Долг Жизни

- Нечему, вроде, мешать… – небрежно передернув плечом, Таня делала вид, что ровным счетом ничего не произошло, хотя в душе у неё бушевала масса эмоций. Страсть и нежность, и смущение, и дикое волнение, и злость на бесцеремонную египтянку, которая так не вовремя вышла из своего магического транса. - Ну, и что тебе сказали боги? – Бейбарсов старался скрыть разочарование несвоевременным приходом Маланьи за своей вечной иронией. – Как пройти в эту дверь? - Почему-то боги молчат, - с недоумением произнесли Нефертити, решив не заострять внимания на идиотском поведении избранного Имхотепом. Ладно еще Гроттер, что с неё возьмешь, но Бейбарсов-то мог уже проникнуться серьезностью ситуации! А он целуется – и плевать ему на всё! - Ну, раз молчат, придется обойтись без них, – Глеб подошел к стене, прощупывая её магическим взглядом. Но за стеной он чувствовал только уходящие вглубь коридоры, причем, они как-то странно наслаивались друг на друга. А дальше была просто непроглядная темнота. - Попробуем так, - Глеб наставил трость на стену, бормоча заклинания. Трость в его руке завибрировала, стена слегка задрожала, но никаких видимых изменений с ней не произошло. Бейбарсов усилил нажим. С потолка посыпалась каменная крошка, стена гудела и тряслась, но в ней не появлялось даже и намека на дверь. - Давай я попробую! – Маланья подошла к некромагу, и вплела нить своей магической энергии в его попытки убрать препятствие. Некоторое время раздавались самые сложные заклинания темной магии, а воздух словно нагрелся от таких выбросов силы. Но все было напрасно – никакого прохода в стене не возникало. - Здесь надо придумать что-то другое, - Глеб вытер слегка вспотевший лоб и отошел, пристальным взглядом буравя стену, словно, желая убрать её взглядом. Пока они с Маланьей мрачно уставившись на каменную плиту думали, как им открыть проход, Таня тихонько подошла к стене и провела рукой по её шероховатой поверхности. Да, и Глеб, и Маланья сильные маги, Глеб, вообще, один из лучших некромагов, но… не слишком ли они все усложняют? Ведь и знакомый призрак Маланьи просто показал на стену, как будто стоит только подойти – и проход откроется! Если не соврал, конечно… Но призраки не лгут! А что, если?.. Таня, оглянувшись на хмурых некромагов, внезапно повернулась спиной к стене, и прошептала одно из самых простых заклинаний для проникновения через закрытые двери – Туманус Прошмыгус. Она не была уверена, что сработает, но, к её удивлению, каменная плита пошла рябью и словно сменила структуру, став похожей на вязкий кисель. Пораженные темные маги подскочили к Тане. - Как ты это сделала? – с недоверием глядя на открывшийся проход, спросила египтянка. Таня мельком взглянула на Глеба, и с облегчением увидела в его глазах гордость за неё и легкую растерянность, что весьма улучшило ей настроение. Вот и она, наконец, отыгралась за свою оторопь, когда он её поцеловал. Хоть это и было здорово, словами даже не опишешь, но пусть не думает, что она дура безмозглая, которая растекается воском от поцелуя первого попавшегося некромага! Таня понимала, что эти все её фырканья и обиды – просто ребячество, но ничего не могла с собой поделать. Ну, не может она вот так, сразу, сдаться, даже и не мечтай, Бейбарсов! - Как? – повторила Маланья, в то время как они с Глебом смотрели друг на друга и улыбались – Глеб – с нежностью, Таня – с робким недоверием. - Просто все вокруг такие крутые, что впору начинать страдать комплексом неполноценности, - язвительно пробормотала Гроттер, с трудом отрывая взгляд от глаз Бейбарсова. – А двери и проходы открываются простыми заклинаниями, которые стоит с самого начала попробовать! - Да, дела! – проговорила Маланья после нескольких минут удивленного молчания. – Здорово, Гроттер! А мы тут с Бейбарсовым чуть ли не силы демонов призывали! Египтянка внезапно рассмеялась очень приятным смехом. Он оказался таким заразительным, что и Таня, и даже Глеб почувствовали, что губы у них, против воли, растягиваются в улыбке. - Ладно, идем? – Таня вопросительно посмотрела на некромага, стараясь не думать о том, как он ей нравится, особенно таким, улыбающимся. Такой родной, аж сердце заходится! Глеб кивнул, намереваясь пройти первым, но Таня, угадав его маневр, первой скрылась в открывшемся проходе. За ней моментально последовал Глеб, а затем и Маланья. Как только маги прошли, стена мгновенно приняла прежний вид. Сейчас это была просто одна из четырех каменных стен в маленькой погребальной камере с саркофагом, в котором лежал неизвестный по имени Амсет. *** Маланья огляделась: она была одна в длинном темном коридоре. Никаких признаков некромага и Гроттер вокруг не наблюдалось, хотя, по всем существующим законам они должны были быть здесь. - Ну, что ж, Великий Жрец, и впрямь, подготовил своим посетителям множество сюрпризов! – пробормотала она, слегка поеживаясь от холода, да и, что скрывать, от страха. Все-таки, оказаться одной, в лабиринтах гробницы великого мага – это не сильно вдохновляет. Но она должна спасти амулет от Сета, только тогда, возможно, боги сжалятся над ней. Главное, чтобы с некромагом и Гроттер ничего не случилось. Ведь, если она правильно понимает, их троих разнесло по трем разным коридорам, в которых может случиться все, что угодно! Надеюсь, некромага не зря выбрали преемником Имхотепа, должен же он устоять, Анубис его побери! Ой, нет, лучше не надо, да пребудет с ним светлый Осирис! И Маланья, стиснув зубы, побрела вперед, пустив перед собой поисковое заклинание, нацеленное на Око Ра. *** Глеб сразу понял, что произошло. Его не волновало, что случится с ним, в конце концов, этот ненормальный жрец выбрал его вместилищем своей памяти, вот пусть теперь сам и заботиться о том, как сделать так, чтобы его разум и, по возможности, тело были в целости и сохранности. Сейчас же его больше всего волновало, что с Таней. Он должен найти её. Только бы с ней ничего не случилось! Глеб быстрым шагом шел по коридору, думая только о ней. Поэтому, момент, когда чужое и сильное сознание вмешалось в его разум, он пропустил… *** Таня бежала по длинным каменным коридорам, забегая в небольшие квадратные и абсолютно пустые помещения, стены которых были разрисованы полустертыми иероглифами и египетскими рисунками богов и фараонов. Абсолютная тишина пугала, Таня слышала лишь стук собственного сердца, и чувствовала, что что-то страшное дышит ей в спину, заставляя бежать еще быстрей. Где же все, почему она оказалась одна в этом запутанном лабиринте? Где Глеб? Лишь бы с ним ничего не случилось! Она сворачивала, пересекала каменные склепы, проносилась со всей возможной быстротой по узким лазам, петляла по сквозным темным проходам, но ужас с каждым моментом становился все сильнее, подступая ближе и принося с собою неотвратимое ожидание смерти. Все было так знакомо, совершенно так же, как в том сне, что она видела еще в Тибидохсе. Но тогда… Тогда сейчас она должна выбежать куда-то, где найдет Глеба! Странного Глеба в одеяниях египетского жреца. И там будет что-то очень страшное. Таня прибавила ходу, больше не думая о страхе и опасностях, которые её ждут. Она боялась за Бейбарсова.