Перо из крыла ангела

Денек вышел погожим, и уже примерно полчаса я шла под нещадно палящим солнцем по раскаленному асфальту, прокляв свою истерику, которой поддалась в автобусе. Воды почти не осталось, а на дороге уже больше десяти минут не было ни одной машины, а за все время моего пешего похода, как на зло, остановился лишь один подозрительный мужик. Когда он собрался выйти из машины, чтобы помочь мне с рюкзаком, хотя я стойко отказывалась от помощи и вообще со всем имеющимся у меня актерским мастерством уверяла, что почти дошла до своего дома, я малодушно ломанулась в кусты, бормоча что-то вроде «да вот же она, моя деревня!». Выбралась я на дорогу через сотню метров в противоположную сторону, чтобы уж наверняка. Слегка помятый вид и зеленые разводы на коленках, придали мне вид местного бомжа или неблагополучного подростка, у которого за пазухой может быть как косяк, так и перо. Поэтому уже никто не рисковал останавливаться рядом со мной и предлагать подвезти. Благо, до города оставалось совсем немного и вид высотных серо-металлических зданий, маячащих на фоне голубого неба, придавал мне сил. По дороге действительно попадались деревушки, но заходить в них я побаивалась, все-таки в таких маленьких поселениях все друг друга знают, и любой чужак вызовет интерес. Поскольку Ник все это время не появлялся, я не смогу подделать документы, если ко мне подойдут копы, а стоит им пробить мои настоящие данные, они сразу узнают, что я из Рокуэлла. Неизбежно возникнут вопросы, какого рожна несовершеннолетняя девчонка забыла в двадцати милях от Чикаго. Добравшись до торгового центра, я забралась в автобус под номером 356 до Чикаго, пассажиры подсказали, что я могу пересесть на поезд, идущий до самого центра города. Что делать после того, как доберусь до места назначения, я не имела ни малейшего представления. В автобусе я забилась в самый дальний угол и наблюдала за меняющимся за окном пейзажем, мелькающими остановками, домами, торговыми центрами и заправками. Осень здесь немного припозднилась, но спустя полтора месяца в школе мне казалось, что прошло уже полгода. Да, Эмили с Ко постаралась усложнить мне жизнь. А сейчас… я еду в чужой город по поручению заточенного в какой-то тюрьме ангела, чтобы найти братьев Винчестеров и помочь этому странному психу освободиться. Я невольно усмехнулась. Судя по тому, что он мне сказал, выбора у меня особо не осталось, если я хочу выжить и вернуться домой. Что ж, раз уж вы, мистер «Ответ на все вопросы: не твоего ума дело», ведете такую игру, я тоже буду вести свою игру. Получу свободу и сделаю ноги при первом удобном случае. А пока лучше вести себя примерно и сидеть тише воды, ниже травы. Точнее, приложить все усилия, чтобы добраться до этого чертова Чикаго и найти нужные артефакты. Я развернула купленную на заправке карту Чикаго и углубилась в ее изучение. От конечной станции, еще несколько остановок до пристани, тратить деньги на поездку в автобусе слишком расточительно в моем положении. Неизвестно, когда они у меня еще появятся. Надеюсь, того запаса, который у меня есть, хватит на всю эту странную операцию с поисками братьев и реликвий. Я внимательно изучала трясущуюся в руках карту, попутно отмечая наиболее перспективные места. Бар, судя по новостям, находился в подвале. Что ж, придется обойти все такие бары у пристани. Надеюсь, меня не вышвырнут из первого же заведения, приняв за малолетку, которой я и являюсь. Отметив имеющиеся бары, я свернула карту и тяжело вздохнула. Больше двадцати. Это будет до-о-олгий день и еще более долгий вечер. Оказавшись на пристани, я поняла, что самое страшное для меня – зайти в первый бар. Я долго мялась у входа, делая вид, что кого-то жду. Заглядывала в проем, как только открывалась дверь, тщетно пытаясь с улицы определить нужный ли это бар или можно не тратить на него время. Наконец, собравшись с духом, я попыталась проскользнуть в это злачное место, но меня почти сразу завернул бармен, бросивший взгляд на меня, едва нарисовавшуюся в дверном проеме. Он кивнул охраннику, расслаблявшемуся за стойкой, и меня почти моментально выставили за дверь, убедившись, что документов о совершеннолетии у меня нет. В первые мгновения после изгнания из бара, я в оцепенении стояла снаружи, небо постепенно темнело, а на улице загорались фонари. Мимо меня сновали люди, немного удивляясь тому, что такая мелкая девчонка стоит у бара с растерянным выражением лица. Немного успокоившись, я достала из рюкзака карту и отметила первый бар знаком вопроса. Что ж. В этот раз не получилось, но как только появится Ник, мы уже вместе вернемся сюда, он поможет мне подделать документы, и я выспрошу у бармена все, что потребуется. В течение пары часов меня выкинули еще из нескольких баров, но я упорно шла дальше, стараясь проверить за этот вечер как можно больше заведений. Ноги после долгих прогулок по ночному Чикаго гудели от усталости, поэтому ввалившись в очередное заведение, я, не обратив внимания на удивленные взгляды посетителей и работников бара, протопала к стойке и с трудом забралась на высокий стул, с наслаждением свесив уставшие ноги. - Чего-то желаете, мисс? – с насмешкой спросил приятный бармен, доставая стакан из-под стола. - Можно воды? – только и смогла спросить я. - Конечно, - улыбнулся молодой человек и без лишних слов налил мне воды, даже не сказав цену. Я взяла стакан и залпом выпила всю предложенную мне драгоценную влагу. Лишь утолив жажду, я присмотрелась к бармену повнимательнее – высокий парень лет двадцати-двадцати пяти, неестественно загорелый, но без всяких модных штучек типа татуировок и пирсинга на видных частях тела, коротко стриженные темные волосы, белая рубашка и серебристый жилет, на ногах, судя по всему, такого же цвета брюки. Не бармен, а прям какой-то официант из престижного ресторана. Смотрелся он за стойкой довольно дико. Я осмотрелась. Заведение тоже было явно повыше уровнем, чем все предыдущие бары, в которых я успела побывать, - дорогая мебель, утонченный дизайн в серебристых тонах, много зеркал. - Еще чего-то изволите? – вновь поинтересовался бармен, забирая из моих рук стакан. Его ледяные пальцы, едва коснувшиеся моей руки, заставили меня вздрогнуть. Он смотрел на меня с подозрительной доброжелательностью, от которой мне внезапно захотелось убежать. Казалось, что мир сузился до размеров места, которое я занимала, и стоящего напротив бармена. Посетители вернулись к своим делам, негромко переговаривались между собой, судя по всему потеряв ко мне интерес. Абсолютно. Им на самом деле было все равно. - Сколько я должна за воду? – спросила я, потянувшись к рюкзаку, где у меня лежали деньги. Все вопросы, которыми я собиралась пытать местных барменов, улетучились. Единственное, чего мне сейчас хотелось, выйти отсюда как можно быстрее. - Оу, это бесплатно мисс, - мягко покачал головой странный парень, радушно улыбаясь, - Вы ведь очень хотели пить, а мне этот стакан ничего не стоил. Возможно, я могу еще чем-то вам помочь? Я вновь оглянулась и внезапно поняла, куда попала, - тот же интерьер, форма официантов и эта странная ваза, только ее переставили в другой угол. Я нашла его. Место, где произошло преступление несколько месяцев назад. Внутри похолодело – охранник пропустил меня, даже не взглянув в мою сторону. Так не бывает, малолеток, типа меня, должны заворачивать на полпути в такое заведение, в других барах я смогла пробыть от силы минут десять, посетители не переставая пялились на меня, кто-то шептался о том, чтобы вызвать полицию, боясь, что я чья-то блудная дочь, сбежавшая из дома. Но тут появление таких как я – норма. Ведь все зависит от контингента, не так ли? Было довольно глупо думать, что этот бар лишь обычное питейное заведение. Все, что тут случилось, связано не самим местом, а с людьми, которые его посещают. Или нелюдями. И помощи от них я не дождусь, это совершенно точно. Я повернулась к бармену, и от его взгляда мне стало еще страшнее. Так смотрит волк на свой потенциальный обед. Он знает, что я не из его круга, и может сделать со мной, что угодно. Возможно, не здесь, но стоит мне выйти из бара, я – не жилец. Надо валить. Срочно. - Простите, я, похоже, перепутала… - пролепетала я, пытаясь слезть с высокого стула, оперлась рукой о стойку. Резкое движение и запястье сдавило стальной хваткой. Я потеряла дар речи на мгновение. Парень крепко вцепился пальцами в мою руку, зловеще оскалился, показав ряд ровных зубов с неестественно острыми для обычного человека клыками. - Погоди, детка… - проникновенно прошипел он, меняясь на глазах, черты лица неуловимо плавно заострились, а руку пронзила резкая боль – его когти впились в кожу, почти проколов ее до крови. - Я… не… мне надо идти… - я пыталась вразумить его, но парень (а человек ли он вообще?) уже потерял голову от близости легкой добычи. И самое страшное то, что никто не обернулся, не отреагировал на произошедшее у бара, гомон не смолк, маскируя мои жалкие попытки освободиться. - О, Вив! Привет-привет, - к нам подошел долговязый и худощавый парень растрепанного вида и с излишним энтузиазмом хлопнул меня по спине, затем обратился к бармену, который молниеносно убрал свою руку под стойку, - Пит, позволь мне забрать мою подругу. Я жду ее уже здесь битый час, а она изволит флиртовать с тобой. - Вив? – подозрительно спросил парень, медленно перетекая из напряженного состояния в расслабленное, - Так твою «подружку» зовут Вив? - Вивиан, - тихо поправила я, прижимая к себе руку, на которой, скорее всего, останутся синяки, неуклюже сползла со стула и повернулась к незнакомцу, показавшемуся мне не таким опасным, - Прости за опоздание. - Ничего-ничего. Все в порядке, пойдем, - он заботливо придержал меня за плечо и подтолкнул в сторону выхода. Я последовала за незнакомцем, поудобнее перехватывая рюкзак, одновременно пытаясь успокоиться и не зареветь прямо в баре. Пусть этот несуразный парень спас меня, но для чего? Может он тоже один из этих монстров? И просто перехватил добычу у менее удачливого сородича? Нужно бежать, как можно быстрее, спрятаться где-нибудь и вызвать Ника любым способом. Я хотела, чтобы он оставил меня в покое на время, а этот проклятый ангел пропал вообще. Если бы он не ушел, то я смогла бы постоять за себя в баре. Ник подсказал бы, что мне делать дальше, и уж точно никакая бешеная тварь не попыталась бы оторвать мне руку в переполненном заведении. Стоило нам оказаться на улице, как я размахнулась и, метя своему нежданному спасителю в затылок, взмахнула сумкой, но ее полет прервался весьма резко. С виду неуклюжий парень очень быстро перехватил лямку рюкзака, одновременно уйдя от моего удара. Он пристально посмотрел на меня внезапно пожелтевшими глазами, а потом отпустил рюкзак, который кулем упал на асфальт. - Какого черта ты там забыла, глупая девчонка?! – внезапно громко и зло рявкнул он, заставив меня подпрыгнуть на месте. - Я… мне… надо найти кое-кого, - пролепетала я, отступая назад. – Мне сказали, что лучше начать с этого бара… - Ты вообще имеешь представление, что это за место? – уже немного тише спросил парень, наклоняясь за валяющимся у его ног рюкзаком и грубо вручая его мне. – Оно просто кишит всякими тварями, которые проглотят такую глупую охотницу как ты. И никого ты там не сможешь найти без связей. Лучше вали-ка ты домой. - Я не могу, - призналась я, принимая из его рук свою поклажу. Парень внимательно посмотрел на меня и явно уже хотел уйти, но выругался и быстрым шагом пошел по улице, жестом позвав меня за собой. Я ускорилась и поравнялась с ним, но бросил с мою сторону короткий взгляд и едва заметно улыбнулся. - Гарт, - представился он. - Ривер.

* * *

Мой спаситель шел немного впереди и определенно знал, куда меня ведет. Я молча шла за ним, боясь заговорить. Парень был явно не в духе, похоже, своим появлением в баре я испортила ему планы. Спустя минут двадцать пешей прогулки, мы вышли к небольшому круглосуточному кафе. Гарт открыл мне дверь и жестом предложил зайти, оказавшись внутри мне стало немного легче, меня вели не в какой-то безлюдный переулок, чтобы там удушить втихаря. Кафе выглядело как обычное провинциальное заведение с непримечательной кухней, но типично американским колоритом. Парень привычно приветливо махнул девушке за кассой, она ответила ему искренней улыбкой. Мы сели за дальний столик, почти сразу к нам подошла знакомая Гарта. На ее бейджике было написано имя Мейбл. - Давненько тебя не было видно, Гарт, - сказала она, расставляя перед нами чашки, и уже обратилась к нам обоим. - Что будете? - Дела, все дела, Мейбл, - улыбнулся Гарт, словно его дурное настроение в миг улетучилось. - Нам вафли с кленовым сиропом, кофе и еще пару тостов для девушки. - Гарт, ты ведь в курсе, что это утреннее меню? - укоризненно сказала девушка, все же продолжая приветливо улыбаться. Я поняла, что так или иначе, Гарт свои вафли и тосты получит. Спустя двадцать минут после того, как я, наконец, смогла нормально поесть после целого дня на ногах, а Гарт с довольно непринужденным видом изучил несколько местных газет, неторопливо попивая кофе, парень обратил на меня внимание и попытался сделать как можно более суровое лицо, добившись лишь моей невольной улыбки. Лопоухая голова и нос картошкой не придавали ему серьезности. - Итак, Ривер, ты скажешь мне для чего ты зашла в тот бар? - взял быка за рога парень. Я на пару мгновений задумалась, хотя последний час только и думала, что сказать своему спасителю. Соврать обо всем - не вариант, я потом или забуду, что ему соврала, или запутаюсь во лжи. Надо сказать правду, но не всю. - Эм, дело в том, что я из Рокуэлла, до последнего времени все было нормально, я училась в школе, но потом у меня случился нервный срыв практически на ровном месте, стали преследовать галлюцинации, меня собирались положить в психиатрическую лечебницу. Но накануне моего перевода ночью я проснулась от странного чувства, когда вышла в коридор, то увидела, что все в больнице спят – больные, персонал и посетители лежали без сознания на полу, в креслах, у автоматов с едой. Я очень испугалась и решила, что у меня опять галлюцинации. Но потом появился он – человек, с абсолютно черными глазами. Он бросился на меня, я попыталась убежать. В этот момент из палаты вышел мужчина, который видимо случайно проснулся. Черноглазый убил его, буквально выжег его изнутри, потом из нападавшего вылетел черный дым, а сам человек рухнул на пол без сознания. Я испугалась за свою маму, вернулась домой, но уже там, немного успокоившись, поняла, что этому человеку была нужна только я. И... я сбежала из дома, написала маме записку, чтобы не искала меня, наврала, что виновата в смерти того бедолаги. Я отъехала от Рокуэлла несколько миль и в придорожном кафе встретила парня по имени Ник, он увидел меня на кассе, когда я пыталась купить что-нибудь поесть на доллар и два цента. Он был так добр, что дал мне немного денег на еду и на дорогу, и пока мы обедали, я рассказала ему о человеке с черными глазами и дым. Ник сказал, что он охотник, но не может мне помочь, не его специализация. Он рассказал о братьях Винчестерах, которые имели дело с демонами и прочими сложными случаями, в последний раз слышал о том, что они были в Чикаго и расследовали убийство в прибрежном баре. Поэтому я поехала в Чикаго в надежде найти их и попросить о помощи. - Рокуэлл, - задумчиво протянул Гарт. - Бывал я там, хороший, относительно тихий городок. И ты понятия не имеешь, что демонам от тебя нужно? - Ну, я думаю это как-то связано с галлюцинациями. - Возможно, - кивнул парень и пригубил кофе, задумавшись. - Значит, ты тоже охотник? - спросила я, наблюдая за ним. Он вернулся в реальность. - А, да, тоже... Охотник, - согласился Гарт и вновь задумался. - Ты не знаешь Винчестеров? - Их все знают, - неопределенно сказал парень и сразу поменял тему. - Знаешь, тебя нужно устроить на ночлег, а завтра мы решим, что делать. - Куда? - насторожилась я. Остаться в закрытом помещении с посторонним человеком для меня было страшно. - Я нашел небольшой дешевый отель рядом, снимем тебе номер, переночевать, а завтра подумаем, что делать. - Хорошо, - кивнула я, решив, что действительно утро вечера мудренее. Отель оказался весьма уютным, Гарт отдал часть своих денег за мой номер, назвал мне номер своей комнаты и сказал, чтобы при необходимости я его без стеснения беспокоила. Оставшись в номере одна, я заперла дверь, проверила ее, пару раз подергав ручку, затем положила рюкзак в стоящее у стола кресло, прошлась по комнате, заглянула в мини-бар, осмотрела стоящие там бутылочки и с сожалением поставила одну из них обратно, так как уже успела ознакомиться с прайсом – алкоголь здесь был очень дорогим. В свете последних событий мне было бы простительно напиться, но тратить деньги на спиртное в моем случае, когда конечный пункт моего путешествия весьма далек, нерационально. Я заглянула в шкаф, но там оказалось пусто. Не то, чтобы я надеялась найти там Ника, но его не было видно и слышно уже несколько часов. Пора бы ему уже показаться, поскольку без его помощи мне будет довольно сложно. Рассчитывать исключительно на помощь Гарта не приходится. Он явно бывалый охотник и, судя по всему, на мою байку он толком не повелся. Что ж, в конце концов, я нашла бар, а там мне наверняка смогут подсказать, где найти Винчестеров, или зададут нужное направление. Повесив куртку в шкаф, туда же закинула джинсы и футболку, уже в душе, стоя под горячими струями воды, я закрыла глаза. Слезы смешивались с водой, стекали по коже, плечи мелко тряслись, рука болела, на ней остался темно-фиолетовый отпечаток руки того бармена. Я пыталась не подавать виду, но мне было страшно с самого начала. Первое появление Ника, все его фокусы, ситуация с Олив, демоны. Но страшнее всего было в баре, когда я поняла, что теперь Ника рядом нет. И мне уже никто не поможет. POV Люцифер Наверное, мой день не задался с самого начала, сначала не сработал будильник, потом по дороге на работу какой-то мудень облил меня водой из лужи. Влетев в офис, я бросил на спинку стула заляпанную куртку, резким движением открыл портфель. - О, Ник, привет, - приветливо помахал мне из-за соседнего стола коллега Уилл, - Тебя тут Грег искал на счет того большого проекта. - Привет. Да, я помню, как раз ищу, - не слишком приветливо ответил я, психанул и вытряхнул их сумки все содержимое на стол. Проклятье! Похоже, я забыл бумаги дома. - Николас! Мать твою, где проект?! – крик, который, кажется, скоро будет сниться мне в кошмарах. - Черт! Черт! Черт! – прошипел я, осмотрел затравленным взглядом офис. На мгновение мир, словно в старом телевизоре, дернулся, белый шум ворвался в уши, заставив меня схватиться за голову. Где я? Что происходит? - Ник! Грег ворвался в наш кабинет и быстрым шагом подлетел ко мне. - Николас, где проект?! – рявкнул он, ударяя кулаком по столу, заставив меня вздрогнуть. - Грег, извини, я, кажется, забыл бумаги дома… Я съезжу за ними сейчас же…, - жалко пробормотал я. - Это последняя капля, Ник! Знаешь, что я тебе скажу? Ты уволен, черт тебя дери!!! – в последний раз рявкнул Грег и скрылся в своем кабинете, оглушительно громко хлопнув дверью. Я стоял за своим уже бывшим столом и пораженно смотрел на дверь заместителя начальника. Не могу поверить, что буквально несколько месяцев назад мы вместе ходили в бар и пили там пиво после работы, смотрели футбол и ругали родную команду за кривоногость. Грега повысили, и мы шумно отметили его повышение, желали ему успехов и дальнейшего карьерного роста. Но спустя несколько недель Грег перестал быть своим парнем, все чаще тусовался с начальством, иногда делал вид, что вообще не знает, как зовут его подчиненных. Этот ублюдок возомнил себя невесть чем. Я стиснул зубы и вышел из-за стола, направившись к кабинету Грега. - Ник, не надо… - проговорил Уилл, пытаясь преградить мне путь, но у меня уже отказали тормоза. Я с силой ударил ничего не подозревающего Уилла в живот кулаком, заставив согнуться от боли, и оттолкнул его в сторону. Затем пнул ногой дверь в кабинет, она резко распахнулась, громкий звук заставил Грега вздрогнуть и поднять на меня взгляд. - Какого черта?! – скорее испуганно, нежели гневно спросил он. Его голос дрожал, запах страха витал в воздухе, распаляя меня все сильнее. - Заткнись! Просто заткнись! – рявкнул я, выхватывая из канцелярского набора Грега на столе нож для писем, обошел стол, остановившись рядом с жалко вжавшимся в кресло мужчиной. – Ты всех уже достал, зазнавшийся мудак! Думаешь, если ты стал замом, то все теперь должны ходить вокруг тебя на цыпочках?! Черта с два! Ты сунул мне эти чертовы бумаги вчера! Вчера, мать твою! И хочешь, чтобы я сделал работу, на которую выделялся месяц, за один гребанный вечер?! Ты попросту выжил из отдела Пита, у которого жена лежит в больнице и двое малолетних детей! Просто потому, что он не мог задерживаться на работе и делать срочные заказы! Довел до нервного срыва Дороти, которая забыла сделать тебе утренний кофе! У тебя рук нет что ли, козел?! Как же я тебя ненавижу! Стоило мне замолчать, как выражение лица Грега сменилось с испуганного на снисходительно-презрительное. Я оглянулся назад, в дверном проеме стояли вызванные Уиллом охранники и держали в руке пистолеты. - И что теперь, Николас? – издевательски протянул Грег, вальяжно откидываясь в кресле. – Считай, что ты уже в тюрьме, жалкое ты ничтожество. А я позабочусь о том, чтобы ты там не скучал. Перед глазами полыхнула ярко-красным пламенем ярость, и я резким движением всадил нож в подбородок Грегу. Он удивленно распахнул глаза, приоткрыл рот, чтобы что-то сказать, но не смог. Кто-то закричал, и раздались выстрелы. Пули прошили тело, которое все еще было моим, и я умер.

* * *

Я резко дернулся и открыл глаза. Надо мной медленно клубились серые тучи, в воздухе витал запах сырости и серы. Я лежал наполовину в холодной, мутной от ила воде на берегу реки кажется очень долго, до полного окоченения ног и кистей рук. Сдавленно застонав, я выбрался на берег и упал прямо там, на мокрую траву, пахшую мокрой землей и гнилью. Где я? Как я тут оказался? Что со мной случилось? После прикосновения к особенно сильно болевшему плечу на руке остались следы крови. Меня ранили. Память накатила внезапно, заставив меня вспомнить все вплоть до ощущений от вонзающихся в тело пуль. Я убил Грега, а потом меня застрелили охранники. Я умер и попал в ад? Нет, это место не похоже на него. Он не может быть таким. Не об этом писали в библии. Значит, я все еще жив. Грудь с трудом вздымалась, легкие качали тяжелый, пропахший серой, душный воздух, а руки и ноги болели так, словно я карабкался по скалам несколько часов подряд. Чертовски паршивое ощущение. Разве так бывает? Сделав над собой усилие, я поднялся на ноги и побрел в сторону леса. Впереди замаячило свободное пространство и мутный силуэт человека, сидящего на стуле. Внутри все сжалось, и я ускорил шаг. Продравшись через заросли, я вырвался на большую выжженую поляну. Там был человек – молодой парень в серо-голубой куртке, темных джинсах, пепельные волосы всклокочены. Он неподвижно сидел на стуле посреди поляны спиной ко мне и, казалось, вовсе не дышал. Меня не подкидало ощущение, что он мне знаком. Я сделал к нему шаг и протянул руку к плечу, собираясь окликнуть его. На языке вертелось до боли знакомое имя. - Михаил? – едва слышно прошептал я. Существо, похожее на человека, резко дернуло плечом и медленно повернулось ко мне безглазым лицом. Оно открыло рот, и из него полилась серебристая жидкость, раздалось жуткое шипение со скрежетом. Ужас сдавил мое горло, и я отпрянул от него. - Михаил… - с горечью проговорил я. Существо закричало громче и бросилось на меня, разбрызгивая жидкость изо рта. Я испуганно закрылся от него руками, не в силах бежать. Но… ничего не произошло. Когда я открыл глаза, поляны и существа не было, лишь серая тяжелая хмарь, клубящаяся вокруг, под ногами выжженная земля. Проклятье! Черт! Черт! Черт! Я обхватил голову руками и опустился на колени. «Признаться честно, это такое удовольствие наблюдать за тобой…», - раздался совсем рядом знакомый голос. Я поднял взгляд и встретился глазами с Габриэлем, одетым во все черное. Младший брат держал в руке конфету, теребил фантик и с иронией смотрел на меня. - Нравится наблюдать, как я страдаю? – улыбнулся я, откидываясь немного назад, глядя на него снизу вверх. Он усмехнулся и, разорвав фантик, кинул в рот конфету. «Можно и так сказать…», - согласился архангел, с напускной ленью оглядываясь вокруг. – «Уныло у вас тут. Или все веселье уже закончилось?» - Закончилось, - выдохнул я, вставая на ноги и отряхивая колени от пыли. – Это была жизнь какого-то никчемного бедолаги. Снова. Ничего интересного. – Я пристально посмотрел ему в глаза и серьезно сказал, - Знаешь, если не хочешь помочь мне выбраться отсюда, то лучше свали. «Оу, как грубо», - с притворной обидой нахмурился Габриэль, прикоснулся кончиками пальцев к сердцу. – «Ты никогда не отличался особой вежливостью. А когда ты оказался в клетке, с тобой вообще стало невозможно разговаривать». - Может, потому что я был в клетке?! – сорвавшись, рявкнул я. Габриэль усмехнулся и, пошарив в кармане, достал еще конфеты. Выбрав из них свою любимую виноградную, он протянул мне оставшуюся вторую – лимонную. Я посмотрел на лежащую на ладони конфету и, устав злиться, принял подарок, коснувшись кончиками пальцев его теплой руки. В последний раз, когда я разговаривал с младшим братом, я пронзил его ангельским клинком, крепко держал за запястье, когда его благодать вспыхнула в моих руках, обжигая мою собственную. Это было как смерть звезды, яркая и мгновенная. Неотвратимая. Только лишь потом, спустя долгое время я смог передохнуть и подумать, оглянуться назад, взглянуть на дорогу, усеянную трупами. Но я уже не мог остановиться, слишком долгий путь был пройден, чтобы отступить так просто и отказаться от моих планов. А сейчас, глядя на призрак брата, привидевшийся в моем личном аду, я сожалел. «Вставай, Люци», - сказал Габриэль и, развернувшись, уверенно направился в самую гущу тумана, - «Тебе еще надо вернуться обратно». Я с трудом сделал шаг сквозь туман, едва не рухнув обратно на колени, и побрел за братом. Не все ли равно? Даже если он заведет меня вглубь клетки, это будет уже неважно. Я чувствовал, что у меня не осталось сил, большая часть моей благодати была за пределами клетки – у девчонки. И если я не смогу воссоединиться с ней, то мы оба умрем быстрее, чем я рассчитывал протянуть. Габриэль шел немного впереди, насвистывая какую-то незатейливую мелодию и бормоча себе что-то под нос. Я же едва переставлял ноги, закрывал глаза на несколько минут, ориентируясь лишь на звук. Этот мир очеловечивает меня, заставляет чувствовать и страдать. Да и я сам немного осложнил себе жизнь, отдав часть благодати девочке. «Что думаешь делать дальше?» - небрежным тоном спросил брат. – «Как ты хочешь заставить девочку помочь тебе?» - Уже заставил, - резко ответил я. «Дурак», - хмыкнул Габриэль, - «Она выгнала тебя. Разве ты не понял? Она сказала тебе уйти, и ты вернулся сюда. В клетку. Еще более слабый, чем был раньше, до того как смог вырваться отсюда в виде призрака.» - Я вернусь обратно и заставлю ее, сломаю, если потребуется, но она сделает все, что от нее потребуется. «Сломаешь?» - снисходительно усмехнулся Габриэль, - «Разве можно сломать того, кто уже сломан? У кого нет желаний и стремлений? Кто давно перестал жить, но продолжает существовать?» Я изогнул одну бровь, проявив заинтересованность, но не ответил. Откуда он это взял? «Нет, ты не сможешь сломать ее, Люци», - покачал головой архангел. - Если и так, тогда что мне делать? – осторожно спросил я, сверля взглядом его спину. «Тут я тебе не помощник. Люди, знаешь ли, не по моей части», - пожал плечами он, и огляделся вокруг, что выглядело довольно странно, поскольку пейзаж вокруг нас не поменялся. Мы брели в густом дыму или тумане по безжизненной выжженной пустыне. - Ты знаешь, просто не хочешь говорить, - фыркнул я, устав от этого глупого фарса. Даже здесь, будучи лишь плодом моего больного воображения он умудрялся достать меня. «Знаю» - кивнул он, доставая из кармана еще одну конфету. - Но не скажешь, - резюмировал я, стараясь не отставать. «Могу подсказать», - глухо промычал он, сосредоточенно жуя. - Ну? - я нетерпеливо подтолкнул его к ответу. «Сделай то, чего ты никогда не делаешь, дай ей то, что всегда забираешь. Ты всегда говорил, что люди слабые. И она сейчас очень слаба. Дай ей силы бороться. И стимул.» - Надежда... - едва слышно прошептал я. Возвратиться домой, сделать свою жизнь лучше и помочь другим людям. Простые истины. Мне лишь надо дать ей эту надежду на светлое будущее. Неожиданно я врезался грудью в препятствие, которым оказался Габриэль. Он резко остановился и теперь смотрел вперед невидящим взглядом. Его лицо изменилось, растеряв прежнее напускное равнодушие и сарказм. «Хм» - с болью выдохнул-усмехнулся Габриэль. - «Знаешь, Люци. Я не верил, что ты на самом деле убьешь меня. До самого конца я надеялся, что ты отступишься, не захочешь убивать своих братьев. Надеялся на мир. Или хотя бы окончание войны, которую ты развязал. Я никогда не понимал твоих мотивов. Ведь Он ушел не только от тебя, но и от нас всех. Мне думалось, что со временем ты поймешь и вернешься к нам. Я смогу вернуться в наш дом, перестать трусливо прятаться.» - Ты сам выбрал свой путь, Габриэль, - проговорил я. - Никто не заставлял тебя бежать. «Ты!» - он резко развернулся ко мне и разъяренно ткнул пальцем в грудь, отталкивая, его лицо исказилось застарелой болью. - «Ты заставил меня бежать! Потому, что ты поставил нас всех перед выбором, внес разлад в нашу семью! Я не мог выбрать чью-либо сторону! Я не хотел убивать своих братьев!!!» Он замолчал, сверля меня злым взглядом, его золотистые глаза блестели. Я шагнул к нему на встречу и осторожно прикоснулся к дрожащим плечам. - Я тоже не хотел… «Тогда зачем?» Я и сам не знал, что ему ответить. Габриэль не смог бы понять, даже если еще тогда я объяснил ему все. Я видел Его, в отличие от многих других ангелов, я и мои братья имели честь лицезреть Его, быть рядом, помогать Ему создавать. Рядом с Ним мне казалось, что это и есть мое предназначение, моя вечность в Нем, моя жизнь и мое существование. Я был ближе к Нему, чем кто бы то ни было. Мы все любили Его. Любовь. Отец придавал этому слову такое большое значение. Говорил, что любит нас, своих детей. А потом… у него появились новые дети – слабые, уязвимые, небезупречные, но почему-то гораздо более дорогие. Я не понимал, зачем Ему были нужны эти хлипкие игрушки, которые ломаются от одного прикосновения. Жалкие, трусливые, недолговечные. Я чувствовал их взгляды на себе, исполненные черной зависти и ненависти к нам – сильным и вечным. Помню наш первый и последний разговор о них, когда чаша моего терпения переполнилась. Он сказал, что я не понял Его замысла и должен пока отойти от дел, заняться собой и своими мыслями. Он отстранил меня, приблизив к себе Михаила. Я вышел из Его покоев в гневе с твердой решимостью доказать Ему свою правоту. Но моя борьба закончилась в клетке, в которую меня засадил мой собственный Отец. Жалкая кучка людишек оказалась Ему дороже собственного первого сына. Я не мог сказать брату, что он был прав. В тот момент моя злость затмила мой разум, и я поддался ей. Захотел поддаться и не желал останавливаться. Земля под нашими ногами дрогнула, и справа от нас забрезжил едва заметный свет, постепенно становясь все ярче. Я бросил взгляд в ту сторону. «Тебе пора, брат», - сказал Габриэль, украдкой вытирая глаза рукавом. – «Лучше поторопиться, пока проход еще открыт. И, Люцифер… в следующий раз ты уже не выберешься из клетки». Последние слова продрали холодом по коже, и я поверил ему. - Спасибо, - сказал я, обнял брата, быстро отступил, пока он не успел меня оттолкнуть и пошел на свет. Каждый следующий шаг был труднее, чем предыдущий, но я продолжал идти. Из открывшегося прохода я все отчетливее слышал голос девчонки – дрожащий и испуганный. Я шел, пока яркий свет полностью не затопил мое сознание. А потом все потемнело.