Рок судьбы. Родственная связь.

— Ты? — девушка не могла поверить своим глазам, увидев родителя. — Отец? — еще раз спросила для убедительности, а когда до нее дошло происходящее, Норико дернулась, девушка хотела подбежать к отцу, но ее не пустила рука брата, крепко сжимающая ее правое запястье. — Хидан? — русоволосая растерянно посмотрела на брата, взгляд которого излучал только ненависть и ярость, от этого взгляда Хацугава почувствовала холодок, заставивший шевелиться каждый волосок на теле. — Ты останешься здесь. — Грубо сказал пепельноволосый, от чего сердце девушки вздрогнуло и болезненно сжалось. Хидан спрятал Норико за свою спину, переводя взгляд с Неджи на Кичиро, пытаясь понять ход их мыслей. — Хидан, Хидан… — раздраженно прошипел сквозь зубы Хацугава-старший. Норико стояла за спиной брата, не пытаясь вырваться или убежать, она уже не знала, кому верить, поэтому просто наблюдала, чтобы в нужный момент принять правильное решение. Тем временем взгляд отца не предвещал ничего хорошего, таким холодным и убийственным девушка еще не видела его. — Пять лет не видел тебя, и еще столько не видел бы… ты совсем не изменился… — скривившись, говорил мужчина, — сученышь пиздопакостный. — Подытожил брюнет, высказав свое мнение, которое просто рвалось наружу. Хидан непроизвольно сжал от злости кулаки, в том числе и руку сестренки, та недовольно пискнула, но промолчала, понимая, почему брат злится, в принципе она тоже была зла на отца по многим пунктам, в том числе и за отношение к Хидану. — Норико, — мягко, более нежным голосом обратился Кичиро к девушке, и Норико, взглянув отцу в глаза, увидела прежний, нежный, добрый и любящий взгляд папы, которого она очень любила. Она совсем запуталась. Как он может быть таким разным: с ней он добрый и любящий, а с Хиданом — грубый и холодный. — Я надеюсь, Мадара ничего тебе не сделал? — смотря на нее все тем же нежным взглядом, мужчина задал вопрос, словно она не провела больше двенадцати часов в лапах насильника. Русоволосая запуталась еще сильней в себе, что-то в глубине души не давало расслабиться, не было больше того чувства защищенности и доверия, которое Норико всегда испытывала в присутствие отца. — Нет. Не успел. — Немного отстраненно, с нотками подозрительности ответила девушка. — Папа, Хидан спас меня. — С восторгом, с радостным блеском в глазах проговорила русоволосая, практически воскликнула, она хотела, чтобы отец знал, что ее брат хороший, чтобы он перестал так гнобить Хидана не за что. — Мадара мог его убить, но… — Да, я вообще-то так и планировал, — перебив дочь, проговорил Хацугава-старший, Норико так и застыла с открытым ртом, не желая верить свои ушам, но взгляд отца, к сожалению, только подтверждал его же слова, и это было ужасно. — Учихи не так надежны, как о них думают. — Продолжил брюнет. — Мадара никогда никого не слушал. И вот чем это для него закончилось. — Ухмыльнувшись, мужчина продолжил смотреть на обезглавленное тело. — Говорили ему: не трогать Норико, он не послушал. Решил, что самый умный и сильный, что сможет подобрать все к свои рукам, надеялся, что сможет нас победить. Даже «Акацки» создал для этого. Будто в Триаде сидят одни дураки. — Кичиро усмехался кровожадной, очень пугающей ухмылкой, девушка никогда раньше не видела отца таким, сейчас он выглядел страшнее, чем Мадара, пытающийся ее изнасиловать. Русоволосая не могла поверить в то, что ее отец на самом деле член Триады, она, конечно, читала скинутые Гаарой файлы, и помнит хорошо, что там часто фигурирует корпорация отца и их фамилия, но девушка до последнего придумывала в своей голове оправдания для отца, мол, это не он, его подставили кто-то из близкого окружения, а теперь, когда она все видит и слышит лично — девушка не может принять горькую правду. — Когда Мадара похитил тебя — я был очень зол, но все же решил воспользоваться ситуацией, я знал, что это самый лучший вариант избавиться от этого выродка. — Кивком указав на пепельноволосого, раздражительным тоном сказал Хацугава-старший. — Конечно, был шанс, что этот ублюдок плюнет на все, сбежит и бросит тебя, но нет. — Вскинув руки к верху, воскликнул мужчина, Норико слышала, как Хидан заскрипел зубами, но продолжал молчать, он не планировал встречу с «отцом» сейчас, он хотел все выяснить наедине, только не в присутствие Норико, ведь она может услышать то, что не предназначено для ее ушей, а если она все это узнает, то… — Кичиро-сан? — Неджи напомнил о себе, стоя на том же месте, держа катану наготове. Девушка только сейчас заметила Хьюга, казалось бы, что удивляться больше просто не возможно, но русоволосая не могла скрыть удивленный взгляд, которым она практически въелась в парня. Она хорошо знала этого парня, Неджи — старший двоюродный брат Хинаты, ее лучшей и единственной подруги. Неджи был всегда молчалив, когда девушка навещала подругу, поэтому Хацугава и не обращала на него особо внимание ранее, но знала точно, что парень всегда оберегает Хинату. «Неужели и он убийца? Как же так вышло?» — подумала Норико, смотря на меч в руках длинноволосого брюнета, которым был убит Учиха. По идеи она должна благодарить Хьюга за подобное одолжение, ведь не смотря на все добродушие, девушка ни сколько не жалела о смерти маньяка, но она не знала, друг он или враг? Благодарить либо бежать… — Неджи, можешь идти. — Приказным тоном сказал Хацугава. Парень покорно кивнул, и вложив катану в ножны, ушел. — Старик, — спокойно начал Хидан, когда Хьюга скрылся из виду, мужчина одарил его внимательным взглядом, показывая, что готов слушать. Норико поглядывала то на брата, то на отца, пытаясь понять мотивы последнего. – Ты, блядь хочешь сказать, что знал, где Нори, и, пиздец, ты мог… — пепельноволосый сжимая от злости кулаки, пытаясь сдержать внутреннего зверя, хотел договорить, но его перебила девушка, понявшая суть вопроса. — Отец, это правда?! — удивленно и зло одновременно воскликнула русоволосая, сделав решающий шаг в сторону отца-предателя. Она видела по взгляду Кичиро, что Хидан прав, и девушка еле сдерживая слезы, ждала ответа, хотя он был так очевиден. — Ты мог прекратить это в любой момент? Ты мог остановить тот ад? — стараясь не расплакаться, уточнила свой вопрос. Норико всегда была сильной девушкой, она редко плакала, на людях она всегда была сильной, только иногда, когда девушка оставалась одна, позволяла себе быть слабой, но сейчас, после всего того, что она пережила, Норико просто надломилась и если бы не Хидан, то точно бы сошла с ума. — Мог. — Тяжело вздохнув, ответил брюнет. Девушка не отрываясь смотрела в глаза отцу, пытаясь найти там сожаление, но так и не нашла, сейчас перед ней стоял тот Кичиро, который без зазрений совести отдал ее Учихам. — Он меня бил! — выкрикнула девушка. — Он пытал током! — Норико сорвалась, истерика охватила ее, и выйдя вперед, из-за спины парня, не вырываясь из хватки брата, а совсем наоборот, сильнее сжала, нуждаясь в его поддержке. — Я лежала связанная, на его кровати, и не трахнул он меня только благодаря моей сообразительности и бедной Сакуре, которая погибла, а спас меня не ты, а Хидан! — выкрикнула русоволосая, сжав руку парня настолько сильно, что Хидан недовольно поморщился, но для него это было пустяком, он настолько сильно был поражен решительностью русоволосой, что просто не мог ничего сказать. — А сейчас мы уходим, и ты пропускаешь нас! — твердо сказала девушка, сделав уверенный шаг в сторону лестницы, Хидан предусмотрительно остался на месте. — Нет. Ты пойдешь с Неджи, — сказал, как отрезал Кичиро. — А этот уродец останется здесь, — хищно оскалил белоснежные зубы, так что от этой улыбки у Норико пробежался холодок по спине, эта улыбка была куда страшнее оскала Мадары. — Я наконец-то закончу, то, что начал двадцать шесть лет назад. Норико совсем запуталась, она никак не могла понять ненависти отца к Хидану, поэтому девушка больше не могла это слышать, не выдержав неизвестности и непонимания. — Прекрати, отец! — выкрикнула девушка, она была очень зла на отца за все, что он сделал, но больше всего она злилась на него из-за Хидана. — Прекратить? Что прекратить? — искренне не понимая вопроса дочери, переспросил мужчина наивным голосом. Сам пепельноволосый просто стоял на месте, не вмешиваясь в разговор, он просто не знал, что ему делать дальше, из-за Норико его планы требуют небольшой корректировки. — Он же твой сын! Почему ты так говоришь о братике?! Почему? — Норико не могла подобрать слова, так как просто до последнего отказывалась поверить в то, что отец реально хочет убить сына. Хацугава видела, как лицо Кичиро искажается от отвращения, когда девушка говорила имя брата. Хидан молчал, и это тоже было странно. — Моя принцесса, — начал Кичиро, расстегнув пиджак, он его расправил так, чтобы Хидан понял, что рыпаться не стоит, особенно в его положение. Норико, как и пепельноволосый, увидела пистолет, и возможно он был не один. Почувствовав слабость, Хидан пошатнулся, облокотившись на стену, так как стоять становилось все сложнее и больнее, и с каждой минутой становилось все труднее и труднее, нога уже начала неметь, это еще хорошо, что русоволосая успела ремнем перетянуть ногу, чтобы брат от кровотечения не умер. Девушка гневно посмотрела на отца, подойдя к блондину ближе, показывая, что все еще на его стороне. — Не называй меня так! — огрызаясь, воскликнула девушка. — Слава Богу, этот ублюдок не мой сын, и не твой брат. — С призрением проговорил мужчина с сединой на висках. Норико после всего, что с ней происходило, немного тормозила, поэтому не сразу поняв смысл его слов, уставилась на отца удивленно-расширенными глазами, а потом, словно в замедленной съемке, повернулась к блондину и посмотрела на Хидана. Девушка была в большей растерянности не от оглушающей новости отца, ее больше поразила реакция брата, который по идеи должен был, как минимум удивиться от услышанного, но тот был совершенно спокоен, будто не услышал ничего нового. — В смысле? — переспросила русоволосая, снова взглянув на раздраженного отца, — как не мой брат?! — в который раз за последний день мир в глазах девушки перевернулся с ног на голову. — Сейчас, если язычник не против — я все расскажу, только сначала, доченька, отойди от него. — Было непривычно слышать с уст отца «псевдоним» брата. Хидан стоял, облокотившись о стену, поджав раненую руку, почувствовав в просьбе Кичиро свое превосходство, ухмыльнулся, так, чтобы эту улыбку заметил только мужчина. Хацугава все понял. Пепельноволосому не нужно было держать Норико, она сама никуда не собиралась отходить. — Нет. — Не смотря на то, что ответ девушки был очевиден, Норико все же сказала отцу свое мнение. Она не то, чтобы не отошла от парня, девушка наоборот стала перед ним, полностью заслоняя блондина собой, понимая, что отец вооружен, и при первой возможности он убьет Хидана. Девушка надеялась, что ее Кичиро не станет убивать, и не по тому, что он отец и любит ее, а по тому, что кто-то, кто стоит выше приказал оставить ее в живых, Норико старалась не думать о мотивах «босса» раньше времени, хотя это выглядели очень подозрительно со стороны. — Что ж… — пожав плечами, мужчина, несмотря на свое удивление на реакцию дочери, начал рассказ. В таком положение он не мог достать Хидана, а ведь у язычника есть все основания отомстить ему, убив девочку, только вот Кичиро думал так, как он бы поступил, совсем не понимая, что для пепельноволосого Норико дороже собственной жизни. — Было это давно. Двадцать шесть или двадцать семь лет назад, точно уж не припомню. Тогда только появилась наша организация, — мужчина сделал два шага в правую сторону, стараясь принять более выгодное положение, но Норико, предусмотрительно сделала шаги в ту же сторону, продолжая прикрывать собой брата. — Говори по делу, отец. — Раздраженно проговорила русоволосая, понимая, что Хидан не сможет долго держаться из-за сильного ранения. — Работала на нас одна женщина. Мастер убийств. Она делала все тихо и быстро, мастерски обходя видеонаблюдение, и никогда не оставляла следов. В общем, ценный сотрудник. Ее имя — Кейко Кагами. — Кичиро снова сделал паузу, как-то странно взглянув на парня, продолжил: — У нее были длинные пепельные волосы, — мужчина наслаждался, так как такого удивленного и растерянного Хидана он не видел. — И ярко-малиновые глаза. — Норико краем глаза взглянула на парня, ей так хотелось сейчас его обнять, поддержать, но для этого было не то время и место. — Ты так похож на эту чертову шлюху, только из-за этого стоит тебя убить. — Вернувшись на свое изначальное место, с ярой ненавистью проговорил брюнет с сединой. — Дальше! — прошипел Хидан, из-за спины доставая кинжал, который приберег на крайний случай, и показал его так, чтобы Кичиро понял, что шутки не уместны, намекая на то, что его драгоценная принцесса в опасности. — Ей дали задание — убить случайного свидетеля. Он был никем, пустым местом, но увидел слишком много, поэтому его нужно было убрать. Мацураси Шиничи, преподаватель в старшей школе. — Норико не сдержалась, и незаметно коснулась здоровой рукой руки парня, все же оказывая поддержку. Хидан вздрогнул от неожиданности, и удивленно уставился на русую макушку. «Как она может быть такой доброй ко мне, когда мой кинжал направлен ей в спину? ..»  — Впервые Кейко не справилась с заданием. Она соврала нам, представив ложные доказательства смерти профессора, а потом заявила, что хочет уйти. Уйти из Триады! — воскликнул раздраженно Хацугава, прищурился, заметив, что его дочь слишком сильно прижимается к парню, которого нужно убить. — Когда она получила отказ, то инсценировала свою смерть, искусно. Мы даже поверили все, и согласились с заключением экспертов. — Вздохнув, брюнет перевел дыхание, продолжая ходить перед своей будущей жертвой, стараясь выбрать самое удобное место для быстрого и точного выстрела, но русоволосая внимательно следила за отцом, не позволяя блондину открыться. — Ей следовало уехать в Мексику, или улететь на Луну, но… — размахивая рукой с пистолетом, причитал мужчина. — Кагами всегда была слишком самоуверенной дурой, как и ты. — Хидан стиснул зубы от ярости, ему не нравилось слышать правду, особенно в том виде, в котором преподносил Кичиро. — Наши люди обнаружили ее в Мияконодзё, префектуре Миядзаки, на окраине города в небольшом домике. Каково же было наше удивление, когда мы обнаружили Мацураси живым. — Хватит тянуть кота за яйца! Выкладывай все быстрей! А не то… — парень был зол, и взяв здоровой рукой кинжал, невесомо провел лезвием по волосам девушки, так чтобы Норико ничего не увидела, не смотря на всю ситуацию он не хотел еще сильнее пугать и не без того напуганную девушку. Кичиро все понял, продолжая свой рассказ:  — Я думаю, их удивление было намного сильнее, когда Кейко увидела меня в своей спальне. Все же Кагами была профессиональным убийцей, быстро убрала пятерых наших, прежде чем наши люди притащили Мацураси. Самое главное правило в преступном мире — не привязывайся к своей жертве. — Лукаво произнес брюнет, заметив некую странную осторожность по отношению к Норико, но брюнет не стал пока на этом зацикливаться. — Они оба держались стойко, пока комнату не заполнил детский плач. — Норико поджала губы, страшась услышать конец истории. — Ты так истошно кричал, я никогда не видел ее такой испуганной. Кейко успела спрятать тебя в нише полов, но тебя не сложно было найти. Она так сильно молила нас не убивать тебя, что даже согласилась на мои условия. Мне не пришлось руки марать. — Чем дальше заходила история, тем кровожадней была интонация Кичиро, он по-настоящему наслаждался той моральной болью, что доставлял блондину одними своими словами. — Неужели тебе не интересно, что было дальше? — игриво, издеваясь, спросил Хацугава, пытаясь вывести язычника из себя, чтобы тот сделал ошибку. — Очень, блядь. — Прижимая больную руку, которая из-за перетянутой раны, начинала неметь, как и нога. — Мне же надо знать, как тебя убить, сука! — вполне уравновешенно сказал пепельноволосый, что немного разочаровало брюнета, он ожидал реакцию агрессивней. — Когда она стала молить не убивать тебя, я дал ей выбор: либо твоя жизнь, либо жизнь Мацураси. Как ты понимаешь — ответ очевиден, твоя мать убила твоего отца, после чего перерезала себе глотку. Я выполнил свое обещание: я не убил тебя, а зря… я надеялся, что годовалый ребенок сдохнет, захлебнувшись в лужи крови родителей, но нет, блядь! — мужчина сорвался, он перестал сдерживать себя, срывая с себя маску приличного человека, представ перед дочерью простым убийцей. — Живучий, сука! Хитоми очень сильно хотела иметь детей, но у нас ничего не получалось, она нашла ребенка, которого хотела усыновить, полюбив его с первого взгляда. Ты не просто выжил, ты влюбил в себя мою жену, и я ничего не мог с этим поделать, слишком сильно Хитоми любила тебя, и только из уважения к ней, я не убил тебя сразу после ее смерти. Норико не видела лица Хидана, она даже представить себе не могла, что чувствует человек, узнав нечто подобное о себе и своих родителях. Пепельноволосый был зол, но девушка сейчас была куда злее. Она не могла поверить в то, что отец такое животное, он так спокойно рассказывал об убийстве, словно сделал что-то обыденное, повседневное. — То есть, Хидан — мой сводный брат? — прикрывая парня собой, спросила Норико, теперь девушка окончательно убедилась, что Кичиро ничего не остановит от убийства того, кого он хотел убить в течение двадцати пяти лет. — Да. — Устало проговорил мужчина, в его голосе слышалось раздражение. — А я твоя родная дочь? Или может моя история еще ужасней? — с нескрываемым сарказмом уточнила русоволосая, ведь теперь она ни в чем не была уверенна. — Хм… — улыбнувшись, мужчина продолжил: — Ты моя дочь, и то что ты сейчас себя так ведешь, независимо, подтверждает наше родство. Как бы то ни было, но ты — дочь убийцы и тебе с этим жить. Я уверен, что ты сейчас примешь правильное решение. — Подзывая рукой, сказал брюнет, но девушка не двинулась с места, проигнорировав слова отца, погрузившись в свои размышления по поводу услышанного. Сделав глубокий вдох, Норико краем глаза взглянула на пепельноволосого, тот, молча, смотрел на Кичиро, изучая его, или же пытаясь запугать решительным взглядом. Парень не выглядел удивленным, именно это настораживало русоволосую, но она не хотела делать каких-либо поспешных выводов, не разобравшись во всем до конца. — Вот это новость, так новость… — рассуждала девушка вслух, поглядывая на «брата». — Как-то неожиданно, однако… наверное, я даже рада… — практически одними губами говорила девушка, так, чтобы только тот, кому предназначались эти слова услышал ее. Хидан все слышал, только продолжал молчать, он не знал, как она отреагирует, узнав всю правду до конца, а Кичиро, судя по всему, не останется в долгу, обязательно расскажет все и не в самых лучших тонах. Норико действительно испытывала облегчение, узнав новость, ведь она полюбила Хидана по-настоящему, даже не подозревая, что способна так любить, и теперь она знала, что у них могут быть самые настоящие отношения, которые не придется скрывать. Обернувшись русоволосая заметила, что с парнем что-то не так, его взгляд был чужим, холодным и… смертельным. Это был совершенно другой Хидан, тот парень, что отсидел в тюрьме, тот, что убивал и пытал людей, тот, что убьет, не задумываясь, если он так захочет. Холодок пробежался по спине, но девушка отказывалась верить своей интуиции, продолжая убеждать себя в том, что Хидан хороший и не обидит ее, но факты говорили о другом. Она насторожилась, что-то было не так. Он продолжал смотреть сквозь нее, словно Норико просто нет. — ТЫ знал?! — практически шепотом спросила девушка, хотя это было больше похоже на утверждение, как же она сама не поняла все раньше… — Тварь, ты ничтожество!!! И я заставлю тебя страдать, сука. За все, что ты сделал с моими родителями, за все, что ты сделал со мной! — проговорил парень, прижав к себе Норико крепче, так чтобы она не могла вырваться, хотя она и не пыталась бежать. Хидан обхватил пленницу рукой за шею, зафиксировав ее так, чтобы она прикрывала его, девушка с трудом могла понять, что происходит, она слышала только свое сердцебиение, глухим звуком, эхом отбивающим в висках. — Ты ее любишь… своеобразно конечно, но любишь… — лукаво произнес парень, и русоволосая почувствовала на щеке касание холодного лезвия, девушка неосознанно дрогнула, но это было больше не от испуга, а от резкой боли, которой резануло что-то в груди. — Она так похожа на Хитоми… — Норико больше не узнавала в голосе говорящего того, кого она полюбила. Он был чужим, и хуже всего в этой ситуации, то, что девушка не знала, когда Хидан был настоящим: в клубе, когда говорил, что никому не позволит обидеть ее, или тот, кто сейчас стоит за спиной, используя ее, как бронежилет. Боль. Пустота. Как она могла быть такой наивной? Как она посмела забыть, о том, кем он всегда был? Нет… она не забывала, никогда… Норико просто не верила, что человек, которого она полюбила способен на нечто страшное. Теперь все стало на свои места. Месть. Простая месть. С самого начала все было ради мести. Хотелось смеяться, истерика просто охватывала сознание, и теперь, когда больше нет той опоры, за которую она так усердно цеплялась, пока была в лапах маньяка, а сейчас эта самая «опора» норовит раздавить собой. — Отпусти ее. — Словно обухом по голове, прозвучал голос отца, вырывая русоволосую из собственных раздумий и мыслей, которые заполоняли голову без остановки, угрожая взрывом мозга. — Один на один, это будет честно. — Встревожено проговорил мужчина, привлекая внимание дочери, которая была удивлена больше Хидана таким внезапным беспокойством отца. — Норико, солнышко, я же говорил, не связывайся с ним. — Русоволосая заметила, как Хацугава-старший стал делать незаметные шаги в сторону, чтобы ему открылся вид на незащищенный бок пепельноволосого, но Норико все видела, и несмотря на лезвие кинжала, которое оцарапало кожу на щеке, оставив кровавый след, девушка передвинулась так, чтобы продолжить быть щитом. — Папа, отпусти его… — пустым голосом проговорила девушка, у нее не было больше сил бороться с жизнью и несправедливостью, да и особого желание тоже не было. Хидан заметил изменения в голосе девушки, он знал, что это неизбежно, готовился к этому повороту, но все оказалось куда сложнее и больнее даже для… ему нужно было продолжать, не смотря, ни на что. — Доченька, он все спланировал давно. Еще в тюрьме он придумал план мести. — Норико смотрела на отца пустыми глазами, не было слез или удивления, не было ничего, ни ненависти, ни сожаления — ничего… кромешная тьма поселилась в душе русоволосого ангела. Кичиро всегда любил дочь, да, он не был святым, он убивал, и даже после свадьбы с Хитоми, он продолжал свою основную деятельность. Но, не смотря на все его минусы, Кичиро всегда любил дочь, она была его маленькой принцессой, ангелочком, который смотрел на него сверкающим взглядом, полным любви и доверия. Когда жена умерла, Норико для него стала единственным человеком, которого он любил. Девочка росла, постепенно превращаясь во взрослую девушку, но для него она всегда оставалась ангелом, даже повзрослев, она продолжала смотреть на него с любовью и нежностью. Ему пришлось пойти на жертвы, но только он сам знает, каких усилий пришлось приложить, чтобы оставаться отстраненным, только так он мог гарантировать, что Норико останется жива. Так было нужно, но сейчас он не узнает свою принцессу, она больше не та девочка, с жизненной искрой в глазах, теперь она больше походит на пустую куклу, подобна тем, что «делал» Мадара. — Пойми, доченька, когда я узнал о планах язычника, то постарался опередить, и «заказал» его. — Кичиро, говоря, смотрел на Хидана, он готов был убить парня в любой момент, по взгляду пепельноволосого тяжело было что-то понять, он был как всегда полон желания убивать, только мужчина не подозревал о мотивах приемного сына. – Все, что он тебе говорил — ложь, единственное, что его интересовало — месть мне. — Месть… — ухмыляясь, прошептала девушка вслух, словно пробуя на вкус, — месть… — повторила она уже громче, продолжая смотреть пустым взглядом сквозь отца, она не заметила, как парень, продолжающий держать ее, дрогнул, услышав ее голос. — Месть! — истерически воскликнула Хацугава, еле сдерживая смех, который разрывал ее изнутри, а на глаза наворачивались слезы. — Просто месть… — девушка больше не сдерживала себя, смеясь громко, не останавливаясь, а по щекам текли слезы, это Хидан понял, когда его рука стала мокрой. И Кичиро, и Хидан молчали, они оба были настолько поражены реакцией Норико, что просто не знали, как реагировать. Истерика продолжалась недолго, но этого хватило, чтобы пепельноволосый понял, что он сломал ее, сломал окончательно ту, которая всему силами держалась в плену садиста, не сдаваясь, которая боролась до последнего и верила… она верила в него, а он… он простой убийца, ничем не лучше того, что бил и пытал ее. — Ведь он не врет? — сказала девушка, как бы спрашивая, пустота в ее голосе была острее любого клинка, изрезая душу Хидана, о существование которой парень до этого момента и не подозревал. Она знала ответ заранее, и он знал, что она знала. — Не врет. — Врать больше не было смысла, вообще жизнь для парня больше не имела особого значения. — Найти тебя не составило труда, я надеялся, что твои родственные чувства окажутся сильнее, чем чувство правосудия. Это же просто пиздец, ведь так оно и случилось. К тому же мне так подфартило, не могла же ты отказать в помощи своему раненому братику… — Норико не заметал, что голос Хидана изменился по сравнению с тем, каким он был пару минут назад. — Ты всегда была маленькой наивной дурой, это позволило мне отлежаться в тылу своего врага. — Поглаживая волосы девушки лезвием ножа, парень, крепче прижал ее тело к себе, обхватив рукой за талию. — Пока Кичиро меня искал, я подбирался ближе… — прошептал блондин так, чтобы его услышала только русоволосая, обдавая горячим дыхание левый висок. — Ты такая предсказуемая… — продолжил нашептывать парень заложнице на ухо, он не хотел, чтобы их разговор услышал Кичиро. — Стоило оставить записку с просьбой не вмешиваться, как ты бросаешься во все это с головой. Саске очень хорошо подыграл мне, и ты сделала правильный выбор. — А что если бы я выбрала другой путь? — Норико догадывалась, каким будет ответ, но все же она хотела услышать версию «брата», в глубине души все еще надеясь найти его действиям и поступкам оправдание. — Он бы увел силой. — Ответил Кичиро за него. Хидан промолчал, пытаясь взглядом убить «отца». — А все остальное… то, что было в ночь… побега? Тоже… часть мести? — делая паузы между словами, осторожно спросила русоволосая, так, чтобы отец не прознал о событиях той ночи. Язычник замешкался, он надеялся, что этот вопрос не прозвучит, так как он не знал, что ответить. Зачем убийце вообще нужно что-то рассказывать своей жертве? Зачем же Хидан рассказывает все Норико? Ответ прост. Он давно хотел рассказать ей правду, истину, которая точно бы напугала девушку, но посвятить ее во все тайны он планировал после того, как это закончиться. Он бы рассказал, как все спланировал, как начал воплощать план в жизнь, и как потом все его планы рухнули, когда он понял, что Норико для него не просто средство мести и манипуляции врага, она была для него большим. Теперь она знала большую часть правды, и узнала русоволосая из уст врага, и теперь его Нори вряд ли поверит ему, для Хидана важно было одно, рассказать ей свою версию, свои причины. Он чувствовал, что больше не представиться возможность все поведать, поэтому он делает это сейчас, пользуясь тем, что она его заложница. — Тогда ты знал, что мы не родные? — не дождавшись ответа на первый вопрос, девушка задала следующий вопрос, загоняющий Хидана дальше в беспросветную пропасть. Голос пленницы был пустым и равнодушным, и вопрос звучал, как утверждение. Норико поняла, что Хидан знал все в тот самый момент, когда даже глазом не моргнул, услышав слова Кичиро. Слова девушки резали его сердце без ножа, заставляя кровоточить раны на душе сильнее, чем правда о смерти родителей. — Не знал… — глухо сказал блондин. — Я подозревал о том, что мы не родственники с того момента, когда Кичиро сделал все, чтобы засадить меня надолго. Когда, спустя пять лет я тебя снова увидел, решил проверить все, оказавшись в твоем доме, я взял образец для анализа, к моменту побега, результатов не было, — парень, сдерживая хрип боли, наклонился немного вперед, чтобы губами касаться не только виска, а еще и ушка с щекой, — иногда так тяжело сдерживать свое желание, Нори. — Хидан говорил, еле шевеля губами, а когда произнес имя девушки, у обоих пробежали мурашки от макушки до пят. — Особенно, когда рядом такая сексуальная куколка… — пепельноволосый сильнее сжал руку, которой придерживал Норико, прижимая ее спиной к своему раненому телу, показывая ей, что и сейчас его желание достаточно сильное. Девушка сглотнула, не зная бояться его, либо все же довериться. — Твое любопытство доставило мне много проблем, хотя… — выпрямляясь, скривившись от боли, парень перенес большую часть веса на здоровую ногу. — Моя мышка поймала две крупные кошки в мою ловушку… — с насмешкой в голосе говорил пепельноволосый, разбивая сердце Норико окончательно. — Все была ложь? Все твои слова фарс и брехня… — говорила девушка, ей хотелось плакать, но слез не было, да и не могла она позволить ему еще раз увидеть ее слезы. Хидан не стал ничего отрицать, не было смысла, она все равно не поверит, да и зачем все это сейчас, все равно ему осталось жить максимум час, он знал, что Кичиро не даст ему уйти, да и сам Хидан не хотел больше бежать, надоела ему такая жизнь. — Все, что я тебе говорила — правда, и ничего не изменилось. Моя любовь к тебе не зависит от твоих слов или поступков. — Тяжело вздохнув, проговорила девушка, она давно хотела это сказать, но боялась произносить вслух эти слова, ведь тогда все это станет реально. — Я все равно не хочу жить… — равнодушно добавила Хацугава спустя минуту тишины. Хидан был сломлен окончательно, он просто не мог поверить в то, что его можно любить, он не знал, как Норико все еще может испытывать сильные чувства к нему после всего, что она узнала, после всего, что происходило по факту из-за него. Кичиро услышал слова дочери, и испугался, он все понял по ее лицу, мужчина догадался, о какой любви идет речь, но сейчас было не время удивляться, сейчас он должен был показать ей другую сторону парня, чтобы она изменила свое решение. — Доченька, дорогая, ты не все знаешь о нем. У этого человека на счету больше смертей, чем у меня и Данзо вместе. Он убивал, насиловал, он пытал не только мужчин. Его нельзя любить, ты не можешь любить такого монстра. — Кичиро искренне верил в свои слова, но на девушку они не произвели никакого эффекта, она только горько улыбнулась, чувствую, что новая волна истерики вот-вот накатит ее с головой. — Я знаю, отец, знаю все. — Посмеиваясь, проговорила русоволосая. — Все знаю. — Повторила зачем-то еще раз девушка, вспоминая ту информацию, которую достал Гаара, и которую она так боялась читать, страшась узнать правду. Все же она прочитала тогда файл » Хидан Хацугава», правда отказывалась верить в написанное, но прочитала все. — Хидан Хацугава, рожденный второго апреля 1989 года, хотя я теперь не уверена, что это его настоящая дата рождения, — с сарказмом проговорила девушка ледяным тоном. — Впервые был привлечен в 2003 году за хулиганство и нанесение легких телесных трем старшеклассникам, третьегодкам, после этого стал агрессивным, часто вступал в перепалки с учителями и своими одноклассниками. Впервые убил парня в шестнадцать, за то, что тот что-то не так сказал, но доказательств не было, поэтому не привлекли, но полиция стала наблюдать за ним, как и мафия. Ежемесячно он стал улучшать свое мастерство, пытался найти себя и свой стиль, и только на десятой жертве он стал использовать подобие ритуального жертвоприношения, а в качестве орудия убийства использовал заостренную трубу, в виде копья. Спустя еще десяток убитых, стали пропадать легкодоступные женщины, их, конечно, не искал никто, но через время некоторые из них были найдены закопанными в лесах в районе города Кайнан в префектуре Вакаяма. В восемнадцать Хидана и его способности заметили «Акацки» и с помощью шантажа, я так понимаю, — пожав плечами, продолжила Норико совершенно спокойным тоном рассказывать преступную биографию «брата». — Сделали членом организации и после этого его «работа» стала более мастерской, и чистой, к тому же организация подчищали все следы, и полиция и Интерпол просто не могли выйти на него. Тяжело назвать точное количество трупов, так как в организации он был спец по массовой зачистке ненужных людей, если необходимо было припугнуть высшие чины. Русоволосая замолчала, она чувствовала, как хватка парня, до этого держащая в крепких объятиях, слабла. Хидан знал отлично свою биографию и историю становления монстром, и раньше он гордился своими подвигами и заслугами, но из уст ангела все звучало иначе. Он, словно очнулся ото сна, и понял, что вся его жизнь с самого рождения была фарсом. Он не должен был родиться, он не должен был выжить, и он не должен был становиться убийцей, повторяя злую судьбу матери. Это была карма. Пришло время заплатить по счетам, пепельноволосый знал, что ему больше незачем жить, ведь если бы не было его, то Нори, его ангел, девушка, которая верила в его невиновность и боролась за него, которая до последнего стоит и прикрывает грудью от смерти, жила бы своей жизнью, встретила бы парня, нормального парня, полюбила его, вышла замуж и родила бы много детей. Противно. Противно осознавать, что ты ничтожество, и ты сломал жизнь человеку, любимой, одним только присутствием. Лучше бы если бы его не было совсем… — так считал Хидан, но Норико не была с ним согласна. — Как не странно, но Хидана вряд ли бы поймали, если бы Триаде он не помешал чем-то. То, что он не убивал Норикава, я знаю точно, так как видела запись убийства, и я верю Даики, она, как агент Интерпола под прикрытием. — Норико, выдавая подобную информацию, не подозревала о том, что Хидан и отец понятия не имели о настоящих мотивах Даики, ведь Мадара так и не смог расколоть девушку, и она не призналась, оставив в тайне свое задание. — Она под страхом разоблачения верила только ему, а это о многом говорить. — Ты откуда знаешь о Норикава? — холодно спросил отец. — Хм… это наследственное, уметь находить правду. — Уклончиво ответила девушка. — Солнышко… — Кичиро, стал подзывать дочь к себе, и Хидан увидев это решил впервые в жизни поступить правильно, сделать что-то не для себя, а для любимого человека, поэтому он убрал руку с талии, и опустил кинжал, позволяя русоволосой уйти, но в планы Норико это не входило, она знала, что ждет Хидана в случае, если она отойдет хоть на полметра, а смерти его девушка бы точно не пережила, она бы не смогла этого вынести, поэтому никуда не собирается уходить, прижавшись к парню спиной. — Как только я сделаю шаг в сторону, ты убьешь его. — Спокойно пояснила свое поведение девушка, поймав на себе удивленный взгляд отца. Хидан был в замешательстве. Парень отпустил ее, пусть идет и живет своей жизнью. Почему она все еще рядом? Почему по-прежнему прикрывает собой от смерти? Ведь он предал ее… он врал… с самого начала врал и использовал ради своей цели…, но Нори зная правду, продолжает стоять, даже не думая бросать его одного на растерзание случаю. — Сейчас Хидан ранен, и его движения не такие быстрые, ранение не позволит быстро уклониться. Я прекрасно знаю кто он, он убийца, как и ты, но я все равно люблю его… однако, любовь зла… — улыбнувшись горько, девушка бросила беглый взгляд на парня, а потом снова продолжила следить за отцом. — Я для себя все решила, его смерть я не переживу, поэтому, если ты не отпустишь нас, тебе придется сначала убить меня. Хидану было больно слышать подобное признание, он понимал, что своими руками он практически убил ее, она не отойдет сама, даже если он попросит, она этого не сделает, в этом пепельноволосый был точно уверен, он успел хорошо ее изучить. Был только один способ избавить ее от себя, и взяв нож удобней здоровой рукой, прикрыв глаза прошептал: — Прости, Нори… — девушка поняла смысл его слов, когда с силой летела в противоположную сторону возможной линии огня. Норико упала недалеко от трупа Мадара, и не успела девушка повернуть голову, как раздались три выстрела, и словно эхом она слышала падение гильз на пол. Поджав больную руку, она с замиранием сердца, словно в замедленной съемке, повернула голову и увидела, как Кичиро уронил пистолет, а в его правой руке, чуть выше запястья торчал тот самый кинжал, который Хидан держал на крайний случай. Мужчина, выругавшись себе под нос, присел и подхватил пистолет левой рукой, снова нацелившись на Хидана. Время остановилось, и больше не подчинялось ей, девушка видела, что Хидан сильно ранен, он полулежал, облокотившись спиной о стену, которая была вымазана его кровью, парень тяжело дышал, Норико даже с такого расстояния слышала тяжелые хрипы, она видела кровь, стекающую по подбородку, и багровая лужа под парнем тоже росла очень быстро. Норико увидела улыбку на его лице, это была не ухмылка, как раньше, а настоящая добрая улыбка. Она не могла остановить поток слез. Она не могла допустить, чтобы отец закончил то, что начал, поэтому девушка судорожно стала осматриваться в поисках чего-либо, что позволит остановить отца. Кичиро был правшой, поэтому, чтобы попасть левой рукой, он стал подходить ближе, ведь нет ничего проще, чем добить беззащитного умирающего. Для Норико все было предрешено, и словно в тумане девушка нащупала пистолет Мадары, который тот обронил, она не знала, заряжено оружие или нет, но другого выбора у девушки не было. — Прости… — прошептала Норико, прицелившись, она закрыла глаза. — Прости меня, — еще раз прошептала девушка, плавно нажав на курок, на удивление руки даже не дрожали. Раздался один выстрел, оглушая стрелка, и Норико не могла остановить слезы, которые продолжали бежать по щекам. Пистолет выпал из дрожащих рук, она не могла заставить себя посмотреть вперед, на результат выстрела. Прошли долгие секунды прежде, чем русоволосая нашла в себе силы поднять взгляд с дрожащих рук в ту сторону, где был отец и Хидан. — Нори… ко? — хрипя и захлебываясь собственной кровью, не сводя с девушки предсмертный, удивленный взгляд Кичиро спросил сам себя, не веря своим глазам. Мужчина тут же упал на колени, выронив пистолет из рук, ухватившись рукой за кровоточащую рану на шее. Кровь фонтаном хлыстала из раны, Норико попала в сонную артерию, приговорив его к смерти. — Я же сказала, я не смогу жить без него. — Обреченно пожав плечами, ответила девушка. Теперь ничего нельзя изменить, Норико убила отца, и ей жить с этим остаток жизни, но ее сейчас это не волновало, девушка больше переживала об убийце, который использовал ее, но и это сейчас было не важно. Хацугава не могла пошевелиться, тело отказывалось слушаться хозяйку, парализовав от страха. Кичиро узнал взгляд дочери, такой же решительный, не терпящий возражение, такой же он видел в отражение зеркала и понял, что просчитался. — Прости, отец. — Одними губами прошептала девушка еще раз, начиная покачиваться, чувствуя, что истерика выходит из-под контроля, овладевая сознанием. Глаза брюнета медленно закрылись, и Кичиро упал на пол, издав глухой стук. Он был мертв, а лужа крови под ним все еще продолжала расти. Хидан, который был готов умереть от пули в лоб, только чтобы Норико была свободна от него, от мира убийц, не ожидал, что все произойдет ровно наоборот. Парень не мог ничего сказать, он не мог никак понять, что произошло, блондин мог только наблюдать, как Кичиро, истекая кровью, упал на пол, издав последний вздох. Язычник много лет мечтал о том, как нажмет на курок и заберет жизнь того, кто испортил его жизнь, но Хидан никогда не думал, что ангел, его ангел способна на подобное. Она только что убила человека, она убила своего родного отца ради него, русоволосая своими руками оборвала свои белоснежные крылья, и теперь ей нет дороги обратно, в рай. Девушка сидела, часто покачиваясь, она тихо плакала от того, что сделала. Норико понимала, что нет другого выхода, но от понимания этого факта душевная боль слабее не становилась. Было очень больно от того, что отец вынудил ее пойти на крайнюю меру. Ногу Хидан почти не чувствовал, так же, как и левую руку, Кичиро все же ранил его в бок, возможно задел легкое, было трудно об этом судить в подобном положение, но парня начал сильно раздражать металлический привкус собственной крови. Дышать становилось сложнее и сложнее с каждым разом, последующий вдох забирал много сил, а вместо слов, которые парень пытался проговорить, выходили только хрипы. Хидан, приложив руку к боку, зажав рану, временно останавливая кровотечение, пытался ползти к сгорбленной фигуре своей спасительнице. Он ей нужен сейчас, он и только он, а она нужна ему, ведь умирать на руках любимой девушки куда приятней, чем скачуриться одному в подворотне, хотя как раз умирать сейчас совсем не хотелось, ему бы прожить всю жизнь с ней, если, конечно, Нори сможет находиться с ним рядом после всего. Судьба сыграла с ним злую шутку: он выживал, когда хотел умереть, и умирает, когда хочется жить. — Нори… — прошептал пепельноволосый, оказавшись в полуметре от девушке, ему не хватало сил доползти, парень чувствовал, что теряет сознание, слишком много крови он потерял, и все еще продолжает терять, в глазах темнело и он уже с трудом мог рассмотреть черты заплаканного лица девушки, любимой девушки, до последнего цепляясь за остатки сознания, не отпуская из своей крепкой хватки жизнь. Уронив голову на девичье плечо, Хидан выдохнул облегченно, ощутив родное тепло, он не знал, что нужно говорить в таких случаях, так как сказать «спасибо» даже он не мог, ведь Норико убила отца… ради него.  — Прости… — прошептал блондин, каждое слово отдавалось дикой болью в груди, но он не боялся боли, Хидан знал, что должен сказать это сейчас, так как потом просто не будет возможности. — Прости… за то, что втянул… Норико все это время находилась, словно в трансе, и пришла в себя, когда услышала очередной приступ предсмертного кашля Хидана слишком близко, и только потом в полной мере почувствовала его, парень обнимал ее, но его тело не грело девушку, его руки начинали леденеть, и именно это вернуло Хацугава в реальность. — Хидан. — Русоволосая бережно положила голову «брата» себе на колени, обеспокоено осматривая повреждения парня. — Ты как? — все же спросила девушка, хотя ответ был очевиден, раны были очень серьезные, и без срочного хирургического вмешательства у парня не было шансов на выживание. — Не знаю, — сильно закашлявшись кровью, ответил парень. Норико испуганно смотрела на бледное лицо Хидана. Она любит его и не хочет потерять, только не теперь, когда так много «заплатила» за эту любовь. — Молчи! — воскликнула девушка возмущено. — У тебя пуля в груди где-то, скорей всего попала в легкое. Тебе нужен доктор. — Обреченным голосом проговорила девушка, практически шепотом, и встретив такой же обреченный взгляд парня, добавила, еле сдерживая слезы: — Просто нужно срочно обработать раны, вытащить пули, зашить и перевязать. Хидан хорошо знал о своем плачевном положение, и если бы не Норико, то давно смирился с исходом, но ее боль во взгляде, слезы — не давали парню уйти на тот свет, он не может оставить ее в таком состояние одну, она нуждается в его защите, ведь Норико все еще его маленькая девочка, ангел. Смахнув слезы, русоволосая аккуратно уложила голову пепельноволосого на пол, и пулей сорвалась с места, побежав куда-то в комнаты. Хидан заметил, как девушка остановилась возле тела Кичиро, замерев на секунду, а потом, переступив через труп, пошла в какую-то комнату. Норико, забежав в спальню Мадары, сожалеющее посмотрела на розоволосую, а потом, схватив уцелевшую бутылку с виски, что стояла на тумбочке, заскочила в ванную, не глядя, схватила полотенца, и выгребла все, что было в аптечке. Время перебирать лекарства у девушки не было, поэтому она снова быстро направилась к Хидану, так как каждая секунда может стать последней. Хидан старался не терять сознание, но это было проблематично, он стал видеть еще хуже, теперь он видел только очертания объектов, но Норико, приближающуюся к нему он узнал по расплывчатой фигуре. Девушка обеспокоенно нависла над парнем, быстро разорвав окровавленную футболку, русоволосая приподняв голову, с силой влила алкоголь в почти бессознательное тело, он закашлялся, не в силах проглотить много жидкости сразу. — Осторожней, пей… пей еще, — приговаривала Хацугава, поглаживая парня по голове, он смотрел на девушку и видел отчаянную решительность, а она видела в его взгляде только сожаление и прощание. — Нори… не на… — пытался остановить девушку от бессмысленных попыток, как ему самому казалось, но она отказывалась его слушать, не дав договорить, сунула горлышко в рот, силой вливая еще спиртное. — Заткнись! И пей! — еле сдерживая новый поток слез, практически прокричала русоволосая, отрицательно помахав головой. Она не позволит ему прощаться с ней сейчас, поэтому даже не собиралась его слушать. — Я собираюсь доставать пули, так что пей! Ты! Не смей умереть! — плеснув спиртное на рану, Норико обработала тем же виски обе руки, и здоровой рукой взяла пинцет из аптечки, прикрыв глаза, вздохнула, и  на выдохе пролезла в рану. Хидан привык к боли, его смело можно было называть мазахистом, но все же, когда тебе засовывают пинцет в легкое, становиться нереально дышать. Несколько минут Норико пыталась нащупать пулю, и когда она все же нашла кусок сплющенного металла — резко дернула на себя. Одну пулю она достала, но была еще одна. Плеснув на рану еще виски, чтобы прижечь, и немного остановить кровотечение, русоволосая снова полезла за пулей. Как и предполагалось, кровотечение усилилось, ей нужно было действовать еще быстрее, необходимо было срочно зашивать раны. Как и думала Норико, в аптечке маньяка было все необходимое, она нашла гепарин в ампулах, и это могло кардинально повлиять на спасение парня в положительную сторону. Избавившись от второй пули, девушка быстро вколола лекарство, и только тогда принялась наспех зашивать. Опыта по накладыванию швов у Норико не было, но в колледже говорили, что это не сложнее, чем заниматься шитьем, поэтому представив, что мышцы и кожа язычника это простая ткань, русоволосая принялась накладывать швы. Хацугава даже не удивилась, что у Мадары в аптечке были кетгут и специальная игла. Руки дрожали, Хидан продолжал тяжело дышать, а его сердцебиение становилось слабее и слабее. — Нори… — прокряхтел пепельноволосый, на что Норико снова не дала ему ничего договорить, даже не взглянув на лицо парня, продолжила оказания первой помощи. — Не отвлекай! Не разговаривай! У тебя вместо легкого фарш, — проговорила девушка недовольно, она не глядя на Хидана, поняла его прощальный тон, он хотел попрощаться, но она не позволит этому случиться, не сейчас. — Я ради тебя отца убила, так что ты просто обязан выжить, я еще жду твоих объяснений! — сквозь боль улыбнулся Хидан, вот это была его Нори, упертая и властная. Что ж… он будет только рад, если у него представиться возможность все объяснить, он обязательно все ей расскажет и вымолит прощение за свою ложь. — Прости… Закончив зашивать, Хацугава осмотрела парня. Он все еще жив, и это хорошо, но ему однозначно нужен врач. Перевязав рану, Норико разрезала джинсы, она собиралась обработать и остальные раны, резкая колющая боль в шее ее отвлекла, и девушка не успела ничего понять, как в глазах потемнело, а тело стало тяжелым, совсем перестав слушаться, последнее, что она почувствовала это не падение на пол, как предполагалось, а легкость. Хидан был без сознания, но сквозь темноту он чувствовал, что Нори нет больше рядом. «Неужели, я умер?» — звучали мысли в темноте сознания, ее не было больше рядом, вокруг было темнота и пустота, затягивающая его в себя.