Одна из нас

Вентиляционная система корабля проверена и отлично функционирует. Запах гари сварочного аппарата и слой сажи в сантиметр обрамляют её панели по бокам. – Эй, Эстебан! Передохни немного, а то потравишь всех нас тут! – кричит мужской голос. Кортез вылазит из глубин шаттла, разочарованно сдирает с себя защитные очки и трет лоб первой промасленной тряпкой, что попадает под руки. Он берет сумку с инструментами, окидывая Джеймса Вегу, сидящего на своей кровати, усталым взглядом. – И не надо так на меня смотреть, amigo. Я хочу как лучше. Грязный мужчина снова исчезает из поля зрения, наклоняясь куда-то под алюминиевый поддон. Он уже ничего не варит, только грязно ругается, постукивая чем-то тяжелым. Вокруг становится тихо. Как для ангара, конечно. Джеймс разрабатывает затекшую шею, убирает одну ногу с койки, задевает полураспакованную сумку с вещами. Кто бы подумал, что всего пара одинаковых футболок, форменные штаны и потертые шорты с гавайским принтом могут занять столько места. Чувствительные сканеры на входе в «Нормандию» не дали провезти мужчине ничего такого, что Вега мог бы с гордостью назвать своим. Одежда для него несущественна, это же не «Форнакс» и не любимая роза в горшке, которая заставляет тосковать по дому, а всего лишь одежда. Тряпки. Несмотря на все, адаптация к месту проходит славно. После нескольких миссий с его участием Джеймса начали узнавать, служащие доков здоровались с ним, как с капитаном, но все еще предпочитали садиться со старыми знакомыми во время перерыва. Зато неплохую компанию ему везде составляет Эстебан. – Лейтенант Кортез! – рабочая доков азиатской наружности подбегает к шаттлу. – С вами все в порядке? Со стороны шаттла слышатся странные звуки. – Лейтенант, у шаттла отказали турбины. На шум подошла еще пара рабочих. Вега уже было привстал, когда из звездного транспорта показалась рука. – Все в порядке. Я просто… оступился, – говорит смущенный вниманием Кортез. Несколько человек помогает мужчине выбраться из-под транспорта. – Мы волновались, лейтенант, – говорит азиатская девушка, которая Джеймсу представилась Линой. – Не стоит, Андерс, – отвечает Кортез. – Нужно было проверить, там и вправду что-то неладно. – Я говорил, что тебе нужно больше отдыхать, Эстебан? – наклонившись, Вега начал заталкивать сумку с вещами под койку. – Скоро в кнопку на панели попасть не сможешь, – он подстегивает друга. Кортез все же не loco, чтобы продолжать себя травмировать, замечает космопех. Пилот идет к ящикам, подбирая валяющееся нечто, подозрительно напомнившее Джеймсу гаечный ключ, возвращается и дает указания рабочим. Он кладет рядом с собой инструмент и набирает текст. – Лейтенант Кортез, – объявляет СУЗИ, – согласно распоряжению капитана списки деталей для улучшенной производительности UT-47A Кадьяк будут отправлены вам через час. – Ну, наконец-то. Спасибо, СУЗИ, – выдыхает Кортез. – А отчего задержки? Пилот нахмурился в процессе работы над панелью. – Система оповещения "Нормандии" с этим отсеком совершенствуется, – электронный голос отвечает. – Свяжитесь с главным инженером для точных деталей или запросите отчет у меня. – Спасибо, СУЗИ, – Кортез толерантно отмахивается. – Я приму к сведению. – Вы можете задать вопросы сейчас, если это необходимо, – настаивает электронный ревизор. – Они не насколько важные, – пилот стоит на своем. – Если можно, я бы хотел обсудить их с инженером Дениелсом. – Это приемлемо, – электроника отступает. – Уведомляю зарание, Шепард хочет посетить отсек для личного знакомства. – Спасибо, СУЗИ, мы будем готовы. Голос корабельного ИИ пропадает, а на его место приходят помехи. Эстебан облегченно вздыхает и продолжает работать. Джеймс же лежит на кровати и ловит себя на мысли, что с Капитаном нужно будет поговорить о том, насколько глупо он выглядел перед ней на Марсе. Все эти артефакты и отряды Цербера, его неосведомленность в политике Альянса , наставление дула на ученых-друзей совсем не делали ему чести. Определенно нет. На самом деле, после крушения церберовского челнока своим Вега ожидал списания на Землю быстро и позорно, но прошло два дня, а он еще здесь, сидит, щелкая костяшками пальцев и вспоминая размер груди доктора Т'Cони. Ему явно пора заняться делом. Физическая нагрузка определенно поможет очистить ему голову.

***

– Вы тут по причине или так, поглазеть? – спрашивает Джеймс повиснув всей своей массой на поручнях. – А что такого? – интересуется Шепард. Без брони она кажется маленькой, обычной женщиной. – Мой корабль, мои правила, Вега. Этот разговор еще с начала показался бы любому странным. Шепард выносила его тон, Джеймс легко выдерживал авторитетный, тяжелый взгляд. Хотя ему просто было плевать, он запыхался, в перерывах между подтягиваниями. – Вполне…справедливо…Капитан, – он отвечает. Джейн Шепард стоит за его спиной без всякой на то причины. – Не думаю, что нам есть о чем говорить. Ты видела мой послужной список, – мужчина говорит. – Не помню, чтобы с тобой я переходила на «ты», – женщина его поправляет. – И на самом деле нет, не видела. Шепард наклоняет рыжую голову набок. Она меняет позицию, передвигается ближе, наблюдая за тем, как мужчина занят подтягиванием. Вега вопросительно оглядывается, не прерывая резких движений. – Ты… – он выдыхает. – Разве тебе…? – выдыхает еще раз. – Его не выдали? Джеймс отворачивается и продолжает. – Нет, лейтенант Вега, у меня тогда еще не было данных, - Шепард отступает, осматривая ангар. Вега ловит себя на мысли, что получилось как-то некрасиво. И теперь он обязан сказать что-нибудь, что могло бы снять напряжение. – Ну так это.. что там ты говорила, Капитан? - Джеймс отпускает поручни, приземляясь. Он разрабатывает шею, на ходу придумывая что-то интересное. В конце концов, эта игра стоит свеч. – Вы говорили, Капитан, – она поправляет его с полуслова. – Да ладно, – Джеймс отмахивается. – Мы тут все свои. Нескромно, конечно, и будь перед ним его армейский командир, он, скорее бы всего проснулся в мед. отсеке на следующий день. – Умеешь говорить и танцевать одновременно, Капитан? – Я могу попробовать, лейтенант, - Шепард смотрит на него, как Кортез на Кадьяк, после того как тот поломался. Её поза напряжена, руки сведены на солдатский манер за спиной, взгляд вопросительный и жесткий, искажает черты лица. Теперь пришел его черед удивляться. У каждого капитана есть своя грань терпения. И Вега считал своим долгом узнать стоит ли идти за таким командиром в самый Ад. – Хорошо, Лола, давай потанцуем. Лицо Джейн излучало серьезность на мили, но её импульсивные движения говорили о том, что она не знает чего от противника ждать. Когда-то Вега знал Долорес, единственную женщину-космопеха, с таким же пронзительным взглядом и подтянутой задницей, с амбициями, давшим бы фору любому рядовому. Долорес первая осталась без правой конечности, когда под его командованием пошел прахом полет на Фел-Прайм. Неприятные воспоминания отразились острым покалыванием космопеху в районе грудной клетки.