Популярность.

— Сакура, — Хината трясла подругу за плечо. — Уже семь! Сакура. Девушка застонала и с трудом разлепила глаза: — Я не могу идти. Я болею, — отмахнулась она, собираясь продолжить свое занятие. — Вчера ты сказала мне разбудить тебя, что бы ты ни говорила. Ты сказала, что на работе у тебя сегодня что-то важное. Сакура на мгновение задумалась, пытаясь вспомнить, о чем Хьюга говорит, после чего вспомнила: она собиралась поговорить с Саске, потому что весь вчерашний вечер потратила на раздумья и терзания по поводу их отношений. Потому что, посмотрев на всю ситуацию со стороны, она поняла, что ведет он себя невероятно странно. Да и она тоже. Но тут она видела объяснение — Харуно влюбилась. «Да… давно ведь не было чего-то интересненького, — подумала она. — Нашла себе на попу новое веселье!». Снова застонав, Сакура заставила себя встать и собраться. Ее отмазка, к сожалению, была правдой: она по-настоящему болела. И самочувствие ее оставляло желать лучшего. — Ты нормально? — Хината заваривала кофе на кухне. — Я тебе там лекарства приготовила. На столе рядом с кружкой кофе и стаканом воды в ряд стояли четыре таблетки. — Я чувствую себя наркоманкой, — сказала Харуно, глотая таблетки одну за другой. — Спасибо за кофе. — Не за что, — Хьюга и сама села за стол. — А чего ты в сеть не заходишь? Твои фанаты тебя уже там обыскались. — Да не фанаты они мне, Хината. Мне бы сначала в голове у себя разобраться. — А что там, в голове то? У тебя что-то случилось, а мне рассказываешь? Сакура посмеялась: — Нечего пока рассказывать, — вздохнула она. — Ладно. Я побежала. До вечера. А, кстати, — она остановилась на пороге. — Вечером Наруто придет. — Да… ладно.

***

Сакура рассматривала себя в зеркале лифта, поправляя то юбку, то кофточку, то волосы. Она совершенно не понимала, почему нервничала так сильно. Не то, чтобы Саске прямо так сильно ей понравился, но… хотя, нет, он ей очень даже понравился. Как бы грустно это ни было, Харуно повела себя самым банальным образом: влюбилась в красивого парня, в которого… ну, влюбляются все. Из-за болезни Сакура выглядела полумертвой, так что немного накрасилась. Ей было даже как-то плевать, но она наивно полагала, что Саске не все равно. Она, приехав на нужный этаж, вышла из лифта и пошла по знакомым коридорам в «свою комнату». Когда-то она путалась в этих лабиринтах и не раз терялась, набредая не на те комнаты, или просто бродя по кругу. Перед дверью, ведущей в ее комнату, Харуно остановилась. Она снова поправила одежду и волосы и, набрав побольше воздуха в легкие, распахнула дверь. Саске, как обычно, сидел на диване, сгорбившись над телефоном, и что-то активно строчил. Он постарался сделать вид, что приход девушки на него впечатление не произвел, хотя самому стало жарко, лицо налилось краской, а мозг начал лихорадочно придумывать, как бы начать разговор. Я бы сказала, здесь было не столько смущение, сколько стыд, ведь это у него есть девушка и это его друг влюблен в девушку, которую он поцеловал. «Да еще как поцеловал», — укорила его совесть, но он, как это обычно бывало, послал ее в зад. — Саске? — позвала Сакура, потому что он так и не поднял головы, даже когда она остановилась перед ним и ясно видела, как его пальцы замерли над экраном, а взгляд метнулся в ее сторону. Она подошла к гримерному столику напротив дивана и облокотилась на него, пристально посмотрев на парня. Он убрал телефон, но головы не поднял, лишь запустил руки в волосы и посидел так немного, пока девушка снова не заговорила: — Нам нужно поговорить. Тогда Учиха поднялся с места и встал напротив Сакуры, держа дистанцию. — Да, надо бы, — мягко произнес он. Его тон удивил девушку, но она не подала вида. — Я начну, — она кашлянула, потому что ее голос задрожал. — Мы вчера… — она попыталась найти замену этому слову, но ничего не приходило на ум, поэтому она сказала прямо: — поцеловались и… — она замолчала, да и Саске тоже застыл. — Слушай, я не хочу давить на тебя, я… — Сакура, — перебил Саске, почесывая затылок, и смотря в пол. Его тон был похож на тот, которым обычно сообщали плохие вести. Или на тот, что был у парней, когда они бросали девушек, или, наоборот, девушки бросали парней. Впрочем, одно другому не мешало. Сакура примерно понимала, о чем пойдет речь. Учиха решил пойти по старой схеме, которую использовал с девушками всегда. Сейчас он, хотя бы, испытывал к себе отвращение. Не все еще потеряно! — Я знаю, что я, возможно, вселил в тебя надежду своим поступком… еще я знаю, что ты меня, наверное, не простишь, но ты должна понять, что мы не можем быть вместе, потому что… Наруто влюблен в тебя и у меня есть девушка, а вчера я просто совершил большую ошибку. Прости, я вовсе не хотел ранить твои чувства… После своей огненной речи он поднял глаза на Харуно в ожидании грусти, отчаяния, может быть даже слез, а вместо этого застал ее хмурой и раздраженной. Сакура даже приоткрыла рот от возмущения, она вопросительно приподняла бровь и уставилась на парня, как на идиота. — Ты что, совсем? — Учиха в недоумении уставился на раздраженное лицо Сакуры. — Ну давай, скажи-ка мне, скольким девушкам ты говорил так, а? Я не идиотка, Саске. — Я знаю, что ты не идиотка. Ну что мне еще сказать? — Ах, Учихе нечего сказать?! — продолжала возмущаться Харуно. — Сакура, прекрати. Я знаю, прозвучало не очень мило, но все, что я сказал — правда. Ты сама знаешь. Не идиотка ведь. Девушка снова открыла рот от возмущения, но что ответить и вправду не нашла. Да, не так она планировала их разговор… — А мне договорить можно? — раздраженно спросила она. — Нет. — Что?! — Если ты начнешь говорить, то это ни к чему хорошему не приведет. — А это еще что значит?! — Сакура уже начинала не на шутку кипятиться. — Ты запудришь мне мозги, как это случилось вчера. — Да я вчера вообще молчала! — А вот и нет! — воскликнул Саске. — А вот и да! Рот, знаешь ли, занят был! Учиха с удивлением обернулся на девушку, которая сама уже пожалела о том, что сказала. — Ты с ума сошла? — он подошел к ней, вскидывая руки. — Зачем так орать?! — Ах, извини, — также громко прокричала она, — жаль, что ты не пытался остановить меня тогда, когда нужно было! — Да это ты на меня набросилась, — повысил тон Саске. Так что сейчас они стояли и кричали друг на друга (хотя давно должны были работать). — Если бы не ты, то ничего бы не было! — Да ладно?! Ну, ты извини, что я принудила тебя целоваться со мной, я так жестока, что заставила тебя cделать это. — Ты, может быть, не заставляла меня, но… — Учиха запнулся, и Сакура воспользовалась этим. Она с вызовом посмотрела ему в глаза. — Ну что, нечего ответить? — сказала она. — Да, нечего! — кричал он. — В любом случае, виновата ты! — Ах так?! — громко заявила Харуно. — Это ты привез меня к себе домой, и ты меня раздел, и поцеловал меня тоже ты! — Да что с тобой?! Я просто пытался проявить заботу, ты даже спасибо не сказала! — Да как-то времени не нашлось, была занята просьбами о том, чтобы ты отвез меня домой, чего ты, кстати говоря, не сделал! — Прекрати все сваливать на меня, ты тоже хороша! Да почему ты вообще начала кричать! — Да я просто хотела сказать, что ты мне нравишься! — выкрикнула Сакура и сразу же пожалела об этом, потому что Саске обернулся на нее с удивленным лицом, выражающим что-то между ужасом и смущением. — Что? — прошептал он. Девушка сглотнула и опустила глаза, чтобы не видеть его лица. Она отступила в сторону, потому что он начал медленно приближаться, пытаясь разобраться в ее лице и понять, говорит ли она правду. — Я, кажется… влюбилась в тебя, Саске. Он посмотрел на нее. На мгновение, маска спала с его лица, и он с искренним удивлением заглянул ей в глаза, когда она на мгновение подняла на него свой взгляд. Саске не понимал, как это случилось и когда, но он точно знал, что он не может сказать ей «нет». Потому что… — Я, — начал он, подходя к Сакуре ближе, — я, кажется, — девушка посмотрела на него. Учиха подходил к ней все ближе и ближе, словно двигаясь не по своей воле, — тоже, Сакура. — Что?.. — она уставилась на него округленными глазами, но больше ничего не сумела сказать, потому что он подошел к ней вплотную, остановив свое лицо в нескольких сантиметрах от ее, а потом поцеловал, кладя свои руки ей на шею. — М… Саске… — сказала Харуно, после чего парень оторвался от нее и вопросительно заглянул ей в глаза. — П-прости, я снова не… — но парень не договорил, потому что Сакура накинулась на него с поцелуем, закинула руки ему на шею и впилась губами в его губы. Саске сопротивляться не стал: он обнял ее за талию, а второй рукой придерживал ее шею. Парень и сам не успел заметить, как он, во-первых, признался девушке, а, во-вторых, поцеловал ее, хотя весь вчерашний день говорил себе, что так делать нельзя. Они бы так и целовались, но у Сакуры внезапно зазвонил телефон, и она, не без усилий, оторвалась от Учихи. Посмотрев Саске в глаза несколько секунд, она достала из сумочки телефон и ответила на звонок: — Да? Алло? — Сакура! Привет. — А, Наруто! Рада тебя… слышать, — она закусила губу и с виноватым видом посмотрела на Саске, который устало упал на диван и закрыл лицо руками. — Что-то случилось? — О, нет, нет! Я, в общем-то, звоню спросить: как самочувствие? — Все нормально, — ответила Сакура, стараясь отдышаться, — нормально. — Точно? — взволнованно продолжал Узумаки. — Звучишь как-то… устало. — Не переживай, Наруто, все хорошо, правда. — Ну хорошо! Я ведь все еще могу прийти сегодня, так? — в своей обычной жизнерадостной манере спросил он. В разговоре повисла пауза. Сакура подняла глаза на Учиху, который пристально смотрел на нее, ожидая окончания разговора. Его брови были сдвинуты, он хмурился, сложив руки замком у рта. Она чувствовала себя законченной сволочью и предательницей. Наруто уже начал беспокоиться, когда Харуно, пересилив себя, улыбнулась и ответила: — Да, конечно! Жду тебя. — Тогда до вечера! Пока. — Давай. Сакура опустила телефон и на минуту в комнате повисла тишина. Они оба виновато смотрели в пол, стараясь выкинуть из головы их недавний поцелуй и их недавний разговор. — Саске? — тихо начала девушка, но он перебил ее, встав с дивана. — Все, Сакура, хватит. Работа ждет. Мы больше не вернемся к этому вопросу. — Но… — Все. Я не собираюсь больше с тобой это обсуждать. Закрыли тему. — Но, Саске, ты сам сказал, что… — Я знаю, что я сказал! — перебил Учиха, повысив тон. — Ты сама прекрасно понимаешь, что это абсурдно. Нам этого делать нельзя. Прошу, не будем к этому возвращаться? Сакура кивнула. Она понимала, что он говорит чистую правду, что так будет для них обоих лучше, но с чувствами-то ничего нельзя сделать, верно? «Но я попытаюсь», — подумала девушка, намереваясь запихать эти самые чувства в самый далекий уголок души.

***

После довольно длинного рабочего дня, который Сакуре показался бесконечным, она с облегчением упала на кровать и прикрыла глаза. Перед глазами незамедлительно встал образ ее и Саске, целующихся на диване в его гостиной. По телу пробежала приятная дрожь, но она с усилием отогнала это воспоминание, которое мгновенно сменилось другим: как он говорит ей забыть обо всем, притвориться, что ничего не было, а потом он натягивает свою любимую маску и превращается в обычного Саске. В того, что беседует о политике или о спорте, что критикует неработоспособность или непрофессиональность. В того Саске, который редко смотрит в глаза и уж точно не набрасывается с поцелуями и прикосновениями. «Его руки…», — прошептала Сакура, что стало последней каплей: она резко встала и открыла глаза, отбрасывая ненужные мысли. Она открыла шкаф, в который уже успела запихать половину своих вещей и стала искать более менее приличную домашнюю одежду, в которую она могла переодеться, как вдруг услышала звук открывающейся входной двери, а затем звон ключей, ударившихся о тумбу. Она стянула кофту через голову, повернула голову в сторону двери и крикнула так громко, чтобы можно было услышать ее голос в коридоре: — Хината? — позвала она, расстегивая молнию на юбке. — Ты разве не должна быть на учебе? Сакура сняла юбку, после чего снова обратила свой взор на дверь… а точнее, на дверной проем, в котором застыл ошеломленный Наруто — с пакетом в руках, в толстовке и с красным, словно помидор, лицом. Его округленные глаза невольно бегали вверх и вниз по ее телу, рот раскрылся в удивлении и слегка подрагивал, словно парень пытался что-то сказать, но не мог издать ни звука. На одно короткое мгновение повисла могильная тишина, после чего Сакура схватила первую попавшуюся вещь, чтобы прикрыться ей, и таковой была юбка, которая могла прикрыть не очень большую площадь: — Ты чего делаешь?! — в ужасе воскликнула она, пятясь назад. — Я… а… я не з-знал, что ты тут… это… — замямлил Наруто всеми силами пытаясь собраться с мыслями, потому что Сакура (которая, кстати говоря, ему нравилась) была именно из тех девушек, у которых красивым было не только лицо. — Наруто! Убирайся! Постояв еще несколько секунд, он наконец понял, что значит «убирайся» и поспешил уйти, все еще отходя от шока. — Что за?.. — бубнила Сакура себе под нос, натягивая свободные футболку и штаны. Она тихо выругалась и вышла на кухню, где уже сидел Наруто, с растерянным видом и взъерошенными волосами. — Какого черта это было? — спросила девушка, садясь рядом с другом. — Извини, я… не знал, что ты там… переодеваешься, — пробубнил он, после чего опустил лицо. «Чувствует себя виноватым» — подумала Сакура, но заметила как у него тихонько трясутся плечи. Тогда она заглянула ему в лицо: — Ты еще и лыбишься, сволочь такая, — она по-дружески толкнула его в плечо, после чего он все-таки поднял голову, светя своими ровными зубами. — Ну, я тебе это еще припомню! Откуда у тебя вообще ключи? — Хината дала. Сказала, мол, чтобы я мог не ждать ее в подъезде, если приду первым. — Вот как, значит, — изогнула бровь Харуно. — Ну и чем вы, голубки, тут занимаетесь, пока меня нет? — Что? Нет! Ты совсем не о том подумала, — начал было Наруто, но Сакура его перебила. — Заметь, что я ни о чем ТАКОМ не говорила — это ты сам придумал. — Опять подловила, — обиженно пробубнил Наруто. — Но если серьезно, ты мы правда ничем таким не занимаемся. Хината клевая, но она просто друг. — И почему она не может выйти за рамки «просто друга»? — девушка знала, что идет к весьма и весьма щекотливой теме, но у нее были мысли, что может… может быть… а, да неважно. — Я не понимаю, к чему ты ведешь, — произнес парень. — О, брось, ты знаешь, о чем я. Хината замечательная, уж поверь мне, и она точно положила на тебя глаз. — Что, правда? Я ей нравлюсь? — отвлекся Наруто, но потом продолжил гнуть свое: — Нет, постой… прекрати. — Почему же? Атмосфера начала накаляться, а Сакура все больше и больше упирала свой взгляд в Узумаки, создавая давление, от которого он всеми силами старался увильнуть. «Потому что мне нравишься ты, Сакура; ты, а не она!», — хотел сказать парень, но слова не шли с языка, он знал, что еще слишком рано. — Сакура… я не готов начать с тобой этот разговор. — Какой разговор, Наруто? — продолжала наседать девушка, но прежде чем он смог ответить, в замочной скважине повернулся ключ и дверь распахнулась. Послышался голос Хьюги и оба собеседника повернулись в ее сторону. — Ребята! — робко начала она. — Вы оба уже здесь. — Хината улыбнулась, так и не поняв, почему между этими двумя повисла такая нагнетающая атмосфера. — Я приготовлю ужин. Сакура бросила последний долгий и испытывающий взгляд на блондина, после чего улыбнулась подруге: — Я помогу, — сказала она, и Наруто с облегчением выдохнул. Он не смог бы сказать это Сакуре. Он знал, что было еще слишком рано, но не знал, что, на самом деле, он очень сильно опоздал.

***

Забавно, когда привычные вещи вдруг меняются. И тебе кажется, что не так уж внезапно они поменялись, ты ведь был к этому готов, ты ведь ждал этого, но оказывается все совсем наоборот. Не был ты ни к чему готов, а перемены нагрянули, словно снег посредине июля, и ничего уже нельзя сделать, нельзя ничего вернуть. Жизнь продолжает идти своим ходом, как бы тебе иногда не хотелось ее остановить. Никогда не знаешь, что ждет тебя за поворотом, быть может, там все будет по-старому: вот живешь ты со своей матерью, ссоришься с ней, жалеешь об этом, извиняешься, а потом все идет сначала и по кругу. Вот и вся твоя жизнь. Вращается вокруг соц. сетей, подписчиков, вопросов, лайков и комментариев. А может быть, за поворотом тебя ждут два ошеломительных парня, с которыми у тебя заворачивается любовный треугольник, живешь ты со своей лучшей подругой и, каким-то образом, работаешь там, где всегда мечтала работать. Жизнь умеет преподносить сюрпризы. Одним из таких стало чувство, внезапно возникшее у Сакуры. Она никогда не думала, что когда-то влюбится в Саске, но так оно и случилось. Видеть его каждый день было тяжело, он каждый день здоровался с ней, они зачастую угощали друг друга завтраком или просто кофе, беседовали о том и о сем, в общем-то, работали вместе. Они иногда засиживались подольше, обсуждая будущие проекты и фотосессии. Это было совершенно нелегко для них обоих. Между ними не раз висло тяжелое напряжение или минутка глаза-в-глаза, когда краски мира снаружи становились размытыми и ненужными и существовали только лишь они, они и их недосказанные чувства. Саске всеми способами старался не создавать подобных ситуаций, и он же, в основном, старался их прерывать. Сакура отчаянно и до конца не понимала, почему она не может перестать думать о нем. Она каждый день видела, как он обжимается с Ино, как он обедает вместе с ней или просто болтает за чашечкой кофе, как они вместе едут к нему домой, и старательно отгоняла картинки, воспроизводимые в ее голове после этого. Она видела лицо Наруто, так отчаянно пытающегося привлечь ее внимание во время каждой их встречи. Она видела каждый день, как Саске всеми способами ограничивал их общение до того самого уровня, с которого они начали: чисто делового и лишь слегка дружеского, ни о каких чувствах тут не могло идти и речи. Но каждый раз, представляя его лицо, Сакура не могла остановить мыслей, наперебой сражающихся в ее голове. Как бы это ни было сопливо и банально, она думала о нем, он снился ей, он был тем, кого она хотела видеть рядом с собой, и причина была и проста и сложна одновременно: она влюбилась в него. Саске был совершенно не тем парнем, который может сказать девушке, что влюблен в нее, и уж точно не тем парнем, который бы после этого решил отступиться от своих слов. Должно быть, Сакура цеплялась именно за это: она всем сердцем желала, чтобы эти слова были правдой и часто пыталась сказать это Саске намеками, которые он также отвергал и игнорировал. Катастрофа же (если можно ее так назвать) случилась в один из прекраснейших дней, который по своему обыкновению просто обязан был принести с собой что-то эдакое. Сакура в этот день пришла раньше обычного, чему немало удивилась: до этого, когда она приходила в свою комнату, Саске уже сидел и ждал ее и, по его скучающему виду, ждал долго. Сейчас же она была в комнате одна, хотя и опоздала на десять минут. Она села на диван и стала ждать, пока мысли наперебой сражались в ее голове. В последнее время она думала в основном об Учихе, думала о том, могли бы они быть вместе и о том, надо ли ей это вообще. Он поступал правильно, когда отталкивал ее чувства, потому что в первую очередь думал не о себе, а о Наруто. Ну и кто после этого эгоист? Она даже думала о том, могла бы быть с Наруто, но каждый раз, размышляя об этом, натыкалась на барьер: она не понимала почему, но точно знала, что если начнет встречаться с ним, то это будет ошибкой, и, в конце концов, разбив сердце и ему и себе, она поймет, что этого никогда не сможет произойти. Так или иначе, ей нужно было что-то, что отвлечет ее от этих мыслей, что-то, что освежит разум и поможет заново и здраво взглянуть на ситуацию. «Мама?..», — промелькнуло в ее голове. В не таком уж далеком прошлом, когда Сакуре было двенадцать-четырнадцать лет, она могла делиться с матерью всем. Она рассказывала ей о подружках: какие хорошие, а какие плохие; о мальчиках, которые пристают к ней и о тех, что защищают ее. И старшая Харуно всегда помогала ей советом в ситуациях, когда нужно было выбирать между сложными вещами и, как правило, эти советы помогали. Позже их отношения становились все более холодными, они перестали делиться друг с другом самым сокровенным, а позже и перестали делиться чем-либо вообще. Особенно сейчас, когда девушка пыталась не пересекаться с матерью, спрашивать ее совета было бы абсурдно, учитывая, что Сакура вела политику я-обижена-я-с-тобой-не-разговариваю. Она снова вздохнула и стала проверять свои соц.сети, как вдруг дверь резко распахнулась, а в комнату ввалился Саске, держащий в руках бутылку с виски, которая, к слову, была на треть опустошена. Он, пошатываясь, захлопнул дверь и скатился по ней вниз, опустил лицо и тихонько застонал, сжимая голову в руках. — Сас-ке? — тихо и по слогам произнесла Сакура, скорее испугавшись, нежели удивившись. Она никогда не видела его в таком состоянии, и даже не знала что сделать: убежать и спрятаться или помочь встать и поговорить. Выбрав второй вариант, девушка медленно подошла к нему, осторожно тряся за руку: — Саске? Ты как? Он так резко поднял голову, что Харуно аж подпрыгнула на месте. — Сакура… Сакура… красивое имя. — Прошептал он таким тоном, что у той по спине поползли мурашки. — Да, это я, — произнесла девушка и тут же укорила себя за глупый ответ. — Ты в порядке? Что случи.. Но договорить она не успела, потому что Саске поднял руку, словно прерывая ее, словно он хотел что-то сказать, но потом опустил ее и заглянул в испуганные зеленые глаза: — Ты такая красивая, Сакура, — чуть громче пробормотал он. У Харуно от его тихого бархатного голоса и от тона, которым он произнес эти слова, в груди разлилось тепло, а по телу снова пробежала дрожь. Покашляв, он поднес к губам бутылку и сделал несколько внушительных глотков, после чего прижал к носу рукав пиджака и сморщился. Девушка потянулась было отобрать у него бутылку, но он перехватил ее руку и сделал еще несколько глотков. — Не трогай меня, — пробормотал он, пытаясь обнять бутылку так, чтобы она не смогла ее у него отобрать. — Не трогай… меня… — Саске… — Сакура посмотрела на его лицо. Глаза были красными, словно он не спал ночью, либо принимал наркотики, либо делал и то и другое одновременно. Его и без того светлая кожа сейчас была белее мрамора, брови сдвинуты на переносице, а глаза полуприкрыты, словно он очень сильно устал. Его дыхание было тяжелым и сбивчивым, взъерошенные волосы торчали во все стороны, лицо и шея блестели от выступившего пота. — Да что с тобой? — Сакура… помоги мне… пожалуйста, — прохрипел он, снова заливая в себя виски. — Я не могу больше терпеть, Сакура… я больше… не могу… — Не можешь терпеть что, Саске? — Боль… Сакура нахмурилась и осмотрела его всего с ног до головы, пытаясь увидеть какой-либо изъян на теле или место, за которое он держится, но на открытых участках кожи ничего не было, все остальное же было скрыто под одеждой. — Боль? Тебе больно? — Да… — прошептал он, закрывая глаза. — Нет-нет-нет, только не отключайся, — Сакура подхватила его за плечи и потянула вверх, призывая подняться. — Ну, давай же. Он застонал, но все же поднялся на ноги, так и не выпуская из рук бутылку. Девушка посадила его на диван, и после нескольких неудачных попыток, отобрала у него виски и отставила в сторону. — Нет! Мое лекарство, — все так же тихо, словно ему было больно говорить, произнес он. Эта фраза разбудила в Сакуре еще большую тревогу. Саске был настолько не похож на себя, что у девушки внутри все сжималось. Он дрожал так, словно пробыл несколько часов на морозе, хотя и был в пиджаке, а на улице было достаточно тепло для того, чтобы носить шорты. — Саске, посмотри на меня, — произнесла девушка, но он нарочно опускал голову вниз: возможно ему просто было стыдно, а может он следовал принципу отвечать на все «нет». — Посмотри на меня, — нежнее произнесла Сакура, положив ладонь на его взмокшую щеку. И в этот раз он подчинился, взглянув прямо на нее. Обычно его глаза не выражали ничего, кроме холодного и размеренного равнодушия, сейчас же его обычно темные и манящие глаза прямо таки источали отчаяние. Он был похож на маленького мальчика, тонущего в глубоком колодце; мальчика, не знающего, что дальше делать, бьющегося изо всех сил. На маленького мальчика, которого тянет на дно мутная вода. Испугавшись этого взгляда, Харуно едва не отпрянула, но вовремя опомнилась: — Саске. Смотри на меня. — Тихо и вкрадчиво говорила она. — Успокойся. Дыши ровнее. — Парень смотрел ей прямо в глаза, не мигая, и его сбивчивое дыхание стало постепенно пропадать, как вдруг он снова задрожал всем телом, зажмурился и застонал: — Сакура… помоги мне… — чуть не кричал он, прижимая руки к голове. «Да что же случилось?», — думала она про себя, рыская в поисках телефона. — Сейчас, сейчас, — говорила Харуно себе под нос, — сейчас я вызову скорую, Саске, погоди… — Нет! — выкрикнул он так громко, что у Сакуры из руки выскользнул телефон. — Нет… не надо. Просто… просто отвези меня домой. Она молча кивнула и поднялась. Девушка снова подхватила Саске за плечи, закидывая его руку себе на шею. — Давай. Поднимайся. — Он повиновался, и с усилием встал на ватные ноги. — Так, пошли. С горем пополам, несколько раз упав в коридоре и лифте, они кое-как вышли в холл, откуда до машины было уже недалеко. Пройдя через опасные крутящиеся двери и поймав на себе сотню ошеломленных взглядов, Сакура с облегчением опустилась на сиденье рядом с брюнетом, который до сих пор подрагивал и сбивчиво дышал. Она сказала водителю куда ехать, промолчав в адрес его хмурого лица. Видимо, это был не первый раз, когда Саске в нетрезвом виде велел везти его домой посредине рабочего дня. — Шшш, все хорошо, — тихо шептала Сакура, поглаживая Учиху по плечу. Он всю дорогу молчал, тишина движения прерывалась лишь его громкими резкими вдохами. Когда машина мягко затормозила у ворот, Харуно отыскала в карманах парня ключи от дома, после чего с трудом вытащила его из машины и с таким же трудом довела его до двери. По пути в спальню, он несколько раз споткнулся и… несколько раз ругнулся, но она все-таки «донесла» его до его комнаты и уронила на кровать, с облегчением вздохнув. В ее голове все еще роились вопросы, но главной задачей сейчас было позаботиться о Саске, а не накидываться на него с ними. Девушка расстелила постель и еле как стянула с Учихи пиджак. Он до сих пор молчал и до сих пор дрожал. Это даже как-то пугало. Сакура помогла ему устроиться на подушках и укутала одеялом, но он не переставал дрожать и был ужасно пьян: от него несло перегаром, и он не мог ни на чем сосредоточиться, все его движения были слабыми и несобранными. Девушка не смогла придумать ничего лучше, чем дать ему бутылку минералки, потому что не нашла ничего, кроме его банки аспирина, да и кухня была пустой. — Возьми, — протянула она бутылку, и он, впившись в нее губами, выпил ее всю. — Что же с тобой случилось? — задала она вопрос, скорее самой себе, чем ему, потому что он был не в состоянии сейчас отвечать. Тем не менее, как только она произнесла эти слова, он резко взглянул на нее. Та вздрогнула от страха, но вида не подала. — Сакура, — медленно протянул он. Его голос был чуть хрипловатым. — Мне холодно. — О, да, — засуетилась та, — я сейчас принесу тебе что-нибудь теплое и… — Нет. — Перебил он. — Ты… прошу, сядь рядом. — Я итак сижу рядом, Саске. — Ближе… прошу. Сакура замотала головой: — Знаешь, я не думаю, что нам стоит снова переходить ту границу, которую ты так долго и старательно поддерживал. — Сакура, — он выглядел так, словно мог задохнуться в любую минуту, — прошу, сядь ближе. Та неуверенно придвинулась, и парень тут же схватил ее руку и резко потянул на себя. Девушка на секунду зажмурилась, а когда открыла глаза, она уже лежала снизу, придавленная весом его разгоряченного тела. Одна его рука упиралась в матрас прямо рядом с ее головой, он навис над ней, глядя в ее зеленые глаза. Она видела, как он прожигает ее своими темными глазами, ее сердце ускорило ритм. — Сакура… ты такая красивая. Ты знаешь об этом? Ты такая красивая, Сакура, — словно в трансе, повторял Учиха, водя рукой по ее щеке, очерчивая большим пальцем линию от скулы до уха и обратно. Девушка шумно выдохнула: — Саске, что ты?.. Но договорить она не успела, потому что парень вмиг сократил расстояние между их лицами, коснувшись ее кончика носа своим, в последний раз заглянул в ее испуганные глаза, а потом накрыл ее губы поцелуем. В этот момент Сакура застыла: она задержала дыхание, ее сердце замедлило ход, она зажмурилась, всеми силами пытаясь не ответить на поцелуй, но уже через несколько секунд она поддалась ему. Она приоткрыла губы, позволяя ему углубить поцелуй, обмякла в его руках, обвивая его шею, притягивая его ближе к себе, она прильнула к нему всем телом, а сердце застучало неимоверно быстро, в такт вдохам, которые они брали, когда на четверть секунды отрывались друг от друга. Саске забрался руками под ее майку, гладя ее по линии позвоночника, по выпирающим лопаткам, она делала то же самое, а потом и вовсе избавилась от его майки, стремительно направившейся к полу. Сакура прикоснулась к его оголенной спине, оставляя прохладные следы от рук, дотронулась до слегка выпирающих кубиков пресса, после чего снова обвила его шею руками, закидывая ноги на его бедра. Она стянула майку через голову и снова прильнула к его губам, не давая взглянуть на себя. Учиха принял сидячее положение и, облокотившись на спинку кровати, потянул Сакуру за собой, усаживая ее к себе на колени, он провел линию вниз по ее шее, от чего та вздрогнула и лишь продолжила его целовать. Все еще целуясь, Харуно стянула с себя джинсы, после чего снова села к нему на колени, и почувствовала, как он прижимает ее к себе за оголенные бедра, почувствовала, как напряглись его шея и мышцы на руках, как страстно и непреодолимо он хочет целовать ее, как сильно сдерживается, чтобы не спугнуть ее и не обидеть. От него все еще пахло спиртом и он все еще был пьян, но сейчас Сакуре было плевать. Она чувствовала, что он больше не дрожит, но чувствовала также, что от него исходит жар, что все его тело горит. Она могла чувствовать, как все старательнее и старательнее он прижимает ее к себе, словно боится отпустить и потерять. Саске больше не проявлял нежности, он целовал Харуно все уверенней, все сильнее, его руки начали спускаться с талии ниже и ниже, и когда дошли до поясницы, Сакура одернула парня, положив их обратно себе на талию. Они целовались, прерываясь лишь на вдохи, их дыхание сбилось, а сердца стучали, словно бешеные звери, заточенные в клетку, кровь приливала к лицу, от их тел отдавало жаром, они прижимались и двигались в такт друг другу. Саске потянулся к расстежке от ее лифчика и почти сделал то, что вознамерился, когда Сакура собрала все свои оставшиеся силы, чтобы оттолкнуться от него. Она опустила голову вниз и увидела себя в одном нижнем белье, сидящую на коленях у Учихи. Девушка тяжело дышала, пытаясь собраться с мыслями, но пыл словно отгонял все разумное, что только могло прийти в голову. — Сакура? — спросил Саске, как ей показалось, более протрезвевшим и здравым голосом, но тихо, боясь спугнуть. Она подняла на него свои зеленые глаза, словно спрашивая: «Что же мы творим, а?». — Сакура, я… Он не нашел что сказать, поэтому промолчал, изо всех сил стараясь не смотреть вниз, а только на ее лицо. — Если быть честной, — усмехнувшись, тихо пробормотала девушка, все еще пытаясь восстановить дыхание, — я так долго ждала этого момента, — она улыбнулась, снова подняв на него свои глаза, — но я не думаю, что ты здраво мыслишь, Саске. Предлагаю продолжить завтра… когда ты протрезвеешь… и придешь в себя. Саске лишь молча кивнул, хотя и был не согласен. Он был пьян, но ясно понимал, что происходит, и он мог бы отказаться от всего этого, но он не хотел. Он хотел целовать ее и прижимать ее к себе, он хотел, чтобы она успокаивала его своим неповторимым мягким голосом, хотел, чтобы она снимала с него футболку и водила своими длинными пальцами по его обнаженному торсу. Но вместо этого он кивнул. Кивнул и выпустил ее руки из своих. Сакура легко поцеловала его в губы, а потом он, повинуясь, лег на спину и укрылся одеялом, прижав Харуно к себе. Она легла на его плечо, положив рядом руку, и закрыла глаза. Он последовал ее примеру и через несколько минут, сон захватил его в свое царство. Примерно после часа раздумий, Сакура заставила себя закрыть глаза и еще через какое-то время провалилась в небытие, сопровождаемая размеренным стуком его сердца.