Carpe noctem

Почему всякий раз, когда я думала о смерти Ганнибала, у меня начинали дрожать руки? Почему мне так страшно, а желание осуществить задуманное с каждый днем посещало все реже и реже? Я не боялась замарать руки, просто по неизвестным мне причинам перестала видеть в этом человеке угрозу. Знала, что это полная глупость, но ничего не могла с собой поделать. Я была готова отговорить Уилла от нашего с ним наконец-то придуманного плана. Мы решили опоить его во время званого ужина, когда в его доме соберутся все его знакомые. При таком раскладе у него не будет возможно напасть на одного из нас и тем более отвращаться о выпивки, которую ему поднесет официант. Нужно лишь сделать это как можно незаметнее. Во время очень какого-нибудь горячего спора или обычной увлекательной беседы, когда Ганнибал не заметит, с чем возьмет в руку бокал. Обшарив весь интернет, Уилл нашел отличный яд: действует долгое время, без запаха и полностью растворяется. Затем включить пожарную сигнализацию, дабы выставить за дверь всех гостей. Далее народ разойдется, мы скрутим уже почти бессознательного доктора и будем наблюдать его мучительную смерть. Продумано идеально, нужно только подгадать удачное время. — Ты готова? — поинтересовался Уилл, заглянув в спальню. — Почти, — еле слышно сказала я, не отрывая взгляда от своего отражения в зеркале. — Алана уже здесь. — Отлично. — С тобой все в порядке? — его тон сменился на заботливый, и я почувствовала, как кончики его пальцев коснулись моих плеч. Они пробежались вниз по предплечьям, затем скользнули на талию, и я с глубоким вздохом прикрыла глаза, когда руки обвили ее. — Не переживай. Все будет хорошо. Самая бесполезная в жизни фраза. Обычно после таких слов становится только хуже. — Ты прекрасно выглядишь. — Спасибо, — рассеяно ответила я. — Что бы ни случилось, никогда не меняй обо мне своего мнения. — К чему ты завела этот разговор? — Мы собираемся убить человека, Уилл. Думаешь, после этого меня можно будет считать хорошей? — То же самое можно сказать и обо мне. — Его нужно посадить. — Что? — медленно спросил он, убрав от меня руки. Я сразу же ощутила себя одинокой и брошенной. — Чем я буду лучше него, а? Назови мне хотя бы одну причину. — Он убивает людей, и ты даже не представляешь, сколько человек пострадало из-за него. И я тоже, если ты забыла. Спешу тебе напомнить: мы вместе придумали этот план; а теперь в последний момент ты меняешь свое мнение. Что происходит, Лили? — Ничего. — Такими темпами мы прибудем под конец праздника, — заявила Алана, возникнув в дверях. — Мы идем! — откликнулась я и, взяв сумочку, поспешила покинуть спальню, заметив боковым зрением, с каким недоумением на меня посмотрел мужчина.

***

Играл Ноктюрн № 20 до диез минор Фредерика Шопена. Мы прибыли в дом Ганнибала почти последними. Я нервно сжала в кулаке ткань платья на бедре, где было спрятан на завязке флакон с ядом. Уилл ободряюще улыбнулся мне и согнул руку в локте. Слабо улыбнувшись, я взяла его под руку. Хозяин торжественного вечера встретил нас добродушно, от чего мне стало совсем жутко. Я никак не могла понять, чего ожидать от него. На первый взгляд кажется, что ничего плохого лично нам он не сделал. Но и расслабляться нельзя, ибо мне прекрасно известно: охотник затаился в кустах, он ждет, когда жертва потеряет бдительность и тогда нанесет смертельный удар. Именно в тот момент, когда этого ждешь меньше всего. — Да, мы все еще ищем этого человека, — донесся до моего слуха голос Кроуфорда. — Хочешь и его посадить за решетку? — с наигранной улыбкой спросил Уилл. Он коротко взглянул на агента и предпочел смотреть на картину за его плечом. — Боюсь, что поиски не увенчаются успехом. Вряд ли он захочет получить награду в виде пожизненного заключения. — Он совершил преступление. Доброго вечера, Уилл, — отпив из бокала, произнес Джек. — Это не значит, что он преступник, — встряла я в разговор и уже успела пожалеть об этом, потому что мужчина посмотрел на меня с таким скептицизмом, что захотелось выколоть ему глаза. — То есть убийство считается обычным делом, как сходить в магазин за продуктами? — спросил еще один собеседник. Я видела его в первый раз, но не трудно было догадаться, что это коллега Кроуфорда. Одного поля ягоды. — Непреднамеренное убийство, — пожав плечами, сказала я. — Этот человек спас мне жизнь. — Как там ни было, какие бы у него ни были на тот момент благие намерения, он заслуживает наказания. — Я полностью разочаровался в судебной системе, — произнес Уилл. — В качестве благодарности сесть в тюрьму. Хотя, окажись это суд с присяжными, смею предположить, что заключенному назначили бы условное наказание. — И запрет выезда из страны, — добавила я. — Как будущий адвокат… — Вы учитесь на адвоката? Серьезно? — хохотнул мужчина и взглянул на Джека. — Так это она собралась защищать Грэма? Агент в ответ просто кивнул головой. Уилл сжал зубы, и я слегка поморщилась, понимая, что в этом обществе меня никогда не воспримут всерьез. С моими взглядами, устоями и виденьем ситуации я останусь одна. Из-за меня никогда не перепишут уголовный кодекс. — Я жалею лишь о том, что отменили смертную казнь, — невозмутимо произнесла я, чем заставила мужчину подавиться смехом. — Вот здесь я полностью согласен. Приподняв одну бровь, Кроуфорд посмотрел на своего подчиненного и усмехнулся. К нам подошел Ганнибал и, заметив его, агент со смехом спросил: — Вы тоже сторонник смертной казни? — Сбили меня с толку, — с улыбкой заявил мужчина, вертя в пальцах бокал на длинной ножке. — Если так подумать, то я «за». Некоторые преступники достойны смерти за свои страшные деяния. К примеру, массовые убийства или насилие над несовершеннолетними. — Верно, — кивнул головой Джек. — Мы понимаем, что система не идеальна, но мы стараемся это исправить. — Оно и видно, — сказала я себе под нос и поймала снисходительную улыбку Уилла, обращенную на агента. — Простите, но у вас все равно ничего не получится, — сказал Ганнибал. — Что-то я проголодалась. Пойду перекушу, — с этими словами я отошла от мужчин и приблизилась к длинному столу, на котором было столько деликатесов, что разбегались глаза. — Не можешь выбрать? — раздался голос хозяина дома позади меня. — Без профессионального мнения — нет. Я оглянулась на Уилла, который слушал собеседников, но время от времени поворачивал голову в мою сторону. Он пытался контролировать ситуацию, чему я была рада. — Но чем проще, тем лучше? — догадался он по моему страдальческому выражению лица. — Да, пожалуйста. Вы организовали замечательный вечер. Жалко, что агенты ФБР все портят. — Жалко, что нет причины выставить их за дверь. И, к своему удивлению, я искренне засмеялась. — Подложить им в карман наркотики, что ли? — смеялась я почти до слез, представив, как вытянется от шока лицо Кроуфорда, когда у него изымут запрещенное вещество. — Тогда некому будет портить нам жизнь. Согласись, Лилиан, станет очень скучно. Моя улыбка сползла, но я попыталась сохранить спокойствие, потому что мне показалось, что в его словах проскользнул двойной смысл. Или даже отсылка на него самого, ибо он говорил правду. Избавишься от проблемы, и жить станет скучно. Выходит, что именно такой политики придерживался Лектер. Я была права. — Ганнибал, — мелодично произнесла Алана, подойдя к нам. — Я бы хотела поговорить с тобой наедине. — Не буду вам мешать, — сказала я и поспешила скрыться с глаз долой. Уилл нагнал меня рядом со столовой, где трудились лучшие повара города. — Ты решил, каким образом сделать так, чтобы нужный бокал попал в руки Ганнибала? — озвучила я мучивший меня весь вечер вопрос. — Иначе второго шанса у нас уже не будет. Мне кажется, ничего не получится. — Я не ожидал, что ты их тех, кто трусит в последнюю минуту. Лилиан, это трудно сделать, почти невозможно, но лучше попытаться, чем просто сидеть и ждать, когда Ганнибал найдет себе очередную жертву. Я не хочу, чтобы ею стала ты. Он назвал меня полным именем. Кое-кто не в духе. — Это очень мило, Уилл, но мы с самого начала знали, что силы неравны. У него всегда есть козырь в рукаве. Что бы мы ни делали, это никак не отражается на нем. Вот и сейчас у меня такое ощущение, что снотворное окажется в наших бокалах, а не в его. Он словно читает наши мысли и знает каждый шаг наперед. — Ты просто себя накрутила. Хотя, лучше останься в стороне. Я сам все сделаю. — Ха-ха. Как будто я тебе это позволю. Давай подождем, когда толпа рассосется, и тогда осторожно подсунем ему бокал. Просить кого-то из его поваров — не лучший вариант. Или стоит попробовать подкупить? — Даже не думай. Или забыла, что мы не вмешиваем посторонних лиц во все это дерьмо? — Мне не будет их жалко, — честно призналась я и оглянулась через плечо. Ганнибал стоял прямо напротив входной двери, ведущей на кухню, и все прекрасно видел. Мы слишком долго стояли и ничего не делали. Все нормально. Он ни о чем не догадывается. — Ты побледнела. — Неудивительно. — Что ты скрываешь от меня, Лили? — после минутного молчания спросил он. Встав передо мной, Уилл попытался заглянуть в глаза, где обычно всегда находит ответ, но я предпочла отвести взгляд в сторону. Все оказалось намного труднее, чем я думала. Посчитала себя сильной женщиной, а в реальности оказалась запуганным зверьком. Такие легко попадают в ловушку охотника. Удивительно, что я вообще до сих пор жива. Ганнибалу выгоднее было бы избавиться от меня при первой же возможности. Ему нравится наблюдать за моими мучениями? Как я испытываю угрызение совести за пособничество в убийстве? Но кроме пустоты я ничего не ощутила. Тогда чего же он ждал? Он подставит меня. Сдаст Кроуфорду, в очередной раз вылезет сухим из воды и лично окунет мою голову; и, избавившись от лишнего груза, я пойду на дно, откуда не смогу выбраться. Я лучше умру, чем буду до самой смерти гнить в тюрьме. Тем более, что в таких условиях долго мне не протянуть. — Ничего. — Почему ты врешь? — Давай сосредоточимся на более важной в данный момент цели. Мы, как-никак, собираемся на убийство.

***

Я помню неловкую попытку Кроуфорда пошутить над своими же подчиненными за их неспособность раскрыть даже самое простое преступление. Ганнибал все чаще стал бросать на меня неприлично долгие взгляды, которые, естественно, замечал Уилл. И каждый раз он еле сдерживался, чтобы у всех на глазах не затолкать в глотку психопату смертельную дозу снотворного. Помню, как в зале осталось всего несколько человек. Пришлось долго уговаривать сестру пойти домой, но в итоге она согласилась и потребовала объяснений. Я с легкостью пообещала ей все рассказать. Ложь стала для меня привычным делом. Мне самой иногда кажется, что я живу только этим. Не знаю, каким образом, но я потеряла из виду Уилла. Все произошло так быстро. Я в панике обежала весь дом, но так и не смогла его найти. Как сквозь землю провалился. На телефонные звонки не отвечал. Никогда не приходилось оставлять сообщение на голосовую почту. Лучше бы отключил сотовый. Неизвестность пугала. Я столкнулась с Ганнибалом на лестнице и чуть не оступилась, вовремя схватившись за перила. Моей самой большой ошибкой было отвернуться от него всего на секунду. А потом — удар по голове… При таком образе жизни нужно быть готовой к любой экстремальной ситуации, но мне приходится ошибаться уже не в первый раз. Затылок ныл от боли, а тело затекло от неудобной позы. Я попыталась вытянуть ноги, но наткнулась на преграду. Открыв глаза, я ничего не смогла разглядеть. Одна кромешная темнота. Вытянуть руки в стороны тоже не получилось. Я оказалась в каком-то подобии гроба. Кто же знал, что я, оказывается, страдаю от клаустрофобии? Забившись в истерике, я стала кричать, зовя кого-нибудь на помощь. И плевать, что меня слышит только Лектер. Пусть он сразу пристрелит меня. Я не хочу медленной и мучительной смертью задохнуться от нехватки кислорода. Нет. Это был не гроб. Крышка слишком высокая. Скорее морозильная камера, что стоит у каждого хозяина дома в подвале, где хранятся скоропортящиеся продукты. — Выпустите меня! Пожалуйста! Кричать пришлось долго. Когда крышка морозильника поднялась, я прищурила глаза от яркого света и не сразу разглядела мужчину. Он снисходительно посмотрел на меня, но ничего не произнес. — Прошу вас, делайте со мной что угодно, но не трогайте Уилла. — Это точно то, о чем ты хотела попросить? — спокойно спросил он, чуть наклонив голову набок. — Ты уверена, что оно того стоит? — О чем вы? — Твоя смерть в обмен на его жизнь. Уилл не простит тебе такой поступок. — Это будет уже не важно. Он смирится с моей потерей и продолжит борьбу с вами. Я не знаю, как, но сделает это. Будьте уверены. — Я знал, что это была твоя затея, — улыбнулся Ганнибал. — Он выгораживал тебя до последнего. — До… вы убили его? — упавшим голосом спросила я и снова почувствовала, что мне стало трудно дышать. — Я всего лишь хотела, чтобы вы оставили его в покое! — Он жив. Пока еще жив. Я подняла на мужчину заплаканные глаза. Он был так близко, что при желании я могла бы вонзить зубы в его шею и вырывать кожу как голодный зверь до тех пор, пока Ганнибал не закроет навсегда свои глаза. И никогда уже не увидеть этот взгляд настоящего убийцы. — Что вам от меня нужно? Я сделаю все, только не убивайте его. — В этом-то вся проблема. Мне ничего от тебя не нужно. Случайная жертва, как и все остальные. Зря ты влезла в наши с Уиллом разборки. — Тогда… я не понимаю. Почему вы не убили меня? И где Уилл? — Я дам тебе шанс на спасение, чего раньше никогда не делал. Считай это исключением из правил. Можешь идти, но Уилл останется здесь. Неужели это очередная игра? Очередное представление. Лектер жаждал узнать, чем обернется мое решение, каким бы оно ни было. Мне так надоело играть роль марионетки… Когда же удача все-таки окажется на моей стороне? — К сожалению, у тебя не так много времени на обдумывание решения, Лилиан.