Her latest love

- Просто молчи, капитан… Ее руки, такие тонкие, такие сильные, вцепляются в воротник его грубой черной куртки. Кажется, Крюк явственно слышит, как хрустнула промасленная кожа куртки под ее пальцами. Губы, мягкие, нежные, пахнущие ландышем и мятой все ближе. Доля секунды, целая жизнь. Касание губ. Электрический разряд пронзает тело, зрачки расширяются. Но длинные ресницы, вдруг дрогнув, опускаются, отбрасывая изогнутые тени на покрывшиеся лихорадочным румянцем щеки. Так было уже. Когда-то давным-давно, может быть, в иной жизни и параллельной вселенной другая девушка целовала его так же отчаянно-жадно, словно глотая последние остатки воздуха, словно пытаясь удержаться на плаву, словно…. Прощаясь? Не так и не то, не те мысли. Выдыхая, пират обнимает стройный стан здоровой рукой, притягивая ближе, впечатывая в свое тело так крепко, что она может почувствовать каждую мышцу, каждый мускул его напрягшегося тела… - Ну, так что, Киллиан, ты все еще думаешь, что я играю? – сбитое дыхание, дрогнувшая рука рассеянно отводит с лица упавшую на глаза льняную прядь. На глаза, в которых отчетливо плещутся волны страсти. Дикого, первобытного желания. Желания, которое она в силах контролировать, думает вдруг мужчина с немым восхищением. - Красавица… Я даже не знаю, что сказать. Способность мыслить здраво исчезла вместе с этим поцелуем. – Пират ухмыляется, все еще не разжимая объятий. Медленно и лениво глядит на девушку сверху, вниз, будто бы не разглядывая, а касаясь, гладя, лаская взглядом. Тянется к губам, но девушка отодвигается, слегка шлепнув ладошкой по губам. - Не наглей, Киллиан. Нам нужно поговорить. Ты не можешь вернуться в квартал, - Кэролайн немного краснеет, будто бы внезапно смутившись. - Разумеется, ищейки твоего… кхм… мужчины сразу же донесут ему, - он наклоняется к волнам белых волос, вдыхает неповторимый аромат свежести. – Что ты предлагаешь, солнышко? На самом деле он не хочет говорить. Мечтает лишь об одном – целовать ее губы, зарывшись пальцами в мягкие волны волос, зубами стягивать одежду, лаская языком каждый обнажающийся участок кожи, опустить ее в мягкую, теплую траву…. Ее торопливые слова выдергивают капитана из сладких, пленительных грез. Выдергивают резко и неожиданно, словно пойманную на крючок рыбу из спокойной, прохладной реки. - На берегу Миссисипи есть хижина. Ты не заблудишься, если пойдешь заброшенной тропой оборотней. Помнишь, я показывала? – блондинка вдруг тревожно озирается, заставляя волноваться и его. Тревога и какое-то гнетущее чувство опасности, которое, кажется, можно пощупать, настолько оно становится осязаемым, повисает в воздухе. - Ты предлагаешь пирату стать отшельником, скрываясь в речной хижине у болот? – Джонс смеется и лохматит пальцами копну черных, все еще пахнущих солью и морем волос. Волос, которые так хочется пропустить сквозь пальцы, думает девушка. И тут же хмурится сердясь на себя за неуместный порыв. - Я приду после заката… Или завтра. Прошу тебя, Крюк, поспеши. Я чувствую, люди Клауса ищут меня. Я слышу их, Диего со своей шайкой приближается. Мужчина всматривается в раскрасневшееся вдруг лицо. Интересно, она выглядит такой притягательно, потому что волнуется за меня или потому что хочет? Девушка сердито притопывает ножкой, вызывая новый приступ веселья у пирата. Воздух сгущается, но Крюк не может думать ни о чем, ни о ком другом. Опасно? Плевать. В логове великана было опаснее. Да что там говорить, взбираясь по гигантскому бобовому стеблю, он ежесекундно рисковал сорваться с высоты птичьего полета на землю. Мокрого места не осталось бы. А тут… просто шайка вампиров. Они даже не огры… Раскатисто смеется, видя, как хмурится Кэролайн. Прекрасные голубые глаза уже пытаются испепелить беспечного капитана, руки сжались в кулачки. - Не злись, красавица. Еще один только поцелуй, дорогая, - и Киллиан вновь наклоняется к ней, будто бы ныряя в пьянящий, засасывающий омут. Омут, поглощающий целиком. Переворачивающий представление о главном и важном с ног на голову. - Я просто хочу, чтобы она была моей. – говорит он себе, лаская языком приоткрывшиеся губы. - Она принадлежит королю бессмертных, - резонно напоминает внутренний голос. - Плевать. Она не хочет быть с ним. - Он убьет тебя. - О, просто заткнись. - Между прочим, твоя жизнь висит на волоске, а ты находишь все это забавным, - упрекает девушка, упираясь маленькими холеными ладошками в его тяжело вздымающуюся грудь. - Я отправлюсь за тобой на край света, красавица. Никто не остановит меня, - шепчет куда-то в шею, не прекращая целовать. - Они идут. Скорее, беги. – С нечеловеческой силой отталкивает мужчину с дороги, добавляет, словно бы извиняясь. – Я задержу их. Встретимся в хижине. Ругаясь и пытаясь не выпрямляться в полный рост, пират осторожно плетется вдоль дороги, стараясь не шуметь. Надо как-то добраться до деревьев. Он уже слышит их – быстрых, как ветер, жестоких, как берсерки. Дети ночи. Армия Никлауса Майклсона. - Он убьет тебя, Джонс. - Рано или поздно все умирают. Любовь стоит того, чтобы за нее сражаться. - Любовь? Ты уверен? - Определенно. Это она. Он уходит все дальше, слыша спиной недовольные выкрики, не в силах разобрать ни слова. Она справится. Кэролайн сильная девочка. Толпа ночных оборванцев, от которых разит виски и свежей кровью, налетает со всех сторон, запрудив трассу. Их предводитель, патлатый афроамериканец, одетый, как хиппи, положив на плечо бейсбольную биту, подходит, нагло пережевывая жвачку. - Итак, Диего? – она чуть приподнимает брови, ожидая объяснений. - Кэролайн… королева… Нас послал Клаус, - парень явно смущается, не зная сути происходящего между королевской четой. – Где он, Кэролайн? Нам приказано доставить пирата. Клаус хочет видеть его. - Не понимаю о чем ты. Киллиан? Я думала, он давно уехал из города, - девушка пожимает плечами, разворачиваясь на каблуках. - Его видели на автостраде. В трех милях отсюда. Что ты делаешь здесь, если не помогаешь Крюку бежать, - и снова эти наглые нотки просачиваются в голос одного из главных помощников Майклсона. Она брезгливо морщится, вздергивая подбородок. - Ты смеешь допрашивать меня? - ледяной тон заставляет Диего вздрогнуть. Мало ли что сделает Клаус, если она впадет в ярость. - Кэролайн… Извините, миледи. Позвольте проводить вас домой? – скрипя зубами, заставляет себя проявить учтивость. Блондинка усмехается, видя, как тяжело ему дается выдержка. - Конечно, Диего. Будь так любезен. Не дожидаясь ответа, быстро уходит по мостовой. Надеясь и молясь неведомым богам лишь об одном – только бы Джонс успел убраться подальше. Только бы ищейки Никлауса не засекли его. К хижине они не сунутся. Не хватит ума. Девушка быстро идет, тихонько насвистывая какую-то веселую мелодию. Щербатая краюшка луны уже клонится к горизонту. С востока тянет влажным, холодным ветром. Щеки и руки медленно леденеют. Она растирает их, удивляясь, что чувствует озноб. Или это страх? Вот только чего она боится сильнее? Потерять Киллиана или вызвать гнев Клауса? В поле у обочины звонко стрекочут цикады. Собирается дождь, который грозит утопить город в потоках мутной воды.