Мальчик, который хотел тепла

В ту ночь ему не удалось уснуть. Грудь сдавливало, воздуха не хватало. Сердце колотилось, словно за ним снова гнались. Темнота казалась липкой, словно паучьи сети. Мальчик запутался в ней, измученный, желающий неизвестно о чём. Он тянул тонкую руку в самое сердце мрака, пытаясь схватить ускользающие видения. И видел он только одно: до краёв полные древностью глаза. Позови... Поддайся... Позволь завлечь тебя... Ты несчастен... Тебе причиняют боль... Склонись, и получи покой... Тебя никто не спасёт... Лишь я могу сделать это... Поддайся... Голос таинственный, голос соблазняющий. Голос самой тьмы. *** Джим неохотно шёл из школы, медленно переставляя ноги. Домой хотелось меньше всего. Пустым взглядом мальчик обозревал окрестности. Его ничто не интересовало и не радовало. Вместо сердца было словно бы просто ничто. Дыра. Теперь даже ночи не дарили ему покоя. Мальчик всего десяти лет отроду, ничего не понимал. Хотя нет, даже и взрослый был бы в растерянности. Жизнь была чередой унижений и боли. Отчим вновь продолжил свои издевательства. Было уже почти лето, но Джим не мог себе позволить одеваться сообразно погоде. И потому жарился в тёплых штанах и рубашке с длинными рукавами. А иначе все увидели бы множество синяков, поганивших его тело. И надежда на избавление становилась день ото дня всё слабее и слабее, пока совсем не покинула его. И он шёл через парк, с потухшим взглядом и скорбно сжатыми губами. Но он не плакал. Не мог больше. И он был готов на всё ради спасения. Даже на смерть. Скажи - и будешь спасён... Мальчик вздрогнул, оглянувшись. Никого. Может, это прошептал весенний ветер, чуть тронувший кроны деревьев? Прокричала пролетающая мимо птица? А может, это бред? И он сошёл с ума, и всё, что происходит с ним - признака безумия? Джим...? Не обращать внимания. Опустить голову и прибавить скорость. И замереть, когда вдруг за деревом промелькнул знакомый силуэт. Чуть колышущиеся от ветра полы длинного чёрного плаща, старомодная шляпа, трость в руке, затянутой в белоснежную перчатку... Джим думал не долго. И пошёл к стоящему неподвижно человеку. Тот, словно увидив, что за ним следуют, стремительно сошёл с места и пошёл быстрым шагом прочь. Мальчик отправился за ним. Ты и вправду этого хочешь, человеческое дитя? - Хочу. - Шепнул мальчик в спину мужчины, удаляющегося от него с завидной для человека скоростью. Ты погибнешь. "Я уже погиб". Мысль, неожиданно взрослая. Зародившаяся в голове опороченного ребёнка. Мужчина уходил. А Джим шёл за ним, словно на смерть. Синие глаза словно покрылись льдом. Они стали ещё более бессмысленными. Ноги несли ребёнка легко и бесшумно несли его по молодой траве. - Сэр? - Нерешительно позвал Джим, отчаявшись догнать незнакомца. Тот чуть повернул голову к нему. И... исчез. Джим резко остановился, потёр глаза. Мужчины впереди не было. И ещё: от него не осталось следов. Так не бывает. Страх заполз в душу мальчика. Не тот, который случается при опасности, а связанный с реакцией на тайный мир, с которым неожиданно сталкиваешься лицом к лицу. И Джим побежал прочь от этого места. Не убежишь. Ибо все пути ведут ко мне. Никто тебя не спасёт. Только я. Но я же и сгублю. Джим бежал по тропинке к выходу из парка. Сердце как бешеное колотилось в груди. Спеши же, дитя рода людского, к своей гибели. Обольстись спасением от мук земных и не вспомни про вечные. Мужчина сидел на скамейке у пруда, неподалёку от выхода из парка. Он снял свою старинную шляпу и ветер играл его волосами, чёрными, как смоль. Покой весеннего вечера, тихие воды пруда, заросшего травой, резная скамья и сидящий на ней мужчина из мистических грёз... Мужчина обернулся. Бледное, невозмутимое лицо, суровые золотистые глаза за стёклами очков, тонкие губы, сведённые в одну строгую линию. Его внешность могла принадлежать самой судьбе. Или смерти. Джим замер в паре шагов от мужчины. Как завороженный глядел мальчик в его странные глаза. - Кто вы? - Сумел вымолвить он наконец. Мужчина поманил его изящным движением руки. Джим закрыл глаза и шагнул вперёд...