Уходящий в рассвет

— Ты серьёзно? — послышался удивлённый голос меха с долей сарказма. — Да, — уверенно ответил его собеседник, вплетая в тон нить убедительности. — Эта фем, Синтэлл, хоть и очень своеобразная, но… если честно, я весьма заинтригован. — Ничего не выгорит, — вздохнул второй, пытаясь увести товарища от подобных безрассудных мыслей. — Ты, небось, уже мечтаешь пошарить своими манипуляторами под её кормой, — усмехнувшись, иронично отозвался третий. — Я бы вам не советовал, — внезапно из-за угла, со стороны тихого поворота, раздался издевательски подкалывающий голос. Трое ботов перевели взгляд в притемнённое пространство прохода, где в плывущих просветах отчётливо блеснул золотисто-оранжевый визор лейтенанта. — У неё там денты растут, ещё откусит чего, — с широкой ухмылкой произнёс он подначивающим тоном, открыто демонстрируя это на лицевой пластине. Бойцы испуганно встрепенулись. Их смутило даже не столько то, что командир слышал их откровенные переговоры, сколько то, что из-за поворота с равномерным звонким шагом вытянулась полоска тени. Через пару мгновений рядом с корпусом лейтенанта встала я, окинув троицу спокойным, безразличным к их словам взглядом. — Чиф, — коротко окликнула я командира и довольно требовательно дёрнула его за манипулятор, напоминая, что мы куда-то направлялись. Недолго думая, я шагнула вперёд, утягивая лейтенанта за собой. Тот успел подмигнуть смутившимся ребятам и по инерции потянулся следом. Мы зашагали по коридору. Каждый шаг отливал стальной мелодичностью, дробно звуча в этом смешанном марше ступней. — Я могу рассердиться, — с ощутимой твёрдостью произнесла я через несколько кликов, выказывая затаённую обиду на слова лейтенанта. Чиф удивлённо перевёл на меня взгляд. — Когда? — нерасторопно спросил он, словно не понимая, к чему я клоню. — Прямо сейчас, — сдержанно проговорила я, не меняя настроя. Услышав это, Чиф откровенно рассмеялся. Его исключительная жизнерадостность не могла пройти мимо и не задеть окружающих. На моём фейсплейте тоже мелькнула лёгкая усмешка, и я по-дружески толкнула меха локтем в бок. Он всегда был такой… Я была потеряна, билась в смятении и не знала, что к чему, как только всё это началось. — Я не знаю для чего… Кому и для чего я нужна в отряде? — расстроенно промямлила я позже, не притронувшись к своему пайку. Лейтенант удивлённо, даже взбудораженно, перевёл на меня взгляд, попутно уплетая свою порцию. — Как это зачем?! Это же ясно как день! — возбуждённо заговорил командующий, резко выплёскивая наружу недоумение. — Чтобы сражаться и защищать! — Защищать?.. Кого это, интересно? — вяло пролепетала я, не совсем осознавая сказанное. — Как это кого? — неловко проговорил лейтенант с плотно набитым ртом. — Ну, много кого, много чего. Очевидно же. — Что-то я не особо поняла, — сконфуженно признала я свою несообразительность. — Не найдётся ли у вас ответа… эм… поточнее? — Хм… Хочешь ответ поточнее? — задумчиво произнёс Чиф, облизывая перепачканные пальцы. — Слушай, Синтэлл, — он обратился ко мне, вставая с насиженного места и слегка отряхиваясь. — А ты никогда не слышала одной поговорки? — Какой? — растерянно ответила я, глядя, как мех поднимается передо мной. — А вот такой. Что все мы сражаемся за две вещи, — Чиф говорил вдумчиво и размеренно. — Это бой за жизнь и бой за честь. Но знаешь что, — его голос приобрёл возвышенный тон. — Я всегда считал, что у всех нас есть всего одна великая цель, ради которой мы должны бороться и которую обязаны защищать. — И что же это? Лейтенант добродушно покосился на меня и прямо ответил: — Искры, Синтэлл. Наши Искры. Ответ поразил меня не столько своей откровенностью, сколько философским изгибом. — Пафосно как-то, — разочарованно буркнула я, пессимистично смяв лицевую пластину. — Эй! Я с тобой вообще-то серьёзно разговариваю! — вспылил лейтенант, но довольно быстро вернулся к обыденному тону. — Ладно, спрошу-ка я у тебя кое-что, — проговорил он проворнее, проведя ладонью по шлему. — Вот как думаешь, где находится Искра? — Где?.. — я поражённо выкатила оптику. Довольно странный вопрос командира сбил меня с толку. Я промямлила что-то неразборчивое себе под нос. — Ну… Как бы… Вроде бы… Она вот здесь, — наконец определившись, ответила я и указательно положила ладонь на грудные пластины. Чиф просиял приятной усмешкой, издал некий притихший звук голосовым модулем и размеренным шагом приблизился ко мне. — Вроде бы оно так, — размеренно проговорил он, подойдя почти вплотную. — Но лично я не думаю, что наша сущность может находиться в каком-то одном определённом месте. Мех протянул манипулятор сначала к своей груди, затем ко мне, а потом сжал ладонь в кулак где-то посередине между нашими корпусами. — Думаю, она находится примерно здесь. Весь я — моя сущность. Иначе даже не могу представить. Я удивлённо следила за его движениями, а в аудио всё так же мелодично звучал его голос. — Когда мы встречаемся, — продолжал он, — тут-то наша Искра и заявляет о себе, начинает по-настоящему жить. Когда мы думаем о чём-то, вспоминаем о ком-то — она растёт, всё больше формируется, делая нас нами. А ведь точно… тогда он именно так и сказал. — Вот что ты должна хорошо запомнить, Синтэлл. В будущем нам придётся много сражаться. Не знаю, на сколько нас хватит, но во что бы то ни стало мы не должны делать одну вещь: нам никак нельзя умирать в одиночестве. Ведь когда мы умираем, наши тела превращаются не более чем в простую железку, а все Искры становятся единым целым — неразделимым и общим. Но, как мне кажется, я бы хотел оставить свою Искру товарищам. Так я смогу быть с ними даже после того, как всё кончится. Оставь и ты свою Искру соратникам — и тогда ты будешь продолжать жить внутри них. Поэтому даже не вздумай умирать в одиночку. Ты поняла меня, Синтэлл?