Вслепую

Война прошла, и даже отгремели дни Победы... Но память все жива. И до сих пор Тревожат душу чертовы мгновенья, Что в память к нам приходят в мгле ночной...

- Мадам Помфри! Мадам! - Гермиона заскочила в больничное крыло, на ходу стягивая с себя легкий плащик. Лицо ее светилось, глаза блестели. Старая целительница оторвалась от большой толстой тетради и улыбнулась девушке. - Доброе утро, мисс Грейнджер, - женщина с трудом поднялась со стула и, прихрамывая, подошла к шкафу. Краем глаза, Гермиона заметила, что он полон разнообразных полотенец и халатов. Помфри достала один и протянула девушке. - Будет твоим. Подойдет? - Конечно. - Вот и хорошо. Список твоих дел на столе. Желательно сделать все сегодня. Как освободишься - можешь идти. И да, где-то в час загляни - попьем чаю, посудачим, - лицо женщины осветила такая редкая улыбка. Она легонько потрепала Гермиону по щеке и, все так же прихрамывая, вернулась на свое место. Улыбка потихоньку сползала с лица девушки, когда она видела искалеченную ногу школьной целительницы. Битва за Хогвартс не пощадила даже ее. Хотя, в принципе, эта война никого не обошла стороной. Во время злосчастной битвы мадам Помфри, вооруженная бинтами и зельями, находилась в самой-самой гуще, вытягивая и спасая раненых. Гермиона знала, что если бы не отвага этой женщины, большинство ребят не дожило бы до победного утра. А ведь дожило не так уж много. Раньше бы целительница ни за что не взяла бы себе помощника, но сломанная пустяковым Ступефаем нога не давала женщине нормально двигаться. Сказывались и прожитые годы. А накапало их немало. Гермиона подавила в очередной раз горестный вздох и натянула на себя халат. Он был немного великоват ей, хотя лейба показывала самый малый размер. Еще одно последствие военного года - девушка была худее десятилетнего ребенка. Список дел был невелик, задания совсем пустяковыми. Если быть честными, Гермиона рассчитывала не на это. Ей безумно хотелось лечить людей, спасать чье-то здоровье, или даже чью-то жизнь. Она понимала, что не имеет никакого опыта, и мадам Помфри не может просто так доверить ей пациентов, по-этому была готова какое-то время помогать в мелких пустяках. Главное - зарекомендовать себя, а там уже доверят и дела посерьезней. Девушка первым делом заглянула в лаборантскую, - свой рабочий кабинет, - и по-скорому прибралась там на свой манер. Из пыльного угла Гермиона втянула старый и чуть ржавый котел, установила на треногу и снова углубилась в список. Ей надо было сварить одно простенькое болеутоляющее зелье. Сначала Гермиона не заметила ничего странного - ну надо же кому-то снять симптомы похмелья, к примеру, но потом до нее дошло - больных с такими симптомами в отделение нет. А склянки с обыкновенным обезболивающим она только что видела на полке. Девушка закусила губу и мысленно поставила галочку заглянуть в книги и побольше узнать о зелье. Остальные дела были и того легче, потому к часу Гермиона успела все, даже больше - сбегала в библиотеку и взяла книги по зельям. Она в последний раз помешала густую жидкость в котле, которая через пару часов должна была стать полноценным лекарством, и спустилась к мадам Помфри. Едва старая целительница завидела девушку, лицо ее сразу осветилось все той же ласковой, чуть снисходительной улыбкой. - Не устала, деточка? Не сильно я тебя загрузила работой? - ворковала женщина, заботливо разливая по чашкам пряный ромашковый чай. - Да нет, что вы. Пустяки, в общем-то. Я уже совсем справилась. - Да неужели? А зелье поставила? - Да, да. Осталось часика два ему настоятся и будет готово. Мадам Помфри, - вдруг дрожащим голосом начала девушка, отчаянно краснея. - а зачем вам глазное болеутоляющее зелье? Ведь в отделении нет таких больных. Мадам Помфри замерла. Было видно, что она не готова к такому вопросу. Когда она заговорила, голос ее был тяжелым и уставшим. - Я знала, что тебя трудно провести Гермиона. Но... Позволь мне пока молчать. Об этом пациенте ты узнаешь позже. Когда он придет в себя. Хорошо? Пока у меня хватает сил ухаживать за ним самой. Потом, наверное, понадобится твоя помощь... Гермиона сидела вжавшись в кресло и переваривая информацию. В очередной раз ей не договаривали правду. Но сейчас, глядя на уставшую, измученную невзгодами старую женщину у нее, молодой и сильной, не было сил обижаться. Она легонько кивнула головой в знак согласия. * Дни складывались в недели, недели в месяца. На дворе стоял теплый апрель, Гермиона радостно работала. Многие ученики Хогвартса помнили ее и любили. Мадам Помфри уже доверяла ей маленьких пациентов, разрешала самой ставить диагнозы и лечить. Девушка все так же варила зелья для медицинского крыла. В их списке находилось не только болеутоляющее, но и прочие зелья для лечения глазных болезней. Но он загадочном пациенте целительница не говорила не слова, а Гермиона предпочитала молчать. Еще одну странность приметила за целительницей Гермиона: примерно в середине дня мадам Помфри... исчезала. В прямом смысле слова. Она просто брала со своего стола небольшой металлический контейнер и шла к своей комнате. Как один раз проследила за дамой Гермиона, целительница сворачивала в небольшой коридорчик, заканчивающийся тупиком. Девушка попыталась нащупать дверь в стене, кулачком попробовала кладку, но все было тщетно - тупик оставался тупиком. Эти странности сводили Гермиону с ума, она терялась в догадках. Но спросить напрямую у нее не хватало смелости. Странно, Героиня Войны, которая уничтожила один из крестражей Волдеморта не могла задать один деликатный вопрос начальнице. Воистину смешно. Гермиона старалась забывать об этих тайнах в время работы, чтобы не отвлекаться и не делать ошибок. Мадам Помфри нарадоваться не могла толковой помощнице. Но вскоре старая женщина чувствовала себя настоько плохо, что была вынуждена найти себе еще одну медсестру. Ею стала выпускница Хаффлпаффа Сьюзан Боунс, которая после смерти матери и тети захотела стать целителем. В тот день, когда полненькая хаффлпаффка появилась на пороге медицинского крыла, мадам Помфри попросила Грейнджер остаться после работы и заглянуть к ней. - Мои дела плохи, Гермиона, - голос целительницы звучал глухо. Она не решалась поднимать глаза на ученицу - не отрываясь смотрела на предзакатное небо. - Заклятие не так просто, как казалось на первый взгляд. Я не могу вести дела, мне пора на покой. Я знаю, ты бы справилась и сама, но у хочу дать тебе немного иную работу, чем просто ведение медицинского крыла. Пойдем - я покажу тебе своего загадочного пациента. Ни жива, ни мертва шла Гермиона вслед целительницы. Ей почему-то было страшно - что же такого прятала от нее мадам Помфри все это время? Старая целительница добрела до конца тупикового коридора и, приложив руку к стене, произнесла: - Палата одиннадцать. Мисс Грейнджер знала, что палат одиночных в крыле всего десять. Значит, эта была скрытой. Стена вдруг замерцала серым светом, будто кто-то снимал ее через сепию на колдокамеру. Мадам Помфри уверено зашагала прямо внутрь стены, держа за руку девушку. Ощущение было такое, что они прошли сквозь воду. Но нет, обе были сухими. Перед глазами Гермионы явилась небольшая комнатка с выбеленными стенами, белыми аккуратными занавесками и выходом на террасу. - Она заколдована и снаружи? - Да. Но давай не о колдовстве. Ведьма приблизилась к кровати, загороженной ширмой. Затаив дыхание, Гермиона следовала за ней. Мадам Помфри снова обернулась к Гермионе, а потом резко отдернула занавеску. Девушка тихо вскрикнула. На кровати лежал человек, чье лицо практически наполовину скрывали бинты. Забинтованы были и руки, лежавшие поверх одеяла. - Кто это? - Узнаешь потом, Гермиона. Ты на меня не серчай, но лучше я сейчас промолчу. Девушка недоуменно уставилась на пожилую ведьму. Лечить незнакомого человека? Но что-то подсказывало Героине войны, что лучше подчинится. - Что мне надо делать? Мадам Помфри благодарно улыбнулась помощнице и пальцем поманила к себе. Гермиона неуверенно подошла. Целительница аккуратно сняла верхний слой бинта. Под ним оказался еще один, намоченный зеленой жидкостью. Женщина взяла с прикроватной тумбочки колбу с зельем и намочила тряпицу. - Аккуратно намотай сверху. Просто, как обычный бинт. Гермиона дрожащими руками приняла бинт. Влажная ткань сразу прилипла к рукам, несколько капель упали на пол. Девушка приложила тряпицу к глазам пациента, а концы завела под голову. Убедившись, что все в порядке, она выпрямилась. Ее рука случайно задела одеяло, которое укрывало парня. Гермиона закусила губу и попыталась поправить. Тонкая девичья рука коснулась груди пациента. Пальцы ощутили резкие толчки. Прижав ладонь к груди неизвестного ей парня, девушка не отрываясь слушала, как бьется человеческое сердце. * Гарри размешивал сахар в чашке кофе, умудряясь даже это делать сердито. Лицо Героя магомира выражало жуткое раздражение. - Где ее носит? - задал он вопрос в воздух. Гермиона лишь снисходительно усмехнулась. - Я специально выпросил себе выходной в Аврорате, а у нее видеть ли внеплановая тренировка! - Гарри, успокойся. Сейчас Джинни придет. Давай поговорим о чем-то другом. - О чем? - все еще сердито спросил Поттер. - Давай... - девушка задумчиво накрутила каштановый локон на палец. - о твоей работе! - Кстати о работе, - живо встрепенулся Гарри. - Хочешь интересную новость? - Валяй. - Знаешь, какого Пожирателя не поймали, не отследили и чьего тела не нашли? - он выразительно посмотрел на подругу. - Драко Малфоя.