Ещё одна история

Проснулась Оля от того, что вокруг что-то бухало, шикало и шаркало. Открыв глаза, она обнаружила нескольких растрёпанных девиц в пижамах. Они шаркали тапками и шикали друг на друга, стараясь её не разбудить. Оля села на кровати и зевнула. Девчонки сразу перестали скрываться и уже свободно стали хлопать дверцами. -Утро доброе! Как спалось? Быки не разбудили?- спросила Алевтина. Она пыталась отрыть в шкафу чистую футболку. Наконец, ей это удалось, и она перекинула одежду мне на одеяло. Вместе с футболкой прилетели и шорты. На футболке жёлтым цветом изображались колосья. -За одежду спасибо,- поблагодарила Оля, примеряя обновки.- А что за быки? -За одежду не за что. Таких штук двадцать в каждом домики затырено, только эмблемки разные. Филоктет даже с символом Артемиды серебристые заказал, на случай визита охотниц. А насчёт быков, -она выразительно посмотрела на соседнюю стену, за которой располагалась спальня мальчиков.- Эти мирные железные зверушки пробрались через брешь в защите Лагеря. Ребята из домика Гефеста разбирают их на запчасти. -А почему я не слышала? Заявившаяся Даша пожала плечами. Она давно переоделась и привела себя в порядок. Длинные волосы были убраны в высокий хвост, который оплетал вьюнок. Дети Деметры могли себе такое позволить. -Первый день всегда спишь, как убитый. Да и другие тоже иногда не просыпаются- продолжают спать. Давайте собирайтесь! На завтрак опоздаете! Я вам тащить ничего не буду! Лагерь был в том особом утреннем состоянии, когда «жаворонки» вовсю щебетали и смущали своим видом праведно почивающих «сов». Майя шла босиком по траве и глупо улыбалась, щурясь на солнце. Настроение было летящие, дела ещё толком не проснулись, а погода стояла свежая, не похожая на ту полуденную жару, которая так её изматывала. Быстренько поев в трапезной и захватив с собой яблоко, Майя пошла без дела бродить по лагерю. В последнее время ей всё больше нравились подобные «бродилки». Можно ходить и смотреть, как кто-то что-то делает, не делая ничего самой. Красота! На арене лежали бренные металлические останки быка. Несколько парней из домика Гефеста хладнокровно «разделывали» его. Какая-то шустрая девица пыталась отвинтить у него рог. Дела юных механиков Майю особо не интересовали. Душа её жаждала чего-то более возвышенного, поэтичного и романтичного. Варианта было два: пойти или к Илье или к музам. Взвесив всё за и против, она решила отдаться воле случая- кто первый встретиться с тем и пообщаемся. Случай завёл её совершенно в другую степь. Пока она в задумчивости бродила, куда ноги несут, на её задумчивую голову чуть не опустилась колесница. -Девушка, поберегите голову- работает водитель- стажёр, спасибо за понимание! Пру…! Вываливайтесь- конечная! Не забывайте ваш багаж, всё что оставили, идёт на улучшение жилищных условий администрации!- ораторствовал знакомый голос. Курчавая Женькина голова повернулась к Майе и подмигнула. Взмыленные пегасы, освободившись от колесницы, попытались лягнуть водителя- стажёра и отправились в пегасню на водные процедуры. -Привет! Вы уже вернулись? Из колесницы выпрыгнула Светка. Руки мимоходом старались освободиться от шарфа и куртки. Следом за ней на землю ступил новый персонаж. Парнишка, может, их ровесник, плюс- минус год. «На вид вроде ничего,- мгновенно оценила Майя.- Хотя и не в моём вкусе». Такая оценка присваивалась всем с некоторым исключением в лице Артёма и Женьки. Женьки потому, что он был её давний друг, Артёма- по той же причине и… ещё одной. Маленькой такой. Парнишка был с отросшей светлой чёлкой, которою он периодически смешно сдувал. Выглядывающий из-под толстовки край футболки заледенел, наглядно иллюстрируя, какова температура на высоте. -Мы ещё вечером прилетели,- ответила Майя, помогая Женьке развязать запутавшиеся ремни. – Как всё прошло? -Нормально, только гарпии какие-то привязались по дороге,- ответила Светка. -О, конечно, все было просто замечательно!- буркнул Женька, критически осматривая вмятину на борту колесницы. Светлый солнечный лик прогнулся куда-то внутрь.- Если бы кто-то не захотел повыделываться и не врезался в здание университета! Ладно ещё не больницы! Всей палатой бы перевели в психиатрическое отделение! Светка сердито сжала губы. Но промолчала. Ясненько, опять поругались. Вечно у них что-то. Паренёк достал из колесницы рюкзак и подал Свете. Та тихо поблагодарила и еле заметно улыбнулась. Судя по тому, как запыхтел Женька, он это заметил. -Майя знакомься это Вова,- представила Света.- Вова- это Майя, староста домика Посейдона. -Моё почтение,- важно произнесла она, пожимая ему руку. – И кто вы у нас будете? Вовчик пожал плечами. -Света говорит, что возможно, дитё Гермеса или Афины. Женька насмешливо фыркнул, выражая всё своё отношение к подобным заявлениям. -Ладно, идите к Филоктету, он всё решит. И да, спасибо, что напомнили: я к Тёмику. Он мне пять драхм должен. -ОК, и позови его сюда. Колесницу надо до пегасни дотащить. -Давай я помогу,- предложил Вова. Пауза. -Давай,- согласился Женька. Кажется, этот типчик ему не больно нравиться, судя по интонациям, но переть из-за этого колесницу одному было глупо. Пять драхм были отвоёваны, и Майя довольная направилась к тренировочной площадке. Рядом с храмами встретилась с Зоей и заболталась. Мимо них прошаркала тень. Ан-нет, это оказался готический Глеб. Весь какой-то помятый, бледный с кругами под глазами. Майя проводила его удивлённым взглядом. Зоя оглянулась и нахмурилась. -Что это с ним? -Будто всё ночь не спал,- согласилась Майя. -Что ж возможно. Кто его знает? Филоктет кроме вас вчера никого не оправлял. Только сегодня народ в Энгельс отбыл. - Ну и ладно. Это его дела, вот пускай сам ими и занимается. Чтобы сохранить свои тайны, нужно уважать чужие. Пошли, вон Филоктет уже копытами бьёт. Сейчас нам влетит. Половина недели пролетели незаметно. Оля прижилась в домики Деметры, не переставала удивляться всему, что её окружает, и хотела больше узнать о новом мире. Как оказалось, Деметру, из всех её братьев и сестёр, в живую не видел никто. Это не укладывалось у неё в голове ни вдоль, ни поперёк. Она читала мифы и была уверена, что Деметра прекрасная мать, а тут даже собственных детей не навещает. Она рассказала об этом Даше. Та грустно усмехнулась и обняла её за плечи. -Ничего не поделаешь. Они же боги. Но они о нас помнят. И о тебе, и обо мне, и о вон том мелком мальчишке. Твой отец же занят на работе. И у них работа. Не вешай нос! Ты можешь больше, чем сама думаешь! Это дар, а если он у тебя есть, значит, Деметра о тебе позаботилась. Она села на причал у озера и свесила ноги в воду. Несколько нимф хихикали на маленьком островке, заигрывая с сатирами. Бедные сатиры прыгали в воду и барахтались в ней, не смея подойти к острову. Плавать они не умели. -Знаешь, у меня остались детские воспоминания о матери. Тёмные волосы, овсянка, деревья… странные, бессвязные какие-то… -А я помню большие помидоры, как гранат, и сахарные яблоки. И геркулес,- Оля скорчила гримасу.- Терпеть не могу. Даша засмеялась. -Знаешь, сколько я слышала подобных воспоминаний и у всех какие-то каши! В этот момент пришли ребята и направились к лодкам. Девчонки решили, что гребцам лучше не мешать и пошли бродить по лагерю до ужина. Солнце уже клонилось ко сну, земля остывала, приятный ветер гулял по лагерю. Многие из жителей лагеря, в их числе и Майя, начинали выползать из своих домиков, словно пустынные зверушки. Активность таких кадров увеличивалось по мере понижения температуры. Даша рассказывала о том, как год назад Майя, Женька, Светка и Артём ночью прилетели в лагерь и поперелемали все ветки у одного дерева. А им с сатирами пришлось срочно залечивать раны бедного растения. Оля слушала и глядела по сторонам. У храма Аполлона музы организовали хор, рядом Терпсихора руководила танцплощадкой, невдалеке слышались команды Филоктета, лязг оружие и треньканье тетивы. Неожиданно для себя Оля увидела начало сада. Урожай с него частично покрывал расходы лагеря. Под большой яблоней приютилась выкрашенная белой краской лавка. По ней сиротливо катались три слегка подгнивших яблока. Под яблоней ( вопрос: почему не на лавке?) сидел, прислонившись к стволу, бледный молодой человек в клетчатой рубашке. В руках он держал альбом и в задумчивости глядел на него, что-то подправляя карандашом, чуть сдвигал брови и снова поправлял. Оля невольно задержала взгляд. Молодой человек продолжал рисовать, не обращая на неё внимания. -Кто это?- спросила Оля, невольно перебивая рассказ собеседницы о коварном нападении целого легиона гусениц на вишню в позапрошлом году. Даша замерла с открытым ртом и недоумённо завертела головой. -Где? А!- губы её растянулись в хитрой улыбке.- Это наш местный ловелас! Глеб. Красавчик, не правда ли?- сказала она и подмигнула Оле.- Не боись! Не ты первая, не ты последняя. Половина девчонок лагеря были или даже сейчас в него влюблены. У меня тоже такой закидон был. А вообще, он парень хороший. Рисует классно. Ну, пошли, а то до столовки к утру не доберёмся. Неожиданно Глеб поднял голову и посмотрел на них. Оля вздрогнула и быстро пошла за Дашей. Он ещё немного проводил их взглядом и вернулся к альбому. Нахмурился и снова подтёр что-то ластиком. Что там он рисовал - знал только он.