Одна из нас

Резкий поворот и яркие лампы столовой жгут глаза, заставляя мужчину растирать лицо. Сквозь пальцы он расплывчато видит фигуру возле кухонной плиты. – Эй, – говорит Джеймс Вега. – А не поздно ли сейчас для этого? Эшли Уильямс поворачивается в его сторону. Она не отвечает ничего. – Или это твоё тайное хобби? – мужчина подходит ближе. Он замечает, что женщина не чурается готовить прямо в своей броне. Уильямс сжимает в руках вилку и лоток яиц. Яркий свет выделяет мешки под глазами, несколько пятен грязи на щеке. – Ты не поверишь, – говорит Уильямс. – Семь часов без еды и не такое могут сделать. Женщина разбивает два яйца в шипящее масло. – Судя по тому как вы поздно швартуетесь там было не очень весело, да? – Вега устраивается удобнее за её спиной. – С одной стороны да, – женщина соглашается. – Это лучше чем коротать дни в больничной палате. – Звучит как-то пессимистично, – Вега облокачивается на мойку с грязной посудой. – Я говорю как есть, – Уильямс идет к холодильнику. Джеймсу видно кровавый развод на её спине. Следом за ним синяя броня сильно поцарапана. – Не понимаю, как вы могли съесть столько всего. Холодильник пустой, – Уильямс открывает дверцу и садится, а он не может разглядеть деталей. – Странно, на ужин подавали вчерашнее дерьмо. Мне кажется его толком никто и не ел, – Джеймс следит, как женщина возвращается к плите. Эшли гримасничает от боли. Он может представить, как каждая мышца в её теле ноет, сопротивляется. – Надо дать намек Эстебану. Пара ящиков провизии кораблю не помешает. – Надо бы, – соглашается Уильямс. Мужчина замечает, что женщина ссутулилась. – А что Шепард делала в этот раз? – Вега переводит взгляд на собственные ботинки. – Сегодня на Тучанке вела переговоры с Рахни, – Уильямс стоит над ужином, поддевая его вилкой. Горячее масло потрескивает. Вега выуживает посудину из мойки и протягивает. – Спасибо, – Уильямс принимает. – Хотела спросить, лейтенант. Правда ли, что Тали пострадала на Раннохе? Её ходили проведывать сегодня утром. Чаквас выгоняла всех взашей, – Уильямс наполняет пластмассовый лоток едой. – А, это, – Джеймс потирает шею. – Да, Огонек поцарапался, когда брали башню. Расстроилась, что от неё было мало толку и по дороге стала раздирать дырку в костюме. Мы с Шепард маленько офигели, – он говорит со слабой улыбкой. – Я её потом как мог развлекал. Уильямс устало кивает. Космопех не уверен, слышит ли она его вообще сейчас. Женщина откидывает за спину густые, темные волосы, поворачивается к нему с вопросом. – Огонек? – она поднимает темную бровь. – Я думал ты уже в курсе моих привычек, – Вега неловко водит плечами. – Мне так человека легче запомнить. – Да, помню. В курсе, – Уильямс натянуто улыбается. – Хотя я не придумал пока, как называть тебя, bebé, – Джеймс наклоняет голову и окидывает женщину взглядом. – Не надо меня никак называть, – она говорит грубее, чем следовало. – Как скажешь, compañera. Это дружески. Я не настаиваю, – Вега разряжает ситуацию. Уильямс устало смотрит, горячий дым поднимается из сосуда в её руке. – Так что там Шепард и Тучанка? – он продолжает диалог. – Шепард говорила с королевой Рахни, – женщина повторяет, будто объясняет ребенку. Женщина стоит боком и держит тарелку, поглядывая в сторону обеденных столов. Она не уверена идти ей или продолжать разговор. – Это я уже понял, – Джеймс пытается держать внимание. – Так что там с ними? – Шепард говорит, что мы можем рассчитывать на их помощь, – Уильямс отвечает. – Но была б моя воля я бы сожгла этих тварей прямо в их пещере, – она вздыхает. – Будешь писто? – Нет, не буду. Без обид, – Вега отмахивается и встает. – Я из яиц люблю только свои abuelas. – Как знаешь, – Уильямс дергает плечами. – Для меня в блюдах с яйцами нет разницы. – Как нет? – Джеймс удивляется, его брови ползут вверх. – Ну ты даешь, Эш. Уильямс вздергивает плечи, разворачивается и уходит. Но разговор не бросает, продолжая его по пути. – Да ладно. А вы почему не спите, лейтенант? – она продолжает диалог уже издалека. Вега лавирует следом, ближе к обеденному столу. Уильямс сидит у самого края. Волосы женщины закинуты набок, форма выглядит вызывающе-яркой, спина прямая. – Не спится что-то, – он подходит, облокачиваясь на стул. – Может кофе? Уильямс откидывает волосы за спину, обдумывая его слова. – Я не отказалась бы от чего-нибудь покрепче. Вега удивленно отшатывается. – Ничего себе, Лейтенант-Коммандор Уильямс! – Джеймс усмехается, опираясь рукою на стол. – Лейтенант-Коммандор тоже человек, Вега, – женщина вздыхает. – Я не собираюсь жаловаться. И появляется неловкая пауза. – Эй, успокойся, – Вега делает жест руками. – Никто не говорил, что ты жалуешься. Он подходит близко, достаточно близко, чтобы положить руку на спинку стула, не вторгаясь в её зону комфорта. – Джеймс, – женщина поворачивается. – Не надо, bebé. Я не буду больше мешать, – космопех удерживает стул рукой. – Если нужна компания, то я буду на смотровой. Могу показать кое-что, что поможет избавиться от кошмаров. Он отпускает, встает и уходит, хотя Уильямс неотрывно буравит его взглядом. Широкая спина космопеха исчезает за выходом из отсека, а женщина поворачивается, моргает, закрывшись отовсюду волною волос. Она берет вилку и ковыряет остатки, слушая тишину в голове и задумавшись, сидя над тарелкой с холодной едой. ------- Bebé – детка (исп.) Compañera – подруга (исп.)