Порок

На следующее утро, как и мечталось, я проснулась в нежных объятиях госпожи. Хоть это и не внесло успокоения в мою мятежную душу. Мне так хотелось, чтобы вчерашняя ночь была просто дурным сном. Любила ли я Эльенору сейчас? Бесспорно, я любила её. Я не могла налюбоваться её красотой, безумно скучала, когда уходила из замка даже на пару часов, а моё сердце билось как сумасшедшее, стоило лишь ей оказаться рядом. И она меня, кажется, тоже любила. Иначе бы не пришла за мной вчера, не обрабатывала раны и не пыталась утешить, когда я плакала. Поэтому я решила остаться с ней. Поэтому не встала с импровизированной постели, когда проснулась, а лишь прислушивалась к мирному тиканью часов и всматривалась в лицо любимой. - Адель? – наконец Эльенора открыла глаза. – Как ты, моя девочка? Не заболела? Я отрицательно покачала головой, но её прохладные губы всё равно прикоснулись к моему лбу, проверяя температуру. - Ты голодная? Приготовить завтрак? Я снова отрицательно покачала головой. Ничего не хотелось. Лишь лежать так в кольце её рук. Но хлопнула входная дверь, и я услышала гневный окрик отца: - Эльенора, говори, где моя дочь! Я вздрогнула и сжалась в комок. Значит, родители всё же заметили, как я выскочила из дома вчера, и, наверное, искали меня остаток ночи. А сейчас, как забрезжил рассвет, решили свалить всю вину на Госпожу и пришли сюда на разборки. - Малышка, - Эльенора подняла меня за подбородок, заставляя посмотреть себе в глаза, – не бойся ничего, я сама поговорю с ними. - Но вы не должны, - попыталась возразить я, но она приложила палец к моим губам. - Я должна, - ответила она не терпящим возражений тоном и начала одеваться. Я невольно ещё раз окинула взглядом её прекрасное тело. А после, закутавшись в простыню, поспешила на второй этаж. Присев на верхней ступеньке, я стала прислушиваться к разговору, идущему внизу, и попыталась представить всё в красках. *** - Где моя дочь? – повторил отец, стоило Эльеноре появиться перед ними. - Адель у меня, - спокойно ответила женщина. – Она сейчас спит. - Как она? – всхлипнула мама. – Она не заболела? Она выбежала вчера так внезапно… - Она в порядке, - успокоила её Эльенора. – Я быстро нашла её в саду и привела сюда. - Где она? Мы хотим её видеть, - продолжал настаивать отец. - Адель сказала, что не хочет видеть Вас, - так же спокойно ответила Госпожа. - Что ты ей наговорила? - по тону было понятно, что отец сжал кулаки. Как обычно в стрессовых ситуациях, отец терял всю свою вежливость и уповал на грубую силу. - Ничего. Может, Адель просто слышала Ваш разговор о том, как Вы продали её. - Но ты же сама это предложила… - Но я не заставляла вас соглашаться, - я не могла видеть, но почувствовала, какими ледяными в этот момент стали глаза Госпожи. - Тварь!!! - Милый, не надо!!! – услышала я крик матери и поняла, что она пытается удержать мужа, намеревавшегося броситься на Эльенору. *** Мои руки задрожали. Почему сейчас они изображают такую заботу обо мне, когда ещё недавно хладнокровно назначали цену моему телу? Снизу раздалась отборная брань, но слушать далее было выше моих сил. Поэтому я, слегка пошатываясь, встала и пошла наверх, в спальню Госпожи. Я медленно открыла дверь в просторное помещение и первое, что мне бросилось в глаза – это кремовые обои, что я так часто видела в кошмарах после того случая. Спина мигом стала холодной от выступившего пота, но я уверенно прошла внутрь, твёрдо решив бороться со своими страхами. Ведь если я решила остаться с Госпожой, то я должна стать для неё достойным партнёром, а не уповать на её заботу, какой ждала от родителей. Я должна научиться быть сильной и стать для Эльеноры опорой, чтобы создать из этого дома такое место, куда она хотела бы вернуться. Поэтому сжав для храбрости кулаки, я легла на постель, где Эльенора осквернила меня, и закрыла глаза. - Малышка, ты здесь? – услышала я удивлённый голос Госпожи. – Я думала, что ты боишься. - Я не боюсь более, - уверенно ответила я. – Я решила, что хочу быть в Вашей комнате и в Вашей жизни. Поэтому скажите, как прошло с моими родными? Сердце учащённо забилось. Ведь как бы я ни старалась стать взрослее и как бы ни сильна была моя обида, мнение родителей было всё ещё важным для меня. - Всё хорошо, - женщина успокаивающе погладила меня по голове. – Мы поговорили, они успокоились и будут дальше продолжать работать у меня. А ты, Адель, остаёшься со мной. Я притянула Эльенору к себе, желая без следа раствориться в её объятиях. *** Вышла из комнаты Госпожи я только к вечеру следующего дня. Я могла бы сидеть в четырёх стенах дольше, лишь бы не видеть глаза родителей и не слышать их лживых речей, но понимала, что тягостного разговора не избежать. Да и к тому же напрягать Эльенору, что утешала меня и сама приносила в спальню еду, больше не хотелось. Поэтому я встала с большой кровати и, подойдя к шкафу, выбрала одно из платьев Госпожи. Я видела, что оно безумно велико мне, но другая одежда осталась в доме родителей. - Адель, куда ты встала? – обеспокоенно спросила Эльенора, вернувшаяся в комнату. - Я спущусь вниз и поговорю с родителями, - объяснила я свои действия. – Я не хочу никого стеснять. - Ты меня не стесняешь, - поспешила утешить меня женщина, нежно обняв. – Я рада, когда ты со мной. - Я всё равно должна поговорить с ними, - ответила я, прижимаясь к любимой. – Они волновались и искали меня. Но после разговора, я хочу вернуться сюда. Можно?- я подняла на Эльенору усталые глаза. - Конечно, девочка моя. Этим ты сделаешь меня невероятно счастливой, - улыбнулась она и запечатала мои уста поцелуем. Поэтому, крепко держа за руку любимую, я спустилась к ужину. Лишь увидев нас, мама бросилась ко мне и попыталась обнять, но я увернулась от её рук. Моя обида за предательство была ещё слишком сильна, чтобы я пыталась вести себя как раньше. - Доченька, прости меня, - прошептала мама, и я почувствовала слёзы в её голосе. Я знала, что серебряные капельки сейчас текут и по её лицу, но не могла ни поднять на женщину взгляда, ни утешить её. - Адель, я знаю, что мы поступили с тобой жестоко и очень сожалеем об этом, - продолжала женщина. – Но нами двигала не алчность, а страх за свои жизни. Милая, ты и сама прекрасно знаешь, что кредиторы угрожали смертью твоему отцу, если мы не выплатим всю сумму в срок. Умоляю тебя, вернись домой. - Надеюсь, мамочка, что теперь с вырученными за меня деньгами, вы справитесь, - ответила я, не поднимая головы. – Но я решила остаться здесь. - Но как же? Адель! – мама схватила меня за рукав. – Я знаю, что ты увлечена миссис Эльенорой, но ты никак не можешь остаться в этом доме. Адель, ведь тебе всего шестнадцать. - Адель уже достаточно взрослая, чтобы самой выбирать с кем жить, - поддержала меня Эльенора. - Адель несовершеннолетняя и не может решать таких важных вещей! – рассердилась мать. – Дайте мне поговорить с дочерью наедине. - Нет! – испугавшись, что Госпожа послушается и уйдёт, я крепко вцепилась в её руку. – Пожалуйста, не оставляйте меня. Мне было безумно страшно, что если я останусь наедине с матерью, то она найдёт нужные слова, что заставят меня вернуться. То, что она будет твердить о моём долге, как дочери, и плакать, утверждая, как сильно любит меня. - Я не уйду, - твёрдо сказала Эльенора и ободряюще улыбнулась мне. – Я не оставлю свою девушку страдать. - Адель – не твоя девушка! – взорвалась мама. – Она – ребёнок, которого ты всеми силами старалась совратить. И чтобы ты ей не внушила, она есть и останется нашей дочерью. - Миссис Эльенора не внушала мне ничего, - я разозлилась, когда мама стала обвинять во всём любимую. – Я сама хотела её, поэтому и легла с ней постель. Я люблю её и сама приняла решение остаться с ней. Я подняла глаза и всмотрелась в заплаканное лицо матери. Она же, услышав, что мои намерения серьёзны, отступила, бессильно опустив руки. Мне больно было видеть её страдания, хоть я и была счастлива, что смогла одержать свою первую победу. Я чувствовала, что отныне для меня начнётся совсем другая жизнь.