Her latest love

Месяц назад Она смотрит в окно, а он глядит на нее. На прямую, напряженную спину, на волнистые волосы, распущенные по плечам. Волосы цвета белого золота. Волосы, что пахнут сегодня фиалками. Она сама напоминает фиалку – так же нежна и ранима. - Знаешь, ты очень красивая. Твои волосы пахнут сиренью. Твои глаза такие глубокие, в них скрыта тайна. Морщится от явной банальности своих слов, но сказанного не воротишь. Странно, но Кэролайн даже не пытается фыркнуть. Лишь вздыхает печально. - К чему ты это все сейчас, Киллиан? Пират видит ее отражение в стекле и дрожащие на ресницах слезы. Все из-за него – того, кого капитан назвал лучшим другом. Того, кто считал ее женой. Того, оставлял ее одну снова и снова. - Не плач. Я пытаюсь сказать, что никогда не встречал никого, подобного тебе. Столько очарования и жизни сразу. Он губит в тебе эту искру, Кэролайн. Девушка непроизвольно оглядывается. Но двери закрыты, и шпионы Клауса, называющие себя ее телохранителями, видимо, играют в покер где-то внизу. Клаус. Прикрывает глаза, вспоминая его очаровательные ямочки, бархатистый голос и нежные руки. Кадры из прошлого мелькают перед глазами, словно кто-то поставил видео на ускоренное воспроизведение. Столько поступков – мерзких и неожиданно добрых. Когда он ломал себя, пытаясь стать лучше, пытаясь не убивать, спасал ее друзей, ее саму. Десятки раз. Это все ради тебя, Кэролайн. Ради тебя одной. - Он сложный человек. Не суди его, не узнав как следует. Киллиан отбрасывает в сторону трубку из вишневого дерева. Курить он не собирался. Но нужно было чем-то занять руки… чтобы не попытаться обнять. - Я не хочу говорить о Клаусе. Поговорим о тебе. О чем ты мечтаешь, красавица? Что любишь? Какие видишь сны? Когда-то и он спрашивал ее о мечтах. Клаус. Но уже давно она засыпает, так и не дождавшись его возвращения. Часто его руки и жаркое дыхание будят девушку среди ночи. Он все еще желает ее. Но даже он не знает, не догадывается даже о ночных кошмарах, что оставляют синяки на красивом бледном лице поутру. - Сны? Все чаще это кровь и боль, и бесконечное блуждание в тумане. Улыбается, не замечая, что слезы вновь струятся по щекам. Все разваливается. Как сахарный замок, который подмочила морская вода. - Эй, тише… Все хорошо. Теперь у тебя есть хороший друг. Я не позволю ему обижать тебя. Киллиан наклоняется так близко, что она ощущает вкус соли. Соли и рома. А еще от него терпко пахнет кожей и почему-то свежесрубленным лесом. - Он не обижает, он так заботится. Как умеет. - Посмотри на меня. Ты веришь сама в то, что говоришь? Я верю. Конечно, верю. Иначе – зачем это все. Вся эта жизнь в Квартале. Жизнь с ним наперекор всему. - Да… - Ты такая красивая… Он не может сдержаться. Наклоняется еще ближе – так, что теплое дыхание опаляет кожу. Яркие лазурные глаза неподвижны. Гипнотизируют, завораживают… влекут? - Ты повторяешься, пират, - едва слышно, в неотвратимо приближающиеся губы. Так близко. Щетина чуть царапает кожу, губы нежно касаются замерших в … ожидании? … изумлении? … губ. Ресницы, дрогнув, опускаются на щеки. Выдох. Разряд. Язык скользит меж невольно приоткрывшихся губ. Еще один вздох. Почему? Почему я позволяю ему? - Такая сладкая… - Остановись, - отшатывается, нервно поправляя прическу, откидывая льняные пряди с лица. – Не нужно. Нет. Ты понимаешь, что так не должно быть? - Я понимаю, что ты заслуживаешь того, чтоб улыбаться. Меня влечет к тебе, Кэролайн … Майклсон. И я вижу ответный огонь в твоем взгляде. - Замолчи! Она не хочет, не желает слышать его, видеть, не хочет чувствовать его пальцы и его губы. Не надо! Просто ударить, стереть из памяти, забыть. Уходи! Уходи и все будет как прежде! Но она упрямо молчит, хотя мысленно заходится от крика. - Не прячься от себя. Откройся мне. Пожалуйста, Кэр. Столько мольбы в этом взгляде. Не надо, не мучай меня. - Я люблю Клауса. Она правда любит его. Любила. Все эти годы. Мужчина ее жизни – тот, для кого она была рождена. - И поэтому плачешь ночами? - Он… С ним сложно… Она всегда, всегда находит оправдания древнему. А он… Он сам – неужели не видит, что все катится к черту? И Кэролайн… раньше ты бы просто ушла. Почему же остаешься теперь? - Теперь повторяешься ты, красавица. Грустно кивает, покидая комнату. Тихо закрывает за собой дверь. Он знает, что она стоит там, все еще глядя в окно. Ждет, пока взойдет луна. И пальцы ее задумчиво касаются губ, что все еще горят от его поцелуя.