу и почему стал тонуть. Всё это на данный момент покрыто мраком и у Ророноа пока нет ни единого шанса, чтобы вспомнить когда-то забытое. Да парень и не сильно стремился к этому, несмотря на то, что порой всё же просыпалось желание разузнать правду. Пока ему это не нужно. На свете происходят куда более интересные события. Так что кузнец решил, что пусть он лучше будет в курсе всех текущих дел, а уж потом, если проснётся желание, начнёт копаться в себе и собственных воспоминаниях. Даже не беря в расчёт всё происходящее, Зоро так и оставался человеком. Причём, человеком мыслящим и чувствующим, из-за чего он с лёгкостью представил, как же сейчас чувствует себя Санджи. Хоть его образ оказался далёк от идеала, однако и этого хватило, чтобы, позабыв о собственной накопившейся усталости, двинуться в обратный путь. Поэтому сейчас, стремглав преодолевая расстояние, Ророноа спешил в город. Спешил, как раньше ещё никогда не спешил. Парню достаточно лишь увидеть принца, чтобы убедиться, что с ним всё будет в порядке. И только после этого кузнец сможет спать спокойно. А пока, терзающий себя смутными сомнениями, Ророноа постоянно просил про себя, чтобы Санджи повременил с какими-либо действиями. Несмотря на все опасения Зоро, Санджи не собирался предпринимать каких-либо кардинальных мер. По крайней мере, не собирался сейчас, так как и сил и желания что-то делать совершенно не было. Если бы принц был в более лучшем расположении духа, тогда он мог ещё совершить очередной необдуманный поступок. Но сейчас, наученный печальным опытом, он не спешил. Для начала парню стоило пережить церемонию похорон, а потом – посвящение в короли. Только после этого он собирался что-то предпринимать. Но, не следует ли подумать обо всём заранее, так как в случае чего, так просто уйти от ответственности уже не удастся? Об этом принц также размышлял, но ни к чему и не пришёл. И что будет с того, что он станет королём? Сможет ли он, не сможет распоряжаться своим собственными поступками, имея такой статус? Конечно, теперь перед ним откроются новые возможности и расширятся все горизонты. Жаль вот только, что всё это происходит именно так. Маллори не добровольно передал право правления, а попросту перешёл в мир иной, а брат, который должен был в будущем возглавить Оймото, сейчас проводит свои деньки совершенно в другом месте. Всё складывается паршивей некуда. В этот раз в комнату принца постучались, а не ворвались с озлобленным выражением лица. Санджи позволил войти и, не вставая с постели, продолжил глядеть в потолок. Пока тяжёлые мысли заполняли голову, парень не мог обратить внимание на вошедшего. А это вновь оказался командир кавалерии. Мужчина, осознав, что в прошлый раз он поступил неправильно, накричав на принца, сейчас, продолжая чувствовать свою вину перед ним, чуть ли не на цыпочках входит в комнату. Так как он уже был знаком с Санджи, то именно он и взял на себя ответственность за его жизнь и здоровье. Иными словами, Эрмбер вызвался охранять парня и следить за тем, чтобы тот не вздумал в очередной раз податься в бега. Королева, выслушав предложение командира, позволила ему находиться с сыном столько, сколько потребуется. Поэтому теперь, получив разрешение на свои действия, мужчина обирался сопроводить Санджи на похороны, которые начнутся буквально через час. - Пора собираться, – сказал Эрмбер. Принц, взглянув на него, вновь перевёл взгляд на потолок. - Мне обязательно идти? – спросил он после минутного молчания. Мужчина, вновь залившись краской от злобы, чудом смог держать рвавшиеся наружу эмоции. - Позвольте... но как же не проститься с отцом родным?! Неужто так трудно проводить его в последний путь и сказать пару слов, чтобы земля оказалась ему пухом? Неужели в Вас нет ни капли сострадания?! - К покойным?! – спросил Санджи, начиная закипать от злости. – А вам не тяжело видеть собственного отца в гробу и понимать, что всё кончено? Не тяжело принимать спокойный вид, когда на самом деле хочется броситься с обрыва? Какого это – в последний раз видеть человека, которому даже не успел сказать "Прости"? Ведь если бы я тогда поторопился... – тут голос Санджи дрогнул и он отвернулся от Эрмбера. В глазах принца блестели слёзы. - И Вы говорите это человеку, который провёл свои лучшие годы на войне. У кого солдаты целыми батальонами гибли. Я и по сей день виню себя в том, что не смог тогда защитить каждого, хоть и прекрасно понимаю, что это невозможно. И знаете, не смотря на это, я был на похоронах у каждого. И родственникам погибших собственнолично приносил извинения, прося прощения и за проступки. Конечно, винить во всём себя это не дело, но когда на твоём счету тысяча загубленных душ, от этого чувства уже никак не избавиться. Санджи всё это время с удивлением глядел на командира кавалерии. Он то считал, что это простодушный человек, типичный вояка, который вряд ли мучается душевными терзаниями. А оказалось всё совершенно наоборот – сейчас Эрмбер предстал перед принцем в другом свете. Всё нежелание общаться с этим человеком, которое возникло ещё вчера, тут же отпало. Теперь парень понимал, что не ему одному сейчас тяжело. Все, все до единого скорбят из-за потери короля. И в этот день, когда каждый, понурив голову, соберётся проститься с правителем, Санджи должен показать пример выдержки и силы. Не должен будущий король раскисать. Не такого сына хотел видеть отец. Шмыгнув носом, Санджи всё же поднялся с кровати и, проходя мимо командира, произнёс: - Я... я пойду вниз. Надо попрощаться. - Ты сможешь сделать это на похоронах, – сказал Эрмбер, но принц оказался против этого. - Нет. Там я не позволю жителям Оймото видеть мои слёзы. Пасть ещё ниже – это уже слишком... - Разве выражение собственных чувств есть преступление? – задал вопрос мужчина, чем заставил парня остановиться. Кто-то уже обращался к нему с подобным вопросом. И этот кто-то, как и командир, был абсолютно прав. - Конечно нет, – только и произнёс Санджи, покидая комнату. Проявление чувств не является ни слабостью, ни преступлением. Однако далёкий от этого народ может прийти к совершенно иным выводам, чем тот же Эрмбер или Зоро. И, хоть он и не подумает ничего дурного о принце, если тот пустит слезу на погребении, однако сам парень уже всё решил. Именно поэтому, спускаясь по опустевшему имению, Санджи направился по давно знакомому маршруту в покои короля. Там лежало тело Маллори и оттуда понесут его гроб, обойдя весь Оймото. Двери не были заперты и потому любой мог войти и последний раз взглянуть на короля. То слуга забежит ненароком по привычке и, всплакнув, уйдёт восвояси, то генерал пожалует, отдав честь, то ещё какой гость придёт, который не сможет побывать на похоронах лично. Именно поэтому покои не запирались. Мало ли кто ещё наведается? А о возможности проникновения в имение заговорщиков никто не думал: не станут они врываться, когда их главный противник и так уже мёртв. Заговорщики тоже люди и прекрасно понимают, когда стоит переходить границы, а когда нет. Неспешным шагом направляясь к дубовому гробу, Санджи с трудом держался. Как и вчера, упав на колени, принц стал рассматривать отца. Маллори, по-прежнему спокойный и без тени мук и страданий на лице, лежал в гробу. Парень, склонив голову, провёл в таком положении около пяти минут. Потом, подняв глаза полные слёз, он стал говорить. Говорить то, что он не успел сказать ещё при жизни правителя: - Знаешь, отец, оказывается прощаться с тобой тяжело. Я думал, что и видеть тебя не захочу по своему возвращению но теперь... теперь я понял, что ошибался. Глупо конечно говорить всё это сейчас, ведь ты всё равно ничего не услышишь, но... я... я не могу это больше в себе держать. Пусть поздно, но ты должен знать, что я не ненавидел тебя! – тут Санджи прикрыл рот рукой, чтобы не зарыдать в голос. Парню было тяжело всё это произносить, но и остановиться он был уже не в силах. – Я... я сожалею, что не смог повидать тебя и сказать это всё тогда! Искренне сожалею и надеюсь, что ты простишь своего блудного и непутёвого сына... – больше принц ничего выговорить не смог. Комок подступил к горлу, из-за чего говорить становилось всё труднее. Да и слов не находилось. Поэтому, повторяя лишь "прости, прости...", Санджи сидел около гроба и ревел. Больше парень не сдерживал никаких эмоций. Хватит. Через полчаса все слёзы были выплаканы и теперь, уже просто сидя рядом, принц продолжал что-то рассказывать. Речь зашла о том, что он знал и про ссылку брата и про то, что умершему нездоровилось в последнее время. Но, на тот момент, он не мог вернуться и поэтому Санджи пришлось провести несколько дней в деревне. И про эти деньки тоже было всё рассказано. Парень даже не утаил про кузнеца, попутно жалуясь на его, порой, наглое поведение. Заметив принца, разговаривающим с трупом, один из слуг забил тревогу, но пришедший на шум Эрмбер сказал, что всё в порядке и что так Санджи прощается со своим отцом. Командиру было приятно видеть, что, пусть и поздно, но принц всё же смог извиниться перед Маллори. И мужчина точно знал, что король бы простил своё чадо, закрыв глаза на все его проступки. Командир кавалерии не хотел мешать принцу, но прервать эту "беседу" ему пришлось. Поэтому, только дождавшись, пока Санджи доскажет, Эрмбер решил обратить на себя внимание. - Не хотелось бы прерывать, но нам пора, – сказал мужчина. Принц, поднимаясь с колен, прощается с отцом и выходит из комнаты. Последний раз он увидит его уже на кладбище. - Когда выход? – только поинтересовался Санджи. Эрмбер, приминая часы, долго медлил с ответом. - Выход то сейчас, да вот до самих похорон у нас целый вагон времени. Не знаю, что все так торопятся. - Оно и понятно: дождь намечается. Разве кому-то хочется тащиться по грязи? – равнодушно отвечал Санджи, глядя в окно. И правда, несмотря на то, что на дворе стояло лето, тучи уже полностью обволокли небо. Редким солнечным лучам удавалось пробиться на землю, из-за чего складывалось впечатление, что наступил вечер. - Перестаньте такое говорить! – взмолился командир. – И в дождь, и в снег, и в стужу, мы не посмеем бездействовать! Отдать честь тому, кто всё это время верой и правдою служил народу – обязанность каждого человека. И никакие погодные условия нас не испугают. - Как напыщенно, – усмехнулся принц, но возражать не стал. Может и найдутся смельчаки, которые потащат гроб в дождь. Не откладывать же всё? К тому же и дождь этот нельзя назвать случайным. По словам Эрмбера, это вся природа скорбит вместе с ними. Что ж, путь скорбит, раз такое дело. Санджи это не сильно волновало. Перед тем, как выйти на улицу, принц решает забежать в свою комнату и найти там плащ. Если уж дождю и суждено было пойти, то пусть парень будет к этому готов. Мокнуть под барабанящими об сухую землю каплями принц не стремился. Да и не только он основательно подготавливался к похоронам: все жители, выглядывая из окон, стали суетиться в поисках своих дождевиков и зонтов. На протяжении всего оставшегося дня Санджи ходил как сомнамбул. Обременённый не самыми светлыми думами, принц всё время бродил с каменным выражением лица, одаривая встречавшихся прохожих безжизненным взглядом. Идя по правую сторону от несущего людей гроба, он еле перебирал ногами и норовил споткнуться на ровном месте. Только мать, шедшая рядом, могла поддержать сына. Но и та, молча двигаясь вперёд, нуждалась в не меньшей поддержке. Вереница чёрных зонтов следовала до кладбища, а накрапывающий дождик только набирал силу. И правда, вся природа скорбела вместе с жителями Оймото. Вот, вдалеке, показались кованные ворота, а за ними – старенькие надгробья и совсем новые памятники. В центре кладбища, где испокон веков хоронили всех королевских потомков, была вырыта свежая яма. Около неё уже стоял священник и, перелистывая библию, искал нужную для себя страницу. Гробовщики, с лопатами наперевес, стояли, опустив головы. Как только весь народ разбрёлся по кладбищу, обступая могилку, похороны начались. - Сегодня, братья и сёстры мои, мы собрались здесь, чтобы проститься с нашим верховным правителем. Человеком, который для каждого из нас смог стать братом! С тем, под чьим покровительством мы прожили долгие года счастливой жизни. Наш король, праведный человек, скончался в самом рассвете своих сил... - больше Санджи ничего не стал слушать. Он и так знал, каким человеком был его отец. Лучшим. Он был намного лучше, чем он сам и любой присутствующий сегодня на похоронах человек. Время текло медленно. Нескончаемый поток людей стал протискиваться к гробу, чтобы попрощаться с правителем, после того, как речь была произнесена. Женщины плакали, мужчины пытались держать себя в руках, но даже они пускали скупую слезу. А дети, не понимая ещё, что тут происходит, носились из стороны в сторону с криками, а иногда даже проскальзывал смешок. Таких активных детей быстро останавливали, призывая к тишине и объясняя, что так на таких мероприятиях вести себя нельзя. Рассказывать же им что-то больше никто из взрослых не стал, дабы раньше положенного срока не травмировать нестабильную детскую психику. Они, когда подрастут, сами узнают неприятную правду о жизни и её конце. Санджи завидовал таким детям. Как бы и ему хотелось ничего сейчас не знать и не понимать, находясь лишь в собственном, выдуманном мире. А не в том суровом и жестоком, в котором ему не посчастливилось родиться. Вот подошла очередь принца в последний раз проститься с отцом. На этот раз точно последний, так как больше он никогда не сможет взглянуть на него. Вместо долгих прощаний, причитаний и прочего, парень лишь кинул горсть земли со словами: "Пусть земля тебе будет пухом", и, прикрыв лицо рукой, удалился с похорон. Смотреть на то, как гроб опускают и закапывают, он также не стал. Вместо этого принц направился по направлению к имению. Эрмбер, который не сразу заметил отсутствие парня, сначала оббегал всё кладбище в поисках его и только потом пустился домой. Там, услышав от слуг, что Санджи вернулся в имение рано и закрылся в своей комнате, попросив не беспокоить, мужчина успокоился. Но, лишь на минуту, так как теперь он стал метаться по имению, готовясь к следующему, немаловажному событию: коронации Санджи. Ведь эту церемонию решено было провести через день после похорон Маллори, чтобы его место не пустовало и по городу не разлетались всякие слухи. Нужно было срочно кого-то поставить во главе Оймото и выбор, как ни странно, пал именно на парня. Принц не хотел никого видеть остаток дня. Абсолютно никого. Сейчас, находясь в совершенно подавленном состоянии, он желал лишь уединиться со своими собственными мыслями и, постаравшись разложить всё по полочкам, понять, что же ему нужно от жизни теперь. Желание быть свободным и отречённым от всех государственных дел резко поубавилось, так как теперь парень понимал, что без его присутствия здесь всё окончательно падёт. Хаос и полная разруха, которые ещё несколько дней назад были далеко от мирного острова, сейчас намеривались овладеть сердцами и душами людей. Заговорщики тоже не дремали. Они активизировались, хоть на данный момент это и не так заметно. Пока что всё было тихо, но через несколько дней город могли постигнуть такие неприятности, о которых только сами заговорщики и могут знать. А вот Санджи не мог, так как он даже и не хотел размышлять на эту животрепещущую тему. Нет, он не сможет трезво оценивать все их поступки, прекрасно зная, что за этими делами мог стоять его брат. И как же теперь прикажете поступать Санджи? Он связан по рукам и ногам. Шаг вправо – посчитают за побег и как следствие домашний арест; шаг влево – тоже самое. Парню не остаётся выбора. - Завтра коронация. Попрошу сегодня лечь пораньше, – сказал командир кавалерии, заглядывая в комнату. Принц кивнул в ответ, тем самым давая понять, что он расслышал его. Эрмбер, оставшись довольным, отправился по своим делам. Санджи же вновь завалился спать, предпочитая так уходить от нависших над его головой проблем. Проспав весь день и всю ночь, на следующее утро парень чувствовал себя гораздо лучше. Усталость как рукой сняло, а тело почти перестало противно ныть от боли. Даже обожженная рука, которая до этого постоянно подавала болевые сигналы своему хозяину, сейчас ни капельки не болела. Ожёг потихоньку затягивается, оставляя после себя корочку, на месте которой впоследствии останется еле заметный шрам. Санджи, удосужившись достать бинты из сумки и наконец сменив старые на новые, побежал в ванную комнату. Ему предстояло ещё множество дел, прежде чем его смогут допустить до коронации. Для начал неплохо было бы принять ванну или хотя бы умыться. Потом – поменять верхнюю одежду. Старую давным-давно пора сдать в стирку или и вовсе выбросить. Когда-то дорогая мантия, привезённая купцами с соседнего острова, сейчас представляла из себя обрывок. Порванная в некоторых местах одежда, однако, была очень дорога принцу. Поэтому, когда служанка забрала её и хотела было уже выбросить, парень тут же остановил её. - Нет-нет-нет! – вырывал из рук женщины свою одежду Санджи. - Ей ещё рано идти на выброс. - Но ваше величество, она же давно превратилась в лохмотья! Как кто-то увидит Вас в этом, то тут же засмеёт! Да и нехорошие слухи пойдут тогда о Вашей семье. - От семьи-то ничего и не осталось... – вздохнул Санджи. – Но эту вещь, - прижимая мантию к себе, продолжал принц, - впредь, никому не разрешено трогать! Слишком много воспоминаний она в себе таит, чтобы вот так просто оказаться выброшенной и никому не нужной. - Это Ваше дело, – не стала возражать служанка. – Но, дайте хоть дыры заштопаю, а то мне больно смотреть на неё! - Ну хорошо, - сдался парень, отдав мантию. Вся эта сцена вызвала на его лице грустную улыбку. Ностальгия. Когда-то он также спорил со слугами по всяким пустякам. А теперь такие моменты вызывают лишь грусть и мимолётную радость. Как же давно всё это было. Вновь вернувшись к прежним занятиям, принц спустя минуту уже и думать забыл и о служанке и о мантии. Сейчас он ждал начала серьёзного мероприятия, по окончанию которого парень сможет уже с полной уверенностью сказать, что он – король. Хоть Санджи и не желал этой должности, отказаться, как уже известно, он также не мог. Поэтому принцу оставалось с достоинством принять свою судьбу, которая вновь продолжает преподносить ему неожиданные сюрпризы. Что же она выкинет в следующий раз? На зал, в котором будет происходит коронация, упадёт спутник или Зоро окажется королевой захолустного городка на Богом забытом острове? Всё может быть. Принц даже не удивится, если всё это и вправду произойдёт. Если раньше церемония коронации всегда проходила ярко и пышно, сопровождаясь продолжительными праздниками и гуляниями, то в этот раз от этого всего решили отказаться. И не то, что бы никто ни хотел устроить себе лишний выходной, нет. Просто никто не сможет веселиться спустя день после похорон. Неправильно это как-то. Кто-то может посчитать это неуважением к памяти умершего, а кто-то по другим моральным и этическим соображением не будет гулять, отмечая приход новых людей к власти. У каждого свои тараканы в голове. И поэтому, чтобы не настроить против себя народ, что было бы некстати на данный момент, было решено провести церемонию при закрытых дверях, где присутствовали бы только самые важные и родные люди. Сам принц не отказался от такого проведения, а был только за. Ему тоже не хотелось "выступать" перед народом, строя из себя истинного правителя. Нет, парень лишь примет корону и титул, а потом, также, как и на похоронах, быстро удалится с глаз долой. В последнее время окружение, в котором находился Санджи, ему порядком не нравилось. "Уж лучше одиночество, чем такой свет", - говорил про себя принц, собираясь в путь. Хотя нет, к полному одиночеству парень всё равно не стремился. Сейчас ему было достаточно одного человека, который смог бы поддержать его в эти трудные времена. Но, на удивление, кандидатуру Зоро он даже и не рассматривал. Немного поразмышляв, он понял, что более и видеть не хочет этого человека, так как если бы не его выходки, то, может быть, принцу и удалось бы встретиться с Маллори ещё при жизни. Конечно, он и сам виноват не меньше, но и оплошность кузнеца не стал исключать. Оба хороши. Так как Оймото был небольшим государством, с малым количеством каких-то монументальных построек, то все мероприятия и празднества проходили в одном месте. Старинный собор, построенный ещё первыми поселенцами и переживший огромное количество перестроек и реставраций, сейчас вновь был открыт для всех желающих. А ведь раньше туда пускали только определенный круг лиц, и до недавнего времени собор считался закрытым помещением для посторонних. Но теперь, открыв свои двери, он встречал всех и каждого. Только сегодня ему вновь пришлось прервать свою привычную работу, чтобы провести коронацию принца. Санджи, в сопровождении Эрмбера и других людей, которых он в глаза-то в первый раз видел, направился к собору. Так как идти до него всего несколько шагов, то было решено преодолеть это расстояние пешим ходом. К тому же и командиру кавалерии и принцу, которые в последнее время почти не слезали с седла, прогулка была как раз кстати. А всем остальным сопровождающим просто не осталось выбора. По дороге к собору между парнем и мужчиной завязался разговор. Так как в последнее время Санджи держался особняком, Эрмбер стал серьёзно волноваться о его состоянии. Обычно общительный и жизнерадостный парень превратился в свою полную противоположность. - Вы готовы? – спросил командир, следуя рядом с принцем. Тот, не поворачиваясь к нему, отвечал: - К чему же? К коронации? Я давно уже смирился с мыслью, что мне от этого никуда не деться. - Не думаю, что стоит относиться ко всему так пессимистично. Так у Вас появятся больше прав и свобод... - А вместе с тем и больше обязанностей, – прибавил парень. – С учётом того, что я готов был бежать отсюда на все четыре стороны, такой расклад не может радовать меня. - Ничего, привыкните. Помню Ваш покойный отец... – тут мужчина запнулся так как понял, что напоминать об этом не стоило, - то есть бывший король, в своё время тоже не хотел восседать на троне. Даже, помнится, сбегал из зала несколько раз, – тут Эрмбер улыбнулся, вспоминая былые времена. Санджи, представив, как его отец пытается уйти прямо из зала, начинает непроизвольно хихикать. Такая сцена просто не укладывалась в его голове и казалась весьма забавной. Но все улыбки сошли с лиц, а смех притих, как только на горизонте показались шпили собора. Оставалось несколько минут до того момента, как жизнь Санджи примет очередной крутой поворот. У дверей здания их уже поджидали: множество людей собралось, чтобы взглянуть в глаза новому правителю. Кто-то из простых зевак решил просто убить время, а кто-то, из-за нежелания в этот момент работать, просто отпросился. Поэтому сейчас, создавая толпу, никто из жителей не хотел пропускать принца. Ему с трудом удалось протиснуться внутрь, и то потеряв где-то по дороге Эрмбера. Но мужчина быстро нашёлся и, уже ведя принца за собой в зал, отдавал новые приказания направо и налево. Огромное пространство предстало перед глазами Санджи. Окна, почти во всю стену, были украшены разнообразным витражом, отображающим историю этого города. Солнечный свет, проходящий через них, начинал играть новыми красками, освещая внутреннее пространство. Множество скамеек, занимающих половину всего помещения, сейчас были почти пусты. Лишь несколько приглашённых гостей и свидетелей расположились в первых рядах. Громоздкие шторы, давящие своим присутствием, и старые канделябры, с которых давным-давно сошла краска, кирпичные стены, кое-где зашпаклёванные, а где-то оставшиеся нетронутыми – именно из всего этого и состоял внутренний интерьер южной части зала. В северной же, там где и располагались окна, находилось возвышение и трон, в котором в своё время всегда восседали короли и королевы. Санджи, заметив его, тут же отвернулся. Это место пугало его, вызывая неприязнь. Именно сев туда, он окончательно распрощается со своей свободой. - Всё готово? – спросил Эрмбер у старичка в тёмном одеянии. Он, быстро закивав головой, тут же куда-то скрылся, не желая более попадаться на глаза или же побежав доделывать последние штрихи. - Вот ведь нелюди! – злился командир кавалерии. – Сказал же, чтобы приготовили всё к нашему приходу! Теперь опять придётся задержаться до вечера. - Ничего, - отвечал Санджи, тяжело вздыхая, - никто никуда не торопится. - Вы, может быть, и нет, а вот другие – да, – ответил мужчина, украдкой поглядывая на присутствующих людей. Те, зевая, никак не могли дождаться начала церемонии. Тут в центр зала выбежал всё тот же человек, который ещё минуту назад говорил, что всё готово. Набрав в лёгкие побольше воздуха, он оповестил всех, что церемония начинается. Двери в зал закрылись и коронация началась. Сначала вся знать, встав, поприветствовала будущего короля. Санджи, пройдя вперёд, склонился перед священником, который ещё вчера был на похоронах. Тот, произнося привычную речь, одну из многих, которых запасено у него было чуть ли не на все случаи жизни, в конце взял в руки корону. Её предусмотрительно принёс на небольшой подушечке какой-то мальчишка в таком же тёмном одеянии и, как только отыграл свою роль, немедля удалился. Водрузив корону на голову Санджи, священник назначил его королём от имени всех святых, которые в этот день ниспослали своего благословения молодому правителю. Парень, приняв её, также пообещал чтить все законы и традиции, исполнять свой долг с честью и достоинством и никогда не предавать родины. Во время клятвы голос по-прежнему подрагивал, но уже к концу он обрёл силу и былую уверенность. Санджи даже сам как-то поверил в себя и в то, что теперь, став королём, его жизнь сможет наладиться. А почему бы и нет? Теперь он может делать то, что захочет, а также теперь вправе самостоятельно принимать решения не боясь, что с ними могут поспорить. Теперь он тут главный и его слово – закон. Вот только справится ли со всем парень или нет, теперь всё полностью зависит от его решительности и уверенности в собственных силах. А вот с этим у него пока проблемы. Но ничего, будет ещё время, чтобы вжиться в новую роль. Как только церемония подошла к концу, корона тут же была снята. Санджи, разминая затёкшие кости, предупредил Эрмбера, что выйдет на улицу подышать свежим воздухом. Тот, отвлёкшись от разговора с гостями, кивнул в ответ и вновь вернулся к своему занятию. Никто не спешил расходиться, а наоборот, собравшись в одну большую группу, стали обсуждать произошедшее. Новый король, новая власть, новое будущее! Обо всём нужно поговорить, по поводу всего нужно высказать своё мнение. Слушать эту болтовню новоиспечённому королю не хотелось и именно поэтому он быстренько ретировался. Командир кавалерии оказался прав – коронация затянулась до самого вечера. Выйдя на улицу, парень не повстречал ни одного зеваки, которые до этого в огромном количестве толпились у входа в собор. "Как же хорошо, что здесь наконец воцарилась тишина", - обрадовался король и, вздохнув с облегчением, побрёл на задний двор собора. Там находится небольшой сад, где можно было провести время и, посмотрев на фонтаны и ухоженный клумбы, отдохнуть. Санджи встал напротив здания и, глядя на него, стал шириться по карманам, что-то с усердием ища. - А я и не думал, что ты куришь, – донёсся голос, который заставил парня обронить сигарету. Он сразу узнал, кто оказался за его спиной. Сердце больно сжалось. - Прячу их с пяти лет, – произнёс он, поднимая сигарету и доставая спичный коробок. – Никто и не должен был знать о моём грешке но, по всей видимости, не судьба. В следующую минуту в нос ударил едкий запах, быстро заполняющий пространство вокруг короля. Санджи, затягиваясь, выпускал тонкую струйку едкого светлого дыма, щурясь от удовольствия. Как же давно этот дым не отравлял ему лёгкие. Зоро, продолжая стоять поодаль, лишь морщился. На самом деле Ророноа только что прибыл в город и первым делом решил разыскать Санджи. Узнав от жителей, что сегодня проходит коронация, он тут же ринулся к собору, вот только внутрь его не пустили. Пришлось ждать окончания коронации снаружи, лишь изредка заглядывая в окна, в попытке что-то разглядеть. Поэтому, когда парень вышел из собора, кузнец направился за ним. Как же всё-таки хорошо, что король выбрал такое тихое место, чтобы уединиться. Вот только побыть одному ему всё равно не удастся. Ророноа хотел сказать ему пару слов, да вот начать разговор никак не мог. А всё из-за того, что он должен был сообщить не самые приятные новости. А расстраивать парня ещё больше кузнецу не сильно-то и хотелось. - Так и будем молча стоять? – поинтересовался Санджи, оборачиваясь. Только сейчас он увидел, как был серьёзен Зоро. До недавнего времени парень считал, что он, как и обычно, лишь с неким недовольством поглядывает на него, но сейчас взгляд Ророноа был серьёзен и суров. Что-то явно случилось. И это что-то, очевидно, не самое приятное. - Что-то... произошло? - осторожно спросил король, переставая курить. Кузнец, помолчав ещё минуту, стал говорить, пытаясь подобрать более мягкие слова: - Знаешь, теперь, когда ты стал королём, а не просто остался принцем, расстояние, которое и так присутствовало между нами, увеличилось окончательно. - И что ты хочешь этим сказать? – теперь Саджи откровенно нервничал. Оборот, который принял этот разговор, его совершенно не радовал. А серьёзность Ророноа лишь пугала. - Мы не встречались, так? Но, я считаю, и впредь нам не стоит делать этого. И под "встречаться" я имею в виду всё: нам не следует больше видеться и разговаривать. Так будет лучше. - К-кому же, скажи мне на милость, от этого будет лучше?! – Санджи не понимал, что происходит. Вроде и расстались они с Зоро полюбовно, да и не ссорились в последнее время. Тогда откуда в его голове родились подобные мысли? Или он уже с самого начала планировал бросить парня, как только тот к нему мало-мальски привяжется? - Тебе в первую очередь, – сказал кузнец и развернулся к королю спиной. – Наше знакомство и вовсе оказалось лишним. Уверен, было бы лучше, если бы тогда ты просто уехал и никогда не возвращался. - Да что ты такое говоришь?! – стал злиться Санджи. – То есть попользовался, так сказать, королевской кровью, разнообразил свою скучную жизнь, а когда надоело решил вот таким образом уйти? – Ророноа задели слова парня, так как ничего подобного он и в планах не имел. Резко развернувшись, он в сердцах бросил: - А сам-то? Чтобы добиться ощущения "свободы" и "полной независимости" решил со мной связаться? Не из-за этого ли чувства ты тогда вернулся? Санджи тут же умолк. Сейчас Ророноа говорил чистую правду: изначально парень и не думал о каких-то серьёзных отношениях с Зоро, а желал лишь оказаться подальше от имения, чтобы наконец почувствовать себя вольной птицей. Но потом, впоследствии, парень стал замечать за собой и что-то ещё, что не позволяет ему расстаться с кузнецом. И это "что-то" явно не желание чувствовать себя свободным человеком. Это-то в своё время изрядно напугало Санджи, а сейчас могло послужить единственным его оправданием. Вот только язык не поворачивался, чтобы всё высказать. Зоро, так и не дождавшись ответа, побрёл в сторону выхода из сада. Кузнец понимал, что поступил неправильно. Не стоило ему говорить это королю. У Санджи сейчас и так множество проблем, из-за которых он и глаз сомкнуть не может, а тут ещё парень со своим заявлением. Со стороны Ророноа это жестоко, но и он ничего не мог с собой поделать. Честно, Зоро ни за что бы не сказал этих слов, если бы не одно но: он продолжал волноваться за Санджи больше, чем за себя. И он прекрасно понимал что теперь, если король продолжит с ним общаться, то у заговорщиков появиться больше шансов устранить ещё непривыкшего к своим новым обязанностям правителя. Поэтому кузнец не хотел собственнолично предоставлять врагам такой возможности. А как уговорить непослушного парня сократить часы общения? Санджи не будет никого слушать и продолжит поступать по своему, совершенно не думая о безопасности. Поэтому Зоро пришлось пойти на такие меры. Хоть сердце и разрывалось, умоляя парня передумать, а желание на всё плюнуть и остаться с Санджи было сильно, разум в этот раз взял вверх. И с этим уже ничего не поделаешь. Санджи ещё долго смотрел вслед Ророноа. В этот момент внутри всё разрывалось: парень в очередной раз колебался и никак не мог сделать выбор. Идти ли вслед за кузнецом или остаться? Но, если он останется, то встретиться с Зоро ему уже вряд ли удастся. Парень, гляди, ещё и переехать вздумает, что будет ему вовсе не на руку. Но, если он пойдёт, то что тогда скажет? Кузнец вряд ли согласится слушать его, а просто будет продолжать идти домой. Правда, постараться стоило, ибо если Санджи всё же останется, то потом будет винить себя за это всю оставшуюся жизнь. Времени на размышления совсем не осталось. Поэтому, ринувшись вперёд, Санджи побежал вслед за Ророноа. Тот уже успел дойти до выхода из города, так как главные ворота находились в паре километров от собора и вели прямо в лес. Коня у парня не было, так как он отдал его кузнецу, который покинул город намного раньше его. Зоро сказал, что вполне сможет преодолеть лес и пешком, правда это займёт куда больше времени. Но парень был уверен, что это время ему понадобится, чтобы до конца осмыслить свои недавно совершённые поступки. Так и вышло: покинув город, кузнец побрёл по узкой и извилистой дорожке, попутно размышляя о содеянном. Он даже и не подозревал, что в этот момент за ним бежит тот, кого он несколько минут назад бросил. И Зоро так бы и не узнал об этом, так как Санджи вряд ли удалось его догнать, если бы лес в очередную минуту не взбудоражил пронзающий крик. Ророноа тут же остановился. Кажется, он знал, кто мог так кричать. Но, неужели... - Чёрт! – кузнец ринулся назад. Если слух не подвёл его, то это должен был кричать Санджи. Но как? Что могло произойти за время его отсутствия? И почему он смог услышать именно крик? Не говорит ли это о том, что король увязался за ним? Нет, нет, нет, рано делать какие-либо выводы, пока он не нашёл Санджи. На удивление, но долго плутать парню не пришлось. Он смог найти короля, валявшегося под деревом, за довольно короткое время. Но, если бы Зоро не свернул в одном месте, то нашёл бы парня куда быстрее. Санджи, держась за руку, валялся на земле, прислонившись спиной к дереву. По бледному лбу стекал пот, а тяжёлое дыхание говорило, что случилось что-то серьёзное. Сначала Ророноа подумал, что король попросту упал и что-то повредил себе, но его состояние быстро ухудшалось, что заставляло усомниться в этой версии. Кузнец подошёл к парню поближе и только тогда заметил, что же с ним произошло на самом деле. Санджи не зря держался за руку. Запястье было полностью покрыто льдом и каждую последующую секунду лёд распространялся дальше, по всему телу. Так как это сулило парню обморожением, было не удивительно, почему его организм так реагировал. Но, что здесь вообще творится? - Какого чёрта... – только и произнёс Зоро, с ужасом глядя на руку парня. Он не понимал, что происходит, хотя всё происходящее ему уже не нравилось. Если лёд продолжит распространяться по руке и перейдёт на другие части тела короля, то он мог и вовсе погибнуть. А этого допустить Ророноа не мог. Не для этого он ушёл, пытаясь тем самым хоть чуть-чуть обезопасить его, чтобы потом видеть такое. Не для этого... Времени стоять и смотреть, как король лежит и мучается от боли, у кузнеца не было. Ророноа сразу сообразил отнести Санджи в город, благо от него было не такое большое расстояние. Парни не смогли уйти далеко, что сейчас им было на руку. Поэтому, быстро подняв короля на руки, Зоро поспешил вперёд. Санджи, в свою очередь, схватившись за него относительно здоровой рукой, чтобы не упасть, продолжал что-то бубнить себе под нос. Зоро не знал, болтал ли он это в бреду или в сознании, но то, что говорил парень, надолго засядет ему в голову. - Ну вот, только стоило тебе уйти, как тут произошло такое несчастье... - говорил король, поминутно останавливаясь и переводя дух. Говорить в данный момент ему было весьма проблематично. – А ведь ты зря ушёл. Может быть, вначале я и делал что-либо ради себя, то потом - нет... - Молчи! – приказал Ророноа. – Не трать силы. - Может это мои последние слова? Так дай же мне высказаться, пока я имею такую возможность. - Ты не умрёшь, – строго сказал парень. – Я не позволю этому случиться. Не здесь, не сейчас и не у меня на руках... - Так беспокоишься, - рассуждал Санджи, грустно улыбаясь, - а ещё недавно говорил, что нам лучше не разговаривать. Что же ты чувствуешь на самом деле? – этот вопрос заставил кузнеца встать на месте. Но потом, помотав головой, он продолжил путь. Сейчас каждое промедление могло стоит королю жизни. - Не любовь, так как это слишком громко сказано, но и не симпатия, – сказал кузнец. – Я и сам ещё толком не определился. Но одно я знаю точно – просто так я бы ни за что тебя не бросил. Не смог, как бы ни старался. - Но... - А тогда я просто ограничил общение. - Сведя его на нет, – Санджи всхлипнул, так как руку пронзила острая боль. Теперь ледяной покров достиг плеча, да и на майке Зоро стал появляться иней. Парень понял, что стоит поспешить. Ророноа, не щадя ног своих, мчался к имению, где вновь царил переполох. Все слуги носились в поисках короля, так как он, уйдя из собора, пропал. Когда же кузнец был почти у имения, все взгляды устремились на него. - Скорее, нужна помощь! - орал Зоро, крепче прижимая к себе короля. Санджи трясло от холода и лихорадки, которая вмиг овладела его ослабленным телом. Как только все увидели короля, тот тут же ринулись помогать. Эрмбер, заметив Санджи, с ужасом произнёс: - Эти заговорщики и до него добрались... Совсем страх потеряли! Командир кавалерии не знал, как противники правительства смогли сотворить с парнем такое, однако он наверняка знал, что это были именно они. Другому просто некому желать зла Санджи. Зоро, услышав, кто мог быть причастен к этому, сразу поменялся в лице. В голове молниеносно стали рождаться планы расправы. Не мог же парень оставить заговорщиков безнаказанными? Конечно нет. Поэтому, спросив у мужчины, будет ли всё хорошо с королём, он уже стал подумывать о том, чтобы отправиться домой и начать подготавливаться к последующим действиям. А именно: нахождению базы заговорщиков и их полного уничтожения. Санджи, окружённый слугами, с трудом смог разглядеть лицо Ророноа. Увидев решительность в его глазах, парень сразу понял, что он собрался сделать. Король не мог допустить того, чтобы Зоро в одиночку пошёл мстить за него. У парня всё равно не было шансов против подготовленных на все случаи жизни заговорщиков. Встав из последних сил и расталкивая людей, король подошёл к кузнецу, чтобы попытаться остановить его. Бросившись Зоро на шею, Санджи стал упрашивать его остаться здесь и никуда не ходить. - Даже не смей никуда идти! – прошептал он, так как говорить вслух уже не мог. Ророноа остолбенел. Но потом, немного отойдя, он лишь обнимает короля в ответ и утыкается лицом в шею. Парень понимает, что это их последнее прощание. - Не могу, – говорил Зоро. – Я просто не могу оставить всё так, как есть. - А я не хочу вновь терять близких мне людей! – надрывался Санджи. Слёзы уж сами текли по щекам, не в силах остановиться. – Как же ты не понимаешь этого, голова садовая? - Я не умру, – произнёс он. – Пока не разберусь во всём, точно не посмею погибнуть. - А если?.. - Тогда встретимся на небесах, – ответил Ророноа и, целуя Санджи в посиневшие и дрожащие губы, уходит. Он больше не мог остаться с ним, так как проведя здесь ещё несколько минут, мог и сам пустить слезу. А мужчине негоже показывать свои слёзы. Даже в такие моменты он должен только вселять уверенность в том, что всё обязательно наладится. И неважно, что Санджи уже обречён на гибель, а самого Ророноа, скорее всего, уже поджидала смерть. Никто из парней не собирался сдаваться до самого конца. - Только попробуй умереть, – прошептал Санджи, смотря вслед удаляющемуся Зоро. – Этого простить я тебе уже не смогу. Король, вновь подверженный болевыми атаками, обессиленный падает на землю. Командир, ставший свидетелем этой сцены, почесав затылок, произнёс: - Не знаю, право, что только что между ними произошло, но медлить не стоит. Быстрее несите его в имение и вызывайте врача! Приказ был отдан и, не теряя больше ни секунды, Санджи понесли в дом. А Зоро, тем временем, уже спешил к себе. Теперь их дорожки расходятся и сойдутся, разве что, как сказал Ророноа, на небесах. Или же судьба окажется снисходительнее и не станет заканчивать эту истории так печально? Кто знает. Неизвестно ещё, что произойдёт, так что загадывать наперёд лучше не стоит. Ведь порой последствия от действия Зоро и Санджи бывают весьма и весьма непредсказуемыми.