У злодеев не бывает счастливого конца.

      Пока мы добирались до острова, Феликс не произнес ни одного слова. Я тоже. Мне было нечего сказать, комок будто застрял посреди горла, и произнести даже слова благодарности, даже Феликсу, было выше моих сил. Мальчишки, сидящие рядом, тоже молчали. Создалось ощущение, что на Нэверлэнд наложили проклятие тишины. Я чувствовала, как по мере приближения к острову, мое сердце начинает стучать все быстрее, будто намереваясь завести меня в могилу таким ритмом, ладони начинали потеть.       Я нервничала. Нервничала, вероятно, от того, что мне предстоит вернуться домой, что я снова увижу Питера, Тома и других. Я снова смогу бегать к Тинк, чтобы поболтать. Но я... Я буду волноваться за Бэя. Он хороший, и он не хочет к Питеру, в его "отряд" потерянных мальчишек. Может, мне удастся убедить Пэна его отпустить? Венди же он отпустил. Зачем ему Бэй? Он же просто мальчишка, таких полно.       Мы причалили к берегу и сошли на сушу. Ноги будто постепенно превратились в вату, было чертовски тяжело идти. Страшно и волнительно.       Я предполагала, что меня не будут встречать с распростертыми объятиями, но искренне надеялась, что ошибаюсь... Однако, мои опасения подтвердились.       Феликс отогнул листья кустарника, пропуская меня вперед. Раньше я бы его поблагодарила за это, но сейчас... Лучше бы он прошел первый, честное слово. Я нервно сглотнула и прошла вперед. Все сидели вокруг огня, казалось, ничего не изменилось. На меня обратили взор все мальчишки, от чего я почувствовала себя "не в своей тарелке". Пэн ухмыльнулся и поднялся со своего места. В глазах мальчишек будто что-то сверкнуло, но сразу же исчезло. Я стиснула зубы, сдерживая эмоции. - Посмотрите, кто вернулся, - голос Питера звучал нагло, грубо... Я его не узнавала. Он оглядел меня так, будто я уже и не я вовсе, я почувствовала себя паршивой змеей, виноватой в чьей-то гибели. Сделав глубокий бесшумный вздох, я непонимающе посмотрела на Пэна. А он лишь продолжил, не особо и напрягаясь в подборке слов: - Не особо весело с пиратами, а? А какая там еда, просто пальчики оближешь. А Капитан? Впечатлил его крюк? С каких пор ты стала предателем, Лили?       Последняя фраза казалась мне острой настолько, что я ощутила боль в груди. Мне будто нож в сердце воткнули. Я будто прочувствовала удар, резкость, боль. - Что ты такое говоришь? - я замотала головой, не сводя с Питера взгляда. Я не предатель... Я не предатель... - Я не предатель! - эта мысль вырвалась у меня вслух, и я поняла, что кричу. Кричу от боли, раздражения, непонимания и унижения! Да что я такого сделала!? Мой крик разорвал ночную тишину. Несмотря на то, что я кричала, Пэн говорил совершенно спокойно. - Оу, да что ты, - Питер чуть склонил голову на бок и в свойственной ему манере приподнял бровь. Я почувствовала, как глаза защипало, однако, вновь потрясла головой и уверенно посмотрела на Пэна. Нужно быть стойкой, с пиратами я и то вела себя уверенней. - А вот мы думаем иначе, - он оглянулся на других мальчишек, а они молчали, опустив глаза. Я ничего не понимала. Казалось, еще чуть-чуть и Пэн убедил бы меня в своей правоте, оставалось этого не допустить. Я. НЕ. ПРЕДАТЕЛЬНИЦА! - Что я сделала? - я прикрыла глаза, сдерживая слезы и собственную усталость. - Что я опять сделала? - слово "опять" я особенно выделила. В этот раз я не понимала совершенно ничего. Они это из-за Бэя? Наверняка из-за Бэя! Но даже если и так, я не буду его сдавать. Не буду. Пэн подошел ко мне, но я не видела этого. Лишь слышала звук приближающихся ко мне шагов. Внутри у меня все сжалось. Я ощутила, как ресницы становятся влажными. Черт бы побрал этого Питера Пэна! - Ты ведь не пиратка, - голос Питера смягчился, и я почувствовала, как с моей головы сняли повязку, которую мне дал Крюк. Я вздрогнула и открыла глаза. Питер стоял рядом, внимательно на меня смотрел, а в руках он сжимал черную пиратскую повязку. Я практически не дышала, просто смотрела на него, а он лишь слегка улыбался. - Откуда тебе знать? - я бесшумно вздохнула. В лагере повисла тишина, было только слышно, как трещат угольки костра. Удивительно, но даже в темноте я видела, как ярко блестят у Пэна глаза, но я не понимала, что он чувствует, не понимала, насколько он злится и злится ли вообще. - Я на это надеюсь, - он посмотрел на меня так, что я вновь вздрогнула. По спине будто пробежал холодок, я поежилась. Мальчишки ни разу не вмешались в разговор, ни разу, но мне показалось, что Феликс то и дело переминался с ноги на ногу - его сапоги предательски начинали издавать звуки похожие на скрип с примесью писка. Пэн продолжал на меня смотреть, пока я не опустила взгляд. Он тихо усмехнулся и отошел от меня. Я искренне надеялась, что все просто лягут спать. Что этот день наконец закончится. - Ну, раз уж ты вернулась, - а вот у Питера были совершенно другие планы. Я даже не дала ему договорить, внутри меня будто что-то закипело, нервы сдали, как будто кто-то нажал на "красную" кнопку, начиная обратный отсчет. Я не выдержала: - Раз уж я вернулась? - я возмущенно уставилась на Пэна и сделала пару шагов к нему, он отступил назад, приподнимая бровь. Раз уж я вернулась! ВЕРНУЛАСЬ! - Ты это серьезно? Это такая проблема, да? Ну что ж, я могу уйти. - Опять? - Пэн недоверчиво на меня покосился и подступил ближе. - Да, - прошипела я ему в лицо. Мы даже не заметили, что находились на расстоянии сантиметра друг от друга, слишком увлеклись руганью. - А что меня здесь держит? Раз я так мешаю, то я вполне могу уйти, - я круто развернулась к Пэну спиной, но тут же посмотрела на него в пол-оборота, выставляя руку вперед и указывая на Питера, - я уйду снова, но на этот раз навсегда! - Ошибаешься, - Пэн резко стиснул мое запястье. Я попыталась выдернуть руку, но это было бесполезно, Питер будто вцепился мертвой хваткой. Я взглянула ему в глаза, не понимая, откуда в нем с т о л ь к о силы. Он лишь сильнее сдавил запястье и дернул меня к себе. Мы снова были предельно близко. - Я никогда не отдаю то, что принадлежит мне, ясно, Лилиан?       У меня просто слов не было. "То, что принадлежит" ему? Он это серьезно? - Во-первых, я не что, а кто. Во-вторых, я тебе не принадлежу, черт побери! - голос предательски дрогнул, а на лице Питера расцвела ухмылка. - Ты потерянная девочка, - прозвучало, как приговор. Я нервно сглотнула. Боль, пульсирующая в запястье была уже не заметна. Я растеряно и ошарашено смотрела на Питера. И поспорить-то нельзя, что я не потерянная. Именно такой я себя и чувствовала. - О боже, да хватит уже, - Феликс, все это время молчащий, решил вступить в разговор. Но меня это только напрягало. - Феликс, все нормально, - я чуть повернула к нему голову и ободряюще улыбнулась. Не хотелось вмешивать еще и его в этот спор. - Я вижу, - парировал он, переводя взгляд на мое запястье. Я тихо вздохнула. Эта ситуация приобретала какие-то новые, совсем нереальные обороты. - Питер, отпусти ее, а то руку ей сломаешь, - Феликс усмехнулся, но я поняла, это он делает специально, чтобы успокоить Пэна и защитить меня. - Ну, конечно, - ответил Питер, разжав пальцы и отдернув руку. Я тут же потерла запястье, казалось, что на нем будет синяк, пальцы Питера впивались мне в кожу с невероятной силой, в какой-то момент я даже подловила себя на том, что мне страшно. - А ты, Лили, нужна нам целой. У тебя еще и тест впереди.       Я застыла от этих слов. Тест? Нет, серьезно? После того, что случилось? Да я уже и забыла про это! Питер явно хочет собственную армию потерянных. Питер, видя мою реакцию, чуть вздернул подбородок и улыбнулся, совсем не по-доброму. - А ты думала, что тебе удастся этого избежать? - он тихо усмехнулся и обошел меня вокруг. - Ничего подобного, ты вернулась, а значит, ты БУДЕШЬ проходить тест. - Хорошо, - бросила я, чуть приподняв голову и с вызовом глядя на Пэна. В его глазах будто вспыхнул огонек интереса. - Давай сыграем, но помни, Питер Пэн никогда не проигрывает, - он начал отступать назад, разведя руками. Я понимала, что выиграть в его же игре не то, что сложно, это практически нереально, но я должна была попробовать, да и выбора у меня не было.       Буквально через полторы минуты Питер протянул мне лук и одну единственную стрелу, а Феликсу он кинул большое красное яблоко. Факелы в лагере ярко загорелись рыжим пламенем, стоило Пэну лишь взмахнуть рукой. Мальчишки, как зрители, расселись на бревнах и наблюдали за нами. Феликс остался стоять, мне даже не пришлось объяснять, зачем ему вручили яблоко. - Игра началась, - громко провозгласил Пэн. Феликс откусил яблоко, а затем, сняв капюшон, спокойно поставил яблоко себе на голову и посмотрел на меня. Я улыбнулась, когда он начал нагло жевать яблоко, нельзя было не заметить, что Феликс был совершенно спокоен, спокоен настолько, будто был уверен во мне на все сто.       "Делай, что должна" - вот, что твердил его уверенный взгляд. Я втянула в легкие побольше воздуха и натянула тетиву потуже. Чуть прищурившись и выдохнув, я прицелилась. В моем виденье наконечник смотрел прямо на яблоко Феликсу, я почти отпустила стрелу, как вдруг раздался насмешливый голос Пэна: - Да брось, ты не выстрелишь в него, - произнес Питер и вскинул бровь. - Да почему мне все это говорят!? - возмутилась я и не колеблясь выстрелила, но не в яблоко, а в грудь Пэну. Потерянные мальчишки ахнули, явно не ожидая этого. От их нервных вздохов я почувствовала некое удовольствие от происходящего. Я была рада, что не успела выстрелить в Феликса, я бы точно промазала и попала парню в голову, а вот с Пэном другая ситуация. Он перехватил стрелу, будто делал это всю свою жизнь. Почему-то я в этом даже не сомневалась, а потому и не напряглась особо, Феликс же выглядел взволнованным (не думаю, что это из-за того, что я так и не сбила фрукт с его головы). - Вы только посмотрите, - Питер внимательно рассмотрел стрелу, а затем, бросив стрелу на землю и для пущего эффекта на нее наступив, подошел ко мне. - Кое-кто стал очень смелым, пока был среди пиратов, - он вновь ухмыльнулся, но теперь, помимо издевательства в этой ухмылке, была еще и капля гордости. Ну, конечно, он же меня стрелять-то учил. - Ты меня только что трусихой назвал? - я приподняла брови, будто передразнивая Пэна, и кончиком языка провела по губам. - Еще бы немного и ты труп, а? - Неплохо, - довольно произнес Пэн и развернулся к потерянным. - Сейчас посмотрим на что ты способна, - он произнес это даже не оборачиваясь ко мне, он внимательно разглядывал мальчишек. Что-то мне подсказывало, что сейчас меня уложат на лопатки, в фехтовании я все еще не самая... редко падающая. А моя техника все еще оставляет желать лучшего. Наконец, взгляд Питера, что все это время осматривал "потенциальных жертв-победителей меня", остановился. - Роберт, - Пэн махнул рукой, подзывая Роберта к себе. Выбрал самого сильного противника, если не брать в учет самого Питера и Феликса. Вот же черт.       Роберт, чьи светлые кудри в темноте поблескивали от света огня, быстро поднялся. Проходя мимо меня, он резко дернулся, намериваясь меня напугать, я даже не шелохнулась. - Ты серьезно думаешь, что ее это напугает? - произнес Питер и закатил глаза. - После пиратов и бурлящей реки, где она чуть не погибла, - добавил Феликс и ехидно улыбнулся.       Ощутив себя под защитой, я не сдержала наглой ухмылки. Роберт фыркнул.       Пэн протянул нам две шпаги. НАСТОЯЩИЕ. Я уже видела и тренировалась на настоящем оружии, но для меня шоком стало то, что мы будем драться на реальных металлических шпагах. Роберт никогда, собственно, не питал ко мне особой любви, и мне все больше казалось, что сейчас меня порубят на салат. Роберт тоже недоуменно уставился на шпагу и нерешительно ее взял. - Какие-то проблемы? - произнес Питер, переводя взгляд с Роберта на меня. - Что-то не так, Принцесса?       Принцесса? Вот же... По поляне пронеслась волна хохота мальчишек. Я раздраженно сузила глаза и взяла шпагу. Я с Робертом отошли на несколько шагов друг от друга. Я сжала рукоять своего оружия так крепко, как только могла. Одной рукой, именно так меня учил Питер. Пора себя показать, не просто так меня каждый день учил еще и Бэй, и подгонял Крюк.       Роберт ухмыльнулся, явно не считая меня серьезным противником. - Может тебе поддаться? - рассмеялся он, приподнимая правую бровь, что была поделена на две части небольшим шрамом. Я молча кинулась на Роберта, занося шпагу для удара. От неожиданности он отпрянул в сторону, выставляя блок. Металлический лязг звонко разлетелся по лагерю. - Я тебе голову оторву, если ты еще раз посчитаешь меня слабой из-за моего пола, - прошипела я, наклоняясь ближе к Роберту.       Мальчишки с интересом наблюдали за нашим поединком, Феликс и Питер расположились у дерева, прислонившись к нему спинами. Зрители волновали меня меньше всего.       Роберт выдернул шпагу и отскочил на пару шагов. Я приготовилась наносить новый удар, но Роберт напал первым. Он с победным воплем ударил своей шпагой сверху, я едва отразила удар, выставляя шпагу и придерживая ее острый конец второй рукой. Роберт сильнее надавил на свое оружие, заставляя меня согнуться, я уже чуть ли на колени не приземлилась. Я сморщилась, сильнее сдавливая лезвие и пытаясь дать отпор. По руке закапала кровь. В этот момент я искренне надеялась, что мы деремся не на смерть. - Сдаешься? - издевательски произнес Роберт, а я лишь сильнее сдавила лезвие, оно уже все покрылось моей кровью. Роберт усмехнулся и пнул меня под коленями, я резко упала на землю, а к моему горлу приставили шпагу.       "Может остановим бой?" - это спросил Феликс, его голос я узнаю где угодно. Ответа я не слышала, но, видимо, Пэн дал отрицательный ответ. Я чувствовала, что это провал, но сдаваться не в моей компетенции. Я не сдамся просто так! - Что это? - с наигранным удивлением спросила я.       Роберт непонимающе посмотрел вверх, куда я и уставилась. И тут на его головушку свалился кокос. Потерянные мальчишки рассмеялись, а парень только и схватился за голову одной рукой, мгновенно забыв про меня, вот уж у кого теперь будет шишка на макушке! Не теряя времени, я подскочила с земли, боль в руке давала о себе знать, но у меня пока не было времени на нее. Я скользнула за спину Роберта. Он обернулся, зло морщась от удара кокосом. - Какого черта ты творишь?! - Ты меня поддел под колени, чтобы выиграть, я ударила кокосом тебя, чтобы защититься - все честно, - парировала я и ухмыльнулась. Он снова нанес удар, но на этот раз я была готова. Я отразила его нападение и ударила первой, затем снова и снова, снова и снова, я нанесла целую череду ударов, пока шпага не прошлась по лицу юноши, и на лезвии шпаги не появилась кровь Роберта помимо моей. Я оставила ему солидную царапину на лице, он схватился за пораненную щеку и посмотрел на меня, я выбила шпагу из его руки последним ударом. Металлический звон уничтожил тишину ночи окончательно, шпага отлетела в сторону, прямо к ногам Пэна. - Сдаешься? - я передразнила Роберта, но тот кивнул, все еще держась за лицо.       Питер пару раз хлопнул в ладоши, переступив через шпагу Роберта, он подошел ко мне и, обхватив мою ладонь (что и так дико ныла) своей, приподнял руку. - Лили победила, - он чуть потряс мою руку, и я не сдержала улыбки. Я ПОБЕДИЛА! Все это видели? Ибо я отказываюсь это повторять! - Молодец, - уже тише шепнул мне Питер. Я это услышала, и этого мне было сейчас вполне достаточно для счастья. Я посмотрела на Феликса. Он улыбался и меня переполнило чувство гордости.       Питер отпустил мою руку и достал из кармана повязку. Мою, ту самую черную пиратскую повязку. - Спасибо, - поблагодарила я и начала перевязывать свою рану на руке. Я повернула голову к Роберту. - Может мне стоило поддаться? - я улыбнулась. Естественно, я шутила, но Роберт шутки не оценил. Я отвернулась и начала общаться с остальными.       Этот ужас закончился. Это отвратительное испытание подошло к концу. Все с чистой совестью отправились спать.       В Нэверлэнде у меня не было еще ни одного нормально утра, чтобы меня кто-то не будил, не напугав при этом. Вот и это утро не стало исключением. Я открыла глаза, передо мной стоял Роберт, я хотела было спросить, что ему надо, но тот быстро закрыл мне рот ладонью. - Тшш, - прошипел он и приложил свой указательный палец к губам. Он осторожно убрал ладонь от моего рта. Я сощурилась, с подозрением разглядывая Роберта. Он не любит проигрывать, а я его победила, что-то точно не так. - Лили, ты вчера победила, я хочу второй шанс, я хочу сразиться снова, чтобы ты, возможно, меня подучила. Не хочу больше "упасть в грязь лицом".       Роберт посмотрел на меня с некой мольбой. От подобного заявления я потеряла дар речи. Если он хочет научиться... То почему бы и нет? Вспомнить мой первый урок... Господи, такой позор.       Я испытала чувство гордости, раз меня попросили кого-то научить, а не наоборот: кого-то попросили научить меня. Прогресс на лицо! - Эм, - я прочистила горло и кивнула. - Хорошо.       На цыпочках мы прошли по лагерю, чтобы взять деревянные мечи для тренировок. И пусть Роберт хотел у меня "поучиться", но взять настоящее оружие я пока не рискнула, мало ли, что у Роберта на уме, честное слово. Так что, деревянные мечи сильно обнадеживали, даже радовали меня, появилась надежда, что хоть один день пройдет спокойно.       Мы шли в известном только Роберту направлении. Этой дорогой я еще не ходила... наверное. По крайней мере, я ее не особо помню, но возможно мы шли длинным путем. Я еще не до конца поняла, где мы находимся, пока не услышала шум воды, а Роберт не подошел к скале и не начал лезть наверх. - О, да ты издеваешься, - я хлопнула ладонями по бокам и закатила глаза. Второй раз Аделла меня спасать не будет, я слишком неинтересная для нее, со мной особо не поболтаешь... Нда, при виде этой горы мне стало не по себе, как-то... страшновато. - Не бойся, клянусь тебя не сталкивать. В конце концов, мне же нужна помощь, а не тебе, - Роберт усмехнулся и продолжил карабкаться вверх. Я обреченно вздохнула и схватилась за выступающий камень, карабкаясь вслед за Робертом. Поднявшись на достаточную высоту, стало сложнее карабкаться, мне стало страшно. Я уже просто ненавидела свой страх высоты.       Когда я забралась наверх (а лезла я долго из-за того же страха высоты), Роберт спокойно сидел на земле и ждал меня, деревянный меч спокойно лежал у него на коленках. - Ладно, - я согнулась пополам, положив ладони на свои колени и пытаясь отдышаться. - Ладно, - повторила я, когда дыхание более или менее восстановилось. Оглядевшись, я поняла, что мы находимся на горе, практически у выступа. Роберт подобрал такое место, где было много открытого и достаточно ровного пространства. Дальше по горе вела узкая тропинка, а сами скалы были покрыты длинными кустистыми растениями зеленого цвета с небольшими шипами. Солнце только-только встало, было раннее утро, так что вокруг только мы и шум воды нарушали эту тишину.       Через несколько минут мы уже стояли с мечами в руках напротив друг друга. Я встала дальше от края, ближе к кустам. Так он меня точно не столкнет, да и не так страшно, если я вдруг посмотрю вниз. Я посмотрела на Роберта, и первое, что я заметила, было: - Эй! - гаркнула я так, что Роберт ошарашенно посмотрел на меня, я указала своим мечом на меч Роберта. - Возьми меч одной рукой, двумя его не держат! Меч должен быть продолжением руки, даже если он очень тяжелый. Если он продолжение руки, то ты его не уронишь. Руку ведь ты не уронишь? - я чуть приподняла брови и только спустя несколько секунд осознала, что я только что процитировала Пэна. Он учил меня так, я запомнила его слова... С ума сойти. Видимо, он очень хороший учитель. - Ты кого-то мне напоминаешь, - произнес Роберт, внимательно рассматривая меня и явно пытаясь понять, кого же я ему напоминаю. "Действительно, кого?" - мысленно сыронизирована я, зная правильный ответ. Нэверлэнд определенно дурно на меня влияет, но мне это нравится. - Не важно, - отмахнулась я. - Сосредоточься, - я кивнула на его меч. - Ты достаточно сильный противник, просто в следующий раз следует обойтись без боевого клича при первом нападении, - я усмехнулась и, занося меч, напала первой. Урок? Значит пусть учится! Деревянный треск заглушал громкий шум воды. - Ты бы хоть предупреждала! - Роберт поставил блок и ухмыльнулся. - Еще чего! - я рассмеялась и отпрянула в сторонку. - Элемент неожиданности, понял? - Роб кивнул, и я довольно улыбнулась. На этом уроке он не падал так часто, как я в свой первый урок, но все же парочку раз мне удалось уложить его на лопатки.       Когда мы почти закончили, у Роберта явно появился интерес, он неожиданно напал и после короткой "перепалки" выбил мой меч, тот отлетел в кусты. Я присвистнула: - Ого, - я опустила взгляд в колючие кусты. - Да ты быстро учишься, да и силы в тебе немало, - я кивнула и подошла к кустам. А меч отлетел в самую глубь. - Придется лезть, - сморщив нос пробормотала я. - Может лучше я? Ты все же де... - ВОТ НЕ НАДО. Вторую шишку захотел? Я и сама справлюсь со страшным Мистером Колючкой, - я недовольно фыркнула. Неужели я его, Роберта, в прошлый раз мало побила? Я могу организовать еще один падающий кокос, без проблем. Благо воображение в Нэверлэнде - моя защита. Роберт кивнул и отступил на пару шагов назад, давая понять, что он не будет помогать, если я не хочу. А я не хочу.       Я чуть присела и приблизилась к зелени практически вплотную, осторожно просунула руку между ветвей, стараясь не схлопотать колючку. Рука уже скользила по земле, а пальцами я нащупала меч. Еще немного усилий! Я чуть отогнула голову в сторону, боком я вжалась в куст, а рука наконец захватила меч. Я отпрянула от куста, морщась. Роберт подошел ко мне: - Все нормально? - он тревожно оглядел меня. Его взгляд остановился на боку. Я опустила свой взгляд туда же, куда и Роб. Рубашка на боку порвалась, ее будто осторожно ножом разрезали, тонкая линия от пореза. Я вручила Роберту меч и, отвернувшись, чуть приподняла рубашку. Тонкая царапина красовалась на боку, чуть ниже моей груди. - Просто царапина, - я стерла пальцами кровь и повернулась к Роберту. - Пошли? А то ты уже полчаса стонешь, что пора возвращаться, - я усмехнулась, царапина - ничто по сравнению с тем, что я уже пережила.       Когда мы спустились вниз, к реке, я помыла руки от крови, и мы пошли к лагерю.       Вернувшись, мы поняли, что все вокруг еще спали. Неужели мы ушли т а к рано? Мальчишки безмятежно посапывали на своих местах, Феликс дремал у дерева. Пока все спали, я прошмыгнула к вещам и переодела рубашку. Я не люблю, когда обо мне волнуются и пекутся. Пока все спят - это возможность скрыть царапину и не допустить лишнего волнения. Роберт ушел спать, как только вернул свой меч на место. Жизнь в Нэверлэнде устоялась.       Ну, я так думала. - Хэй, ребята, - Питер прошел на середину лагеря и встал рядом с местом, где обычно горел огонь. Сейчас же огонь не требовался, было светло, лишь близился вечер. С того момента, как я начала «учить» Роберта, прошло уже дня три-четыре, одного урока ему, видимо, хватило, ведь больше о помощи он меня не просил. Это казалось мне странным, но… Он же Роберт, у него своя логика, поэтому я не придиралась. Как только я услышала голос Питера, я сразу подняла взгляд на него и улыбнулась, слушая. – У нас пополнение, Джереми, выходи, - Питер позвал мальчишку, ему на вид было около 13 лет – средний возраст для потерянных мальчишек. Я перевела взгляд на мальчика: у него были темные волосы, светлое лицо, он был невысокий и худенький, глаза карие, почти темные. Ребята были рады его видеть, а меня очень радовало их дружелюбие. Новеньким всегда сложно… Мне ли не знать! - Должно быть двое мальчиков, но одного из них, Бэйлфайера, мы все еще не можем найти.       Найти… Мои глаза расширились, и я подскочила с места, так резко, что и сама не ожидала. - Бэя? В смысле не можете найти? Вы знаете, где он, - я скрестила руки на груди. Они знают, что он у Крюка! - Если ты про то, что он у Крюка, - словно прочитав мои мысли, парировал Питер, - то нет, ты ошибаешься. Феликс и мальчишки вчера забрали его с корабля, но парень сбежал и скрывается где-то на острове, - Питер посмотрел на меня, и я поняла, что лучше бы я молчала. Однако, я окончательно растеряла базовые инстинкты самосохранения и продолжила спор: - То есть как, на острове? – я сверлила Пэна взглядом. Они его забрали? КОГДА УСПЕЛИ? Почему я не в курсе? – Почему я узнаю об этом только сейчас? - Потому что ты бы его прикрыла. Ты успела с ним поладить, а значит, ты бы заступилась за него, - Питер развернулся ко мне спиной, продолжая говорить. Но я его уже не слышала. - Питер, - прошептала я, просто потому что на более громкие звуки не хватило сил. Я почувствовала, как мои ноги словно превращаются в вату, мне было тяжело дышать, я потеряла равновесие и начала падать. Питер подлетел ко мне так быстро, что я не успела коснуться земли - он меня поймал, подхватив руками за спину. Он медленно опустился на землю, удерживая меня. Я осознавала, что лежу у него на коленях, он придерживал мою голову ладонями. Мальчишки стояли позади нас, никто не произнес и звука. Феликс опустился рядом со мной и Питером на колени. Картинка перед глазами расплывалась, приходилось щуриться, чтобы видеть Питера и Феликса. - Лили, - Питер ошарашенно смотрел на мою шею, а я не понимала, почему. Он провел пальцем по моим венам, от чего я вздрогнула. – Почему ты не сказала, что поранилась о колючки «Ночного Кошмара»? - Чего? – это было единственное, на что мне хватило сил. – Я… что? - Он ядовитый, - Феликс снял капюшон и провел рукой по лбу, смахивая капельки пота. С моего лба тоже скатилась капля пота, мне становилось хуже. Я чуть напряглась, приподнимая голову, Пэн мне помог. Дрожащей рукой я чуть подогнула рубашку, обнажая бок. От тоненькой царапины расходились черные жилки, они поднимались выше по телу, доходя до шеи. Вероятно, скоро яд доберется до головы, а значит, до мозга, не сложно догадаться, чем это закончится.       Досадно говорить о том, что я замечала, будто мне нездоровится, но не обращала на это особого внимания. Голова кружилась, ладони часто потели, зрение не фокусировалось время от времени… Я не думала, что это из-за царапины. Царапина… Это из-за Роберта. Вот почему ему больше не требовалась моя помощь, она не требовалась ему никогда. Ему лишь нужно было, чтобы меч отлетел в те кусты, чтобы я поранилась. Ему нужна была месть. От осознания этого на глаза навернулись слезы. Обидно, очень обидно. Я ведь всего один раз победила, а теперь… Я умираю. Я готова была ему помочь, честно, но зависть победила, и Роберт сделал то, что сделал. Формально, я ведь сама поранилась, но… Все равно сил даже злиться уже нет. Я посмотрела на Феликса. Человек, что всегда был на моей стороне, всегда меня поддерживал, стал мне лучшим другом после Дилана... Я выдавила слабую улыбку. - Спасибо, друг, - по щеке тонкой полоской пробежала слеза, я уже чувствовала, как начинает жечь горло. Я не ощущала боли, по крайней мере физической. Голос дрожал, я говорила тихо. - Лили, - Феликс покачал головой и взял мою руку в свою ладонь, я с трудом находилась в сознании, но чуть сжала его пальцы своими.       Все происходит в считанные минуты. Прямо как тогда, с Диланом. Знаете, я всегда думала, что погибну героем, что не буду бояться смерти... Но мне было страшно. Страшно просто до ужаса, по телу у меня пробегали мурашки. Умирать - это страшно. Я не знаю, что будет после Нэверлэнда, ведь отправлялась я сюда думая, что уже мертва. Но увы. Умереть героем... Дилан погиб так. А я? Я умираю от яда растения.       Умирать не так больно, как все думают, но это настолько жутко, что никто живой и не предполагает этого. - Лили, - Пэн серьезно посмотрел на меня, он чуть напрягся, приподнимая меня и заставляя на него посмотреть, он чуть потряс меня за плечи. – Ты не умрешь, ясно? – его голос звучал так непривычно напряженно. Я смотрела на него, из глаз у меня выступали новые капли. Он верил, что я выживу. Верил так искренне, так наивно, так… трогательно. Но это лишь надежды, неужели ему не все равно на меня? Неужели… Я горько усмехнулась. Как больно видеть чужие страдания, как странно понимать, что ты умираешь. Я видела свет надежды в глазах Питера, видела его уверенность в собственной правоте, но от его веры в то, чего не будет, становилось лишь больнее. - Мы всего лишь дети, - голос хрипел, я вглядывалась в черты лица Пэна, слезы выступали из глаз с новой силой снова и снова. Они все скатывались и скатывались по скулам, по моим щекам. Все лицо уже было мокрое. Питер осторожно вытер слезы своим большим пальцем с моего лица. Он не может совершить все, что угодно. Да, это Нэверлэнд, но люди умирают. Мы сохраняем юность, пока мы здесь, но мы все еще смертны. В груди начинало покалывать, горло перехватывало, я понимала, что осталось совсем немного времени… Я должна сказать. – Питер… - я прокашлялась, стиснула зубы, пытаясь не потерять сознание, со всей силы я стиснула руку Феликса. Ему было плевать на боль, он смотрел на меня не отрывая взгляда, на миг мне показалось, что его глаза блестят от слез. Как же мне жаль… Дыхание участилось, воздуха не хватало, а горло будто сжимали тисками. - Питер Пэн… Я, - он смотрел на меня широко распахнутыми глазами, ловил каждое слово, а я сделала еще несколько судорожных вздохов и поняла, что не чувствую собственного тела. Голова скатилась на плечо, уткнувшись Питеру в грудь, рука разжала пальцы Феликса, а парень лишь сжал руку крепче. Я обмякла. На мои пальцы капнуло что-то холодное и скатилось к земле – чьи-то слезы. - Лили?...       Я закрыла глаза.