Порок

Не желая теряться в догадках и строить беспочвенные теории, я решила найти в городе человека, который смог бы поведать мне о семействе Саливанов. Но полдня, потраченные на попытки найти человека, что знает о прошлом, прошли даром. Горожане были рады поболтать с улыбчивой журналисткой, коей я представилась, но лишь разводили руками на мои вопросы, утверждая, что ничего не знают. Находились и такие, кто выдвигал немыслимые теории, пытаясь убедить меня, что Эльенора – потомственная ведьма, что у Саливана не было дочери, девочка на фото – второе обличье Госпожи. В наш двадцать первый век слышать такое было смешно, но люди в деревне были куда более суеверными, чем в больших городах. Только когда стрелка часов стала приближаться к четырём, мне, наконец, повезло. Пожилая женщина, что жила в маленьком, но уютном домике на холме, повертев в руках фальшивую визитку, улыбнулась и заговорила: - Да, у мистера Саливана была дочь. Её звали Ребекка. Я хорошо помню её, так как она была лучшей подругой моей дочери. - Где она сейчас? – спросила я с замиранием сердца. – Почему никто в деревне не слышал о ней? - Потому, что Ребекка уехала отсюда почти двадцать лет назад, сразу после похорон отца. Бедняжка так и не смогла продолжать жить в доме, в котором случайный грабитель убил его. - А грабителя поймали? – продолжала спрашивать я, поняв, что приблизилась к опасной тайне. - Нет, не поймали. Полиция твердила, что убийца был приезжим. И после неудачного ограбления, как сквозь землю провалился, - женщина перекрестилась. – А вот Ребекка молодец, не пропала. В чужом городе она вскоре вышла замуж и стала известной… - Моделью? – перебила я. - Да, как Вы догадались? – удивилась женщина. - Просто угадала, - фальшиво улыбнулась я. Клятвенно заверив женщину, что её помощь неоценима и скоро выйдет большая статья, где будет рассказываться о поместье Саливанов, я побрела к дому. Мозаика, наконец, сложилась воедино, и от этого мне стало ужасно больно. Теперь я точно знала, что была для Госпожи лишь заменой той, другой девушки, которую она любила больше жизни и которую потеряла. Я поняла, что вся нежность Эльеноры, её улыбки и тёплые слова, были предназначены не мне - Ребекке. Сейчас же я выросла и отдалилась от образа столь любимого Госпожою, поэтому Эльенора и решила избавиться от меня. Мне кажется, что я знала это с того самого момента, как увидела фото, когда Госпожа прогнала меня с чердака. Но так отчаянно желая быть с Эльенорой, я предпочла закрывать глаза, прячась от суровой реальности. Но я больше не плакала – на место слёз пришла ярость. Если Госпожа не любила меня, тогда зачем заманила в свою постель? Почему Эльенора не остановилась, когда поняла, что деньги не играют для меня роли? Почему Госпожа подтолкнула меня к разрыву с родителями? Почему продолжала врать мне в глаза, видя, как я люблю её? Почему позволила мне остаться одной? Ответ был прост – со мной Эльенора лишь хотела удовлетворить свою похоть. А на мои чувства ей было совершенно наплевать. Но из рассказа той женщины я поняла ещё одну немаловажную вещь – Эльенора вместе с Ребеккой убили мистера Саливана. Поэтому не нашли грабителя, поэтому на стенах поместья полно пустующих рамок. Госпожа не хотела, чтобы с неё на фото смотрели глаза убитого ею человека. Я думаю, что они с Ребеккой и дальше хотели предаваться своей греховной страсти, а мистер Саливан мешал им. Но что-то пошло не так. Возможно, Ребекка передумала убивать отца, но Эльенора не остановилась, или девушке нужны были лишь деньги, и она лишь использовала Госпожу. Поэтому после раздела наследства, Ребекка уехала, оставив Эльенору одну в этом доме. А Госпожа вместо того, чтобы пытаться жить дальше, продолжила гоняться за призраком той, что бросила её. Я знала, что мне нужно сейчас. Я должна найти в себе силы уехать из поместья, взяв в качестве компенсации деньги, что Эльенора предложит мне. Но я не могла этого сделать. Разве деньги помогут унять боль? Разве они помогут забыть о моей любви? Я не хотела уезжать, я хотела, чтобы Эльенора исчезла из этого мира. Я хотела вычеркнуть её из своего сердца и забыть обо всём, что было. Я хотела убить её. *** - Глодуса, я могу войти? – постучалась я в комнату девушки, когда поместье накрыло чёрное покрывало ночи. - Ты всё же пришла, - улыбнулась девушка, открыв дверь в атласном ночном пеньюаре. – Я знала, что ты придёшь. Пропустив меня в свою обитель, Глодуса закрыла дверь. - Ты решилась? – спросила девушка, увидев, как я опустилась на диван. - Да, - от волнения мой голос слегка охрип. - Хорошо, - модель порылась в ящике комода и, достав оттуда яд, протянула его мне. - Постой, - я не спешила взять пузырёк. – Ты дала мне яд, но не ты будешь подсыпать его Госпоже. Ты будешь в сотне миль отсюда в то время, когда все подозрения падут на меня. Хоть я и хочу отравить любимую, но попадание в тюрьму меня мало устроит. Да и тебя, впрочем, тоже – ведь в этом случае завещание аннулируют, и все деньги получит Ребекка, как единственная родственница Эльеноры. - Ребекка? – девушка удивлено подняла бровь. – А ты, оказывается, тоже много знаешь. Но тебя не арестуют, не волнуйся. Яд, что я дала тебе, вызовет мгновенный сердечный приступ. Он быстро разлагается, и уже через час его нельзя будет обнаружить в организме. Ты найдёшь Эльенору чуть позже и расскажешь полиции, что у неё было больное сердце. Я же, узнав, что умерла бывшая возлюбленная, что спонсирует мои показы, примчусь в особняк и подтвержу это. Я согласно кивнула и Глодуса, подсев ближе, вложила пузырёк в мою ладонь. - Не волнуйся, вместе мы справимся, - девушка наклонилась с намерением поцеловать меня. Я отшатнулась. Неужели эта девчонка из-за вчерашних ласк думает, что я хочу её? Неужели она столь наивна, чтобы так считать? Или хочет стать моей любовницей, опасаясь, что я не отдам ей столь желанные деньги? - Не волнуйся, я всегда отдаю свои долги, - ответила я, отсаживаясь как можно дальше. – Когда расследование закроют, я отдам тебе половину наследства Эльеноры. Но тебя саму не желаю видеть больше никогда. - Отлично, - улыбнулась Глодуса, пожимая мою руку, в которой лежал пузырёк с ядом.