Рок судьбы. Родственная связь.

- А!!! Хидан, блядь! Где тебя носит! – Норико было больно кричать, но она не знала, что еще может сделать. Девушка была в отчаянье, рука ужасно болела, а Мадара смеясь, сильно раздвинув ноги русоволосой на шпагат и снова боль от растяжения связок и мышц и снова крик. – Хидан!!! Учиха с ненавистью посмотрел на девушку, как же она бесила его со своим братцем, так и хотелось ее придушить, сжав руку вокруг хрупкого горла, пока девушка не задохнется, а ее глаза наполняться кровью. Ему ничего не стоит сломать ей шейку, одним движением руки, но Мадара больше не понимал себя и свои желания, с одной стороны он хотел забрать жизнь у девчонки, которая смела ему дерзить, с другой стороны мужчина хотел подчинить строптивицу себе окончательно. Брюнет даже не подозревал, что бессмысленный крик пленницы о помощи, зов к брату имеет смысл, он так был поглощен своей новой игрушкой, не замечая в этой тишине что-то предвещающее смерть, его смерть. Мадару осенило, это Норико поняла по его загоревшемуся с новой силой взгляду, он молча слез с девушки, ошарашив ее этим, и ухмыльнувшись, принялся развязывать правую руку. Хацугава наблюдала за похитителем, пытаясь понять его действия, но это было нереально. Русоволосая давно все придумала, и как только путы ослабли, девушка решилась бежать, просто бежать куда-нибудь, но Норико была достаточно предсказуема, поэтому Мадара ожидал нечто подобное от пленницы, тут же поймав беженку за волосы, в голове Хацугава промелькнула мысль, что ее преследует дежавю. - Что ты будешь делать? – прошипела русоволосая, пытаясь одной рукой высвободить волосы из стальной хватки маньяка, побаиваясь остаться без скальпа, стараясь снизить давление на голову. - Хочу поиграть с тобой. – Игриво подмигнув, очень пугающе проговорил мужчина, направляясь в сторону еще одной двери ведущей из комнаты, Хацугава думала, что это ванная комната, в принципе так и было, но Учиха не остановился там, а продолжил тянуть пленницу за собой, как оказалось, в ванной была еще одна дверь, ведущая в коридор. Мужчина тащил пленницу спиной вперед, так что она не могла все нормально рассмотреть, ей оставалось только быстро передвигать ногами, стараясь не уступать по скорости садисту, не оставляя попыток высвободиться из его лап. Все же Учиха получал наслаждение, причиняя девушке боль, и пусть она единственная, кто до последнего не показывал свои страх и боль, мужчине это все нравилось. Времени рассматривать интерьер у Норико не было, но все же она заметила, что дом был в аварийном положение, пошарпаная лестница, пол потертый, местами отсутствовали дощечки паркета, на стенах обсыпалась краска, обои были ободраны, а на потолке были ржавые разводы. Если бы русоволосая не была в комнате Учихи и не видела идеальную комнату и ванную, то подумала бы, что ее привезли в какой-то сарай. Что-то с этим местом было не так, и это девушка понимала, только ничего не могла поделать. Уже на лестнице, ведущей на чердак, Хацугава привыкнув к тянущей боли на голове, мельком заметила движение на первом этаже, она увидела, как пепельноволосая макушка стремительно поднимается вверх. Норико знала только одного обладателя подобного цвета волос, узнав в нем своего брата, девушка вздохнула с облегчением, теперь все будет хорошо. Он жив. Он пришел за ней, как и обещал, хотя пунктуальность его слабая сторона, но все же… Теперь девушке нужно было как-то подать знак. Конечно, можно было бы закричать: « Хидан!», но тогда Мадара бы точно заметил проникновение, а им нужно действовать сообща. - Отпусти меня, придурок! – со всей силы закричала русоволосая, у нее открылось второе дыхание, и с новой силой попробовала вырваться, на удивление, это сработало. Хидан услышал сестренку, подняв малиновый взор, краем глаза заметил движение на втором этаже, и сразу же спрятался за углом, выжидая, но увидев, как его девочку куда-то тащит маньяк, то озверел еще сильнее, он не мог больше сдерживать себя и свое желание убивать. Мадара что-то заподозрил, насторожился, поведение девушки за все время плена было однотипным, она не давала маньяку то, что ему нужно: крики, просьбы; пленница была так принципиальна, что отказывалась говорить ему даже слово, просто мычала, сопротивляясь, а это… Учиха быстро открыл ближайшую дверь, впихивая туда ничего не понимающую пленницу, закрывая бронированную дверь на ключ, чтобы Хацугава не путалась под ногами. Норико оказавшись взаперти, в темной комнате, стала тарабанить здоровой рукой и ногами по двери, но все было бесполезно. Русоволосая испугалась за брата, прекрасно понимая, что в живых останется только один, и как бы она не желала смерти Мадаре, Норико знала, что брюнет силен, и очень подкован, поэтому сильно переживала за любимого… брата. Она не могла находиться в неведенье, Хацугава просто необходимо было вырваться. В комнате царила кромешная тьма, не было даже щелки, в которую бы проник дневной свет, и чтобы хоть что-то рассмотреть, девушка стала ощупывать стены, в поисках включателя. Обнаружив какой-то тумблер, зажмурившись, Нори дернулась. Свет тусклых ламп осветили помещение, и русоволосая, осмотревшись, ужаснулась. Девушка не думала, что ее может еще что-то удивить после пережитого, но обстановка комнаты заставила челюсть отвиснуть: кровать с колонами и черным бандалхином, по-над стеной стояли различные витрины с разнообразным специфическим инвентарем: ремни, стеки, флоггеры, зажимы, вибраторы, кляпы, и анальные пробки разных размеров, напротив кровати стояли две разные распорки, а также много других «игрушек», название которых она не знала, и знать не хотела. Атмосфера комнаты была угнетающая, но у Норико времени на это не было, потому что там, за дверью ее любимый братик остался один на один с моральным уродом, и ее помощь лишней не окажется. Толкнув еще пару раз двери, но все было тщетно, она была толстой и замок надежный, единственный способ это найти какую-нибудь отмычку и попытаться взломать замок, только этого она еще не дела. Тем временем Мадара настороженно выжидал, когда же нежданный гость покажется. То, что кто-то прокрался в дом, стало понятно, когда он подошел ближе к чердаку. Охрана должна была присутствовать по три человека на этаже, еще пять на первом этаже, по разным комнатам и возле, каждого выхода, еще человек пять по периметру на улице. Но сейчас на втором этаже ни души, как и на лестнице, сигнала тревоги не было, а значит, незваных гостей целая группа, либо этот «гость» - обозленный профессиональный киллер, который ради любимой готов армию маленькой страны уничтожить в одиночку. Хидан еле успел спрятаться за поворотом, у него чесались руки, свернуть шею, оторвать голову, тому, кто посмел обидеть сестру, но чтобы победить сильного противника нужно выждать момент, нужно быть более терпеливым, чем обычно. Вытащив кинжал, пепельноволосый приготовил еще и пистолет, убрав с предохранителя. Насупила мертвая тишина, только стуки Норико, вызывали улыбку у Хидана. Больше нельзя было медлить, выскочив из-за угла, парень замер, не увидев никого. Учиха действовал спонтанно, он выскочил из ниоткуда, метнув ножом в пепельноволосого, тот с большим трудом смог увернуться, но все же острое лезвие задело, разрезав рукав футболки и оставив на плече слабую царапину, но выражение лица Хидана не изменилось, он, в принципе, даже не заметил этого, перекатившись по полу, выстрелил пару раз в противника, но Учиха уклонился, прячась за углом. - А ты живучий… - иронично проговорил брюнет, снимая пистолет с предохранителя. - Ты тоже… - прошипел Хидан, не глядя, выпустив всю обойму, в ту сторону, откуда доносился голос мужчины, но Мадара снова уклонился, спрятавшись за углом. Как оказалось, дом был старой постройки, поэтому стены были не из гипсокартона, а состояли из бетонных блоков. - За то, что ты сука прикасался к моей сестре, тебя ждет смерть. - У нее вкусные губки, не так ли?.. - выкрикнул Мадара, поведя левым плечом, все-таки шальная пуля зацепила левую руку, чуть выше локтя, боли не было, только легкий, раздражающий дискомфорт. Хидан не удивился, познаниям Учихи, но, все же, немного растерялся, чем и воспользовался Мадару, вытащив из заначки в стене два пистолета, и не став ждать реакции противника, выпустил все, что у него было в обоймах, а когда шум выстрелов утих, а врага слышно не было, брюнет продолжил свой рассказ: – Она везде такая вкусная, а какая упругая грудь, особенно, когда я медленно сжимал ее… - выкрикнул Мадара, пытаясь понять, жив ли Хацугава. Хидан сидел за тем же углом, он был ранен, не смертельно, но довольно серьезно. Несколько пуль застряли в левой ноге, одна прошла на вылет через левое плечо, и еще одна задела правую руку, чуть выше локтя, так же задело бок, ниже ребер, но не зацепив жизненно важных органов. - Я понимаю, почему ты так на нее запал. У меня была прекрасная возможность, чтобы насладиться каждым сантиметром ее кожи… - пепельноволосый первый раз не отреагировал на провокацию, не подавая признаков жизни, не выдавая свое укрытие. - Заткнись тварь, - не смог промолчать, скрепя зубами, в голове так и всплывали картинки того, что мог вытворять Учиха с его девочкой. Хидан сначала сделал пару выстрелов, и только потом выглянул из-за угла. – Нори только моя! – прокричал от раздражения язычник, метнув свой кинжал, и попал мужчине в грудь, пробив грудную клетку, войдя по рукоять. Мадара, не ожидавший подобного, удивленно расширил глаза, рухнув на пол, не двигаясь. – Вот те сука, за сестру! - сплюнув слюну с кровью, в сторону Мадары, прошипел со злостью. Он подошел к телу, наклонился, скривившись от боли, доставая из кармана штанов ключ от чердака, на котором тот запер девушку. Хромая на одну ногу, прижав руку к телу, чтобы меньше болела, пепельноволосый, как можно быстрее направился в сторону чердака. С горем пополам поднявшись, парень открыл двери и тут же застыл, увидев Норико, стоящую напротив дверей и держащую плоскую дубинку с шипами, она была готова защищать себя до последнего. Русоволосая испуганно смотрела на брата, она молчала, продолжала сжимать дубинку в руках, а Хидан, не выдержав, заржал на всю, над тем, как его девочка выглядит со стороны, придерживая руку и плечо. - Хидан? – чуть ли не плача, спросила Норико, она все еще не могла поверить своим глазам, так как уже просто отчаялась. – Ты пришел… - роняя дубинку, подергивая плечами, от начинающегося приступа истерики. - Я пришел, Нори… моя Нори… - хромая на одну ногу, парень стал подходить к сестренки, Хацугава только сейчас заметила на одежде пепельноволосого кровь, бросаясь к любимому. - Господи, Хидан! Ты как? - обхватив лицо парня здоровой рукой, Норико жадно смотрела в уставшие глаза брата, моля господа, чтобы это не оказалось сном. Подставив плечо, Хацугава позволила парню облокотиться на себя. - Жить буду. Ты-то как? – оценивающе посмотрев на сестру, парень обеспокоенно спросил. Остановившись на полпути к диванчику, он взял одной рукой сестру за подбородок, поднимая так, чтобы можно было заглянуть в ее глаза. Норико, как околдованная смотрела на малиновый взор, и только сейчас, когда чуть не потеряла его, поняла, как сильно она любит… брата. Хидан не смог сдержаться, впиваясь в истерзанные злодеем губки, чтобы смыть с ее памяти поцелуи злодея, а Норико была только рада этому, отвечая с той же страстью и зверством, которое накопилось в ней за эти двадцать часов ада. – Он?.. – пепельноволосый заметил синяки, припухшую кисть и истерзанные губы, он так же видел синяки на шее, кровь и свежие засосы. - Не успел… - прошептала Хацугава, понимая вопрос по взгляду. – Я его заговорила… - улыбнувшись, Норико уткнулась брату в грудь, и слезы не возможно было больше сдерживать, но это были слезы радости. – Ты опоздал! Где ты шлялся?! – легонько стукнув в здоровое плечо рукой, возмущено спросила русоволосая. - Он говорил мне, что ты мертв, но я не верила… - Прости, я действительно опоздал. - Целуя в макушку, парень прижимал сестренку к своей груди, не переставая поглаживать ее по голове, успокаивая. - Пришлось немного поплавать… - Хидан снова впился в любимые уста, только так он мог поверить, что она рядом. Норико разорвала поцелуй, требовательно осматривая парня на повреждения. - Ты ранен, нужно остановить кровотечение, - говорила Хацугава сама себе под нос, пытаясь придумать что-нибудь, чтобы оказать первую помощь. Первое, что попало на глаза девушке это ремни для порки, они идеально подошли бы для перетяжки, если бы были с крепежами, перевела взгляд на стоящий рядом стеллаж с веревками. – Воспользуемся вот этим, - опять себе проговорила девушка, взяв веревку потоньше, Норико попробовала перевязать рану, но левая рука сильно болела, русоволосая не могла пошевелить пальцами, возможно, это был перелом. - Вместе, Нори… - проговорил Хидан, и так как у него левая рука была ранена, он сам тоже не мог сделать перевязку. Парень взял один конец веревки, и Хацугава поняла его без слов, взяв второй конец веревки, и они вместе затянули жгут. Пепельноволосый поморщился от неприятных ощущений, но не издав ни звука, не отрывая взгляда смотрел на сестренку, которая вовсе не… он и не знал, как ей сказать о подозрениях, знал только то, что еще не время и не место. - Пора валить … - Норико кивнула, и поддерживая брата направилась в сторону выхода из «игровой» комнаты. - Она останется здесь. – Словно зомби, перед парой возник Мадара, а из груди торчал кинжал. Даже Хидан, не ожидавший подобной живучести от Учихи, вздрогнул, пытаясь взглядом найти что-то, чем можно было добить брюнета. Нори не на шутку испугалась, инстинктивно спрятавшись за спину брата. У Хидана оружия больше не было только пистолет, где-то валяющийся поблизости, а вот брюнет держал пушку, направленную прямо на старшего Хацугава. – Малышка иди-ка сюда, а не то убью его, - часто дыша, проговорил брюнет, и девушка так и собиралась поступить, боясь за жизнь брата, выйдя из-за спины Хидана, но когда она подняла взгляд вверх, девушка замерла от вновь увиденного. Голова Мадары слетела с плеч, откатившись от тела на несколько метров, а тело рухнуло на пол, вымазывая паркет кровью. Когда Хацугава все же подняла взгляд вверх, увидела Неджи, двоюродного брата Хинаты, девушка уже и не знала, как ей реагировать: радоваться, или же бежать. В руках Хьюга была катана, и он спокойно вытер кровь о внутреннюю сторону своего плаща. - Говори ли же девчонку не трогать, так нет… игрушку себе нашел… - причитая, говорил мужчина, не спеша, поднимаясь по лестнице на второй этаж, вызвав у девушки волну смешанных чувств и почему-то страх, и недоверие преобладали над радостью. - Ты?