Come break me down

- В чем дело, Хлоя? - спросил Шеннон, обняв за плечи жену, сидевшую в гостиной. Разместившись в кресле, она читала книгу, наверняка что-то из классики, другого она не принимала. Она выглядела так по-домашнему: пижамные штаны, свободная майка, очки, занимающие половину ее лица, небрежный пучок - все это вызывало в сердце Шеннона некий трепет, особую нежность. Шеннон только уложил дочь, ведь та взбунтовалась и потребовала, чтобы читал сказку на ночь никто иной, как ее отец. Немного обидевшись, Хлоя вышла из детской комнаты, оставив дочь наедине с папой. Признаться честно, она слегка ревновала. Нет, безусловно, она была рада, что Эмили близка с отцом, но она все же ее мама, и, по ее представлению, Эмили должна была быть более открыта с ней, нежели с Шенноном. Но ее ребенок упорно отказывался посвящать в свои мелкие секретики мать, делясь ими только с отцом. Хлоя не знала причину такого поведения ее дочери. Впрочем, причины то и не было, ведь это двухлетний ребенок. - Почему она доверяет тебе больше, чем мне? - отложив книгу, Хлоя взглянула на мужа сквозь стекло очков. - Господи, Хлоя, да ты же ревнуешь, - с ехидной улыбкой произнес Шеннон, садясь на диван напротив жены. - Нет, просто... - словив усмехающийся взгляд Шеннона, девушка закатила глаза и громко выдохнула. - Хорошо, я ревную, и что с того? - Ничего, просто это так забавно. Иди сюда, - Шеннон протянул руку навстречу жене, приглашая пересесть к нему на диван. Хлоя молча вложила свою руку в его широкую ладонь, но на диван не села. Потянув его за собой, она отвела его в спальню и, взглядом приказав лечь на постель, начала стягивать с себя лишнюю одежду. Прежде чем лечь на кровать, Шеннон последовал примеру жены, освобождая себя от ненужных тряпок. Опустившись в постель, Хлоя притянула мужа к себе, осыпая его губы нежными поцелуями. Шеннон медленно раздвинул бедра Хлои и, не прекращая поцелуи, вошел. Из их отношений давно исчезла та животная страсть, с которой они начинали свой семейный путь. До рождения малышки каждый их день был непредсказуем: сегодня они ехали в другой город, чтобы посетить очередной клуб, в котором, как говорили знающие люди, должна быть жаркая ночь; завтра они ехали в солнечную Флориду, только лишь погреть косточки на солнце и искупаться ночью нагишом. Каждый их день был не похож на другой: в крови бушевал адреналин, сердце разрывалось от чувств, а мозг, порой, отключался от бессонных ночей. Со временем, в их жизнь пришло такое слово, как "рутина". В то время, они боялись его, боялись стать обычной, скучной парой, проводящей вечера за чашкой чая или книгой, под звуки потрескивающих дров в камине. Они боялись, что из их жизни уйдет драйв, та беззаботность, а на смену ей придут обязательства. Они думали, что станут несчастными, когда осядут на дно, когда их жизнь потеряет такие сумасшедшие, неоновые цвета. Отнюдь нет. Конечно, их жизнь не окрашена в такие насыщенные краски, у них появились обязательства, ведь родился ребенок, но они были счастливы. Точно так же, как и в то время, только источник счастья поменялся. Тогда они кайфовали от алкоголя, шумных вечеринок и ночных гонок на мотоцикле, сейчас же они получают искреннее удовольствие от того, что они видят, как их детка лучезарно улыбается, делает свои осторожные шаги. На смену безумной страсти, пришла привязанность и, наверное, твердая уверенность в партнере. Хлоя знала, что даже в случае развода, Шеннон не бросит дочурку, он не такой человек. Он будет всячески поддерживать, обеспечивать ее, останется навсегда не только ее отцом, но и другом, что тоже немаловажно. После завершения полового акта, Хлоя свернулась клубочком и, прижавшись спиной к мужу, начала погружаться в сон. Только ее начал забирать в свое царство Морфей, как она услышала резкий крик, больно похожий на плач. Встрепенувшись, она решила, что проснулась Эмили, но, прислушавшись, поняла, что ничего похожего на плач или крик нет. Немного насторожившись, она поспешила отогнать от себя дурные мысли, снова укладываясь в постель. Сославшись на то, что ей всего-лишь показалось, она снова начала засыпать. Но и в этот раз Морфей потерпел фиаско, ведь резко вскочивший с кровати Шеннон разбудил задремавшую Хлою. - Дорогой, в чем дело? - сонно потерев глаза, спросила Хлоя. - По-моему, Эмили проснулась. Я пойду посмотрю, все ли в порядке. Спи, - шлепая босыми ногами по паркету, Шеннон удалился, прикрыв за собой дверь. В кровати сразу стало пусто и даже немного прохладно. Покрепче укутавшись в одеяло, Хлоя попыталась заснуть в третий раз. Через пару минут дверь отворилась и кровать со стороны Шеннона прогнулась. "Вернулся", - подумала Хлоя и ей тут же завладел сон. На следующее утро, Хлоя не обнаружила мужа в постели, поэтому спустилась на кухню, где ее родные завтракали. Шеннон с огромным усилием пытался накормить сопротивляющуюся до визга дочь кашей, которая, по его мнению, была очень полезна для растущего организма. - Прости, что не пришел ночью обратно, - Шеннон обернулся, приветственно улыбаясь. - Малышка боялась спать одна, новый дом и все дела. От услышанного, Хлоя поперхнулась апельсиновым соком, только что отпитым из стакана, изготовленного из французского стекла. К слову, она дорожила этим сервизом настолько, что постоянно расстраивалась, если неповоротливый Шеннон смахнет один предмет из ее любимой коллекции. Но на данный момент ее это волновало меньше всего, и стакан полетел на пол, разбиваясь на мелкие кусочки о плитку. Шеннон ошарашенно уставился на жену. - Как не приходил?!